Часть 26. Хилтоп

Кейт проснулась от того, что Дэрил ворочался рядом. Она открыла глаза и увидела, что он уже не спит - лежит на спине, глядя в потолок, и крутит в пальцах незажженую сигарету. За окном едва светало. — Давно не спишь? — спросила она хрипло. — Какое-то время, — он повернулся. — Мысли. — О чем? — О том парне. Иисусе. О том, что Рик сегодня всех собирает. Не люблю, когда много людей в одном помещении. Кейт села, потянулась, зевая. В комнате было прохладно, и она натянула одеяло до подбородка. — Думаешь, он опасен? — Не знаю. Не похож. Но я никому не верю сразу. — Это я заметила. Он хмыкнул, но ничего не ответил. Она смотрела на его профиль - острый, с жесткой линией челюсти, со шрамом над бровью. Он выглядел уставшим. Не физически - как-то глубже. — Ты плохо спал? — Нормально. Просто проснулся и не смог больше. — Кошмары? Он помолчал, прежде чем ответить. — Нет. Просто мысли. Всякие. Она не стала допытываться. Если захочет - расскажет. Если нет - никакие расспросы не помогут. Она научилась этому за те месяцы, что они были вместе. Дэрил не из тех, кто выкладывает все по первому требованию. Ему нужно время. И тишина. Он сунул сигарету в рот, но не закурил - просто держал, будто это помогало думать. — Помнишь, ты говорила про своего отца? Что он учил тебя охотиться. — Помню. А что? — Он был хорошим? Она задумалась. Отец был сложным человеком. Строгим, консервативным, помешанным на правилах. Но он любил ее. По-своему. — Он был жестким. Не жестоким, но жестким. У него были четкие представления о том, что правильно, а что нет. И он не принимал ничего другого. Но он заботился обо мне. Учил тому, что умел сам. Следить, читать лес, стрелять. Он хотел, чтобы я могла постоять за себя. — А моя мать… — Дэрил замолчал, будто слова застряли. — Она просто ушла. Однажды. Я был мелким. Проснулся, а ее нет. Отец сказал, что она сбежала с каким-то мужиком. Я долго ждал, что она вернется. Не вернулась. Кейт молчала. Она знала - если он говорит об этом, значит, ему нужно. Не советы, не утешения. Просто, чтобы кто-то слышал. — Я потом понял, почему она ушла. Отец пил, бил ее. И меня с братом. Но я все равно злился. Долго. Думал - как она могла бросить меня там? С ним? А потом перестал. Просто… перестал. Нет смысла злиться на мертвых. — Ты думаешь, она мертва? — Не знаю. Может. А может, живет где-то. Но для меня она умерла в то утро, когда я проснулся, а ее не было. Он наконец закурил, выпустил дым в приоткрытое окно. Кейт придвинулась ближе, положила голову ему на плечо. — У тебя есть мы, — сказала она. — Я. Кэрол. Рик. Остальные. Мы никуда не уйдем. — Знаю, — он стряхнул пепел в пустую банку на подоконнике. — Просто иногда мысли лезут. О том, что было. О том, чего не было. — Это нормально. — Ага. Наверное. Они посидели так еще немного. За окном постепенно светлело, и в комнате становилось все светлее. Где-то вдалеке запела птица - робко, неуверенно. — Ладно, — сказал он, затушив сигарету. — Надо вставать. Рик сказал, собрание утром. Она нехотя выбралась из-под одеяла, поежилась от холода. Он бросил ей свою кофту. Она поймала ее, и натянула через голову. Кофта была велика, доходила до середины бедра, но пахла им - табаком, лесом, чем-то терпким. Ей нравился этот запах. Он пах домом. Они вышли из комнаты. В коридоре было холодно, и она прижалась к его боку. Кэрол уже стояла у плиты. Увидев их, она кивнула. — Садитесь. Горячее. Они сели. Кэрол поставила таблетки и кружки с чаем. — Рик всех собирает, — сказала она. — Из-за того парня, верно? — Ага, — ответил Дэрил. — Иисуса. — Странное прозвище. — Странный парень. Кэрол отпила чай. — Я видела его вчера, когда вы приехали. Он не похож на врага. Слишком спокойный. Слишком… открытый. Так не ведут себя те, кто хочет обмануть. — Или это хорошая маскировка. — Может, — она пожала плечами. — Узнаем на собрании. Они доели в тишине. Кейт помогла