Вернутся к фанфику

Chapter 29: Despair

5 августа 2026, 13:16
      Утро понедельника встретило их привычной рутиной. Кенто уверенно вёл машину, пока Сугуру, подперев щёку ладонью, лениво разглядывал проплывающий за окном пейзаж.       — Ты телефон со вчерашнего дня вообще в руки не брал? — спокойно, не отрывая взгляда от дороги, спросил Нанами.       — Совсем про него забыл, — тихо хмыкнул Сугуру, потягиваясь. Тело всё ещё приятно поднывало, напоминая о ночных безумствах.       Он залез в карман пиджака, выудил смартфон и разблокировал экран. Тот мгновенно оказался завален множеством уведомлений. Гето удивлённо округлил глаза. Листая бесконечную ленту, он успевал коротко отписываться близким, но стоило открыть чат с отцом, как пальцы замерли над клавиатурой. В груди болезненно кольнула ревность. Пальцы замерли над экраном, так и не коснувшись клавиш.       В офисе же с самого утра все были активны. Юки улыбался, и даже обычно молчаливый Рёто о чём-то тихо переговаривался с Аякой.       — Сугуру, наконец-то ты здесь! — Юки отложил свой смартфон и помахал омеге. — Годжо-сама просил тебя зайти, как только придёшь.       — А… он в офисе, — Сугуру едва сдержал тяжёлый вздох при одном упоминании этого альфы.              «Как же всё надоело», — мысленно огрызнулся он. Кивнув коллегам скорее для вида, Гето опустил сумку на рабочий стол и направился к кабинету начальства. Он даже не заметил пристального взгляда Нанами, который замер у своего кресла, провожая его напряжённую спину.       Перед дверью Сугуру на секунду застыл, не зная, стоит ли стучать или войти без предупреждения. Но Сатору, который ещё пару минут назад заметил омегу сквозь стеклянную перегородку, сам потянул ручку на себя.       — Сугуру? Входи. Есть разговор…       Гето коротко толкнул его ладонью в грудь, заставляя сделать шаг назад. Альфа беспрекословно повиновался, закрывая за ними дверь. Пройдя вглубь кабинета, Сугуру опустился на стул и только тогда соизволил поднять взгляд на Сатору.       Годжо выглядел откровенно паршиво. Под глазами залегли глубокие тени, а обычно шальной взгляд казался совершенно потухшим.       «Чёрт… бесит», — Сугуру до боли сжал ладони в кулаки, прекрасно догадываясь, зачем его сюда выдернули.       — Это по поводу…       — Ты хочешь уволиться? — тихо перебил его Сатору. Даже его голос стал на порядок ниже. Альфа медленно подошёл к столу и устало опустился в кожаное кресло.       — Я… да, хочу, — Сугуру сперва опешил от такой прямоты, но быстро взял себя в руки.       — Потерпишь меня ещё две недели? Как раз закончится твоя стажировка, и я официально зачислю тебя в штат. А на следующий день сразу же уволю, чтобы ты получил полную денежную компенсацию.       Сугуру затаил дыхание, отказываясь верить собственным ушам. Сам Сатору предлагает ему уход? Да ещё и с подобной финансовой махинацией в его пользу?       — Ты… сейчас не врёшь мне?       — Нет. Я… я просто хочу, чтобы у тебя всё было хорошо, — Сатору тяжело вздохнул, устало проведя тыльной стороной ладони по лицу. — Я знаю, сколько сил ты вложил в эту стажировку. Если ты уйдёшь прямо сейчас — останешься ни с чем, с пустым резюме и без денег. А если потерпишь меня ещё две недели, то выйдешь отсюда с официальным опытом, деньгами и абсолютной свободой. Считай это… моей попыткой искупить то, как паршиво я вёл себя с тобой всё это время.       Сугуру не хотелось копаться в его мотивах и разбираться, лжёт альфа или говорит искренне. Если Сатору действительно сдержит обещание — это идеальный исход. Если нет — его в любом случае уволят. Тору-сама в прошлый раз смотрел на него так, будто готов решить вопрос с увольнением и без его подписи.       — Хорошо. Как скажешь. Если это всё, то я пойду работать, — сухо отрезал Сугуру.       Он даже не заметил, как у Сатору судорожно дрогнула рука. Альфа всем телом подался вперёд, явно желая сорваться с места, перехватить омегу и хотя бы просто коснуться его, но вовремя сдержал этот дикий порыв.       — Это… всё. Можешь приступать к работе.       Сугуру поднялся, но у самой двери его заставил замереть тихий, почти умоляющий вопрос:       — Сугуру… как ты поживал эти две недели?       Гето посчитал это непозволительным проявлением личного интереса. Ничего не ответив, он просто толкнул дверь, оставляя Сатору одного в пустом кабинете.       Годжо был абсолютно растерян. Он не знал, что делать дальше, как поступить и к кому обратиться за помощью. В глубине души он искренне ненавидел и самого себя, и свою фамилию, но не мог просто взять и отречься от семьи. Не смог бы, даже если бы сильно захотел…       «Нет… всё это чушь. Я просто трус», — мысленно огрызнулся он, с презрением разглядывая собственные руки.       Сатору отчаянно пытался заглушить этот отвратительный поток мыслей, но был не в силах. Вопрос со срывом предстоящей свадьбы зашёл в тупик, сколько бы усилий и действий он ни прилагал. Отец наотрез отказался идти навстречу сыну, напротив, властный старик мёртвой хваткой вцепился в горло сына, пытаясь окончательно обуздать его. И главным козырем в этой грязной игре стал Сугуру, напоминая сыну о том, в какой опасности окажется этот омега, если Сатору взбунтуется.       Годжо пришлось подчиниться. Он устроился на работу в компанию отца и даже смиренно слетал в Америку, чтобы изображать любящего жениха рядом с невестой — всё ради того, чтобы защитить Сугуру.       «Я просто… слишком слаб и не в состоянии защитить даже собственное счастье», — горько подумал он, поворачивая голову к стеклянной перегородке.       Сугуру уже успел устроиться за своим столом и включить компьютер, но его взгляд был устремлён куда-то в сторону.       «Получается, чтобы действительно защитить тебя… мне нужно просто навсегда тебя отпустить, Гето Сугуру?»       Сугуру кусал губы и заламывал брови. Непонятное, лихорадочное желание зудело в мышцах под кожей. Между ног медленно намокало, а дыхание сбивалось с привычного ритма. Сугуру до боли, до дрожи в коленях хотел прямо сейчас оказаться в руках своего альфы. Хотел быть с ног до головы укутанным сандалом и едва уловимым зелёным чаем. Лишь сейчас Гето заметил, насколько сильно у него пересохло во рту. Он судорожно облизнул сухие губы несколько раз и, стоило Нанами на секунду обернуться в его сторону, смущённо опустил взгляд на клавиатуру. Но Кенто тут же вернулся к монитору, вновь погружаясь в работу. Сугуру не оставалось ничего другого, кроме как заставить себя уткнуться в монитор. Хотя какой в этом был смысл? Зачем имитировать бурную деятельность, если ровно через две недели он навсегда покинет этот офис?       Сугуру еле как дотерпел до обеда. Ему хотелось увести Кенто в скромный уголок и хотя бы поцеловать его. Оказаться в объятиях и забыться от реальности. Забыть про Годжо Сатору и работу.       Когда часы пробили ровно двенадцать часов дня, Сугуру подкатил к Кенто на своём кресле, опуская свои ладони на крепкие предплечья альфы.       — Пойдём обедать? — он пытался скрыть мольбу в голосе, пару раз хлопнув ресницами.       Кенто мягко улыбнулся, поднимаясь с кресла.       — Прости. На обед у меня были планы с знакомым. Давай завтра пообедаем вместе?       Внутри Сугуру от этого спокойного тона и отказа что-то болезненно ёкнуло. После недели, где этот альфа принадлежал ему, эта внезапная дистанция ощущалась как пощёчина. Сугуру сам не заметил, как капризно надул и без того припухшие губы, впиваясь в Кенто требовательным взглядом.       — Какие ещё дела? С кем? — в голосе против воли проскользнули ревнивые нотки.       — Просто встреча с давним приятелем, ничего серьёзного, — Кенто остался непоколебим, мягко, но уверенно очерчивая границы.       Кое-как справившись с подступившей обидой, Сугуру неохотно отступил. А спустя двадцать минут Кенто уже выходил из здания офиса, направляясь к кафе неподалёку.

***

      — Ты… так и не передумал? — напротив Кенто сидела девушка. Она осторожно задала вопрос, с явным любопытством разглядывая альфу напротив.              Юмеко выглядела безупречно, как и всегда, но в её глазах читалось лёгкое, едва скрываемое волнение.       — Мой ответ не изменится, — спокойно и твёрдо отозвался Нанами, глядя ей прямо в глаза. Ему не хотелось давать ложных надежд.       Девушка горько усмехнулась, крутя в пальцах чашку с остывающим кофе.       — А продолжить… просто спать вместе? Мы можем? — она подалась чуть вперёд, понизив голос. — Я помню, ты сам говорил, что в постели я идеально тебе подхожу. Никаких обязательств, Кенто. Всё будет, как раньше.       Нанами устало вздохнул. На секунду он вспомнил их прошлые отношения, где было удобно, но сейчас одна мысль о близости с кем-то, кроме Сугуру, вызывала у него отторжение.       — Не получится, Юмеко, — отрезал Кенто, откинувшись на спинку стула. — У меня появился омега.       Девушка на мгновение замерла, сглотнув вставший в горле ком, а затем нацепила вежливую улыбку и отстранилась.       — Понимаю… Извини, что потревожила. Рада за тебя, Кенто.       Разговор был окончен. Завершив обед, Нанами расплатился за счёт и придержал дверь, пропуская девушку вперёд. В этот момент Кенто даже не подозревал, что попал под прицел двух любопытных пар глаз. Аяка и Юки как раз возвращались в офис и, активно шепчась между собой, замедлили шаг, наблюдая за этой картиной со стороны.       Ровно спустя полчаса в отделе Сугуру пытался сосредоточиться на работе. На обед он закинулся лишь скудным онигири и зелёным чаем. Оставшееся время он решил подремать в комнате отдыха. Но уже как полчаса работа не идёт, потому что напротив Юки хихикал и что-то с шёпотом обсуждал с Аякой.       «Не могу сконцентрироваться», — отчаянно подумал Сугуру, откидываясь на спинку кресла и краем уха уловив обрывки фраз.       — … да точно тебе говорю, это девушка Нанами-сана! — оживлённо шептала Аяка, наклонившись к Юки. — Он же не тот, который будет обедать с кем попало.       «О ком они говорят?» — Сугуру сам не заметил, как подался вперёд, лишь бы расслышать их шёпот.       Кенто рядом сидел в наушниках, увлечённый работой.       «С кем ты обедал? Что за девушка?» — почему-то ему хотелось вцепиться в его плечи и добиться ответов на свои вопросы. В груди стало неприятно от осознания, что Кенто решил пообедать с кем-то другим… ещё и с девушкой.       «Его всегда окружали девушки. И он не раз говорил, что хочет и будет встречаться с девушками… А я… я просто… Мы просто секс-партнёры», — Сугуру пытался обмануть самого себя. Прерывая бесконечный поток мыслей, он поднялся с места и под удивлённые пары взгляд направился в сторону выхода. Заметив, что Юки и Миура-сан напряглись, он неловко коснулся шеи.       — Я… отойду в уборную, — проговорил Гето, совсем не замечая взора голубых глаз за стеклом.              