Глава 8. Дежавю.

Когда Старфелл приблизился к группе, присутствующие что-то активно обсуждали. Слышались вопросы о дальнейших действиях, о времени, которое уйдёт на путь до пункта назначения, кто-то интересовался, как именно будет выстроен маршрут. Странный вопрос, ведь в распоряжении разведчиков есть немало приборов, с помощью которых все присутствующие без труда доберутся до Подземелья. Втягивая глубоко в лёгкие отфильтрованный маской воздух, Старфелл заинтересованно присоединился к разговору. Эйнар, Маргарет и Рем, по-видимому, были заняты построением пути через пустоши, столпившись у прямоугольника бумаги и оживлённо обсуждая направление, в котором следует идти. Рядом Каллиста изучала разложенную на камне россыпь светящихся кристаллов и украдкой приглядывалась к запертому ларцу со змеями. Обратив внимание на экраны в руках у остальных, парень сразу понял, в чём заключалась проблема: если верить компасу, северный полюс находился прямо у ребят под ногами. — Тебе не сказали, в какой именно части города находится менигр, с помощью которого мы спустимся? — поинтересовался Старфелл, устраиваясь четвёртым в сомкнувшийся вокруг устройств круг. — Нет. Даже если бы нас и обеспечили этой информацией, здесь, где мы ничего не видим, она оказалась бы бесполезна, — отчеканил Эйнар. — Ну почему же? Помня, что было перед глазами, когда мы добрались до поверхности и зная, в какую сторону накренился столб, было бы реально хотя бы сузить диапазон поисков. А ещё, имея в виду точку соприкосновения основания опоры с полом пещеры… — Рем с видом сделавшего важное открытие учёного парировал и парировал, пока не сделал драматичную паузу, — но, вот незадача, на месте найти нужные координаты без посторонней помощи у нас не выйдет, а проторчать здесь лишние часы желания нет. — Если нет возможности положиться на датчики, придётся искать другие ориентиры, — подытожил уже завершённое обсуждение Эйнар, обратившись к Рему: — В каком из направлений видишь лес? — Есть много деревьев за твоей спиной, есть и по моё правое плечо. К тому же, если проследить за взглядом нашего ненаглядного, увидим скученные высокие растения с кронами и плотными стволами. Который из этих лесов мы ищем? — Проверять каждый из них нецелесообразно и отнимет слишком много времени, — констатировала Маргарет. — Теплеет очень быстро, воздух будто не движется, и с продвижением могут возникнуть сложности. — Приборы, вероятно, сбиваются из-за магнитных волн, исходящих от заделанной дыры. Вот мы и не можем рассчитать маршрут. Если отойти достаточно далеко, они вернутся в рабочее состояние. — Спрятав устройство в карман и вытащив предусмотрительно заряженный пистолет, Эйнар обратился уже ко всей группе. — Оставайтесь на месте и отдохните, я скоро вернусь. Не лишним будет попытаться связаться со штабом. Стрелки неумолимо отсчитывали минуту за минутой, сопровождая Эйнара едва слышным тиканьем. Каждые тридцать секунд он проверял приборы, надеясь увидеть изменения в показателях и более реалистичные данные, но магнитная заплата на месте менигра отказывалась выпускать датчики из-под контроля. Мрак сгущался, даже во время остановок шорохи не прекращались. Мягкие взмахи крыльев грозовым облаком следовали по пятам. Уханье прозвучало совсем близко, и Эйнар повернулся к источнику звука, направив дуло вверх, в тёмное небо. Действуя, как по инструкции, разведчик опустился на корточки и закрыл глаза, прислушиваясь к происходящему вокруг. Человеческий слух плохо справлялся с определением местонахождения источника бархатных звуков. Инстинкты же не покидают, даже когда подводят органы чувств. Ощущение спиной взгляда пустых глаз вынудило обернуться, несмотря на навязчивые подсказки памяти не шевелиться. Он машинально направил вверх пистолет, где и находился загадочный наблюдатель. Щёлкнул спусковой крючок, выстрел. До слуха донёсся предсмертный вскрик дикой птицы. Она камнем свалилась на землю. Воздух