Часть 1. Глава 1

ЧАСТЬ 1. «Я ведь могу мечтать, не так ли?» ГЛАВА 1 — Та женщина просто само очарование, — прошептала Ширли, подталкивая Лили локтем. У окна в отдельной нише сидели две белые женщины. — Интересно, они собираются на какое-то шоу? Был вечер пятницы, самый разгар ужина, и ресторан «Восточная жемчужина» был почти полон, но Лили сразу поняла, о ком говорит подруга. Красные бумажные фонарики, свисавшие с потолка, отбрасывали теплое сияние на светлые волосы женщины; они были уложены в высокую прическу и заколоты чем-то сверкающим, под стать капелькам в её ушах. На ней было атласное платье цвета «королевский синий» без рукавов, с глубоким вырезом, выгодно подчеркивавшим белизну кожи, а на спинке стула висел подходящий по цвету жакет-болеро. Ее спутница выглядела куда менее эффектно. Собственно, на ней были брюки — из серой фланели, и белая блузка с мягким воротничком, заправленная в пояс. Короткая стрижка, модная в то время, смотрелась на ней скорее по-мужски, чем изящно, что и привлекло внимание Лили. В её осанке чувствовалось нечто неуловимо маскулинное. Лили не могла подобрать верных слов, но это её заинтриговало. Поняв, что слишком долго пялится, Лили уткнулась в беспорядочную стопку салфеток перед собой. Рядом Ширли ловко расправлялась со своей порцией, превращая ткань в аккуратных лебедей. С самого детства Лили проводила в ресторане с Ширли бесчисленные часы, помогая по мелочам. Теперь они уже готовились к выпускному классу, но Лили так и не научилась складывать из салфетки приличного лебедя. Она расправила то, что натворила, и начала заново. По выходным «Восточная жемчужина» привлекала в основном туристов, а не местных китайцев. Ширли говорила, что это благодаря одной турфирме, которая рекомендовала их заведение гостям Чайна-тауна. Лили гадала, были ли женщины в нише туристами, и снова украдкой взглянула на них. Блондинка достала из сумочки серебряный портсигар, а её спутница вытянула из кармана брюк книжечку спичек и подалась вперед, чиркнув огнем. Блондинка прикрыла пламя ладонью, поднося руку подруги к самому лицу, и затянулась. Затем она откинулась на спинку и предложила портсигар спутнице; та быстро вынула сигарету и прикурила, а затем отвела руку, зажав сигарету между большим и указательным пальцами. Дым кольцами поднимался к красному потолку. — Ты их просто портишь, — заметила Ширли, глядя на кособоких лебедей Лили. — Маме это не понравится. — Прости, — вздохнула Лили. — У меня совсем не получается. Ширли покачала головой, но без раздражения. Так было всегда. — Я переделаю, — сказала она, подтягивая к себе салфетки Лили. Лили на мгновение замерла, глядя, как Ширли встряхивает её неудачное творение, а затем потянулась к газете «Хроникл». Ей всегда нравились театральные и кинорецензии, а также колонки светской хроники с фотографиями дам в мехах и бриллиантах. Она лениво подумала: а не попадала ли та блондинка когда-нибудь в газеты? — Может, она наследница какого-то состояния? — предположила Лили. — Вон та, светленькая. Ширли еще раз мельком взглянула через зал. — Наследница золотого рудника? — Да. И её отец недавно скончался, оставив ей всё богатство... — ...но она обнаружила, что у неё есть сводный брат... — ...который судится с ней за наследство... — ...