Только вот, стоило ему спуститься в уборную на этаж ниже, он умыл лицо холодной водой, опираясь на раковину.       Настроение совсем пропало, в горле встал ком, и вскоре его начало тошнить, а тело начало нагреваться.       «Хочу увидеть Кенто… хочу, хочу!..» — он спрятался в самой дальней кабинке, запирая дверь и опуская крышку санузла, сел на него. Сугуру же сразу достал телефон из кармана и написал Кенто сообщение.       Стоило Сугуру отправить это короткое сообщение, он захотел его сразу же удалить, но Кенто сразу же прочёл. Ему хотелось спрятаться от всех, исчезнуть с лица земли. В своих раздумьях он даже не заметил, как первые слёзы крупными каплями капали на его штаны.       — Чёрт, — совсем тихо выругался Сугуру, принимаясь вытирать мокрые щёки.       Он до дури боялся, что Кенто наигрался с ним. Что эти дикие, совсем безумные выходные были просто прощальным аккордом, и теперь он решил вернуться к своей идеальной жизни, где существуют только женщины? Мысль о том, что Нанами может обратно сойтись с одной из бывших, отозвалась в груди Сугуру такой невыносимой болью, что ему стало трудно дышать.       — Сугуру? — уже совсем скоро за дверью кабинки послышался знакомый голос.              — К-кенто… я тут, — Сугуру судорожно щёлкнул замком. Заметив, как Нанами замер, поражённый видом его слёз, омега отчаянно схватил его за руку и утащил за собой внутрь.       Едва задвинув защёлку, Сугуру вцепился пальцами в воротник его рубашки и накрыл чужие губы своими горячими и влажными от слёз губами. Он отчаянно, почти до боли хотел доказать, что он лучше Юмеко. Лучше всех бывших партнёров Нанами. Если Кенто захочет сексом заглушить все имеющиеся проблемы — Сугуру готов прямо сейчас. Он готов бездумно лечь под этого альфу, раздвинуть ноги, отдать всего себя без остатка. Лишь бы Кенто не ушёл. Лишь бы его снова не оставили в одиночестве.       — Сугуру?.. — Кенто сперва опешил, ощущая солёный вкус слёз в этом поцелуе, но тут же опустил ладони на его талию, крепко прижимая к себе.       С огромным трудом Нанами оторвался от губ омеги, перехватывая его за предплечья и заглядывая в заплаканные глаза. Гето выглядел настолько сломанным и отчаянным, что у него болезненно сжалось сердце.              — Что ты делаешь? Мы же в офисе. За дверью в любой момент могут пройти коллеги, — как бы Нанами ни пытался призвать его к разуму, Сугуру лишь отчаянно мотал головой, пытаясь сбросить с себя его крепкую хватку.       — Я… я не знаю. Я так хочу тебя… меня просто ломает! Между ног всё горит, я сойду с ума, если ты не прикоснёшься ко мне! Кенто, прошу… молю тебя… — Сугуру заскулил настолько громко и жалобно, что альфе пришлось мгновенно накрыть его рот ладонью, особенно когда в уборной раздались чужие шаги и отдалённые голоса.       — Тише, — едва слышным шёпотом приказал Нанами.       Сугуру беспомощно уткнулся носом в его ладонь, впитывая едва уловимый аромат сандала. Но едва одна его рука освободилась, он слепо вцепился в пах альфы. Кенто до крови прикусил нижнюю губу, чтобы не выдать себя ни единым звуком.       — Ты слышал, что Годжо увольняется? — раздался за тонкой дверью неторопливый мужской голос.       — Да ну? Наконец-то.       Гето, стараясь не звякнуть тяжёлой пряжкой ремня, лихорадочно поглаживал брюки альфы, пока Нанами не перехватил и не зафиксировал его запястье рукой.       — Н-неужели… ты меня больше не хочешь? — как только ладонь убрали от его губ, Сугуру шёпотом выдохнул вопрос, готовый захлебнуться горькими слезами. — Д-даже… не пошёл со мной обедать. Ты ушёл со своей новой девушкой? Я больше тебе не нужен?..       — Эй, ты что-то слышал? — неожиданно подал голос парень за дверью.       Кенто весь напрягся. Понимая, что их сейчас выдадут, он молча прижал Сугуру к себе, зарылся пальцами в его затылок и накрыл его губы поцелуем. Гето мгновенно впился пальцами в его грудь. Крышесносный поцелуй мгновенно смёл остатки его здравого смысла, растворяя в страсти.       — Да показалось тебе. Докурил? — поинтересовался второй голос за перегородкой. — Пошли, а то наша начальница головы нам оторвёт за долгое отсутствие.       — А, не напоминай про эту язву. У неё вечно предменструальное состояние, — первый хихикнул.       — Не говори. Секса, что ли, в жизни не хватает?       Когда шаги и голоса наконец затихли в коридоре, Сугуру обессиленно обмяк в крепких руках альфы.       — Если ты меня не хочешь, то так и скажи. Я не хочу… — Сугуру не успел закончить речь, как горячие губы Кенто тут же втянули его в очередной безумный поцелуй.       Непонятно, сколько они целовались, но у Гето в какой-то момент закружилась голова. Он крепко вцепился в плечо альфы и тихо застонал в чужой рот, стоило ощутить горячие ладони на своих ягодицах.              — Это не так, Сугуру. Господи, конечно же, это не так, — твёрдо ответил Кенто, прижимаясь своим лбом к его лбу и пытаясь успокоить омегу своим запахом.       — Тогда докажи… Пожалуйста, помоги мне, Кенто, я сейчас сойду с ума, — Сугуру умоляюще заглянул ему в глаза, полностью сдаваясь на милость своего альфы. — Просто… давай сделаем это. Я хочу быть твоим здесь и сейчас…       Кенто сжал его ягодицы сильнее, подавляя усмешку.       «До чего абсурдная ситуация...» — думал Кенто, понимая, что в таком состоянии оставлять Сугуру просто опасно.       