Часть 12: 49 отговорок.

Аделия проснулась от луча солнца, мазнувшего по лицу. Сперва она дернула головой и только затем открыла слипшиеся глаза. Она зависла, наблюдая перед собой потолок. Не привычный, не тот который она видела просыпаясь по утрам в арендованной квартире. Аделия повернула голову, тут же закрывая глаза от увиденного. То не был сон, она правда лежала в объятиях Гленн, после ночи, которую помнила она вполне расплывчато, но увы, детально. Петросян аккуратно вынырнула из рук фигуристки, вздыхая и поднимая взгляд, будто спрашивая небеса за что ей досталась именно эта женщина. В поиске своего телефона, она наткнулась на разряженный смартфон Эмбер, решая поставить его на зарядку. Как оказалось, Пётр всю ночь написывал ей с просьбой ответить, интересуясь чем эдаким занималась его подруга, что не соизволила выйти на связь даже с матерью. — А ебать тебя это не должно, — раздражённо шепнула Аделия, глядя на двузначное колличетво звонков от Сони, а потом наткнулась на трехзначное от матери. — А вот меня уебут… ‐ она оглянулась на Гленн, криво улыбаясь. - ну зато меня вые... ох, черт, о чём я думаю... Она быстро собралась, приводя себя в порядок, с особой осторожносью проходя мимо дрыхнувшей американки. Она нагнулась через неё, в попытке достать ремень от пальто, завалившийся куда-то за матрас, но тут её схватили руки Гленн, притягивая к себе. Она была почти уверена что та проснулась, но оказалось, что она ошиблась. Эмбер спала также, как и прежде, но вероятно у неё сработал инстинкт, или нечто подобное. Достав ремень, Аделия попробовала медленно переложить руки Гленн, успешно выбираясь из капкана. На секунду она задержалась над Гленн, взглядом изучая её умиротворённое лицо. Не в свете неона, а в лучах рассветного солнца. Не в силах сдержать порыа, она оставила лёгкий поцелуй на её лбу, пальцем очерчивая острую скулу. Эмбер пробормотала что-то невнятное, погружённая в сон и мягко улыбнулась своим грёзам, в которых однозначно мелькало лицо россиянки. Аделия надела наушники, включая первую попавшуюся в плейлисте песню и тихо выскользнула за дверь, аккуратно её закрывая. Стоило ей обернуться, как её врасплох поймали два недовольных глаза. — Блять! — вскрикнула Аделия. — Да, блять! — не без угрозы сказала Соня. — Бляяяять… — отчаянно пропищала Петросян, вжимаясь в дверь номера, из которого только что вышла. — Да тут не то что блять, тут блядь, — Самоделкина скрестила руки на груди. — Сама ты блядь, я тут… по делу, — соврала Аделия. — Какому такому? — прищурилась казашка. — Эмбер сумку забыла вчера, а потом у неё паничка случилась, я казала что останусь, чтобы контролировать состояние. её. — Адель, ты дура? Я на первом этаже живу и того слышала это «Аделия!», «О, Эмбер!», — Соня спародировала голоса девушек, театрально хлопая глазками. — Для того, чтобы утешить человека — не обязательно с ним трахаться! — Да потише ты, черт тебя дери, услышут ведь! — запаниковала Аделия. Тут Соня схватила её за шкирку, ведя на лестничную площадку. — Слушай сюда, с Петром мы поговорили, сейчас ты пойдешь ко мне, примешь душ, потому что хоть ты и старалась сделать вид, что всё нормально, выглядишь ты точно не как человек с недотрахом, а потом я выпускаю тебя от себя и мы говорим, что ты паниковала с новых требований на турнир и осталась у меня, — Соня завела её в свой номер, морща нос. — Реально, помойся, от тебя пахнет Гленн. — А ты её дофига нюхала? — выгнула бровь Петросян. — Нет, это твоё хобби, не моё, — закатила глаза Соня, кидая в подругу полотенце. — А ты уверена, что эта идея сработает? — Аделия сомневалась в надежности такого алиби. — Если уж мама не узнает про Гленн, так подумает