Часть 16. Точка невозврата

Вечер опустился на Александрию мягкими сумерками. Дэрил сидел на крыльце своего дома, крутя в пальцах сигарету. Кэрол ушла к Диане. Тишина давила. Он закурил, глядя на тлеющий огонек. Дым поднимался в темнеющее небо, растворяясь без следа. Мысли крутились вокруг одного и того же - ее лица, ее слез, ее слов. «Я выбираю тебя, Дэрил. Не его. Тебя». Он хотел верить. Правда, хотел. Но что-то внутри, темное и липкое, нашептывало: «Она говорит это сейчас. А потом появится он - и она уже смеется с ним, гуляет с ним, позволяет ему обнимать себя». А потом он увидел их. Кейт и Джейк шли по улице. Она показывала ему огороды - те самые, которые обещала. Ее рука указывала на грядки, на теплицы, на систему полива, которую наладил Юджин. Она улыбалась. Джейк слушал, кивал, задавал вопросы. А потом он обнял ее за плечи - легко, по-дружески, притягивая к себе, и сказал что-то, от чего она рассмеялась. У Дэрила внутри все сжалось. Он смотрел, как они идут дальше, как Джейк снова касается ее - на этот раз руки, задерживая на секунду дольше, чем нужно. Как она не отдергивает ее. Как продолжает улыбаться. Сигарета догорела до фильтра, обжигая пальцы. Он даже не заметил. В ту ночь он снова не спал. Лежал, глядя в потолок, и прокручивая в голове сцену за сценой. Ее смех. Его руки. Ее глаза, сияющие в свете заката. Он должен был извиниться. Рик был прав - нужно пойти к ней, объяснить, сказать, что он полный идиот. Что он испугался. Что она нужна ему. Утром. Он пойдет утром. ******* Утро выдалось пасмурным. Серые тучи висели низко, обещая дождь. Дэрил вышел из дома, на ходу застегивая жилетку. Внутри теплилась надежда - маленькая, хрупкая, но живая. Он пойдет к ней. Скажет, что был неправ. Попросит прощения. Обнимет ее, почувствует ее тепло, ее запах, ее… Он завернул за угол и замер. У дома Рика стоял Джейк. Он обнимал Кейт - не по-дружески, не мимолетно. Нежно. Его руки лежали на ее талии, ее голова на мгновение прижалась к его плечу. Они о чем-то говорили - тихо, только для двоих. А потом он отстранился, улыбнулся, коснулся ее щеки и ушел. Дэрил стоял, не в силах пошевелиться. Внутри что-то рухнуло. Вся нежность, которую он копил для нее, все слова, которые готовил, - исчезли. Осталась только пустота. И злость. Глухая, жгучая злость, которая требовала выхода. Он пересек улицу быстрым шагом. Кейт уже повернулась, чтобы зайти в дом, но он схватил ее за талию, резко разворачивая к себе и прижал к стене. — Дэрил! — она ахнула, пытаясь оттолкнуть его. — Что ты… — Это так друзья обжимаются? — его голос был низким, злым, чужим. — Он трогает тебя, а ты позволяешь? Улыбаешься ему? Смеешься с ним? Она уперлась ладонями в его грудь и оттолкнула - сильно, отчаянно. Он отпустил, но не отступил. — Ты с ума сошел? — ее глаза расширились, в них был шок. — Что ты себе позволяешь? — Я позволяю? — он горько усмехнулся. — Это ты позволяешь своему бывшему лапать тебя посреди улицы. При всех. А я, значит, просто смотрю? — Это было просто объятие! Дружеское! Мы попрощались, и он… — Дружеское, — перебил он. — Конечно. Все у вас дружеское. И вчера, когда он обнимал тебя за плечи, тоже дружеское. И когда вы весь вечер гуляли вдвоем, смеялись, - тоже дружеское. Кейт смотрела на него, и ее лицо менялось. Шок уступал место боли. Боли - гневу. — Кто мы друг другу, Дэрил? — спросила она тихо, но в голосе звенела сталь. — Ответь. Кто я тебе? Он открыл рот. Закрыл. Слова, которые он готовил все утро - «ты нужна мне», «я люблю тебя», «прости», - застряли в горле. Вместо них вырвалось другое. То, что нашептывал внутренний голос, полный страха и злости. — Мы друзья, — сказал он. — Ты же сама так говорила. Друзья. Вот и веди себя как друг. Она вздрогнула, будто он ее ударил. — Друзья, — повторила она. — Значит, все, что было между нами - это дружба? Все эти поцелуи, прикосновения, ночи? То, что ты делал со мной в том домике - это друзья