Он тяжело вздохнул, признавая поражение. Нанами не стал раздевать Сугуру и укладывать его на холодные поверхности, он отчётливо помнил про синяки и ментальное истощение парня. Вместо этого он молча, с пугающей и завораживающей покорностью опустился перед омегой на колени прямо на кафельный пол.       Сугуру судорожно выдохнул, когда чужие пальцы уверенно расстегнули его брюки, освобождая из белья горячую, пульсирующую плоть. Когда Кенто без лишних слов, глядя на него снизу вверх потемневшим взглядом, плавно принял его член в рот, у Гето подкосились колени. Он мёртвой хваткой вцепился в плечи Нанами, сдерживая из груди громкий стон. Тягучие, невероятно умелые движения альфы, жар его ротовой полости и влажное, причмокивающие звуки мгновенно утянули Сугуру в бездну чистейшего кайфа. Он сам не заметил, как слёзы скатились по щекам, сжимал светлые волосы альфы и чувствовал, как с каждым умелым движением языка его наконец-то отпускает напряжение.       «Пусть он будет моим… всегда… прошу...» — мысленно молился Сугуру, ощущая свой скорый пик.       Стоило Гето прижать голову Кенто к своему паху, альфа умело заглатывал член, свободной рукой касаясь его мягких яичек. Всего пара движений — и Сугуру содрогнулся всем телом, блаженно прикрывая глаза. Тёплая, густая жидкость обволокла рот Кенто, который без тени смущения проглотил сперму омеги.       — К-кенто… — Сугуру заскулил, и, понимая, что сейчас омега будет выпрашивать ещё больше, Кенто поднялся на ноги и лбом уткнулся в его лоб.       — Пора возвращаться на работу, Сугуру, — прошептал он, оставляя смазанный чмок на его губах.       «Да уж… посмотришь на этого омегу и сразу поймёшь, чем он тут занимался», — подумал Кенто. Он аккуратно привёл одежду омеги в порядок, вытер губы тыльной стороной ладони и, взяв лицо Сугуру в свои широкие ладони, заставил посмотреть на себя.       — Мгх… — Гето позволял альфе всё, что вздумается, и с красными щеками смотрел на него снизу вверх. — Мы…       — Это всё, что мы сделаем в офисе. Тебе понятно? — голос альфы прозвучал строго и непреклонно, возвращая Сугуру в реальность, но в то же время даря такое необходимое ощущение жёсткого контроля.       Омега послушно кивнул, полностью соглашаясь на все слова Кенто. Разум наконец прояснился, а страх одиночества отступил — его альфа был здесь, с ним, и он всё ещё принадлежал только ему.       — Иди первым, я… вернусь позже, — Кенто с вздохом отпустил Сугуру, который выглядел довольным. Его глаза сияли, даже если он молчал, было понятно, как же Сугуру был счастлив. Или это Кенто сам себя так обманывает? Чтобы оправдать то, что они совершили?       «Чёрт», — мысленно выругался Кенто, принимаясь приводить себя в порядок. Не то чтобы Нанами было стыдно… может, капельку? Как-никак, это не первый подобный опыт, но делать это в таком месте с Сугуру? Казалось, что Кенто перешёл невидимую черту.       Стало паршиво. Такое чувство, будто Кенто воспользовался состоянием друга и…       — Мне нужен свежий воздух, — вдруг в кабинке стало тесно и душно. Во рту он до сих пор ощущал привкус горечи с примесью ванили.       Уже совсем скоро Кенто стоял на улице, спустившись на первый этаж и выходя в курильную зону. Доставая сигарету из кармана, он зажёг кончик и затянулся.       Обычно подобное сразу помогало расслабиться, но сейчас Кенто чувствовал себя настолько скверно, что мурашки до сих пор неприятно бегали по коже. Докурив первую сигарету по-быстрому, он бросил её в урну, но стоило достать вторую, как в районе челюсти вспыхнула острая боль. Не ожидая столь сильного удара, Нанами отскочил в сторону, инстинктивно хватаясь за лицо.       Во рту мгновенно встал металлический привкус крови. Злобно зыркнув в сторону, он увидел разъярённого Сатору, который буквально полыхал своими ярко-голубыми глазами.       — Какого чёрта? — выругался Кенто, выпрямляясь весь в напряжении.       — Блять, ты думаешь, я совсем тупой? Что вы там делали в уборной? Почему Сугуру возвращается от тебя с твоими же феромонами на себе?! — Годжо зарычал подобно зверю, но Кенто в ответ лишь холодно усмехнулся.       Не выдержав этой ухмылки, Сатору в два шага сократил расстояние, вцепился в его помятый воротник и в упор уставился в светло-карие глаза альфы.       — Что ты, блять, с ним делал?! Отвечай на вопрос, ублюдок!       Кенто с силой перехватил его запястье, сжав пальцы и недовольно нахмурив брови.       — Отвали. Тебе-то какое дело? Или у бывшего насильника внезапно проснулись благородные чувства к своей жертве?       Озвученные слова ударили без промаха — прямо в самое больное место. Сатору выдохнул, судорожно сжимая воротник чужой рубашки так, что ткань затрещала по швам.       — Ты разве не видишь? Ты делаешь ему только хуже, идиот! Даже я перестал тревожить его! Блять, я… я готов убить тебя прямо здесь.       — Что ты за дешёвую драму тут разводишь? — Кенто, потеряв остатки терпения, с силой откинул от себя чужие руки. — Ты серьёзно думаешь, что твои слова и поступки выглядят благородно? С каких это пор у тебя проснулась совесть? Ты правда веришь, что пара благородных поступков смоет с тебя всё прошлое?       Кенто наблюдал за тем, как Сатору до боли сжимает руки в кулаки, и рефлекторно потёр ноющую челюсть.       — Ты даже не представляешь, о чём говоришь, — скрипнул зубами Сатору, глядя на него исподлобья.       — Хватит лезть к нему. Просто оставь его в покое. Ты ведь ради этого увольняешься, разве нет?       — Хах. Ты не знал? — Сатору знал, что ему не стоит заводиться. Он вообще планировал найти Нанами и поговорить с ним, но стоило увидеть красного и довольного Сугуру, как все мозги отшибло ревностью. Если раньше он думал, что этот омега так пахнет чужим ароматом, потому что живёт вместе с альфой, то сейчас он мог догадаться, что те двое делали в уборной. — Сугуру ведь тоже увольняется. Или он не счёл нужным рассказывать это тебе?       Кенто лишь равнодушно качнул головой на эту жалкую попытку манипуляции.       — Не знаю, что ты пытаешься до меня донести, но между нами с Сугуру всё гораздо глубже, чем ты способен себе представить.       — Идиот, ты разве не видишь, что ему плохо?! — Годжо подался вперёд, понизив голос до шипения. — Вы ведь… вы только целовались там?       — Мы делали всё, что касается только нас двоих, — холодно и отчеканивая каждое слово, ответил Кенто. — И то, о чём ты с ним никогда не смел даже мечтать.       — Чёрт… — Сатору отчаянно прикрыл глаза ладонью, покачав головой. — Я…       — С каких пор ты вообще стал заботиться о нём? — устало произнёс Кенто, доставая очередную сигарету из пачки.       У Нанами не было ни сил, ни желания ругаться или выяснять отношения с Годжо. Всё, чего он искренне хотел сейчас, — это разобраться с состоянием Сугуру. Помочь омеге встать на ноги и наконец-то отвезти его к отцу, чтобы тот возобновил терапию.       — Будешь? — Нанами протянул пачку Сатору, который резко затих.       Годжо на мгновение замер, но затем принял сигарету и зажигалку. Два альфы, которые ещё минуту назад готовы были перегрызть друг другу глотки, теперь молча стояли и курили, выпуская дым.       — Не ломай его. Прошу… — вдруг тишину прервал тихий, отчаянный голос Сатору.       Годжо выглядел совсем не так, как прежде. Его взгляд был устремлён куда-то в землю, но мысленно он явно находился далеко отсюда — перебирал прошлые ошибки или пытался переварить неизбежное. Нанами не испытывал ни малейшего интереса к чужим ментальным терзаниям.       — Я — не ты, — угрюмо бросил Кенто, затягиваясь.       — Я… не уступаю его тебе, — Сатору, казалось, и сам не верил в то, что произносит, но всё равно упорно продолжил: — Просто он не хочет видеть меня прямо сейчас. Но в будущем… в будущем я его верну.       Кенто понятия не имел, какие глупые надежды питают голову Годжо, но эти слова прозвучали отвратительно.       Снова навалилась звенящая тишина. Когда Кенто щелчком отправил окурок в урну, он без предупреждения резко замахнулся и с глухим звуком впечатал кулак точно в челюсть Сатору. Годжо отшатнулся на шаг, зажав ушибленное место ладонью и с угрозой сузив глаза.       — Теперь мы точно квиты. Я пойду первым, Годжо-сама, — возвращая себе привычную вежливость, Кенто даже кивнул Сатору и оставил его в курильной зоне.

***

      В конце рабочего дня они снова сидели в салоне автомобиля. Полуденное безумие в уборной немного сгладило углы, но в воздухе всё равно висело странное предчувствие чего-то неизбежного.       Кенто пытался прийти в себя, но совесть терзала его. Хотелось принять душ и немного абстрагироваться от Сугуру, чтобы провести время в тишине и привести мысли в порядок. Но он мягко улыбнулся, краем глаза замечая омегу, который рассматривал пейзажи за окном. Он уверенно вырулил с парковки и, дождавшись красного сигнала светофора, спокойно произнёс:       — На этих выходных я планирую поехать к родителям, они позвали на ужин. Не хочешь поехать со мной? — аккуратно спросил Кенто.       — Понятно. Езжай без меня, — тихо отозвался Сугуру.       — Я бы хотел, чтобы мы поехали вместе, Сугуру, — мягко, но настойчиво возразил Нанами.       Гето удивлённо вскинул брови и наконец посмотрел на альфу:       — Вместе? Но зачем?       — Увидишь родителей тоже. Да и мои родители очень скучают по тебе.       — Может… как-нибудь позже? — омега поморщился, чувствуя, как внутри снова начинает подниматься странная тревога. — Я действительно не хочу сейчас никуда ехать.       Нанами тяжело вздохнул. Он остановил машину на обочине, переключил передачу и повернулся к парню всем телом. Кенто медленно облизнул пересохшие губы, подбирая самые осторожные, но честные слова:              — Давай поедем вместе, Сугуру. Мне кажется, наша близость в последнее время приносит больше вреда, чем пользы. И… тебе нужна профессиональная помощь. Просто сходишь к моему отцу. Ты ведь ходил к нему на протяжении долгих лет, разве нет? Просто час с ним поболтаешь. Да и встретиться с твоим папой тоже не помешало бы, ты просто развеешься. За последние недели мы вообще никуда не выходили, кроме офиса и постели. Хорошо?       В салоне повисла тишина. Сугуру замер, чувствуя, как ему стало трудно дышать. Он в шоке смотрел на Кенто и не верил собственным ушам. Внутри будто всё рушилось.       «Приносит больше вреда? Мне нужна помощь? Профессиональная?..»       Эти слова хлестали по лицу сильнее любых пощёчин. Для Сугуру это означало лишь одно: Нанами считает его сумасшедшим извращенцем, от которого просто устал.       Видя, как побледнел Сугуру, Кенто мягко накрыл его подрагивающую ладонь своей широкой, тёплой ладонью.       — Хорошо? Съездим вместе? — тихо, но твёрдо спросил альфа.       Сугуру не нашёл в себе сил даже на то, чтобы возразить и начать спорить. Он лишь едва заметно кивнул и тут же отдернул руку, отворачиваясь к окну.       