наполнился резким запахом пороха, назойливые взмахи больше не отвлекали. Не обращая внимания на распростёртое тело птицы, разведчик с надеждой достал из закромов плаща прибор. — Ну, сколько можно… Эйнар, не поднимая глаз со стрелки компаса, шаг за шагом удалялся от группы. Нахмурившись, он всё ждал, что показатель стороны света сдвинется, но механизм упрямо настаивал на том, что север был привязан именно к точке, в которой сошлись недавно упавшие на людей глыбы. Тихо чертыхаясь, сержант наращивал расстояние от группы. Она, скорее всего, позабыла о делах и нетерпеливо ожидала командира, выслушивая нарочито театральные комментарии Рема, пестреющие никому не понятными выражениями прямиком из учебников. Казалось, силуэт Эйнара вот-вот скроется за очередным холмом, когда стрелка сдвинулась. Она затрепетала, неуверенно колеблясь между показателями. “Вероятно, север действительно в том направлении, — подумалось парню, когда стрелка даже на таком расстоянии продолжила манить в сторону устройств для удерживания потолка.” Сделав с десяток лишних шагов прочь от скопления лучей фонариков, он направился обратно, уже не следя за окружающей средой и не вертя головой, чтобы только не лишиться понимания пространства. — Итак? В какую из чащ изволит нас повести наш премногоуважаемый лидер? — Вопрос стал логичным завершением полного деталей монолога. Возвращение Эйнара было встречено общим душевным подъёмом. Ожидание, плотное и вязкое, совсем утомило отряд. Доминик пришёл в себя, Каллиста пресытилась игрой с акралитами и теперь донимала расспросами Селену, на поясах присутствовавших висели фильтры, вокруг шей были завязаны крепления для масок. Без очистительных устройств остались лишь Каллиста и Маргарет, не испытывающие трудностей с дыханием на поверхности. — Нам нужна вот та. — Разведчик указал на высокие кривые деревья. — В худшем случае наш путь займёт несколько часов. Идём медленно и проверяем всё, что попадает в поле зрения. До фанатизма не доходите, но помните, что мы почти ничего об этом месте не знаем. Через пять минут все должны быть готовы. Лес оказался буреломом. Тут и там были повалены мёртвые деревья, когда-то роскошная и могущественная бордовая листва укрывала собой иссохшую землю. Каждый шаг отдавался треском старых веток. Болотного цвета споры вылетали из надутых, как шары, шляпок грибов и оседали на корнях, стволах и подошвах. Старфелл поёживался и опасливо крутил головой, чувствуя кожей, что за любым пнём скрывается опасность. Боковым зрением он успел заметить пару-тройку ящерок, сразу сбежавших от обжигающего света. Замыкая один из концов клина, волей-неволей он замечал, что товарищи не выказывают того же беспокойства, и прикладывал все усилия, чтобы приблизиться к их уровню самообладания. Может, всё дело в том, что он был последним в строю и должен был принять на себя любой удар со спины. Без неожиданностей обойтись не могло. Совершенно не приспособленная к преодолению препятствий Селена то и дело цеплялась обувью за коряги и неудачно лежавшие палки, раздирая колени, ругалась себе под нос, но не смела жаловаться. Маргарет, крепко держа ребёнка за руку, расчищала перед ним путь свободной кистью, но, несмотря на все усилия, редкие острые ветки оставляли на чувствительной коже царапины. В таких дебрях в самую пору жить медведям, монстрам прямиком из ночных кошмаров, огромным чудовищам размером с машину с ужасающими клыками и когтями на мускулистых лапах. А если здесь живут совы, а если лоси… Бледные, как смерть, насекомые летали вокруг да около, прилипая к фонарикам на головах людей и треща крылышками, как ореховой скорлупой. Вскоре путь пошёл вниз по склону, что обрывался серой рекой. Благо, уровень земли на противоположном берегу и воды были приблизительно одинаковы, и трудностей с тем, чтобы выбраться на твёрдую поверхность, не ожидалось. Однако мутная, ядовитая даже с виду вода не внушала доверия, так что