Часть 11. Огонь и лед

Три дня. Диана дала нам три дня на отдых. — Привыкайте, — сказала она. — Осмотритесь. Познакомьтесь с людьми. Когда будете готовы, мы найдем вам занятия. Александрии нужны рабочие руки, но никто не будет вас заставлять. Три дня без охоты. Без дозоров. Без постоянного страха, что следующий вдох может стать последним. Для людей, которые провели последние годы в аду, это звучало как насмешка. Как что-то невозможное. Но мы попытались. Первое утро в Александрии началось для меня с паники. Я проснулась в мягкой постели, под чистым одеялом, и первые несколько секунд не могла понять, где нахожусь. Слишком тихо. Слишком тепло. Слишком… нормально. А потом я вспомнила. Поцелуй. Его руки на моих плечах. Его губы, грубые и нежные одновременно. То, как я отстранилась. То, как он сказал «я никуда не ухожу». Я застонала и накрыла лицо подушкой. Что я наделала? Вернее, что мы наделали? И как теперь смотреть ему в глаза? Саша уже не спала - сидела на своей кровати, скрестив ноги, и смотрела на меня с легкой усмешкой. — Ты всю ночь ворочалась. Что случилось? — Ничего. Все в порядке. — Кейт. — Саша, правда, ничего. Она прищурилась, но не стала давить. Просто взяла чистую одежду - Диана выдала нам новую, пахнущую свежестью - и пошла в ванную. У двери обернулась. — Диксон сегодня с утра в гостиной. Сидит и смотрит в стену. Выглядит так, будто ему врезали по голове. Ты случайно не знаешь, почему? Я почувствовала, как краска заливает щеки. Саша хмыкнула и вышла, оставив меня наедине с паникой. ******** Я спустилась вниз через час. Дольше откладывать было нельзя - рано или поздно пришлось бы с ним столкнуться. Дом жил своей жизнью: Кэрол на кухне готовила что-то из консервов, Бет играла с Джудит на полу, Карл чистил пистолет за столом. Обычная жизнь. Почти как до всего этого. Дэрил сидел в углу гостиной. Когда я вошла, он повернул голову. Наши взгляды встретились. И я почувствовала, как земля уходит из-под ног. В его глазах было что-то новое - не просто тепло, не просто уязвимость. Что-то глубже. Что-то, что заставило мое сердце пропустить удар. Я хотела подойти. Поздороваться. Сказать что-нибудь - что угодно. Но вместо этого мои ноги сами понесли меня в противоположную сторону, к кухне, где Кэрол помешивала что-то в кострюле. — Доброе утро, — сказала она. — Кофе есть. Настоящий. Диана расщедрилась. — Кофе? — мой голос прозвучал слишком высоко. — Отлично. Кофе. Да. Я налила себе кружку, расплескав половину. Руки дрожали. Кэрол посмотрела на меня, потом на Дэрила в гостиной, потом снова на меня. — Вы двое… что-то опять произошло? — Нет! Ничего. Все в порядке. — Ага, — Кэрол помешала в кастрюле. — Я видела, как вы вчера сидели в темноте. Я спрятала лицо в кружке. Кофе был горячим, горьким и самым вкусным, что я пробовала за последние годы. Но даже он не мог заглушить вкус его губ, который я все еще чувствовала. Весь день я избегала Дэрила. Он, кажется, избегал меня тоже. Мы двигались по дому, как два магнита с одинаковыми полюсами - притягиваясь и отталкиваясь одновременно. Если я входила в комнату, он находил повод выйти. Если он садился за стол, я вспомнила, что мне срочно нужно в другую часть дома. Мэгги заметила это первой. — Вы поссорились? — спросила она, когда мы вместе разбирали вещи в выделенной нам комнате. — Нет. Все нормально. — Тогда почему вы бегаете друг от друга, как подростки? — Мы не бегаем. — Кейт. Я тебя насквозь вижу. Ты краснеешь каждый раз, когда он входит в комнату. А он смотрит на тебя, как голодный волк на… ну, на очень аппетитного кролика. — Мэгги! — Что? Я просто констатирую факт. — она хмыкнула. — Расслабься. Вы оба взрослые люди. Что бы между вами ни происходило, это нормально. — Ничего не происходит. — Ну да. Поэтому ты сейчас такая спокойная и расслабленная. Я швырнула в нее подушкой. Она рассмеялась и швырнула обратно. ********* Вечеринка была идеей Дианы. — Мы всегда устраиваем небольшой праздник для новоприбывших, — сказала она, когда зашла к нам на второй день. — Это помогает людям расслабиться, познакомиться. Ничего особенного - музыка, выпивка, еда. Завтра вечером, у меня дома. — Выпивка? — оживился Абрахам. Впервые за дни его голос прозвучал почти по-человечески. — Да. У нас есть запасы. Самогон, в основном, но бывает и кое-то покрепче. Абрахам кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на