Кенто хотел убедиться, всё ли в порядке, но забрать свои слова обратно не мог. Сугуру действительно нужна помощь, и лучше, если помочь ему раньше, чем поздно.       Машина снова тронулась. Кенто сосредоточенно смотрел на дорогу, думая, что делает первый шаг к спасению любимого человека. А Сугуру сидел рядом, стараясь подавить в себе все бушующие эмоции, уверенный в том, что эти выходные станут официальным концом их отношений.       Совсем неожиданно навалившуюся тишину Сугуру разрезал своим ровным, почти отстранённым голосом. Однако его собственное сердце билось так быстро, будто он пробежал целый марафон.       — Ты ведь всегда выходил из меня перед тем, как кончить.       Кенто на мгновение растерялся, крепче сжав руль. Он явно не понял, с чего вдруг омега заговорил об их интимных моментах в такой момент, да ещё и с такой пугающей интонацией.       — Это из-за узла? Ты боялся сцепки? — Сугуру повернул к нему лицо.       Нанами сглотнул, чувствуя, как разговор сворачивает куда-то не туда, но скрывать очевидное не стал. Он действительно контролировал себя в постели, чтобы случайно не повязать Сугуру. Да и проверять прочность латекса на случай набухания узла не горел желанием.       — Да, — честно ответил альфа.       — Понятно, — Сугуру едва заметно кивнул и едва заметно сдержал вздох.       Кенто лишь краем глаз наблюдал за ним, понимая, что с Сугуру предстоит поговорить ещё раз на тему поездки. Но совсем скоро, неожиданно, омега перевёл тему, словно этого разговора и вовсе не было.       — Я хочу на ужин мясо.       Нанами моргнул, слегка ошеломлённый такой резкой переменой в поведении партнёра, но послушно подстроился под его тон.       — В холодильнике есть говядина и курица. Могу пожарить и то, и другое, если хочешь.       — Хорошо, — глухо согласился Сугуру и снова отвернулся к окну, глядя на проплывающие мимо огни вечернего города.       Стоило им вернуться домой, как Кенто сразу же принял душ и принялся готовить ужин. Он сварил обычный рис и пожарил мясо в любимом соусе Сугуру. Но сам ужин прошёл в давящем молчании. Нанами не мог заставить себя проглотить даже кусок, пока Сугуру, погружённый в собственные мысли, молча отправлял еду в рот.       — Ты… чем планируешь заняться? — вдруг странным, почти дрожащим голосом поинтересовался Сугуру, откладывая палочки в сторону.       — Думаю, поработать над личными проектами. Давно за них не брался, да и заказы пора бы перебрать, — спокойно ответил Нанами, так и не встретившись с ним взглядом.       Сугуру лишь молча кивнул и поднялся из-за стола, забирая свою тарелку.       — Я тогда помою посуду. Иди работай, — Гето сразу же отвернулся к раковине, всем своим видом показывая, что больше не желает продолжать этот разговор.       — Хорошо.       Сугуру хотел швырнуть тарелку в раковину, но с огромным трудом подавил в себе этот порыв.       «Неужели… я действительно надоел Кенто? Он даже не поцелует меня перед уходом?» — отчаянно подумал омега и горько усмехнулся про себя, когда шаги альфы затихли за пределами кухни.       Сугуру сегодня не просился к Нанами. Почистив зубы, он надел лишь футболку для сна и медленно, почти меланхолично расчёсывал волосы. Сидеть в своей комнате было немного странно, особенно после того, как все последние дни он проводил в объятиях Кенто.       «Но я же сам сказал, что мы секс-партнёры», — в какой-то момент здравый разум хотел вразумить его, но он находил отговорку. Зачем тогда Кенто целовал его так нежно, будто он значил для него что-то большее, чем простой партнёр?       Но и задать этот вопрос Сугуру не осмеливался. Боялся услышать ответ.              Он выключил свет и лёг под прохладное одеяло, натягивая его до носа.       «Лучше мне привыкать к подобному… Как только я окажусь в кабинете Нанами-сана… наши отношения закончатся», — устало подумал он, прикрывая тяжёлые веки. Правда, обида за то, что Кенто даже не поцеловал его перед сном, никак не отпускала, и он неосознанно нахмурил брови.       В какой-то момент Сугуру перестал разделять сон с явью. Вдруг ему ощутилось, как что-то тяжёлое, но такое родное тепло опускается рядом с ним. И совсем скоро он понял, что это реальность. Тёплая тяжёлая ладонь легла на его талию, а чужое дыхание приятно щекотало кожу на затылке.       — Ты спишь? — негромко, чуть хрипло спросил Кенто, который закончил с делами ближе к полуночи и пришёл в комнату Сугуру. Он действительно хотел оставить Гето одного и дать ему пространство, но не смог. Может, это было неправильно с его стороны, но обиженное лицо омеги не выходило из головы. Да и он сам хотел спать, обняв омегу.       — Спал… пока ты меня не разбудил, — сонно и немного ворчливо пробормотал Сугуру, хотя внутри у него от этого долгожданного прикосновения и горячего дыхания на коже сладко заныло сердце. Вся дневная обида начала стремительно таять.       — Поспи ещё, — ласково выдохнул Нанами, крепче прижимая его к своей груди одной рукой. — Время детское. Отдыхай.       Гето на мгновение замер, прислушиваясь к мерному стуку сердца альфы. Но он поспешил закрыть глаза, накрывая чужую руку своей.       «Может… я зря волнуюсь?» — задумался он лишь на секунду и усмехнулся, понимая, что это не всегда так работает. Особенно с ним. Он ведь неправильный и грязный омега.       — Спокойной ночи, Сугуру, — проговорил Кенто, целуя затылок омеги.       Сугуру не стал отвечать, лишь тяжело вздохнул.