что я с тоблй сплю. — Я думаю тётя Полина отлично знает твой типаж, потому что Гленн как под копирку с твоими бывшими, — буркнула Самоделкина, падая на свою кровать, — а вот мне Изабо нравится! Но в отличие от тебя я не шаболда. — Да не шаболда я, что ты привязалась как банный таз! — чуть ногой не топнула Аделия. — Что мне делать с тем, что у меня есть бывшие? Выкинуться в окно? — Именно! Это ты и сделаешь, чтобы тебя не увидели в деревне, — улыбнулась Соня. — Ой, достала, — Аделия махнула рукой и всё же ушла в душ, в попытке унять нарастающую тревогу. *** — Аделия! — Полина стояла под окном, когда та неловко свисала с подоконника. Даже первый этаж оказался слишком высоким для её не хитрой авантюры. — Аделия, что ты там делаешь?! — Мама, подожди, дай слезть! — девушка соскользнула и упала прямо на пятную точку, знатно её отбивая. — Мам, что ты тут забыла? — То же что и ты. Объяснишь куда пропала ночью, — помогая встать не без агрессии спросила Полина. — Нам скинули новые положения турнира, я разочаровалась, а Соня меня поддержала, — протарахтела Аделия, бегая глазами. — Доча, ты не умеешь врать. Скажи честно, ты была у этой? — мама настойчиво смотрела на свою дочь. — Мама, мы же напарники как-никак, — не выдержала Аделия, стыдливо склоняя голову. Полина Петросян, уперлась руками в бока, с неким разочарованием глядя на свою дочь. Ей не нравилось, что Аделия начала ближе общаться с этой пропагандисткой Гленн и очень боялась, что ей промоют мозги. Только кое-чего она не знала о своём чаде. — Если решаешь остаться у кого-то на ночь — пиши мне. Я там чуть не умерла от страха за тебя, благо Пётр всё решил. Вот он — хороший парень! Настоящий жених, с ним общаться надо, а не с этими. — Мама! — протянула Аделия, с трудом сдерживаясь, чтобы не закатать глаза. — У Пети есть девушка, да и он мне как мужчина не нравится. Мама с дочкой вышли из деревни и Полина не смогла не сморщить нос. — А кто вообще тебе как мужчина нравился? Когда-либо? — Как кто? Леклер, например, — было у Аделии странное увлечение формулой один, которую не мог объяснить ни один человек из её окружения. — А из своего круга общения? — не унималась Полина. Аделия слегка задумалась, перебирая в голове имена разных спортсменов, потом покачала головой и выдала: — Они все странные, я верна своему спорту. — А я останусь без внуков! — Мааааамааааа.....

***

Эмбер стояла прислонившись спиной к бортику, в смятении листая положения нового этапа. Теперь от фигуристов требовалось поставить номер под «традиционную музыку». Она почесала затылок, думая какие варианты могут подойти под такой сюжет. Изабо и Соня как-то слишком старательно сверлили взглядом Гленн, от чего она время от времени напрягалась, но не решала спросить чем она им не угодила. Время на часах шло крайне быстро и протерев глаза, под которыми виднелись черные круги под слоем тонального крема, она написала Аделии, которая опаздывала уже на вторую десятку минут. Эмбер: Привет, звёздочка. Всё в порядке? Я жду тебя на тренировке. На сообщение отвечать не было смысла, Аделия вышла на лёд, чрезчур стыдливо склонив голову и будто избегая что Самоделкину, что Изабо. Её поведение не укралось от глаз Эмбер и та двинулась к Петросян, невесомо обнимая за плечи в знак привествия. Та привычно дернулась под руками, но всё же коротко приобняла в ответ, отъезжая на безопасное расстояние. — Что-то случилось? Ты сама не своя, — Эмбер прищурилась, глядя на покрасневшую Аделию. Россиянка проглотила ком в горле, всё же поднимая взгляд на сонную американку. Видимо, алкоголь не до конца выветрился из её организма и та зевала каждые пять минут, нелепо моргая, как совенок с