Глава 12

Глава 12 Шагая по Чайна-тауну, Лили смотрела на знакомые улицы новыми глазами; ей было безумно интересно, что Кэт думает о её районе. Она замечала, как Кэт разглядывает расписные балконы и пагодообразные изломы крыш, красные бумажные фонарики и золотисто-алые вывески, что бесцеремонно выпирали над мостовой, точно настырные китайские покупатели. Понравилось ли Кэт здесь? Или всё это показалось ей пугающим и чудным? Лицо Кэт почти ничего не выражало. Казалось, она больше занята тем, чтобы не отстать от Лили, чем созерцанием местных красот. На тротуарах то и дело приходилось огибать препятствия: выставленные в ряд ведра с обложенной льдом рыбой, чешуя которой отливала перламутром; корзины бело-зеленой капусты бок-чой и груды узловатых корней имбиря; туристов, застывших перед витринами деликатесных лавок, где на крюках висели лоснящиеся жареные утки. И над всем этим царила какофония звуков и запахов: аромат горьких трав смешивался с духом сладких булочек, резкая скороговорка кантонского диалекта, на котором сторговывались лавочники — с тяжелым, застоявшимся зловонием вчерашних морепродуктов. Лили особенно стеснялась запахов; она знала, что белые люди обычно морщат носы от этих непривычных ароматов. Когда в квартале от них показался полосатый, как леденец, навес «Фонг-Фонга» — настоящий маяк «стопроцентной Америки» посреди китайских ресторанчиков и сувенирных лавок, — Лили поспешила направить Кэт к нему, словно к оазису. Она вырвалась вперед и галантно распахнула дверь. Кэт, кажется, немного позабавила эта предупредительность, но она вошла в кафе без лишних слов. Внутри вдоль правой стены теснились кабинки, а в глубине тянулась длинная мраморная стойка с высокими табуретами. За стойкой «содовые мастера» в белых фартуках и полосатых пилотках колдовали над порциями мороженого и десертами «чоп-суи», украшенными фруктами и кунжутным печеньем. Лили приметила свободную кабинку в конце зала и поспешила занять её, скользнув на скамью; Кэт села напротив. Лили ходила в «Фонг-Фонг» сколько себя помнила, но всё равно открыла меню. Здесь были гамбургеры и картофель фри, банановые сплиты и парфе; «Наполеоны» и прочие пирожные, которыми можно было полюбоваться в стеклянной витрине у входа. — Что мне взять? — спросила Кэт. — Имбирное мороженое, — не задумываясь, ответила Лили. Кэт с любопытством озиралась по сторонам, задержав взгляд на фреске с пряничным человечком за кондитерским прилавком. — Ну и местечко. Впечатляет. Лили тоже огляделась, впитывая сияние нержавеющей стали и блеск полированного мрамора, глядя на китайских официантов и барменов в безупречно белых фартуках. Она гордилась этим заведением; здесь Чайна-таун казался современным, по-настоящему американским. — Тебе нравится? — спросила она. Ей еще никогда не доводилось бывать здесь с кем-то из белых. Прежде чем Кэт успела ответить, подошел официант. Он заговорил по-английски с сильным кантонским акцентом, и на краткий, унизительный миг Кэт его не поняла. Лили пришлось выступить переводчицей, и в голову закралась мысль: а стоило ли вообще приводить Кэт сюда? Гордость мгновенно сменилась неловкостью. Как только официант отошел, она поспешила сменить тему: — Ты пойдешь на «Spook-A-Rama»? Кэт пожала плечами: — Не знаю. Я не очень-то люблю танцы. — Я тоже, но мне приходится идти из-за Ширли. Я записалась к ней в танцевальный комитет. — Зачем? — Кэт спросила это так, будто услышала о самом странном решении в мире. Лили вздохнула и оглянулась; знакомых в зале не было. — Это был единственный способ не идти на танцы с Уиллом Чаном в качестве его пары. — Звучит как катастрофа, — сухо заметила Кэт. Лили притворно нахмурилась: — Так ты придешь? На лице Кэт промелькнуло странное выражение — то ли удивление, то ли нежелание. — Мне нужно будет подготовить закуски, но вряд ли я застряну там на всю ночь, — добавила Лили на случай, если Кэт решила, что им не удастся побыть вдвоем. Кэт моргнула и едва заметно улыбнулась: — Я даже не знаю, что надеть. Лили не сразу поняла, что Кэт шутит, а когда до нее дошло, они обе рассмеялись. Лили никак не могла остановиться — ей пришлось схватиться за живот, чтобы сдержаться, пока официант расставлял перед ними одинаковые стальные вазочки с имбирным мороженым. Кэт взяла ложку, попробовала и округлила глаза: — О, а это вкусно! — Я же говорила, — в голосе Лили проскользнули самодовольные нотки, но ей было всё равно. Она тоже зачерпнула порцию. Холодное сладкое лакомство было усыпано кусочками засахаренного имбиря. — Я пойду на танцы, если ты придешь на собрание Г.