Глава 29

      Я сжал рукояти своих последних отравленных ножей. Мое дыхание было поверхностным, чтобы не выдать усталости. Напротив меня, в десяти шагах, тяжело дышал последний оставшийся в живых маг земли, а его взгляд метался по окровавленной брусчатке.       Я приготовился к финальному броску. Бой должен был закончиться в ближайшие секунды.       Но тишину, наступившую на территории развороченного двора, внезапно разорвал звук.       Это был тяжелый, ритмичный, пугающе синхронный топот множества ног. Кто-то приближался. И этот кто-то не скрывался.       Мои мышцы мгновенно одеревенели. Мозг, и без того перегруженный анализом обстановки и кровопотерей из раненого плеча, выдал неутешительный прогноз. Подкрепление. Если это люди Бая, то мы с Мо сегодня останемся лежать в этом переулке навсегда. Я скосил глаза на своего противника, ожидая увидеть на его лице торжествующую ухмылку.       Но то, что я увидел, заставило меня внутренне замереть.       Маг земли не радовался. Его аура, внезапно вспыхнула удивлением и неконтролируемым страхом. Он тоже услышал эти шаги, и его тело рефлекторно сжалось, как у загнанной в угол крысы.       Значит, это не их люди. Моя мысль метнулась молнией. А чьи тогда? Третья сторона? Но кто в здравом уме полезет в разборки?       Я отступил на полшага назад, стараясь приглядеться к густому облаку каменной крошки, поднятому недавними разрушительными атаками Канга. Серая пелена висела в воздухе плотной завесой. Топот становился всё громче.       И вдруг из этого пыльного тумана вырвалась смерть.       Без единого звука, без боевых кличей или предупреждений. Из серой пелены вылетели три пары каменных перчаток — спрессованные, идеально вылепленные куски гранита, летящие с пугающей скоростью.       Первая пара с глухим свистом направилась прямо к моему противнику. Он, надо отдать ему должное, обладал отменными рефлексами. Он не стал блокировать — он резко оттолкнулся ногами и отпрыгнул в сторону, уходя с линии удара. Перчатки со звоном врезались в кирпичную стену там, где он только что стоял, выбив фонтан каменного крошева.       Но его инстинкты оказались бессильны против изощренной тактики магии земли. То место, куда он так удачно отступил, внезапно пошло волнами. Твердая брусчатка в долю секунды потеряла свою структуру, превратившись в глубокое, вязкое болото. Он охнул, когда его ноги по колено ушли в жидкую грязь. Он отчаянно задергался, используя всю свою силу, чтобы вырваться из капкана. Грязь с чавканьем отпустила его сапоги, он почти успел рвануться вперед, на твердую поверхность...       Но он не успел. Вторая часть атаки была рассчитана именно на эту задержку.       Каменные перчатки, которые только что врезались в стену позади него, не рассыпались. Подчиняясь невидимой воле своего хозяина, они отскочили от кирпича, развернулись в воздухе и с тошнотворным, влажным хрустом врезались ему прямо в голову и основание шеи.       Я увидел, как его позвоночник неестественно изогнулся. Тело, секунду назад полное адреналина, обмякло и рухнуло лицом в грязь. Противник, который доставлял мне столько неудобств, чьи движения я высчитывал с таким трудом, был устранен за считанные секунды с пугающей эффективностью.       Холодный пот выступил у меня на лбу. Моя воля не справлялась с пульсирующим инстинктом самосохранения. Против такого мне не выстоять. Мои парализующие яды, точность и расчеты — всё это не имело смысла против людей, способных менять ландшафт и атаковать с нескольких векторов одновременно. Мне нужно было срочно придумать, как отсюда скрыться.       Я сместил вес на носки, приготовившись в любой момент отпрыгивать, бежать, нырять за обломки стен — использовать всё, чтобы уклониться от возможной атаки и спастись. Моя жизнь была для меня важнее любой гордости. Но, готовя пути отхода, я не смел отвести взгляд от происходящего.       