убрать со стола, и они втроем вышли из дома. Утро было холодным, но ясным. Солнце только поднималось над стенами Александрии, окрашивая небо в оранжевый. У дома Рика уже собирались люди. Кейт увидела Абрахама и Сашу - они шли вместе, но не касались друг друга. Розита появилась с другой стороны, даже не взглянув на них. Гленн и Мэгги вышли из своего дома, он держал ее за руку. Юджин плелся позади, бормоча что-то себе под нос. Аарон и Тобин уже были на крыльце. Дэрил придержал дверь, попуская Кейт и Кэрол вперед. Внутри уже было людно. Рик стоял у камина, Мишонн рядом с ним. Посреди комнаты, на простом деревянном стуле, сидел Иисус. Он выглядел так же, как вчера, - спокойный, собранный, с легкой улыбкой на губах. Его глаза медленно обходили собравшихся, изучая каждого. Когда все расселись, Рик откашлялся. — Это Иисус. Мы с Дэрилом встретили его вчера. Он из поселения под названием Хилтоп. Я собрал вас, потому что это касается всех. Решать будем вместе. Он повернулся к Иисусу и кивнул. — Рассказывай. Иисус еще раз обвел собравшихся взглядом и заговорил. Голос у него был спокойный, размеренный, без лишних эмоций. — Хилтоп - это община. Около ста человек. Стены, дома, поля. Мы выращиваем еду, держим скот. Даже врач есть. Мы не воины - фермеры, ремесленники, учителя. Мы просто пытаемся жить. — Зачем вам союзники? — спросил Абрахам. — Если у вас все так хорошо. Иисус помолчал. — Потому что мы не одни в этом мире. Есть другие. Спасители. — Кто такие Спасители? — спросил Дэрил. Иисус посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло удивление. — Вы не знаете? Они еще не нашли вас? — Кто. Такие. Спасители. — повторил Дэрил по словам. Иисус вздохнул. Его улыбка исчезла. — Группа. Большая. Очень большая. Они контролируют эту территорию. Забирают половину всего, что производят поселения. Взамен обещают защиту. Но на самом деле это рэкет. Если кто-то отказывается платить - убивают. Показательно. Чтобы другие боялись. В комнате повисла тишина. Кейт почувствовала, как по спине пробежал холодок. Дэрил напрягся рядом с ней. — Сколько их? — спросил Рик. — Точно не знаю. Много. Десятки, может, больше. У них оружие, организация. Они хорошо вооружены. — И вы просто платите им? — Розита скрестила руки на груди. — Половину всего? — У нас нет выбора. Мы не бойцы. Мы не можем с ними сражаться, — Иисус обвел комнату взглядом. — Но вы… вы другие. Я видел, как вы двигаетесь. Как вы смотрите. Вы прошли через ад и выжили. Вы умеете сражаться. Рик долго молчал, глядя на Иисуса. Потом перевел взгляд на Дэрила, будто спрашивая совета без слов. — Отведешь нас в Хилтоп, — сказал он наконец. — Я хочу увидеть все своими глазами. И поговорить с вашим лидером. — Грегори, — кивнул Иисус. — Я отведу. Мэгги, сидевшая у окна, подалась вперед. — Ты сказал, у вас есть врач. Что за врач? — Харлан. Акушер. Принимал роды еще до всего этого. Сотни, может, больше. Он хороший. Знает свое дело. Мэгги переглянулись с Гленном. Он сжал ее руку и кивнул. — Я еду, — сказала Мэгги. — Мне нужно с ним поговорить. Рик посмотрел на нее, потом на ее живот, потом снова на лицо. — Ты уверена? Дорога долгая. — Уверена. Я должна знать, что у меня есть вариант. Настоящий врач, который принимает роды. Это важно. Гленн поднес ее руку к губам и поцеловал. — Я с тобой, — сказал он. — Куда ты, туда и я. Рик кивнул. — Хорошо. Выезжаем завтра на рассвете. Кейт посмотрела на Дэрила. Он стоял, скрестив руки, и его лицо было непроницаемым. Но она знала этот взгляд - он уже все решил. Он едет. Опасность, неизвестность, чужие люди - все это не имело значение. Если Рик едет, он едет тоже. — Выезжаем завтра на рассвете. Дэрил, Абрахам, Саша - со мной. Гленн и Мэгги с нами. Кейт, ты едешь? Кейт покачала головой. — Я останусь. В лазарете много работы, Энид одна не справится. И если что-то случится, кто-то должен быть здесь. Рик кивнул, принимая ее