А.А., — предложила Кэт. — А что там делают? Гимнастику какую-нибудь? — с сомнением спросила Лили. — Нет, никакой гимнастики. Обычно мы играем в теннис или в боулинг. Это весело! Мисс Вейланд — наш куратор. Там отличная компания. — Я не сильна в теннисе. И в боулинге. Собственно, я никогда в него не играла… — Что?! — Кэт выглядела потрясенной. — Ты обязана прийти. Лили взяла еще ложечку мороженого и, прежде чем ответить, подождала, пока оно медленно растает на языке. — Жаль, что нет какого-нибудь женского научного клуба. Я бы могла вступить в обычный, но там одни мальчишки. Не хочется быть там единственной девочкой. — И чем они там занимаются? — Наверное, всем подряд. Химическими опытами, разбирают двигатели… или… знаешь, что бы я на самом деле хотела сделать? — Лили возбужденно подалась вперед. — Я хочу построить модель ракеты. Видела как-то рекламу набора в «Popular Science» — выглядело не так уж сложно. Проблема только в том, что нужно место для запуска. Брови Кэт поползли вверх: — В смысле? — Ну, она работает на баллончике с углекислым газом, так что она реально взлетит. — Лили призадумалась. — Наверное, это похоже на петарду, так что можно запустить её прямо на улице. — Звучит опасно, — сказала Кэт. По её тону Лили поняла, что та поддразнивает её, и почувствовала прилив удовольствия. — Да это же крошечная штучка, — ответила Лили с притворным безразличием. — Ничего общего с настоящей ракетой. Надеюсь, когда-нибудь я увижу настоящую. — И где же? — Придется устроиться на государственную службу. У меня уже всё распланировано. Сначала поступлю в Калифорнийский университет на математический. Моя тетя Джуди там защищала магистра, она знает всех профессоров. Может, придется окончить аспирантуру, точно не знаю. Если нет, пойду работать вычислителем туда же, где работает тетя. Там проектируют ракеты, хотя она мало что рассказывает — всё под грифом «секретно». Но я уже всё о них прочитала. Ученые знают, как строить ракеты для полета в космос… то есть у них есть теории, но нужно создать лучшее топливо, чтобы развить скорость, позволяющую покинуть Землю. Думаю, его скоро изобретут. — Как скоро? — спросила Кэт, соскребая остатки мороженого со дна вазочки. — Наверное, в ближайшие пару десятилетий. Уверена, тогда мы уже будем отправлять ракеты в космос. Можно будет поставить на борт автоматические приборы, чтобы они присылали данные, и, может, даже делали фотографии! С людьми будет сложнее. Нужно проектировать корабли, способные выдержать удары метеоритов, и, возможно, создавать искусственную гравитацию, иначе люди будут просто плавать по отсекам. — Плавать? Почему? — Потому что в космосе нет гравитации. Наверное, это как плавание, только без воды. Представляешь, как странно? — А для человека это безопасно? — Не знаю. Возможно! Разве это не захватывающе? — Лили так и лучилась восторгом. Кэт улыбнулась ей в ответ, затем слегка покачала головой: — Идет. Я пойду на танцы, но с тебя — боулинг. — По рукам, — Лили протянула руку через стол, словно они заключали деловую сделку. Кэт протянула свою, чтобы пожать её, но когда их ладони соприкоснулись, это совсем не походило на сделку. Лили вдруг вспомнила сцену из начала «Странного сезона», когда Максин взяла Патрис за руку, чтобы рассмотреть её маникюр, и сказала: «Какие у тебя прелестные пальцы». Она тут же отдернула руку и попыталась скрыть смущение, доедая последнюю ложку мороженого. Ей хотелось задать Кэт еще один вопрос — тот самый, единственный, — но она не могла. Смех, болтовня и звон ложечек о стеклянные вазочки со всех сторон напоминали ей о том, где она находится. Этот яркий, чистый ресторан в Чайна-тауне, пропахший сахаром и сливками, был неподходящим местом для подобных расспросов, но Лили казалось, что все её мысли написаны на её лице крупными английскими буквами. Ты ведь тоже такая, как те девушки из книги? Потому что я, кажется, — да.