Глава 27

      Время — странная субстанция. В прошлой жизни я часто слышал, что оно течет подобно реке, но здесь, в вечном покое Внутреннего кольца Ба Синг Се, оно больше напоминает песочные часы, где каждая песчинка падает с оглушительным, монотонным стуком.       Я стоял у окна, глядя на то, как первые лучи солнца золотят черепичные крыши павильонов. Скоро мне исполнится двенадцать. Для обычного ребенка этого мира — лишь порог юности, начало долгих лет обучения. Но для меня, оглядывающегося назад, эти цифры звучат иначе. Прошло практически семь лет с того момента, как я «проснулся» в этом теле. Семь лет я по крупицам собирал себя заново, вплетая опыт взрослого мужчины в жизнь маленького аристократа.       Семь лет... За это время я научился исцелять, метать сталь быстрее, чем глаз успевает моргнуть, точно поражать мишень с семидесяти метров, владеть несколькими видами оружия, отточил мастерство ближнего боя и открыл чакры. Мои навыки продолжали оттачиваться, становясь всё более острыми и опасными, но вместе с мастерством пришло и гнетущее чувство тесноты.       Я чувствовал себя словно в золотой клетке. Стены Внутреннего кольца, когда-то казавшиеся мне надежной защитой, теперь давили, ограничивая горизонт. Мир вокруг меня оставался прежним, а я рос, перерастая отведенную мне роль.       Даже наши отношения с Шанем изменились. Наши спарринги, когда-то бывшие для меня глотком свежего воздуха и полигоном для испытаний, давно прекратились. Брат повзрослел. На его плечи лег тяжелый груз обязанностей наследника рода Чен: бесконечные приемы, изучение права, участие в советах отца. Он стал частью государственного механизма, его внимание теперь было направлено на созидание порядка и власти. А я... я продолжал свою подготовку к иному пути. Я готовил себя к путешествиям, к миру за пределами великих стен, к жизни, где мои навыки будут значить больше, чем мое имя.       Тишину моих раздумий нарушил негромкий, размеренный стук в дверь.       — Молодой господин, время пробуждения, — раздался за дверью спокойный, немного суховатый голос.       Это был Мао. Он сменил А-Мин уже очень давно. Моя прежняя служанка вышла замуж и покинула поместье, оставив после себя лишь легкий шлейф ностальгии по моим первым дням в этом мире. Мао был другим: исполнительным, немногословным и идеально вписывающимся в мой нынешний, более строгий ритм жизни.       — Входи, Мао, — не оборачиваясь, произнес я.       Дверь тихо скрипнула. Слуга вошел, неся тяжелый медный таз с прохладной водой и стопку свежих полотенец. Я отошел от окна и совершил утренний ритуал. Прохладная вода коснулась лица, окончательно смывая остатки сна и меланхолии.       Мао действовал бесшумно и ловко, помогая мне привести себя в порядок и облачиться в привычный халат из плотного шелка.       — Собираетесь ли вы сегодня ехать в клинику, господин? — спросил он, аккуратно расправляя складки на моих плечах.       Я посмотрел на свои руки — длинные, тонкие пальцы лекаря и воина, на которых уже не было тех страшных мозолей, только едва заметные, закаленные тренировками уплотнения кожи.       — Не сегодня, Мао, — ответил я, глядя на свое отражение. — Доктор Яо и нанятые лекари справятся сами. Но подготовь карету. Я хочу спуститься в Среднее кольцо.       Мао коротко кивнул, не задавая лишних вопросов. Он знал, что в Среднем кольце у меня свои дела — будь то поиск новых материалов для гримуара или просто желание сменить декорации и почувствовать дыхание города, который был чуть более живым, чем эта застывшая в янтаре роскошь Внутреннего кольца.       — Будет исполнено, господин. Через полчаса экипаж будет ждать у главных ворот.       Я вышел во двор, где у подножия широкой каменной лестницы меня уже ждал Мо. Годы шли, но он казался совершенно неподвластным времени. Всё та же блеклая, серая тень, всё та же бесшумная поступь и нечитаемое лицо.       — Доброе утро, молодой господин, — негромко поприветствовал он меня, слегка склонив голову.       — Здравствуй, Мо, — ответил я, сходя по ступеням.       