утра. Перед глазами Петросян регулярно всплывали воспоминания с прошлой ночи. Гленн в фиолетовом свете, её напрягающийся пресс под руками, её ловкие пальцы и неудержимые губы. Казалось, будто сейчас на ней не было ни чёрной зипки, ни чёрных утеплённых брюк. Она подняла взгляд собираясь с мыслями и всё же попросила: — Давай не об этом, я отхожу, — она включила телефон, листая требования. — Что-то традиционное? Классика? Джаз? Эмбер сперва нахмурилась, явно недовольная тем, что с ней не поделились самочувствием и оказалась рядом, прижимаясь плечом к плечу. — Как насчёт выбрать что-то русское национальное? Аделия помрачнела, хрустя пальцами. С одной стороны, ей нравилось это предложение. С другой, их могут дисквалифицировать, это проявление патриотизма, никак иначе. — Нет, я не думаю, что это хорошая идея, — девушка поймала взгляд Изабо и немного отошла от Гленн, будто пугаясь чужого внимания. Эмбер буквально растерялась. Она, казалось, уже привыкла к этому странному поведению, но в пристутвии друзей она никогда не убегала от неё, позволяя дружить дальше. — С тобой точно что-то не так, — американка поймала девушку за плечи, заглядывая прямо в глаза. — Эмбер, отпусти, — Аделия не на шутку напряглась, казалось, будто она сейчас заплачет, — разве сама не помнишь, что вчера… Серьёзно? Она смотрела на Гленн полными смятения глазами. Потом улыбнулись и рывком вышла из хвата напарницы, ковыляя в сторону раздевалки. Эмбер вздрогнула и бросилась следом. Казалось будто она разучилась кататься, лёд под ногами был слишком скользкий от тревоги. Она ворвалась в раздевалку следом за Аделией, наблюдая, как та стоит оперевшись руками в холодные металлические шкафчики. — Аделия, да что за херня происходит? — Эмбер подошла сзади, останавливаясь на метре от фигуристки. — Что помнишь? — под нос сказала Петросян. — Скажи всё, что помнишь про вчерашний день. Гленн смотрела на маленькую фигуру россиянки и пыталась вспомнить всё, что происходило в прошлый день, стараясь не упустить ничего. — Я избила Дэниела, потом ушла в номер и пила. Много пила. — Верно. Что было дальше? — Аделия не обернулась, а голос её звучал ровно и спокойно. — Я не помню, — стыдливо призналась Гленн. — Я проснулась уставшей, но тревога за Дэнни. Она ушла. — Ты проснулась без одежды, верно? — Аделия усмехнулась, ударяясь головой об дверь одного из шкафчиков, из-за чего Эмбер пару раз вздрогнула. — Да?.. Откуда ты знаешь? — Часто спишь с кем-то, когда напьешься? — Мне вообще нельзя пить… из-за таблеток. У меня же этот… противопоказания… — Но вчера ты пила? — Было дело. — Так помнишь с кем спала? — Аделия обернулась, улыбаясь, пока слезы текли по щекам. Она не знала что чувствовать к этому источнику хаоса и суеты. Хотелось любить, но такой уж раздражающей была эта Гленн, что было бы славно въехать ей табуреткой по голове. Эмбер снова зависла, будто информация доходила до неё только через определённый срок ожидания. А после отрицательно покачала головой, по прежнему не понимая что происходит с её напарницей. — Ты, блять, тупая или да? — не выдержала Аделия, делая шаг к Эмбер. — Почему? — По кочану, твою налево. А так вспомнится? — россиянка с размаху дала Гленн подзатыльник, да так, что та чуть не улетела в мирно стоящую скамейку. — Ай! За что?! — Эмбер присела на скамью, ощарашено глядя на обезумевшую полторашку. — За то что из меня психически больную сделала! У меня уже биполярка пошла, — она замахнулась и дала пощёчину по бледной коже, залезая на виновницу своих душевных терзаний. Сидя на её коленях, она схватила ту за грудки, глядя прямо в глаза. — Вспоминается? — Аделия, что ты творишь?! Аделия творила то, что мучило её. А