желания изучить её на себе никто не изъявлял. Однако, помня высеченное в подсознании указание проверять всё, что движется и что незыблемо, разведчики не представляли себе возможным влезть в неизвестную по составу жидкость. — Может, запустим в воду змей? — Старфелл обратил внимание на Каллисту, которая, воспользовавшись сосредоточенностью всех остальных на решении задачи, снова присматривалась к шипящему ларцу. — По их поведению мы сможем понять, насколько она токсична, есть ли в ней хищники или паразиты. — Да, стоило бы. — Старфелл верно воспринял согласие как указание открыть сундук. В нём по разным углам расползлись змейки, свернувшись в клубки. Парень зацепил свою, с красно-чёрными чешуйками, и выпустил на землю, закрыв крышку ёмкости ещё до того, как другие пресмыкающиеся успели заинтересованно потянуться блестящими головками к неизведанной местности. Хейла, двигаясь плавными зигзагами, подползла к тёмной воде, шурша погремушкой на хвосте. Держа голову над жидкостью, она залезла в реку и несколько раз подала сигнал. Погрузившись, змея продолжала показывать хвостом своё местоположение, ни разу не исчезнув под водной гладью полностью. Вскоре она выползла на противоположный берег и, заструившись лентой средь листьев, снова затрещала хвостом. — Река неглубокая, течение слабое, так что перейти сможем. В воде она никого не нашла, разве что на дне скопился ил, да и само дно не самое устойчивое, — перевёл для разведчиков Старфелл, пока змейка направилась дальше, в лес, продолжая оповещать хозяина о своих наблюдениях. — Я не пойду! — Каллиста вцепилась в ладонь Маргарет и спряталась за ней, точно ожидая, что из воды вылезет нечто пугающее. — Пересечь её всё равно надо, иначе до подземелья нам не добраться. — Эйнар медленно, без резких движений подошёл к девочке и опустился на корточки. — Если хочешь – могу прокатить на спине. Так и воды не коснёшься, и выше всех станешь. — А можно?... — Можно, разумеется. — Эйнар снял с плеч тяжёлый рюкзак и перевесил так, чтобы тот оказался спереди, освобождая место на спине. — Залезай. Когда девочка удобно устроилась, группа неспешно вошла в реку. Течение действительно почти не ощущалось, но даже так приходилось осторожничать: непостоянные песчаные породы не давали устойчивой опоры. Мёртвые водоросли комьями цеплялись за сапоги, заставляя спотыкаться, и отпускали лишь после сильных рывков. Пахло гнилью, пахло застоем и падалью, было душно. Все присутствовавшие горели желанием побыстрее выбраться на сухую землю, которая, по ощущениям, даже и не думала приближаться. “Что ждёт нас впереди? — задался вопросом Старфелл.” Издалека он слышал, как Хейла исследует поляну, в самом центре которой находился аномально большой объект. Широкий, округлый, плотный и похожий на здание. Догадка пришла в голову сама собой. — Там впереди что-то большое! Наверное, это – и есть аванпост, — радостно объявил Старфелл, уловив похожие на шорох листьев звуки вдалеке. — Отлично. Переберёмся и снова пойдём клином, — отреагировал Эйнар. — Я побегу вперёд, посмотрю с Хейлой, как там обстановка! — Старфелл поспешил к берегу, активно передвигая ногами и раздирая густой ил, из-за чего спокойная речушка преобразовалась волнами. — Не стоит, лучше будет, если… — Я дам всю информацию о местности, и так мы составим актуальный план! — Совсем скоро поднявшись на твёрдую землю, парень настраивался на тихое, но узнаваемое шуршание чешуек. — Остановись, чëрт возьми! Старфелл не слышал и не слушал: перед его глазами уже выросла башня аванпоста, и великая слава в родных Землях Порядка: первый человек, вернувшийся с поверхности, герой! Стоило всего лишь разведать обстановку вокруг, прежде чем вся группа соберётся у входа в Подземелье. Стоило убедиться, что совы, волки или тигры не успели ещё обжить это место. Прыгающий свет фонарика рывок за рывком прокладывал тропу до напоминающего пышное дерево сооружения. Показались похожие на ветви