Мы направились к ожидавшей нас карете с гербом рода Чен. Прежде чем я успел поставить ногу на подножку, убийца остановился и бросил на меня цепкий, профессиональный взгляд.       — У вас с собой набор для метания? Ножи и иглы? — тихо спросил он.       Я чуть приподнял левую руку, позволяя широкому рукаву шелкового халата слегка сдвинуться, обнажая скрытые кожаные ножны на предплечье.       — Они всегда со мной. Ты сам приучил меня к этому.       — Они подготовлены? Состав нанесен? — уточнил Мо, его глаза сузились.       — Да, — я коротко кивнул. — Парализующий токсин. Моя собственная вытяжка из аконита и яда древесной лягушки. Не смертельно, но нервную систему блокирует мгновенно.       Мо удовлетворенно хмыкнул, и мы наконец сели в экипаж. Кучер щелкнул кнутом, и карета плавно тронулась, направляясь к воротам, ведущим в Среднее кольцо Ба Синг Се.       Внутри кабины царил полумрак. Я откинулся на мягкую спинку сиденья и, глядя на своего наставника, решил прервать привычную тишину.       — Значит, сегодня мы опять будем играть в прятки? — спросил я, вспоминая наши недавние уроки. — Снова будем растворяться в толпе Среднего кольца, выслеживать условные цели и уходить от слежки?       Мо посмотрел в окно на проплывающие мимо богатые фасады домов, затем медленно перевел взгляд на меня.       — Да, — сухо ответил он. — Вы уже многому у меня научились. Вы умеете сливаться с тенью, ваше дыхание неслышно, а руки не знают промаха. Если вы захотите, дальше вы сможете оттачивать и совершенствовать эти навыки сами.       Он сделал короткую паузу, словно взвешивая следующие слова.       — Думаю, сегодня будет наше последнее занятие. Я хочу провести для вас финальный тест.       Эти слова ударили по мне сильнее, чем я ожидал. Последнее занятие. За эти годы Мо стал для меня не просто телохранителем или учителем. Новость о том, что наше обучение подошло к концу, вызвала в груди неприятный, колючий укол грусти.       — Хорошо, — ровно произнес я, подавляя эмоции. — Я согласен на тест.       Но в тот момент, когда я это говорил, мой третий глаз, всегда работавший в фоновом режиме, уловил нечто странное.       В пепельной, обычно абсолютно мертвой и неподвижной ауре Мо проскользнула дрожь. Это была легкая, едва уловимая вибрация в его меридианах, словно рябь на поверхности стоячей воды. Искажение. Я внутренне подобрался и попытался сфокусировать Чакру Света, чтобы приглядеться и рассмотреть природу этой флуктуации получше... но Мо словно почувствовал мой духовный взгляд. Его аура мгновенно сжалась, закрылась и вновь стала нормальной, холодной и непроницаемой.       Я непроизвольно нахмурился. Что это было?       Однако от взгляда профессионального убийцы не укрылось мое мимическое движение.       — Что-то не так, молодой господин? — его голос звучал ровно. — Вы нахмурились. Всё нормально?       Я мгновенно расслабил мышцы лица и беспечно пожал плечами.       — Всё в порядке. Просто задумался о предстоящем тесте.       Он задержал на мне взгляд еще на секунду, а затем кивнул, принимая ответ.       — Раз уж мы подводим итоги, — неожиданно продолжил Мо, откинувшись на стенку кареты, — я давно хотел спросить. Зачем вы всё-таки решились изучать и практиковать мое ремесло? Вы — наследник одного из богатейших родов. Ваше место в высоких кабинетах и на званых приемах. Зачем аристократу навыки убийц и шпионов?       Я посмотрел на свои руки. Пальцы, когда-то стертые им в кровь, теперь были готовы к любым испытаниям.       — Я хочу отправиться в путешествие, — искренне ответил я. — Я не собираюсь вечно сидеть в этой золотой клетке Внутреннего кольца. Я хочу увидеть мир за пределами великих стен Ба Синг Се. А тот мир... он не такой безопасный, как двор моего отца. Поэтому я решил подготовиться к нему. Твои навыки — это моя гарантия того, что мое путешествие не закончится в первой же придорожной канаве.       В тусклых глазах Мо мелькнуло понимание.       — Неплохое желание, — задумчиво протянул он. — Свобода стоит того, чтобы уметь за нее убивать.       