Вторая пара каменных перчаток, вылетевшая из пыли одновременно с первой, нашла свою цель на другом конце двора. Она летела прямо в агента Дай Ли, который работал с Баем.       Но тот не был зеленым учеником. Его аура вспыхнула. Он мгновенно вскинул руки, и его собственные, скрытые до этого момента каменные перчатки встретились с атакующими. Раздался оглушительный грохот, по двору прокатилась ударная волна, раскидавшая пыль. Агент Дай Ли не просто отбил удар — он перехватил контроль над чужой породой и широким, агрессивным жестом отправил в сторону невидимых нападающих целую волну вздыбленной земли, ломая брусчатку, как тонкий лед.       Третья пара каменных снарядов предназначалась Мо.       Мой израненный наставник, несмотря на сломанное ребро и кровопотерю, двигался с инстинктами загнанного волка. Он буквально перетек в воздухе, изгибая тело под немыслимым углом. Каменные кулаки просвистели над его плечом, лишь порвав ткань его пепельной куртки.       Но ему не повезло.       Бай, истинный стервятник, всё это время ждал именно такой оплошности. Увидев, что внимание Мо на долю секунды приковано к летящим камням, а его тело находится в неудобном положении после уклонения, лидер ассасинов сделал выпад. С его пальцев сорвались два изогнутых метательных ножа, метя точно в беззащитную грудь моего учителя.       Находясь в полуобороте, Мо уловил блеск летящей стали. Его кисти дернулись. Он выбросил на перехват свои собственные клинки.       Ножи столкнулись в воздухе, высекая фонтан золотистых искр, и разлетелись в стороны. Мо приземлился на одно колено, тяжело дыша, но живой.       За время этой невероятно скоротечной, занявшей от силы три секунды схватки, нападавшие приблизились достаточно близко. Ветер окончательно разогнал пыль, и я смог разглядеть тех, кто пожаловал на нашу бойню.       Это был не просто отряд. Это была прекрасно скоординированная боевая единица.       Во главе группы шли три человека. На первый взгляд — абсолютно обычные мужчины. На них не было ни форменных доспехов, ни зеленых туник гвардии. Простые, невзрачные одежды ремесленников или торговцев. Лица, которые мгновенно забываешь в толпе. Но их стойки, их монолитная уверенность и то, как их руки были опущены вдоль тел, готовые в любую секунду вырвать из земли смерть... это выдавало их с головой.       А за ними, сохраняя идеальный боевой порядок, двигался десяток тяжело экипированных, закованных в броню воинов с копьями.       Глядя на эту процессию, мне захотелось грязно, вслух выругаться. Использовать все те слова, которые я знал из своей прошлой жизни и трущоб Нижнего кольца.       Да что за проклятый день?! — орал мой внутренний голос.       Почему мне сегодня так часто попадаются маги земли с навыками Дай Ли, но при этом носящие обычную, гражданскую одежду?! Сначала агент, работающий в связке с наемными убийцами Бая. Теперь эти трое, чьи навыки контроля камня и создания «перчаток» абсолютно идентичны секретным техникам тайной полиции, если не превосходят их!       Я смотрел на трех лидеров прибывшего отряда, и моя Чакра Света фиксировала пугающую плотность их энергии. Они не были уличными бойцами. Они были профессионалами. Элитой.       Откуда они вообще берутся в таких количествах?! Мой ум лихорадочно искал ответы. Является ли Дай Ли настолько коррумпированной структурой, что её агенты подрабатывают во всех бандах Ба Синг Се? Или же в городе существует другая, теневая сила, обучающая своих людей по тем же самым безжалостным стандартам?       Но времени на размышления не было. Три фракции — израненные остатки группы Бая с «их» агентом Дай Ли, новоприбывший бронированный отряд с тремя мастерами, и мы с Мо, зажатые между ними, — оказались в одном замкнутом дворе.       