башенки, похожие на острые обломки прутья и плотное основание, покрытое трещинами. Оказавшись уже в паре десятков метров от постройки, Старфелл замедлился. Структура здания не просто напоминала древесное образование, а в действительности была покрыта россыпью сучков и отростков. “Не аванпост…” Хейла сумела заползти на одну из нижних веток, и теперь свернулась вокруг неё, отказываясь спускаться и шипя на корни. Меж них высунулись белоснежные фигуры, гневно рычащие на змею. Их было около тридцати, обезумевшие от голода, они царапали кору, пытались вскарабкаться и сцапать пресмыкающееся. Покрытые шерстью, кое-где – с въевшимися кровавыми пятнами, они принюхивались и скалились, будто бранясь с добычей. Те хищники, что были слишком далеко от дерева, затихли и повернули свои безглазые морды в сторону наблюдателя. Старфелл старался как можно меньше шевелиться, и по возможности не издавать ни звука. Обоняние, обострённое истощением, подсказало и особям крупнее обратить внимание на более большой и оттого – лакомый источник тёплой крови. А за спиной уже шелестела сухая трава, уже падали на трещины капли тяжёлой воды. Обитатели поверхности начали расходиться по поляне, размеренно образовывая полукруг и отрезая пути отступления. Всё, как тогда, перед экзаменом, но только наяву. Осмотревшись, Старфелл заметил мелькающие среди деревьев огни фонарей. Оружие было заряжено, эхолокаторы – напряжены, оставалось лишь дождаться подкрепления. По левое плечо хрустнула ветка, и в неосторожного зверя моментально полетела пуля, попадание ознаменовалось скулежом. Рассчитывать на такой метод борьбы с десятками волков было неразумно: далеко не каждый них позволит выдать своё местоположение. Кольцо начало сужаться, и вместе с тем – увеличиваться в диаметре. Бег людей был слышен уже совсем близко, когда в стае проснулась жажда крови. Прыгнувший на спину Старфелла волк повалил на землю, целясь в еле прикрытую ладонью шею, но меткий выстрел в голову остановил его. Выстрел этот не был единственным: парень услышал ругательства, удары, прыжки, одновременный свист нескольких пуль. Хищники группами набросились на разведчиков, не позволяя ни секунды спокойствия. Перед глазами всплыло сообщение из симулятора, которое, как ему казалось, уже забылось: “Испытание провалено”. Отчаяние накатило, конвульсии тела стали резче, более животными и дикими, пистолет не успевал остывать, запястья оказались изуродованы глубокими укусами. Глаза были прикованы к источникам боли, к диким слепым псам, остервенело рвавшим на куски. Пистолетная очередь не прекращалась, её звук стал серенадой, провожавшей тварей в вечный сон, пока крики, лай и утробное рычание не прервались. Сбросив с себя последнюю тяжёлую тушу, Старфелл обессиленно рухнул на сухой ковёр листьев в тщетных попытках перевести дыхание. Вскоре подоспела медичка, приступившая к осмотру пациентов. — Все целы? — Эйнар беглым взглядом осмотрел своих подопечных, обращая внимание на кровоподтёки, въевшиеся в плащи. — На многих остались царапины и следы от укусов. Обработаю и через пару дней останутся, максимум, шрамы. — Селена достала нужную шипучую жидкость и, железной хваткой удерживая запястье Рема, чтобы не дёргался так уж резко, старательно обрабатывала ранения. — Глупенький, ты ведь осознаёшь, что без перекиси подхватишь инфекцию? А так отделаешься лёгким испугом и парой морщин. — Мне больно! — Так не дёргайся, экспансивный ты наш. — Поднявшись на ноги, Селена бросила Рему пару коротких мотков бинта. — Дальше ты сам. — Тебя отправили к разведчикам, потому что нормальные медики заняты жмуриками внизу? Селена не сочла необходимым отвечать, и вместо продолжения спора предпочла занять себя лечением других пострадавших: нанесла повязки и дала советы по ускорению заживления. За те полчаса, которые отняла вынужденная остановка, Старфелл почувствовал возросшую потребность в прохладе. Металлическая духота давила на