Он отвернулся к окну, глядя на суету улиц Среднего кольца, куда мы уже въехали.       — Раньше я тоже много путешествовал, — вдруг произнес он, и в его голосе прозвучало нечто, отдаленно напоминающее ностальгию. — Меня нанимали в разных уголках Царства Земли. Я видел пески пустыни, видел леса на западе и портовые города на юге.       — И где же вам понравилось больше всего? — поинтересовался я, удивленный такой откровенностью.       — Остров Киоши, — не раздумывая, ответил Мо. — Это самое лучшее место.       Я слегка удивленно приподнял бровь.       — Остров Киоши? Почему не Омашу? И почему не сам Ба Синг Се?       Мо посмотрел на меня, но его взгляд был направлен куда-то сквозь меня. А я, глядя на него, не выдержал и озвучил то, что крутилось у меня в голове с начала поездки.       — А еще, знаете... — я чуть прищурился. — Сегодня вы слишком разговорчивы, наставник. На вас это совершенно не похоже.       Мои слова повисли в воздухе. Убийца медленно перевел взгляд на мои глаза. Его лицо снова превратилось в непроницаемую каменную маску.       Он промолчал. Лишь мерный стук колес кареты по каменной мостовой заполнял тишину.       Карета плавно остановилась, и сквозь щели в деревянных жалюзи в кабину ворвался шумный, многоголосый гул Среднего кольца. Мы вышли на оживленную площадь, окруженную десятками торговых лавок, пестрящих разноцветными тканями, связками сушеных трав и блестящей на солнце медной посудой. В воздухе витали густые запахи жареной лапши, специй и уличной пыли.       Я повернулся к своему наставнику, привычно игнорируя суету вокруг.       — Что мне делать сегодня? Каковы условия теста?       Убийца окинул взглядом бурлящую толпу. Его лицо оставалось нечитаемой маской, но глаза сканировали пространство с машинной точностью.       — Сейчас вы должны будете скрыться, — тихо произнес он, и его голос почти потонул в криках уличных зазывал. — Растворитесь в толпе. Уходите путаными маршрутами и следите, чтобы за вами никто не увязался. Я буду преследовать вас. Если я смогу подойти к вам на расстояние удара кинжалом незамеченным — вы провалили тест. Мы должны будем встретиться на нашем обычном месте. Если доберетесь туда чисто, поменяемся ролями, и вы будете преследовать меня. Всё как обычно. Понятно?       — Понятно, — я коротко кивнул.       — Тогда начинайте.       Я не стал медлить. Я сделал глубокий вдох. Мое тело мгновенно утратило аристократическую жесткость. Плечи расслабились, шаг стал мягким, скользящим. Я шагнул в гудящую толпу, позволяя людскому потоку поглотить меня.       Скрываться в Среднем кольце, будучи одетым в дорогие шелка Внутреннего, — задача не из легких. Ты сам по себе — яркое пятно. Поэтому я использовал метод, которому Мо учил меня годами: я не пытался стать невидимым, я становился «неинтересным». Я опустил голову, ссутулил плечи, подстраивая свой шаг под рваный ритм толпы. Я двигался в слепых зонах — за спинами высоких грузчиков, в тени широких навесов торговых палаток, пересекал улицы ровно в те моменты, когда мимо проезжали громоздкие повозки торговцев.       Я не оборачивался. Оборачивающийся человек мгновенно выдает свою паранойю и привлекает внимание. Вместо этого я использовал окружение. Блестящий медный таз в лавке жестянщика, отражение в мутном окне чайной, даже лужа на мостовой — всё это служило мне зеркалами заднего вида. Периодически я приоткрывал Чакру Света, на долю секунды сканируя ауры позади себя, чтобы не перегружать мозг в такой плотной толпе.       Я нырнул в узкий, пропахший сыростью переулок, перемахнул через низкий забор, приземлившись мягко, как кот, прошел насквозь через внутренний двор какой-то харчевни и снова вышел на оживленную улицу. Мои чувства были натянуты до предела. Я играл в кошки-мышки с одним из лучших убийц Ба Синг Се.       Спустя сорок минут петляний, смен темпа и использования проходных дворов я наконец добрался до нашей цели.       Это был старый, полузаброшенный складской двор на границе ремесленного квартала. Глухие каменные стены, тишина и минимум свидетелей.       