так делают? — Ты сама сказала Мэгги, что я тебе как брат, — он цедил слова, и каждое было как яд. — Я слышал. Да все слышали. Вот и будь мне сестрой, Кейт. А с Джейком далай что хочешь. Трахайся с ним, раз уж со мной не смогла. Она замерла. Ее лицо побелело, потом покраснело. Глаза наполнились слезами, но она не позволила им пролиться. — Ты… ты специально это говоришь, — прошептала она. — Ты хочешь сделать мне больно. Потому что тебе самому больно. Я понимаю. Но это не оправдание, Дэрил. — Я просто говорю правду. — Нет. Ты говоришь то, что, как тебе кажется, защитит тебя. Ты отталкиваешь меня, чтобы я не успела уйти первой. Поздравляю. У тебя получилось. Она выпрямилась, глядя ему прямо в глаза. Слезы все-таки потекли, но голос был твердым. — Я устала, Дэрил. Устала доказывать тебе, что ты достоин. Устала бороться за нас в одиночку. Устала любить человека, который не верит, что его можно любить. Ты прав. Мы просто друзья. И я больше не хочу с тобой ни общаться, ни видеться. — Кейт… — Нет. Ты все сказал. Теперь послушай меня. Я люблю тебя. По-настоящему. Всем сердцем. А ты… ты даже не попытался. Ты просто сдался. Сломался при первой же трудности. И знаешь что? Я разлюблю тебя. Когда-нибудь. Не сразу. Будет больно. Очень больно. Но я справлюсь. Я всегда справляюсь. Она развернулась и пошла прочь. Ее шаги были быстрыми, неровными, плечи вздрагивали. Дэрил стоял, глядя ей в спину. Внутри было пусто. Он хотел крикнуть, остановить ее, сказать, что он дурак, что он не это имел в виду, что он любит ее. Но слова не шли. Они никогда не шли, когда были нужны больше всего. Она скрылась за дверью дома. Он остался один на пустой улице под серым небом. ******** Кейт вбежала в дом, захлопнула дверь и прикоснулась к ней спиной. Рыдания душили ее. Она сползла на пол, обхватила колени руками и завыла - глухо, отчаянно, как раненое животное. В доме было тихо. Рик ушел на дежурство, Карл гулял с Джудит, Миллер тренировалась у стены. Только наверху скрипнула дверь, и по лестнице спустилась Саша. Она ничего не спросила. Просто села рядом на пол, обняла Кейт за плечи и притянула к себе. Кейт уткнулась лицом в ее плечо и зарыдала в голос. — Я так устала, Саша, — вырвалось сквозь слезы. — Так устала. — Я знаю, — тихо сказала Саша, гладя ее по волосам. — Я знаю. — Он… он сказал, что мы просто друзья. После всего, что было. Он сказал… он сказал, чтобы я трахалась с Джейком. Он даже не верит мне. Он просто… он сломал все. Все, что мы строили. Саша молчала, продолжала гладить ее. Она знала, что слова сейчас не нужны. Нужно было просто быть рядом. — Я люблю его, — шептала Кейт. — Так сильно люблю. А он… он даже не пытается. Испугался и сбежал. Как всегда. Я не могу больше, Саша. Не могу бороться за двоих. Не могу доказывать, что я не предам, когда он сам ждет предательства за каждым углом. — Ты не должна, — сказала Саша наконец. — Ты не обязана тащить это одна. Отношения - это двое. Если он не готов, если он не может - это не твоя вина. — Я знаю. Но от этого не легче. Они сидели на полу, обнявшись, пока слезы Кейт не иссякли. Осталась только пустота и тупая, ноющая боль в груди. — Что мне делать? — спросила Кейт охрипшим голосом. — Жить, — ответила Саша. — Дышать. Просыпаться по утрам и делать свое дело. Помогать в лазарете. Гулять. Разговаривать с людьми. Не закрываться. Боль утихнет. Не сразу. Но утихнет. — А если не утихнет? — Утихнет. Ты сильная, Кейт. Сильнее, чем думаешь. Ты пережила апокалипсис и смерть отца. Пережила Губернатора. Пережила Терминус. Переживешь и это. Кейт подняла на нее красные, опухшие глаза. — Ты правда так думаешь? — Я знаю, — Саша слабо улыбнулась. — А теперь пойдем. Я заварю тебе чай. Кэрол дала мне какие-то травы - говорит, успокаивают. Посидим, поговорим. Или помолчим. Как захочешь. Кейт кивнула, позволив Саше поднять себя с пола. Они прошли на кухню, и Саша поставила чайник. Кейт сидела за