голову похуже чувства вины, подпитываемого тяжёлым молчанием и редкими косыми взглядами. Похожие на блеяние ягнят звуки донеслись из-под затвердевших корней. Не сводя глаз и дула пистолета с норы между изгибами коры, Маргарет без капли сомнения заглянула в полумрак. — Что там? — Щенки. — Щенки!? — раздалось из-за спин разведчиков протяжным, высоким голоском. — Где? Где? — Неужели просто так бросим после того, как перебили родителей? — Доминик расстроенно спросил, обращаясь к Эйнару, уже интонацией выражая определённую просьбу. — Они не выживут без кормильцев, а при встрече с чужими особями останутся кожа да кости. — Не стоит брать с собой что-то, что будет отвлекать. Если нас приметит стая хищников, да даже сова, мы заметим их гораздо позднее, если детёныши начнут завывать в неподходящий момент. — Холодный, исключительно рациональный ответ не заставил себя ждать. — Вы не даёте мне змеек, значит, я возьму щенков! — Каллиста, обиженно поджав губы, уселась рядом с норой и, протянув в неё руку, нащупала треугольные уши, область за которыми стала почëсывать. — И домой заберу! Двух уж точно. — Я сказал, нет. — Они будут тихими! Они даже лаять толком не умеют ещё! — не отступал ребёнок. — Если она будет идти с ними в самом конце процессии, а Старфелл – в начале, проблем быть не должно. — Доминик присоединился к девочке, надеясь, что уж вдвоём они сумеют убедить сержанта в своей правоте. — Думаешь, твои родители обрадовались бы… — уже начал было отговаривать девочку Старфелл. — Это – уже не наша забота. — Эйнар, измученно потирая переносицу, отмахнулся. — Если они не помешают в пути, я не возражаю. — Ура! — Забрав в охапку тявкающие пушистые комочки, Каллиста заулыбалась от уха до уха и, соорудив из оторванного куска ткани нечто, отдалённо напоминающее колыбель, устроила в ней новообретенных питомцев. Утомившая морально и физически схватка вынудила остаться на месте чуть дольше, да и всё ещё влажные, потяжелевшие полы плащей тянули к вниз. Каждый восстанавливал силы по-своему: Каллиста с Домиником возились у щенков, придумывая им клички и играя серыми колосками, Селена уже в который раз за день перепроверяла содержимое своей поклажи, записывая цифры на баночках, а Маргарет с Эйнаром по привычке успокаивались исключительно в процессе разговоров о дальнейшем алгоритме возвращения. Рем, не говоря ни слова, сидел рядом, с крайне недовольным выражением лица завязывая лоскуты бинта поверх покрывшихся коркой ранений. Размяв пальцы и тяжело вздохнув, Старфелл подошёл к старшему товарищу и похлопал по плечу. — Можно с тобой немного поговорить? Поднявшись на ноги, Эйнар проследовал за подопечным, пока последний не оказался полностью уверен, что ни слово не долетит до ушей товарищей, оставшихся у многолетнего дерева. Встав таким образом, чтобы боковым зрением было возможно посматривать и за группой, сержант скрестил руки на груди. — Я слушаю. — Если вкратце – я хочу извиниться за произошедшее. За то, что побежал вперёд остальных и оставил вас позади. — Пусть меня и успокаивает, что ты признаёшь свою ошибку, но, буду честен: если ты хочешь остаться в составе разведгруппы, тебе никак нельзя воспринимать свои идеи как нечто на сто процентов правильное и наиболее эффективное. Во время миссий ты – солдат, твоя работа – выполнение приказов. — Эйнар уже было увлёкся возможностью вновь засыпать Старфелла советами, в строгом тоне больше напоминавшими отчуждённые указания, но вовремя остановился. Своим любимым жестом он положил руку на плечо провинившегося. — Мы поговорим об этом нормально, когда вернёмся. А до беседы мне хватит обещания, что таких выходок в твоём исполнении я больше не увижу. Восстановив силы, разведчики взвалили на спины рюкзаки и продолжили путь. Старфелл вёл остальных за собой, освещая акралитом путь, с каждым шагом борясь с паникой, от которой спасали лишь ощущение ответственности и умилительные завывания крохотных волков.