Воздух зазвенел от напряжения. Я перехватил свои ножи поудобнее, прикидывая, до какой крыши я смогу допрыгнуть быстрее всего. Если эти новые гости решат, что мы с Мо — помеха, нас сотрут в порошок вместе с брусчаткой. Бой только что перешел на совершенно новый уровень, и я в нем был лишь мелкой, уязвимой фигурой на доске, где играли настоящие монстры.       Трое новоприбывших магов земли не стали тратить время на пустые разговоры или пафосные речи. Они действовали с пугающей, механической эффективностью.       Один из них, не меняя невозмутимого выражения лица, вновь обрушил на моего наставника шквал ударов каменными кулаками, заставляя Мо, и без того раненого, уйти в глухую, отчаянную оборону. Двое других с убийственной синхронностью перенесли весь свой напор на агента Дай Ли. Земля вокруг него буквально взревела, пытаясь раздавить, стереть в порошок противника. Канг, мгновенно осознав, что его союзнику грозит уничтожение, с ревом бросился ему на помощь, воздвигая щиты один за другим.       Бай, как ассасин, не спешил лезть в эту мясорубку. Он отступил на полшага назад, его холодные глаза сузились, сканируя траектории камней и клинков. Он анализировал ситуацию, выискивая слабое место в защите новых врагов.       Но я уже не смотрел на эту бойню титанов.       Это был мой шанс. Крошечное, хрупкое окно возможностей, которое схлопнется через несколько секунд. Внимание всех этих монстров, способных крошить гранит и двигаться быстрее тени, сейчас было приковано друг к другу.       Мой мозг кричал только одно слово: «Беги!».       Я развернулся, на ходу пряча ножи обратно в ножны на предплечьях. Я не стал бросать их, чтобы прикрыть отход. Я не сделал ни единого агрессивного жеста. В таком бою любое открытое намерение убить стало бы ярким маяком для их инстинктов. Чтобы выжить, я должен был стать призраком. Стать пылью. Стать никем.       Откуда-то из самых недр моего существа поднялась горячая, обжигающая волна. Второе дыхание. Первобытный инстинкт выживания хлестнул по истощенным мышцам, вливая в них топливо, которого там уже не должно было быть.       Я рванул прочь. Мои ноги, обутые в мягкие туфли, почти не касались брусчатки. Я влетел в узкий, зияющий чернотой проулок между складскими помещениями и побежал с такой скоростью, на которую только было способно мое тело.       Я не оглядывался. Ни разу. Звуки грохочущего камня и звон стали за моей спиной постепенно стихали, сменяясь лишь бешеным стуком крови в моих собственных висках. Я мчался по извилистым лабиринтам старого ремесленного квартала, перепрыгивал через гниющие бочки, нырял под низкие арки и бельевые веревки. Я гнал себя вперед, пока легкие не начали гореть так, словно я вдыхал раскаленный песок.       Но человеческое тело — это хрупкий сосуд, даже для того, кто открыл чакры. Спустя несколько минут безумного, панического спринта второе дыхание начало иссякать. Адреналин выветривался из моей крови, оставляя после себя лишь пепелище.       И на его место пришла боль. Холодная, липкая, засасывающая.       Порез на левом плече, полученный от бандита, который я в пылу схватки заставил закрыться с помощью мышечного контроля и Ци, вновь открылся. Я почувствовал, как горячая, густая струйка скользнула по предплечью, пропитывая разодранный шелк рукава и падая тяжелыми каплями на грязные камни под ногами. Капля за каплей. Моя жизненная сила утекала вместе с ней.       Дыхание, которое я так старательно пытался контролировать, сорвалось в сиплый, рваный хрип. В груди стоял тяжелый, металлический привкус крови. Ноги, еще минуту назад несшие меня с легкостью ветра, теперь казались налитыми свинцом. Каждый шаг давался с невероятным усилием, словно я брел по пояс в густом болоте.       Мир вокруг начал терять резкость. Цвета поблекли, превратившись в грязные серо-коричневые пятна. Узкий переулок, по которому я брел, начал сужаться, смыкаясь надо мной темным туннелем. Кровь отлила от головы. Тошнота ледяным комом подступила к горлу. Типичные признаки острой кровопотери и геморрагического шока. Я знал это как врач. И как пациент, запертый в этом истекающем кровью детском теле, я понимал, что мой предел достигнут.       