предвкушение. После признания Юджина он почти не разговаривал, только выполнял поручения и смотрел в пустоту. Может, выписка поможет. Дэрил, стоявший у двери, фыркнул. — Я пас. Не люблю толпу. — Как хочешь, — Диана пожала плечами. — Но дверь открыта для всех. Я посмотрела на Дэрила. Он поймал мой взгляд и быстро отвел глаза. Между нами все еще висело напряжение той ночи - недосказанное, неразрешенное. Может, вечеринка поможет отвлечься. Или сделает все еще хуже. ******* Дом Дианы был самым большим в Александрии. Двухэтажных особняк с просторной гостиной, которую она превратила в место для собраний. Когда мы вошли, там уже играла музыка - старая пластинка на проигрывателе, что-то блюзовое, тягучее. Люди Александрии смеялись, разговаривали, держали в руках стаканы с чем-то янтарным. Мы - группа Рика - держались вместе, как стая волков, попавшая на чужую территорию. Жались к стенам, оглядывались, не выпускали оружия из рук, хотя Диана просила оставить его дома. Никто не послушался. Дэрила не было. Он действительно не пошел - остался в нашем доме. Он избегал меня так же, как и я избегала его. А потом появилась выпивка. Абрахам взял бутылку самогона и налил себе полный стакан. Розита стояла рядом, но не пила - просто смотрела на него с тревогой. Гленн и Мэгги взяли по чуть-чуть, чокнулись и выпили за «новое начало». Даже Кэрол позволила себе глоток. Я взяла стакан. Потом второй. Потом третий. Самогон обжигал горло, но делал свое дело - мир становился мягче, тише, проще. Стены перестали давить. Страх отступил. Осталось только тепло, разливающееся по телу, и странное, пьяное чувство свободы. Где-то после четвертого стакана я поняла, что больше не могу здесь находиться. Музыка давила на уши. Смех чужих людей раздражал. А его не было. Его, единственного, кого я хотела видеть. Я взяла бутылку самогона со стола - никто не заметил - и, пошатываясь, вышла на улицу. Ночной воздух ударил в лицо, прохладный, отрезвляющий. Но недостаточно. Я сделала глоток прямо из горла и пошла к нашему дому. ******** В доме было тихо. Только в гостиной горел тусклый свет - Дэрил сидел на своем любимом месте у двери. Он повернул голову, когда я вошла, и его брови поползли вверх. — Ты пьяна. — Немного, — я показала пальцами маленький промежуток. — Совсем чуть-чуть. Принесла тебе выпить. Я подняла бутылку, демонстрируя. Он покачал головой. — Не надо. Я не буду. — Совсем? — Мерл пил за двоих. Хватало. Я прошла в комнату, не совсем твердо держась на ногах, и плюхнулась на пол рядом с ним. — Почему ты не пошел? — спросила я. — На вечеринку. — Не люблю толпу. И чужих людей. И притворяться, что мне весело. — А мне было весело. Немного. Пока я не поняла, что тебя не будет. Он повернулся ко мне. В тусклом свете его глаза казались почти черными, но в них было что-то теплое. — Ты поэтому ушла? — Да, — я сделала еще глоток из бутылки. — Нет. Не знаю. Я запуталась, Дэрил. Очень запуталась. — В чем? — В тебе. В нас. В том, что было той ночью. В том, почему мы весь день делаем вид, что ничего не было. Он молчал. Я сделала еще глоток. Самогон уже не обжигал - он тек теплом, развязывал язык, снимал запреты. — Ты мне нравишься, — сказала я, и слова полились сами, как вода из прорванной плотины. — Очень нравишься. С той самой ночи у дерева, когда ты коснулся моего мизинца. С того раза, когда мы дрались с ходячими у западной стены. С каждого твоего «фельдшер», которое ты бросаешь, когда злишься. Ты бесишь меня, Дэрил Диксон. Ты упрямый, грубый, невыносимый. Но я думаю о тебе постоянно. Постоянно. Я замолчала, переводя дыхание. Он смотрел на меня, не двигаясь. Только желваки ходили под кожей. — И я хочу знать, — продолжила я, подаваясь вперед. — Что ты чувствуешь? Только честно. Я имею право знать. У тебя были женщины? До всего этого? Какие они были? Он долго молчал. Так долго, что я начала жалеть о каждом сказанном слове. А потом заговорил - тихо, хрипло, будто каждое слово давалось с боем. — Были. Не то, чтобы… отношения. Просто… на одну ночь. Мерл учил меня - пришел, взял, ушел. Не привязывайся. Не чувствуй. Это для слабаков. — И ты так жил? — Так жил. Трахался с разными девушками и уходил до рассвета. Не знал, что бывает по-другому. Думал, это норма. Что все так делают. Он замолчал, глядя в темноту за окном. Я ждала. — А потом появилась ты. И я понял, что все, чему