и тогда она наняла частного детектива, чтобы та его соблазнила! Лили с недоумением посмотрела на подругу: — Что? — Ну, а кем по-твоему является та вторая? Вылитый частный детектив. Только женщина-сыщик может так выглядеть. Наверняка работает под прикрытием. Лили это позабавило. — И где же она «под прикрытием»? — Ой, да кто ж знает. Они играли в эту игру с детства — выдумывали истории про незнакомцев в ресторане, — но Ширли обычно остывала к их фантазиям быстрее, чем Лили. — Ты видела новое объявление, которое дали родители? — спросила Ширли, ставя последнего лебедя в ряд к остальным. — Нет. — Оно там есть, я видела. Листай дальше. На той же странице, где обзоры ночных клубов. Лили послушно перевернула страницы «Хроникл» до колонки «Когда наступает ночь», занимавшей добрую половину полосы. Вторая половина пестрела рекламой ресторанов и клубов. Она скользила взглядом по строчкам, выискивая «Восточную жемчужину». «Встретимся в Julian’s Xochimilco: лучший мексиканский ужин». «Шоу с китайскими артистами — великолепный обед из нескольких блюд — Forbidden City». Иллюстрация с четырьмя лицами — отец, мать, сын и дочь с бантом в волосах — гласила: «Вкусная еда! Жизнь прекрасна в Grant’s». — Вот оно, — Ширли ткнула пальцем в объявление внизу страницы. Простой черный прямоугольник с жирным белым шрифтом: «Оцените изысканную восточную кухню в „Восточной жемчужине“ — лучшее в Чайна-тауне». Но взгляд Лили зацепился за квадратную рамку прямо над рекламой их ресторана. Там значилось: ТОММИ ЭНДРЮС — МУЖСКИЕ ИМИТАЦИИ — МИРОВАЯ ПРЕМЬЕРА! КЛУБ «ТЕЛЕГРАФ». БРОДВЕЙ, 462. Это было довольно крупное объявление с фотографией человека, который выглядел как красивый мужчина с гладко зачесанными назад волосами, в смокинге. Внутри у Лили всё замерло, будто сердце затаило дыхание, прежде чем забиться вновь. — Оно не очень большое, но папа думает, что его заметят, — сказала Ширли. — Как думаешь? — О... я уверена, его заметят, — ответила Лили. — Люди же читают эту страницу, верно? Все хотят знать, какие звезды приехали в город. — Ты права. Наверняка заметят. Ширли удовлетворенно кивнула, и Лили заставила себя оторвать взгляд от фотографии Томми Эндрюса. На другом конце зала две женщины оплачивали счет. Дама в синем платье достала кошелек из сумочки, а женщина с короткой стрижкой неожиданно выудила бумажник из кармана брюк. Доллары небрежно легли на стол. За стойкой распахнулась дверь в кухню. Мать Ширли высунула голову и позвала: — Ширли, иди помоги мне. — Иду, мам, — отозвалась та, бросив на Лили сочувствующий взгляд. — Салфетки не трогай. Я доделаю, когда вернусь. Колокольчик над входной дверью звякнул: женщины уходили. Коротко стриженная придержала дверь для подруги, и они скрылись из виду. Лили снова уставилась на объявление клуба «Телеграф». Бродвей, 462. Это же всего в паре кварталов от «Восточной жемчужины». На Бродвее, чуть восточнее Колумбус-авеню, было полно ночных клубов. Родители всегда велели ей обходить эти места стороной: говорили, что они для взрослых и туристов. Не для порядочных китайских девушек. Да и вообще не для девушек. Лили понимала, что должна считать эти заведения вульгарными, но каждый раз, когда она пересекала Бродвей (днем, разумеется), она невольно смотрела вдоль широкой улицы в сторону моста Бэй-Бридж, задерживая взгляд на закрытых дверях и гадая, что же там скрыто. Её ладони слегка увлажнились. Она оглянулась через плечо: за стойкой никого не было. Быстрым движением она вырвала страницу с рекламой «Телеграф-клуба», сложила её в маленький аккуратный квадрат и спрятала глубоко в карман юбки. Закрыв газету, она задвинула её обратно в стопку «Хроникл» под прилавком. Поправляя пачку, она заметила, что кончики пальцев испачканы типографской краской. Лили бросилась в туалет и принялась оттирать их под краном едким розовым мылом, пока не исчез последний след чернил.