мучило её очень многое. Она не могла позволить себе выйти на свет с девушкой, но и допустить, чтобы та, кто не выходила из её мыслей — просто забыла о ней. Она впилась в чужие губы, страстно и не без ревности целуя уста. После агрессивного избиения этот поцелуй казался ещё больнее, чем мог, а Эмбер оставалось лишь лихорадочно прижимать Петросян к себе, не отдавая отчёт в действиях ни мозгам, ни какому-либо рассудку. Перед закрытыми глазами вскочили образы Аделии, так жадно насаживающуюся на её пальцы, беспощадно горячей, играющей с её сердцем этой ночью. — Ну что, вспомнила? — задыхаясь от поцелуя спросила Аделия, вытирая свои слёзы. — Вспомнила, — прошептала Эмбер, глядя куда-то в пустоту. — Прости, пожалуйста. Я наверное тебя очень крупно подставила? Я понимаю, что это… — Замолчи. Просто замолчи. Это было моё решение, моё желание. Всё в порядке. — Последствий не было? Я правда мало что помню, когда таблетки и алкоголь смешиваются — это вызывает побочки. — Поэтому ты так ужасно выглядишь? — И всё равно ты поцеловала меня, — Эмбер довольно ухмыльнулась, но сразу же собралась в кучу, стоило Аделии укоризненно на неё посмотреть. — Мама поняла, что я была у тебя, — невзначай сказала россиянка, всё также сидя на чужих коленях. — Подожди, я сейчас спою, — хохотнула Гленн, кашляя в руку, чтобы восстановить связки. — Нет, не смей! У меня уже аллергия на твою эту песню! — Твоя мама говорит, что нам не по пути! — Нет, замолчи, а-а-а! — Аделия пыталась закрыть рот громкой американке, как в раздевалку зашла Самоделкина с громким русским «ахуеть, они еще и тут ебутся!», после чего из-за её спины выглянула Изабо, не скрывая личного любопытства. Аделия чуть не упала с ног Эмбер и если бы та не успела её вовремя поймать за капюшон, то та бы вписалась затылком в двери и явно увеличила число смертей за год. Гленн почти рывком поставила девушку на ноги и встала рядом, как два школьника, опоздавшие на урок. Соня не без осуждения помахала на них рукой, выражая всё своё недовольство этим жестом. — То есть вы теперь вместе? — Ничего подобного, — отрезала Аделия, боковым зрением ощущая, как Эмбер осунулась от разочарования. С другой стороны, чего ей стоило ожидать от девушки из консервативной страны. — Но вы целовались, — Изабо выгнула бровь, подозрительно глядя то на одну спортсменку, то на другую. — А вот зашла бы ты ко мне, Изабо, вечером в гости на чай с тортиком, узнала бы больше интересного! — Соня скрестила руки на груди. — Вы что, переспали? — Левито удивилась, чуть ли не вытягиваясь от интереса. Аделия замахала руками и двинулась к выходу на лёд, стыдливо пища: — Забудьте всё, ничего не было, Эмбер натуралка. — Я натуралка?! — пискнула от неожиданности блондинка, топая за напарницей. Та резко оглянулась на неё и ей не осталось ничего, кроме как согласиться. — Эээ, да! Я натуралка! — Эмбер, ты не натуралка, ты подкаблучница, — закатила глаза Изабо, провожая тактично скрывающихся виновниц суеты. Девушки вышли на лёд и только тогда Аделия смогла вдохнуть полной грудью. Впереди их ждала ещё одно испытание на прочность, а значит, самое время готовиться. Только стоило ей взглянуть на напарницу, как та неловко увела взгляд, замышляя что-то в своей гениальной голове. Петросян сперва выбрала молчаливую тактику, впитывая в себя сомнение Гленн рассказывать свою идею, но после не сдержалась и спросила: — Ты ведь что-то придумала? — Да, — блондинка выдохнула и спрятала руки в карманах, — но тебе может не понравится. Например, станцевать под Майкла Баббла? — Вполне интересное предложение. В чём подвох? — Учитывая, что мы совладали с тодесом… Как насчёт всё же ввести настоящие серьёзные поддержки?