решение. Дэрил ничего не сказал, но она видела, как его плечи чуть расслабились. *** Дорога до Хилтопа заняла несколько часов. Кейт не поехала - она стояла у ворот и смотрела, как две машины исчезают за деревьями. Дэрил сидел за рулем первой, и она видела его профиль в боковом зеркале, пока машина не скрылась из виду. День в лазарете прошел спокойно. Энид училась, Кейт проверяла запасы медикаментов, сортировала бинты. Работа отвлекала, но мысли все равно возвращались к нему. К тому, что он сейчас там, в незнакомом месте, среди незнакомых людей. К тому, что они затеяли. Они вернулись к вечеру. Кейт услышала шум моторов и вышла на крыльцо лазарета. Машины въехали в ворота, остановились. Дэрил вылез первым, размял плечи. Он выглядел уставшим, но целым. Увидел ее на крыльце и кивнул. Она не пошла к нему. Видела, как он направился к дому, как Кэрол вышла ему навстречу. Они о чем-то говорили на крыльце, потом зашли внутрь. Кейт вернулась в лазарет. Ей нужно было еще кое-что доделать. И нужно было время, чтобы собраться с мыслями. *** В доме Дэрил сел за стол, Кэрол налила ему воды. Он выпил залпом, вытер рот рукавом. — Ну? — спросила она. — Хилтоп настоящий. Стены, дома, поля. И Спасители настоящие. Иисус не врал. Грегори - скользкий тип, но Мэгги его дожала. Он отдаст половину, если мы убьем Спасителей. — И Рик согласился. — Ага. Завтра ночью выезжаем. Иисус покажет, где их аванпост. Кэрол кивнула. — Я с вами. — Кэрол… — Я с вами, Дэрил. Я устала сидеть здесь. Готовить, убирать, слушать это чертово радио. Делать вид, что все нормально. Я не могу больше. Я должна быть там. Он смотрел на нее и понимал - она не отступит. — Ладно. Но будешь держаться рядом. Она кивнула. — Где Кейт? — В лазарете. Сейчас пойду к ней. Ей тоже нужно знать. Она встал и вышел. *** В лазарете горел тусклый свет. Кейт сидела за столом с Энид, перед ними была раскрыта старая медицинская книга. — Видишь, здесь про переломы. Главное - зафиксировать сустав выше и ниже. И обязательно обработать рану, иначе заражение. Энид кивнула. Дверь открылась. Кейт подняла голову и увидела Дэрила. — Привет, Энид, — сказал он. — Привет. Я, пожалуй, пойду. Она выскользнула из лазарета. Дэрил прошел внутрь и сел на край стола. — Как все прошло? — спросила Кейт. Он рассказал. Про Хилтоп, про Грегори, про сделку. Про то, что они едут завтра ночью убивать людей. Про то, что Кэрол тоже едет. Кейт слушала молча. Когда он закончил, она долго не отвечала. — Ты понимаешь, что это значит? Вы идете убивать людей. Не ходячих. Живых людей. Просто потому что кто-то сказал, что они плохие. — Они убивают тех, кто не платит. Держат целое поселение в страхе. — Это не дает нам права их убивать. Мы не судьи. — Ты убивала людей. Губернатора. Его людей. Ты сама всадила ему нож в шею. Она вздрогнула. — Это другое. Губернатор напал на нас. Он пришел с танком, чтобы уничтожить тюрьму. Мы защищались. — Итог один - они мертвы. — Разница в том, что мы не искали войны. Мы не шли к ним домой, чтобы перерезать их во сне. Мы защищали своих. Он сжал челюсти. — Я делаю это, чтобы защитить нас. Тебя. Всех. Если Спасители такие, как говорит Иисус, они придут сюда. — Или не придут. Может, они никогда бы не нашли Александрию. — Я не могу рисковать. Она долго смотрела на него. — Я не узнаю тебя, — сказала она тихо. — Ты всегда был тем, кто защищает. А теперь ты хочешь напасть первым. Это не одно и то же. — Я не изменился. Я просто понял, что иногда лучшая защита - это нападение. — Или ты просто боишься. И от страха готов убивать. Он ничего не ответил. Постоял еще мгновение, потом развернулся и пошел к двери. — Завтра ночью мы уезжаем. Я вернусь. И мы поговорим. Дверь закрылась. Кейт осталась одна. Она смотрела на закрытую дверь и чувствовала, как внутри все сжимается. Она любила его. Но сейчас между ними была пропасть непонимания, которую она не знала, как перейти.