столом, обхватив кружку ладонями, и смотрела в одну точку. Где-то там, за стенами Александрии, Дэрил наверняка сидел в своём доме и тоже смотрел в пустоту. Она знала это. Знала, что ему так же больно. Но это не меняло ничего. Он сделал свой выбор. Он оттолкнул её. И теперь она должна была научиться жить без него. Когда-нибудь она разлюбит его. Когда-нибудь эта боль утихнет. Но не сегодня. Сегодня она просто будет дышать. Пить чай. Держаться за руку подруги. Этого было достаточно. Пока. ********* Дни после ссоры тянулись, как вязкий туман. Кейт держалась. Саша была права - нужно было просто жить. Просыпаться, идти в лазарет, помогать Хершелу, улыбаться людям, делать вид, что все в порядке. Она справлялась. Почти. Джейк заметил, что с ней что-то не так, на третий день. Они сидели на скамейке у огородов, и он спросил: — Кто он? — Что? — она вздрогнула. — Тот, из-за кого ты грустишь. Я же вижу, Кейт. У тебя глаза потухли. Ты улыбаешься, но улыбка не доходит до глаз. Кто он? Она долго молчала, глядя на грядки с помидорами. — Это сложно, Джейк. Очень сложно. — Тот парень, который нас нашел? Дэрил? Она подняла на него удивленные глаза. — Как ты понял? — Он смотрит на меня так, будто хочет подстрелить, — Джейк усмехнулся, но без злобы. — Я сначала не понимал, думал, он просто недоверчивый. А потом увидел, как он смотрит на тебя. И как ты смотришь на него. Вернее, как вы теперь не смотрите друг на друга. Кейт опустила голову. — Все сложно, Джейк. Мы были… мы были близки. А потом появился ты, и он решил, что я выберу тебя. Наговорил гадостей. Сказал, что мы просто друзья. Что я могу… с тобой… — она не закончила. Джейк нахмурился. — Я поговорю с ним. Объясню, что между нами ничего нет. — Не надо, — она покачала головой. — Уже все равно. Он поставил точку. Он сделал свой выбор. Я не буду унижаться и доказывать то, что он должен был просто почувствовать. — Я обещаю, что больше не буду давать ему повода для ревности. Никаких объятий, никаких прикосновений. Только если ты сама захочешь. — Делай как знаешь, Джейк. Правда. Мне уже все равно. Она соврала. Ей было не все равно. Каждый раз, когда она видела Дэрила - на улице, у ворот, в парке у озера - у нее внутри все переворачивалось. Но она заставляла себя отворачиваться. Проходить мимо, не глядя. Не отвечать на его редкие, случайные взгляды. Он тоже избегал ее. Обходил стороной. Если видел, что она идет по улице, сворачивал в переулок. Если она приходила к озеру, он вставал и уходил. Мэгги как-то застала его у арсенала. — Ты полное дерьмо, Дэрил, — сказала она прямо. — Что? — он поднял на нее злые глаза. — То. Ты сломал ее. Она ходит как тень. Улыбается через силу. А ты даже не попытался все исправить. Просто сбежал. Как всегда. — Не твое дело, Мэгги. — Она моя подруга. И я вижу, как она страдает из-за твоей трусости. — Я ничего не боюсь. — Ты боишься быть счастливым. Боишься, что если позволишь себе любить, тебя бросят. И поэтому ты бросаешь первым. Поздравляю, у тебя отлично получается. Он сдал кулаки, но ничего не ответил. Мэгги покачала головой и ушла. После этого он стал уезжать еще чаще. Вылазки с Аароном, одиночные выходы в лес - охота, разведка, все, что угодно, лишь бы не быть в Александрии. Лишь бы не видеть ее. Лишь бы не чувствовать эту тупую, ноющую боль в груди, которая не проходила ни днем, ни ночью. ******** — У меня завтра день рождения, — объявила Мишонн, подходя к озеру вечером, где обычно сидели все. — И я хочу, чтобы все пришли. Никаких отговорок. Будет выпивка, музыка, игры. Как в старые добрые времена. — Выпивка? — снова оживился Абрахам. — Много выпивки, — подтвердила Мишонн с усмешкой. — Рик уже достал запасы Дианы. Так что завтра вечером у нас дома. Все. Кейт хотела отказаться. Праздник, выпивка, Дэрил в одном помещении - это звучало как катастрофа. Но Саша взяла ее за руку и сказала: — Ты пойдешь. Хватит прятаться. Ты сильная, помнишь? И она пошла.