Глава 3.3

***

      С седла Караксеса Деймон мог видеть мир, распростертый под ними, словно карта, и каждая деталь становилась четкой, когда они взмывали высоко над Сумеречным долом. Город внизу погрузился в хаос, армия Зеленых из Королевских земель все ближе подступала к крепостным стенам. Люди в доспехах сгрудились, как муравьи, и били по воротам, их оружие звенело о камень, а они кричали в дикой какофонии. Было ясно — замок вот-вот будет взят. Но тут из облаков, словно багряная буря, спускающаяся с небес, появилась Мелейс. Королева, Которой Никогда Не Было, и ее великий красный дракон пикировали вниз с смертоносной грацией, ее крылья широко расправились, а из пасти вырвались пламя. Река огня хлынула на солдат, находившихся ближе всего к стенам, поглощая их в смертельном пекле. Деймон наблюдал сверху, как их доспехи, некогда сиявшие в полуденном солнце, почернели и расплавились, а люди под ними кричали от агонии. Воздух наполнился их криками, слабо эхом разносившимися по небу и смешивавшимися со звуком потрескивающего пламени. С такой высоты их крики казались приглушенными, отдаленными, но ужас в их голосах был несомненен.       До Деймона донесся, уносимый ветром, зловоние горящей плоти. Оно было густым и удушливым, смешанным с едким запахом расплавленного металла и обугленного дерева. Пепел вился вверх, как призрачный дым, наполняя воздух горьким запахом разрушения. Внизу земля была усыпана останками людей — одни представляли собой не более чем искривленные, почерневшие оболочки, другие корчились, пока огонь пожирал их заживо. С крепостных стен он слышал победные крики своих людей, торжествующий рев, поднимавшийся из замка, когда ход сражения изменился. Но, окидывая взглядом горизонт, он застыл, ибо он ждал этого.       Звук пронзил воздух, громче и глубже, чем все предыдущие. Рев, безошибочно узнаваемый и ужасающий, разорвал небо, когда Вхагар вынырнула из леса вдали. Древний дракон, ее огромная фигура медленно поднималась, тяжело взмахивала крыльями — четыре мощных взмаха, чтобы подняться, когда должно было хватить всего двух. Деймон нахмурился, глядя на эту седую старую суку, и в груди у него сжался узел беспокойства. Даже с такого расстояния он мог почувствовать ее запах — землистый, зловонный аромат, напоминавший ему лес, вытоптанный слишком многими людьми — изношенный и грязный.              Это был запах пота и разложения, давно запущенного подлеска, пропитанного запахом грязи, плесени и гнили. Вхагар выглядела хуже, чем он себе представлял. Ее чешуя, когда-то сиявшая зеленым даже в старости, теперь была тусклой, покрытой комками мха и сорняков, пустивших корни между чешуйками. Были даже следы подлеска, проросшего в ее кожу — вид, от которого у Деймона сжались челюсти от гнева. Он вспомнил преданность Лейны Вхагар, как она часами ухаживала за огромным телом дракона, тщательно удаляя грязь, мусор и сброшенные чешуйки. Она приносила бесчисленные инструменты, чтобы поддерживать здоровье старой драконицы — гигантские щетки, скребки и даже однажды «Темную сестру», чтобы вытащить что-то из зубов Вхагар. Лейна щедро платила людям за то, чтобы они еженедельно убирали гнездо дракона, ибо она не позволяла Вхагар лежать на ее добыче. И каждую неделю приносили бочки с животными жирами, чтобы смазывать огромные чешуйки дракона, сохраняя их эластичными и крепкими.       Но сейчас? Сейчас Вхагар была заброшена, запущена. Ее чешуя стала шероховатой, потускнела от времени и грязи, а ее огромное тело было обременено тяжестью безразличного пренебрежения. Хранители драконов не смели приближаться к ней, а ее всадник — Деймон скрипнул зубами — явно был слишком равнодушен, чтобы позаботиться о ней сам. Мелейс взмыла вверх, с легкостью взбираясь в небо, как и планировали. Караксес рычал под ним, и Деймон наклонился вперед, поглаживая толстую, алую шкуру дракона.       — Ну же, поздоровайся со старушкой, мой друг, — пробормотал Деймон с ухмылкой. — Слишком долго мы не развлекались.       Караксес издал длинную трель, мелодичный звук, перешедший в высокий, дразнящий свист. Ответ от Вхагар был ожидаем — громовой, почти игривый рык, который Деймон осмелился бы описать как радостный. Как будто древний дракон вспомнил их прошлое, их общую историю над Заливом Разбитых кораблей, когда Караксес не напал на нее, а вместо этого вступил в игривый танец. В конце концов, драконы не различают друзей и врагов, если их не направляют всадники, но у них долгая память. Вхагар и Караксес когда-то были товарищами в бою, когда братья Эймон и Бейлон садились на них и отправились на войну, а позже они провели вместе еще десять лет, когда Деймон был женат на Лейне.       Эймонд, с другой стороны, не так давно оседлал Вхагар. Деймон наблюдал за состоянием старого дракона с смесью отвращения и жалости. Судя по ее внешнему виду, Эймонд явно пренебрегал ею — вероятно, проводил с ней время только тогда, когда ему нужно было оседлать ее. Ни один человек не смог бы выдержать ту вонь, которую она несла; запах был ошеломляющим, густым, с нотками сырой земли и гниения, словно она лежала в грязи среди тысячи трупов. Вхагар встретила их выстрелом пламени — огненным вызовом, в который Деймон небрежно влетел, словно это был всего лишь порыв ветра. Караксес ответил своим собственным обжигающим дыханием, нацелившись прямо на её морду; пламя танцевало между ними, словно старые друзья, возрождающие забытую связь. И тогда, как и ожидалось, Вхагар перевернулась на спину, выставляя им живот в насмешливом жесте, словно вызывая их на что-то. Она не боялась, это было очевидно.       Острый взгляд Деймона заметил кожаные ремни, которые удерживали седло Эймонда на месте, плотно обхватив массивное тело Вхагар. Легким движением запястья он подвел Караксеса ближе, их гладкие красные фигуры пролетели параллельно огромному телу Вхагар, и провел когтями по ремням. Быстрым, целенаправленным движением он разорвал четыре из них, как раз в тот момент, когда Вхагар снова перевернулась. Караксес, в свою очередь, перевернулся вниз головой, скользя над Вхагар в идеальном зеркальном танце. Дэймон почувствовал волну ностальгии — на его губах заиграла злая улыбка — когда он вспомнил, как летал именно так, прежде чем шутливо поцеловать Лейну, пока она мчалась вперед. Она всегда была беззаботной, летела впереди со смехом, ее радость была заразительной. Теперь, окинув взглядом спину огромного зверя, он увидел на лице всадника лишь ужас.       Лицо Эймонда было как маска отчаяния: он изо всех сил дергал поводья, пытаясь управлять огромным драконом под собой. Усилия были тщетны, и Деймон мог только смеяться. Вхагар уже давно переросла слабые попытки своего всадника управлять ею. В одной руке Деймон держал арбалет — Бейла наверняка рассердится, обнаружив его пропажу. Это было ее лучшее оружие, идеально сбалансированное, самое ухоженное из всех ее сокровищ. Ему придется загладить вину за то, что он его одолжил, возможно, подарив дочери кованый на заказ кинжал или хлыст из бычьей кожи, как только эта война закончится. Крики Эймонда становились все более неистовыми, его голос поднимался от отчаяния, но Деймон едва обращал на него внимание. Принц дергал и рвал поводья Вхагар, но Деймон знал, что это бессмысленно: Вхагар не чувствует никакой угрозы, только игривое возбуждение. Он мог убить его прямо сейчас, если бы захотел — один болт с такого близкого расстояния, выпущенный точно, был бы смертельным. Но Деймон еще не был готов стать убийцей родственников. Цена такого поступка тяжело давила на его сознание. А как только Вхагар поймет, что ее всадник мертв, она обрушит на них ярость, которую никто, даже Караксес, не сможет укротить.       