Третий глаз схлопнулся, не выдержав истощения.       Я шатнулся. Картинка перед глазами опасно накренилась. Колени предательски подогнулись. Я слепо выставил здоровую руку вперед и наткнулся на шершавую, сырую кирпичную кладку какой-то глухой стены. Мои окровавленные пальцы скребнули по камню, не находя зацепы.       Я привалился к стене всем весом, чувствуя, как холодный кирпич вытягивает из меня последние крохи тепла. Ноги больше не держали. Я медленно, беспомощно сполз вниз, оставляя на стене багровый, влажный след, пока не оказался сидящим на грязной брусчатке.       Голова безвольно откинулась назад. Веки стали неподъемными, словно отлитые из чугуна. Мой мозг, мои грандиозные планы, знания анатомии и медицины — всё это сейчас не имело никакого значения. Тьма милосердно затапливала мое сознание, укутывая меня в плотный, ватный кокон, в котором не было ни боли, ни страха. Лишь холод и пустота.       Но вдруг... На самом краю обрыва, где реальность уже сливалась с небытием, мой угасающий слух уловил звук.       Тяжелый топот сапог, сопровождаемый глухим лязгом металла и скрежетом копий о каменные стены переулка. И они направлялись прямо ко мне.       Я едва достал кинжал.       «Нашли...»       Эта мысль так и не успела оформиться до конца. Она растворилась в тумане, когда мое сознание окончательно оборвалось, и я провалился в глухую, черную бездну.       

***

      Двор превратился в кипящий котел, где смешались магия, сталь и кровь. Воздух гудел от напряжения, пропитанный каменной пылью и запахом смерти.       Мальчик в изорванном шелке развернулся на пятках. Его инстинкты выживания взяли верх над всем остальным. Не тратя ни секунды на прощальные взгляды, он рванул в зияющую черноту узкого переулка, сливаясь с тенями.       Его бегство не осталось незамеченным. Как только фигура наследника клана Чен скрылась за углом, десяток тяжеловооруженных воинов, не произнося ни слова, словно механические гончие, устремились в погоню за мальчиком. Их кованые сапоги выбивали по брусчатке зловещий, ритмичный марш.       Убийца в пепельных одеждах краем глаза уловил движение Ши. На какую-то ничтожную долю секунды — непростительную роскошь для ассасина — Мо отвлекся. Он проводил взглядом спину своего ученика, исчезающего в спасительной тьме, и тени воинов, устремившихся за ним. В его холодных, мертвых глазах мелькнуло нечто похожее на мрачное удовлетворение.       Оглушительный треск раскалывающегося камня заставил Мо мгновенно вернуться к схватке.       Он по-новому, с ясностью оценил расстановку сил на залитом кровью дворе. Прямо перед ним, сжимая кулаки так, что хрустели костяшки, стоял один из элитных магов земли, готовя новую серию сокрушительных атак. Чуть поодаль, за обломками колонны, притаился Бай — хищный стервятник, выжидающий идеального момента для удара. А в тридцати шагах левее разворачивалась катастрофа: Канг и негласный агент Дай Ли из последних сил отбивались от двух оставшихся мастеров земли в гражданских одеждах.       Времени не было. Силы Мо, истощенные сломанным ребром и кровопотерей, таяли с каждым ударом сердца.       Его руки, подобные броску кобры, взметнулись вперед. Мо метнул последние оставшиеся в его арсенале отравленные иглы — идеальный веер смертоносной стали, направленный сразу в две стороны: в грудь мага земли и в тень, где прятался Бай.       В ту же секунду Мо начал стремительно отпрыгивать назад, разрывая дистанцию, но ни на мгновение не отводя немигающего взгляда от своих противников.       Он видел, как Бай, обладающий звериным чутьем, сверхъестественно изогнулся. Иглы со свистом пронеслись в миллиметре от его лица, а сам ассасин скользнул назад, уходя глубже в укрытие. Маг земли действовал иначе. Не пытаясь уклониться, он резким ударом ноги вырвал из брусчатки толстую каменную плиту. Иглы со звонким лязгом отскочили, не причинив ему вреда.       