***

      Наверное, это всегда тяжело — доверять другим людям. В своей жизни Сугуру повидал немало людей, но безгранично верил только папе. Однако в какой-то момент он начал закрываться и от него. Не потому что разлюбил родителя, — нет, как раз наоборот. Он безумно любил отца, который делал для него всё возможное и не отвернулся, даже когда Сугуру оказался в совсем уж плачевном, ужасающем состоянии.       Тогда Гето принимал помощь лишь от него, и только спустя время смог открыться своему психологу — Нанами-сану.       А затем в его жизни появился лучший друг — Нанами Кенто.       Этот альфа всегда казался сдержанным и правильным, но, подружившись с ним, Сугуру смог разглядеть его настоящим: увидеть его тёплую улыбку и услышать нелепые, иногда совсем не смешные шутки. В школьные годы, когда до него дошли слухи, что друг испытывает к нему симпатию, Сугуру поначалу испугался. Не из-за чужих чувств, а из-за страха обнажить своё прошлое. Он тогда вбил себе в голову, что после того случая он не заслуживает собственного счастья.       Но сейчас… Сугуру по-прежнему не верил в счастье, но отчаянно планировал мёртвой хваткой уцепиться за Кенто. Потому что Кенто теперь знал о нём больше, чем кто-либо другой. Увидел Сугуру в самых разных проявлениях его эмоций. Потому что Кенто стал вызывать в груди непонятные и пугающие чувства.       Сугуру размышлял об этом целый день: что ему сделать, чтобы Кенто не ушёл? Бред про «секс-партнёров» больше не сработает, да он и с самого начала не работал — Гето это прекрасно понимал.       После тяжёлого вчерашнего разговора прошёл целый день, и они снова ужинали друг напротив друга. Церемониться с готовкой Нанами не стал и просто заказал доставку, но аппетита всё равно не было ни у кого.       Сугуру дрожал от внутреннего волнения, потому что прямо сейчас в его голове созрел план. План, который неизбежно погубит их обоих… но свяжет навеки.       — Мы… больше не будем заниматься сексом? — голос Сугуру прозвучал холодно и отстранённо, но он боялся поднять взгляд и встретиться с Кенто.       — Мы прекратим разрушать друг друга, Сугуру, — Кенто медленно опустил палочки. Его голос звучал твёрдо, но в нём не было ни капли холода. — Близость не лечит раны. Ты пытаешься заглушить ею то, что нужно лечить у специалиста. Я не буду больше пользоваться твоим состоянием, пока ты не придёшь в себя.       Каждое слово Нанами больно врезалось в разум Сугуру. Он замер, чувствуя, как внутри всё окончательно рухнуло.       «Беспомощное состояние». «Не буду пользоваться».       Кенто говорил с ним как врач с пациентом, как взрослый с неадекватным ребёнком. Он отвергал его. Заворачивал в красивую обёртку заботы банальное нежелание больше касаться его.       Гето медленно опустил взгляд.       — Понятно, — выдохнул он абсолютно сухим голосом. — Ты… можешь сходить в душ? От тебя воняет едой.       Кенто непонятно посмотрел на омегу, который слишком резко встал со стула.       — Хорошо.       Сугуру развернулся и побрёл в сторону своей спальни, но закрывать дверь не стал. Он сидел на кровати и пытался унять дрожь в руках. Когда Нанами перестал копошиться на кухне и скрылся в ванной комнате, он напрягся.       Гето поднялся на ватных ногах, прошёл в спальню Нанами и медленно подошёл к тумбочке. Его руки всё ещё крупно дрожали, но он не собирался отказываться от созревшего плана. Пальцы в полумраке нащупали упаковки презервативов в верхнем ящике прикроватной тумбочки.       «Пока я не приду в себя?.. — омега горько усмехнулся про себя, вытаскивая пачку и перекладывая её в комод, оставляя тумбочку абсолютно пустой. — Я никогда не приду в себя, Кенто. Но и ты от меня уже не уйдёшь».       Если Нанами решил поиграть в спасителя и поставить их близость на паузу — Сугуру лишит его права выбора. Он привяжет его к себе единственным доступным способом, который у них остался. Кенто не железный. Он сорвётся. Обязательно сорвётся.       Сугуру опустился на край кровати, прижимая ладонь к груди. Сердце колотилось так быстро и громко, что ему приходилось судорожно хватать воздух ртом. В редкие секунды в голове вспыхивала короткая, отрезвляющая мысль: «Что ты делаешь, Сугуру?» Но он подавлял этот внутренний голос.       Спустя десять минут ему наконец удалось совладать с паникой, хотя лихорадочное волнение всё равно сжимало внутренности. Поспешно стянув с себя домашние штаны и бельё, Гето остался в одной лишь растянутой футболке Кенто. Наполнив комнату плотным, густым ароматом сладкой ванили, он приоткрыл влажные губы и замер, покорно ожидая, пока в дверном проёме появится Нанами.       Едва Нанами переступил порог спальни, вытирая волосы полотенцем, как аромат ванили сразу же окутал его. Альфа, поражённый феромонами, замер в дверном проёме.       В полумраке комнаты на краю кровати сидел Сугуру. В одной лишь его растянутой футболке и с горящим, почти безумным взглядом.       — Сугуру, ты… — Кенто на мгновение потерял дар речи, ощущая, как волна сладостных феромонов мгновенно туманит разум, а собственная кровь начинает тяжело и шумно стучать в висках.       Но Гето не дал ему закончить. Не произнеся ни слова, он бесшумно соскользнул с кровати и опустился на колени прямо перед Кенто. Его дрожащие пальцы лёгким касанием легли на широкие бёдра альфы.       