Нет, Вхагар должна остаться в некоторой степени покладистой, дружелюбной и без всадника, как того и требовала его дорогая жена. Деймон тщательно прицелился, прищурив глаза, когда он нацелился на оставшиеся ремни, которые крепили седло Эймонда. С отточенной точностью он выпустил стрелу, перерезав сразу три ремня. Теперь осталось только два с правой стороны и три с левой. Караксес выпрямился, изящно изгибая свое длинное, змеевидное тело, а его багровые крылья разрезали воздух, когда он повернул к открытому морю. Вскоре за ними помчалась Вхагар, с ее огромной массой и глубокими, тяжелыми взмахами крыльев. Дэймон дернул поводья, резко развернув Караксеса, и они вновь начали свой танец — злобный дуэт, который могли исполнить только драконы и их всадники. Вхагар, древняя, тяжело пронеслась в воздухе, перевернувшись своим огромным телом и вновь обнажив живот. Но на этот раз оставшиеся седельные ремни, изношенные и запущенные, слишком малочисленные, чтобы удержать вес Одноглазого Принца, лопнули с громким треском. Одноглазый Принц, чьи попытки удержаться теперь были тщетны, стремительно падал вниз, к ожидающим его водам. Деймон наблюдал за его падением, в его глазах мелькнул злорадный блеск удовлетворения, а затем, не в силах сдержаться, он рассмеялся диким, безудержным хохотом.       Караксес резко взмыл вверх, ветер свистел в ушах Деймона, а Вхагар, выпрямившись, с яростным рыком кружила над морем, где исчез ее всадник. Деймон наблюдал с вычисляемой безразличностью. «Высота не такая уж большая», — подумал он, уголки его рта все еще искривились в мрачной улыбке. «С мальчиком все будет в порядке. Надеюсь только, что он почувствовал хотя бы долю того страха, который испытал Люк, когда чудовище в облике принца охотилось на него на своем боевом драконе».       В мгновение ока Рейнис оказалась рядом с ним, Мелейс с легкостью поддерживала их темп. Ее фиолетовые глаза, острые и вопросительные, искали подтверждения на его лице. Он это сделал? Деймон, все еще смеясь, дал понять ответ радостным звуком, который вырвался из него, раздаваясь эхом по небу. Рейнис, как всегда опытная воительница, лишь закатила глаза, глядя на его веселье, но ее губы дрогнули от улыбки. Она приказала Мелейс пикировать к Вхагар — алая королева игриво кружила над древним драконом внизу, но старая сука не обращала на нее внимания. Вхагар был слишком сосредоточен на том месте, где её всадник исчез под волнами.       С высоты своего наблюдательного пункта Деймон мог разглядеть группу всадников, спешащих к берегу. Но они опоздают. Уже сейчас корабль Веларионов плыл к павшему принцу, его гладкий корпус целеустремленно разрезал воду. Деймон прищурился, узнав герб корабля. Среди экипажа, без сомнения, был один из бастардов Корлиса. Было бы жаль, если бы мальчик встретил свою гибель, прежде чем Рейнис успела узнать правду. Деймон давно желал сам стать свидетелем этого откровения, увидеть выражение лица своей кузины, когда развернется неизбежная конфронтация.       Деймон спустился вниз, отдав резкую команду, и направил Караксеса к Вхагар, чтобы отвлечь ее внимание от коробля. Нельзя было допустить, чтобы ее огненное дыхание сожгло корабль, прежде чем тот выполнит свою задачу. Вхагар неохотно последовала за Караксесом и Мелейс, или, вернее, за кораблем, спасшим ее всадника, и ее огромная фигура тяжело продвигалась по небу, отставая от них. Они направились к Драконьему Камню, а ветер нес с собой отдаленный запах моря и соли. У них в руках третий король Зеленых. Он гадает, что они будут делать дальше.