Этот маневр дал Мо те самые две секунды передышки. Дыхание со свистом вырывалось из его груди, каждый вдох отдавался жгучей болью в сломанных ребрах. Отступая, он наткнулся спиной на высокий деревянный ящик.       С невероятной грацией, несмотря на раны, Мо запрыгнул на ящик. До прыжка его взгляд выцепил блеснувшую на земле сталь — тяжелый, грубо выкованный мясницкий тесак, выпавший из рук одного из убитых бандитов. Мо подхватил его, вооружившись широким, тупым, но массивным куском металла.       Но стоило его ногам коснуться крышки ящика, как инстинкты взвыли. Маг земли не стоял на месте. Он круговым движением рук поднял ту самую каменную стену, которой только что защищался, и с чудовищной силой отправил ее в полет прямо на ящик.       Тонна монолитного камня летела на Мо, словно таран.       Ассасин оттолкнулся от рассыпающегося под ногами дерева. Вложив в прыжок последние крохи сил, он взмыл высоко в воздух, метя на покатую крышу ближайшего складского здания. Каменная стена с грохотом разнесла ящик в щепки под ним.       И именно в этот момент, когда Мо находился в высшей точке своего полета, лишенный точки опоры, Бай нанес свой удар.       Из теней, разрезая воздух зловещим свистом, вылетели четыре кинжала. Они летели идеальным ромбом, перекрывая все пути к отступлению в воздухе.       Время для Мо замедлилось. Первый кинжал целил в бедро. Мо, игнорируя дикую боль в ребрах, изогнул тело в воздухе, словно сломанная кукла, и лезвие лишь разрезало ткань его штанов.       Второй кинжал летел точно в горло. Мо резко вскинул левую руку со своим единственным боевым ножом, отправляя его в полет. Искры брызнули в воздухе — он филигранно отбил смерть собственным клинком.       Третий кинжал летел, метя в ключицу. Мо выставил вперед правую руку, в которой сжимал трофейный тесак. Лезвие кинжала с тяжелым лязгом ударилось о широкую плоскость мясницкого ножа, оставив на нем глубокую зарубку.       Но был еще четвертый.       Самый быстрый, пущенный с идеальным расчетом на то, что первые три заберут всё внимание жертвы. Он летел прямо в сердце Мо.       Положение тела в воздухе было критическим. Уклониться или заблокировать невозможно.       Мо сделал единственное, что мог. Вынужденный спасать свою жизнь любой ценой, он выставил вперед раскрытую левую ладонь, принимая летящую смерть прямо в плоть.       Острие кинжала с влажным хрустом пробило ладонь Мо насквозь, выйдя с тыльной стороны, но остановленное костями кисти, оно не достигло груди. Агония пронзила нервную систему, но ни единого звука не сорвалось с губ убийцы.       Его ноги с глухим стуком коснулись черепицы крыши. Не теряя ни доли секунды, Мо стиснул зубы и вырвал отравленный кинжал из своей пробитой ладони. Кровь брызнула на раскаленную солнцем черепицу. Его пальцы мгновенно впились в узлы меридианов на запястье, намертво блокируя ток крови и Чи в руке.       Он резко развернулся, чтобы раствориться в лабиринте крыш Ба Синг Се, но поле боя не желало его отпускать.       Снизу, со двора, в него устремились две каменные перчатки, запущенные агентом Дай Ли. Первая перчатка с тошнотворным хрустом влетела Мо в левый бок — туда, где уже было сломано ребро. Удар отбросил его на несколько шагов, ломая кости. Вторую перчатку, летевшую в голову, он заметил краем глаза. Резко отдернув шею, Мо избежал раздробленного черепа, но грубый гранит с силой чиркнул по его лицу, глубоко расцарапав скулу до самой кости.       Заливаясь кровью, хромая, но всё еще живой, Мо перевалился через конек крыши и скрылся из виду.       Внизу, на залитом кровью дворе, ситуация менялась с каждой секундой.       Маг земли, упустивший свою цель, решил найти новую. Его взгляд метнулся по руинам и сфокусировался на Бае. Для него этот наемник с ножами был такой же грязью, подлежащей зачистке.       