Кенто судорожно вздохнул, попытавшись сделать шаг назад, но Сугуру резким и лихорадочным движением стянул единственное полотенце с его талии, роняя его на пол. И тут же, не давая Нанами времени опомниться, горячо и влажно припал губами к его уже возбуждённой плоти.       — Сугуру… ах, блять… стой, — вырвалось у Кенто низким, сорванным стоном. Пальцы альфы судорожно впились в длинные, тёмные волосы омеги, но вместо того, чтобы оттолкнуть, он инстинктивно прижал его ближе, до боли вжимая в себя.       Сугуру неумело, но так жадно и страстно ласкал его языком, ощущая, как челюсть начинает ныть, а горло сжимается от непривычки. Он слишком крепко вцепился в бёдра альфы, вонзив свои ногти до мелких царапин. Но Сугуру блаженно прикрыл веки, впитывая терпкий аромат сандала, смешанный с гелем для душа. Он чувствовал, как тело Кенто каменеет из-за его ласк и аромата, как рушится его самоконтроль. И от осознания своей власти внутри омеги расцветало дикое, почти болезненное торжество.       Даже если зубы задевали его член, Кенто испытывал дикое возбуждение и наслаждение от минета.       — Хватит… — отчаянно прохрипел он, но его пальцы, что покоились на волосах Сугуру, сжались почти до боли, всё ещё удерживая его на месте.       Сугуру послушно раскрыл рот ещё шире, заглатывая член глубже и сразу же задыхаясь. Нанами с глухим стоном перехватил Сугуру за подмышки, буквально выдёргивая его с пола наверх, и опрокинул на мягкий матрас.       — Возьми меня, Кенто. Я весь твой, — прошептал Сугуру, призывно разводя бёдра в стороны и пальцами растягивая узкий вход, из которого уже вовсю сочилась прозрачная смазка.       Сугуру на секунду задохнулся от тяжёлых феромонов альфы, он задышал ртом, но взгляда от лица альфы не отвёл. Кенто сходил с ума, инстинкты брали вверх. Сугуру это отчётливо понимал и не сдерживался, выпуская больше сладостных феромонов, чтобы окончательно поймать Кенто в свои сети.       Нанами тут же оказался между его ног, склоняясь над ним.       — Ты сам этого захотел. Видишь, как мой член стал каменным из-за тебя? — тяжелое дыхание Кенто обжигало шею Сугуру.       Нанами начал осыпать его шею и челюсть короткими поцелуями, пока свободная рука Нанами слепо метнулась к прикроватной тумбочке. Пальцы привычным жестом заскользили по верхнему ящику в поисках презерватива, но наткнулись лишь на гладкую поверхность. Кенто на секунду замер, нахмурившись и пытаясь сообразить, куда делась пачка.       — Кенто… не надо, не ищи, — прошептал Сугуру прямо в его горячие губы, обвивая бёдрами талию альфы и настойчиво подаваясь навстречу. — Я хочу чувствовать только тебя. Пожалуйста… войди в меня прямо так.       Это стало последней каплей. Разум Кенто окончательно затмило инстинктами, и он перестал бороться.       Альфа не стал растягивать его и сразу же приставил горячую головку к податливому входу. Сугуру, который не привык к подобному, нахмурился, и его грудь пошла ходуном из-за страха боли. Но когда Кенто толкнулся и сразу же наполовину оказался внутри, Сугуру сразу же сжался и низко застонал.       — Сугуру, расслабься, — прошипел альфа, подхватывая его под ноги, чтобы облегчить муки своего партнёра. — Иначе ты мне член сломаешь.       — Ага… — выдохнул Сугуру, пытаясь расслабиться.       Кенто не стал ждать, пока Сугуру привыкнет к его размерам, как делал это обычно. Тело омеги, уже давно помнящее этот член, послушно подавалось и растягивалось, принимая всё до самого упора. Нанами иногда до безумия заводился от одного лишь этого осознания, настолько, что эрекция не спадала потом ещё пару часов.       Альфа начал двигаться, с каждым новым толчком набирая всё более дикий, глубокий ритм. Сугуру принимал эту жёсткость с какой-то извращённой покорностью и скрытым торжеством, отчаянно выгибаясь навстречу и вонзая ногти в спину Кенто до царапин.       Омега больше не сдерживался: он стонал громко, сорванно и беззастенчиво, перекрывая звонкие звуки соприкосновения их тел.       Кенто вбивался в него глубоко, даже не выходя из влажного нутра. Он терял остатки самоконтроля от узости омеги, от его феромонов. Каждое движение становилось всё более неконтролируемым, а собственное дыхание стало рваным и тяжёлым.       Чувство эйфории захлестнуло его, и, предвкушая собственный оргазм, Нанами сделал финальные толчки и, когда собирался выходить, Сугуру намертво сжал свои ноги на его талии, не выпуская его.       — Чёрт, Сугуру, пусти, — прохрипел недовольно Кенто, но Сугуру начал двигаться сам.              Неумело насаживаясь на член, он выбил у Кенто глухой стон. Член внутри дёрнулся, изливаясь.       Нанами даже зажмурился на секунду, насколько этот секс отличался от всех предыдущих. Но в тот же миг он ощутил, как основание члена начинает стремительно набухать, намертво сцепляя их на какое-то время.       — Блять, — выругался Кенто, подаваясь назад и, услышав болезненный стон Сугуру, остановился.       — Б-больно… — проговорил Сугуру, всхлипнув.       Сам Кенто тоже ощутил дикую боль, но то, как этот омега сжимает его плоть своими стенками, кружило голову. Нанами с глухим стоном снова излился глубоко внутрь, уткнувшись лицом в мокрую от пота шею Сугуру и судорожно хватая воздух ртом.       Сугуру же, ощущая, что его план успешно реализован, аккуратно обнял Кенто за шею, вдыхая его аромат и прикрывая глаза. На его губах заиграла слабоватая, но счастливая улыбка. Теперь Кенто никуда не денется и будет принадлежать ему навсегда.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!