Я скользнул в тень под покосившимся навесом и замер.       — Вы пришли на две минуты быстрее, чем в прошлый раз.       Голос раздался сверху и чуть сбоку. Я не вздрогнул. Подняв голову, я увидел Мо, который бесшумно спрыгнул с низкой крыши склада, приземлившись передо мной. На нем не было ни пылинки.       — Ты неплохо всё сделал, Ши, — произнес он. Из его уст это прозвучало как высшая похвала. — Маршрут был непредсказуемым. Ты грамотно использовал слепые зоны у лавок. А теперь ответь мне на главный вопрос: ты заметил за собой какую-нибудь слежку?       Я прислонился спиной к прохладной стене, восстанавливая дыхание, и призадумался, анализируя всё, что зафиксировал мой мозг и третий глаз за эти сорок минут.       — Да, — спокойно ответил я, глядя ему в глаза. — Во-первых, я замечал вас. Трижды. Один раз в отражении окна аптеки, второй — на крыше над рынком специй, и третий раз я почуял твою ауру, когда пересекал площадь.       Мо едва заметно, но одобрительно кивнул.       — Во-вторых, — продолжил я, загибая пальцы, — я заметил агента Дай Ли. Он стоял у стены возле чайного дома. Его аура была слишком тяжелой и жесткой для простого прохожего. Он не шел за мной целенаправленно, но «вел» меня взглядом, пока я не скрылся за поворотом.       Я сделал паузу.       — Было еще несколько человек, которые следили за мной, но только мельком. Возможно, мелкие карманники, оценивающие мой халат, или уличные информаторы. Они теряли ко мне интерес, как только я ускорял шаг или сливался с группой торговцев. И, конечно, некоторые провожали меня взглядами среди лавок. В основном торговцы и другие дети. Я всё-таки из Внутреннего кольца, для них я чужак.       Мо выслушал мой подробный, сухой отчет. Его лицо, как всегда, оставалось непроницаемым.       — Ты хорошо справился, Ши, — произнес он, и в его голосе прозвучала странная, непривычная мягкость.       А затем произошло то, чего я совершенно, абсолютно не ожидал. Мо сделал полшага вперед и протянул руку. Я инстинктивно напрягся, ожидая внезапного удара, проверки моих рефлексов или броска... но его рука опустилась мне на макушку.       Убийца, чьи руки знали только сталь и кровь, слегка, почти неловко потрепал меня по волосам.       Это было настолько обезоруживающе, настолько не вписывалось в его образ пепельной, безэмоциональной тени, что я просто застыл. Мои глаза слегка расширились от шока. Я стоял, приоткрыв рот, полностью растеряв всю свою хваленую аристократическую выдержку и контроль эмоций. Я был парализован этим простым человеческим жестом.       Прежде чем я успел хоть как-то среагировать или произнести хоть слово, Мо убрал руку. Он сделал шаг назад, сливаясь с густой тенью складского навеса. Его силуэт начал терять четкость, словно растворяясь в сером камне.       — А теперь твоя очередь догнать меня, Ши, — прошелестел его голос уже откуда-то из темноты.       Я моргнул, приходя в себя. Тени сомкнулись, и двор опустел. Мой наставник исчез, оставив меня наедине с растрепанными волосами и осознанием того, что за маской идеального убийцы всё это время скрывался человек. Я улыбнулся, поправил прическу.       Я стоял в пустом складском дворе, глядя на то место, где еще секунду назад растворилась в тенях фигура моего наставника. Игра в кошки-мышки перешла в новую фазу. Теперь я был хищником.       Я закрыл глаза и сделал глубокий, очищающий вдох. Я распахнул глаза, позволив зрачкам адаптироваться к полумраку двора, и сорвался с места.       Я не побежал вслепую. Я начал читать улицу. Мо двигался бесшумно, не оставляя следов на камне, но даже самая совершенная тень взаимодействует с материальным миром. Я выскочил обратно на оживленную площадь и начал сканировать толпу, ища аномалии.       Торговец фруктами раздраженно поправляет покосившуюся корзину с яблоками — кто-то задел её, проходя мимо с неестественной скоростью. Стайка уличных собак у входа в переулок вдруг испуганно прижалась к стене , глядя в пустоту — животные чувствуют ауру хищника лучше людей.       