меня учили - дерьмо. Потому что с тобой я не хочу просто трахаться и уходить. Я хочу… — он запнулся, подбирая слова. — Я хочу просыпаться рядом. Хочу знать, что ты в безопасности. Хочу слышать, как ты ругаешься, когда я не даю тебе смотреть мои раны. Хочу просто быть рядом. Это все, что я знаю. Я смотрела на него, и мир покачивался - то ли от самогона, то ли от его слов. Этот человек, который никогда не говорил о чувствах, который вырос с Мерлом Диксоном, который трахал женщин и уходил до рассвета, только что признался мне в том, о чем, возможно, не говорил никому. Никогда. — Дэрил… Я не договорила. Подалась вперед, схватила его за ворот рубашки и притянула к себе. Наши губы встретились, и на этот раз в поцелуе не было нежности. Только голод. Жажда. Страсть. Он ответил мгновенно. Его руки обхватила мою талию, прижимая к себе так крепко, что я почувствовала каждый изгиб его тела. Поцелуй был грубым, жадным, с привкусом самогона и чего-то дикого. Я запустила пальцы в его волосы - они были мягче, чем я представляла, - и притянула его еще ближе. Его ладони скользнули под мою футболку. Грубые, мозолистые пальцы коснулись голой кожи на талии, и я вздрогнула - не от холода, от электричества, пробежавшего по телу. Он сжал мою талию, пересаживая на свои колени, и я почувствовала его возбуждение - твердое, горячее, прижатое к промежности. Его руки двинулись выше, по ребрам, и я задохнулась в поцелуе. Пальцы коснулись края бюстгальтера, и все мое тело отозвалось дрожью. Я хотела его. Боже, как я его хотела. Прямо здесь, прямо сейчас, не думая ни о чем. Он застонал мне в губы - низко, хрипло. Его пальцы сжались на моей груди поверх ткани бюстгальтера, и я выгнулась ему навстречу, теряя остатки разума. Бутылка самогона выпала из моих пальцев и покатилась по полу, но никто из нас не обратил на это внимание. А потом дверь распахнулась. — Кейт, ты здесь? Мы тебя потеряли. Это была Мэгги. За ней стояла Саша. Они замерли на пороге гостиной, уставившись на нас. Я отпрянула от Дэрила, но недостаточно быстро. Его руки все еще были под моей футболкой. Мои пальцы все еще запутались в волосах. Мои губы были красными, распухшими от поцелуев. Картина была более чем красочной. — О боже, — выдохнула Мэгги, и ее глаза расширились. — Мы… мы не вовремя. — Очень не вовремя, — добавила Саша, но уголки ее губ подрагивали. — Простите. Мы пойдем. — Нет, стойте! — я попыталась встать, но ноги не слушались. Дэрил убрал руки из-под моей футболки и отодвинулся, его лицо было красным, как свекла. — Это не то, что вы подумали. — Ага, — Мэгги скрестила руки на груди. — Вы просто… обсуждали погоду. Очень… близко. — Мэгги! — Что? — она уже откровенно улыбалась. — Я рада за вас. Правда. Просто… может, в следующий раз закроете дверь? На замок? Саша фыркнула, прикрывая рот ладонью. Дэрил что-то буркнул себе под нос и отвернулся к окну, всем видом показывая, что его здесь нет. — Я пьяная, — сказала я жалобно. — Очень пьяная. — Мы заметили, — Саша подошла и протянула мне руку. — Пойдем. Тебе нужно поспать. А вам, — она бросила взгляд на Дэрила. — Подождите завтра. На трезвую голову. Я позволила ей поднять меня. Мир качался, но ее рука была твердой. У двери я обернулась, Дэрил смотрел на меня - смущенный, злой на весь мир, но в его глазах все еще горел тот огонь. Огонь, который я зажгла. — Завтра, — сказала я. — Мы поговорим. Он кивнул. Просто кивнул, но этого было достаточно. Мэгги и Саша вывели меня в коридор. Как только дверь за нами закрылась, Мэгги прыснула. — Господи, Кейт. Я думала, вы там друг друга съедите. В хорошем смысле. — Заткнись, Мэгги. — Не заткнусь. Это лучшее, что я видела за последние… да за всю жизнь. Дэрил Диксон руками под чужой футболкой. Кто бы мог подумать. Саша улыбалась, но молчала. Она помогла мне подняться по лестнице, уложила на кровать, сняла обувь. — Он хороший человек, — сказала она тихо. — Странный, но хороший. Ты сделала правильный выбор. — Я ничего не выбирала, — пробормотала я в подушку. — Оно само. — Так всегда и бывает. Спи. Она выключила свет и вышла. Я лежала в темноте, чувствуя, как алкоголь понемногу отпускает, и вспомнила его руки. Его губы. То, как он смотрел на меня. В соседней комнате Мэгги все еще хихикала, рассказывая Гленну о том, что увидела. Впервые за долгое время будущее не казалось мне пугающим. Оно казалось… возможным.