Я следовал за этими микроскопическими возмущениями в ткани городской суеты. Мой мозг работал как вычислительная машина, просчитывая траектории. Куда бы пошел он? Туда, где больше теней. Туда, где шум перекрывает шаги.       Я скользил сквозь толпу, перепрыгивал через сточные канавы, взбирался на невысокие пристройки, чтобы срезать углы. Мое дыхание оставалось ровным, а шаги — пружинистыми и тихими. Я чувствовал странный, первобытный азарт охоты. Я почти физически ощущал, как сокращается дистанция между нами.       Следы вели всё глубже в хитросплетение старых кварталов Среднего кольца, уходя от широких торговых проспектов. Шум толпы постепенно стихал, уступая место глухому эху капель, падающих с карнизов.       Наконец я свернул за угол и резко затормозил, гася инерцию.       Передо мной был длинный, узкий переулок, зажатый между двумя высокими, глухими стенами из серого камня. Здесь пахло сыростью, мхом и застоявшейся водой. Свет сюда почти не проникал, тонув в густых тенях. Переулок заканчивался тупиком — глухой кирпичной кладкой.       И в самом центре этого тупика, метрах в десяти от меня, стояла знакомая серая фигура.       Мо стоял ко мне спиной. Его руки были расслабленно опущены и скрыты в широких, бесформенных рукавах его одеяния. Он не шевелился, замерев, словно изваяние, высеченное из того же самого камня, что и стены вокруг.       Я остановился. Мои мышцы были напряжены, как туго натянутая тетива лука, вес тела идеально распределен на носках. Я не издал ни звука, но он, несомненно, знал, что я здесь.       В переулке повисла тяжелая, давящая тишина.       — Ты не использовал свое духовное зрение, — его голос, сухой и шелестящий, отразился от влажных стен. Он не обернулся, но я знал, что он понял это по тому, сколько времени мне потребовалось на поиски.       — Это было бы неуважением к твоему искусству, наставник, — тихо ответил я. Мой голос был спокоен, но внутри меня всё сжалось в предчувствии.       Мо медленно, едва заметно кивнул.       — Ты прочел толпу. Ты увидел пустоты, которые я оставлял за собой. Ты двигался как тень и думал как хищник, — его тон был лишен привычной жесткости. В нем звучало мрачное, почти торжественное признание. — Ты хороший ученик, Ши. Лучший из тех, кого мне доводилось тренировать.       Он сделал короткую паузу. Ветер завыл где-то над крышами, но сюда, в переулок, не проникал.       — Я передал тебе все свои знания. Я научил тебя скрываться, выслеживать и убивать так, чтобы никто не услышал твоего дыхания. Я вложил в твои руки сталь и научил её метать. Мой контракт, по сути, выполнен. У меня больше нет для тебя секретов.       Слова звучали как прощание. Но в моей груди вдруг тревожно запульсировало. Мои инстинкты, отточенные им же, вопили об опасности. Расслабленная поза Мо со спины была идеальной приманкой.       — Но знать, как выследить цель — это лишь половина пути, — голос Мо внезапно изменился. Мягкость исчезла. В него вернулся тот самый ледяной, мертвый холод, от которого стыла кровь. — Истинный убийца познается не в том, как он догоняет. А в том, как он выживает.       Мои зрачки сузились.       — Сейчас, Ши, — прошептал он, и эхо разнесло этот шепот по переулку, — будет твой финальный тест.       Всё произошло с пугающей, нечеловеческой скоростью.       Мо не стал разворачиваться всем телом, тратя драгоценные доли секунды. Его торс скрутился, как освобожденная пружина. Взмах его рук был настолько быстрым, что рукава издали резкий хлопок, похожий на удар хлыста.       Я не успел даже моргнуть. Я лишь увидел короткие, серебристые вспышки, вырвавшиеся из-под его плаща.       Воздух наполнился смертоносным, хищным свистом.       Он не стал сдерживаться. В мою сторону по абсолютно идеальным, выверенным траекториям летели клинки. Три тяжелых метательных ножа.       Время для меня словно остановилось. Я видел вращающуюся в воздухе вороненую сталь, видел абсолютно пустые, мертвые глаза моего наставника, который только что хвалил меня, а теперь без колебаний нанес удар на поражение.