Маг резко взмахнул руками. Из-под брусчатки вырвался град каменных снарядов размером с кулак и полетел в Бая.       Лидер ассасинов был вынужден забыть о преследовании Мо. Он превратился в размытую тень, танцуя смертельный танец среди летящего камня. Бай уклонялся, отступал, делал невероятные сальто, ни на секунду не прекращая контратаковать. Из-под его плаща один за другим вылетали ножи, заставляя мага земли постоянно возводить перед собой каменные щиты, чтобы не получить отравленную сталь.       — Канг! Отходим! — во всю силу своих легких прорычал Бай, уклоняясь от очередного валуна. — Прикрывай!       В это же время в другой стороне двора разворачивалось еще одно столкновение. Агент Дай Ли, работавший на Бая, изо всех сил пытался отбиваться от двух элитных мастеров земли. Его техника была безупречна, но он уступал им в численности.       Он отразил двойную атаку каменными перчатками, разорвал дистанцию, но допустил фатальную ошибку. Он не сумел вовремя среагировать на вибрацию под ногами. Брусчатка под его левой ногой внезапно разверзлась и тут же сомкнулась, намертво захватив его голень в тиски.       Обездвиженный агент ушел в глухую, отчаянную оборону. Он воздвиг вокруг себя кольцо из нескольких толстых стен, пытаясь выиграть время.       Канг, увидев, что союзник в смертельной ловушке, зарычал. Он бросился вперед с удвоенной силой, поднимая гигантские глыбы, чтобы отвлечь противников на себя и дать агенту шанс вырваться.       Но именно в этот момент раздался крик Бая об отступлении.       Канг замер на мгновение. Его взгляд метнулся от замурованного в камень союзника, которого уже начинали методично расстреливать каменными копьями, к отступающему лидеру. Выбор был очевиден.       Канг принял решение. Он бросил все свои силы в землю. Двор содрогнулся. Маг обрушил остатки красильни, поднимая в воздух колоссальное, непроглядное облако густой кирпичной пыли и песка.       Используя эту завесу, Канг отступил, тяжело ступая по битому камню, и воссоединился с Баем у входа в узкий лабиринт старых улочек.       За их спинами раздался сдавленный крик, оборвавшийся жутким хрустом. Двое агентов прорвали глухую оборону своего бывшего коллеги. Невидимый в пыли, отступник из Дай Ли был убит.       Канг и Бай рванули в переулок. Но их враги не собирались отпускать добычу так просто. Оглянувшись, они заметили сквозь редеющую пыль преследование. В беглецов летел огромный, спрессованный каменный снаряд, способный раздавить обоих.       Канг резко развернулся. Он ударил кулаками снизу вверх. Прямо перед ними из земли выросла плита. Снаряд врезался в неё с оглушительным грохотом, плита пошла трещинами, но выдержала. Канг не остановился на этом. Он сделал круговой пасс руками, вкладывая в движение всю свою ярость, и отправил эту треснувшую плиту обратно, навстречу преследователям.       Вместе с этим, чтобы окончательно отрезать путь, Канг ударил по стенам старых, ветхих зданий, образующих переулок. Древняя кладка не выдержала магии земли.С тяжелым, надрывным гулом фасады двух домов обрушились внутрь улочки, создав непроходимую гору из балок, кирпичей и черепицы. Путь был ненадолго перекрыт.       Канг и Бай скрылись в густой паутине узких, извилистых улочек.       Они бежали молча. Только тяжелое дыхание двух мужчин нарушало тишину пустых подворотен. Канг бежал чуть впереди, его широкая спина вздымалась. Он чувствовал, что они оторвались. Они выжили в этой мясорубке.       Внезапно, на полном ходу, Канг ощутил странный, холодный толчок под левую лопатку.       Острая, пронзительная боль разорвала сознание — холодное лезвие пробило плоть и вошло в легкое. Канг сдавленно хрипнул. Огромный маг выгнулся дугой, его глаза расширились от шока. Кровь хлынула в дыхательные пути.       Он пошатнулся, пытаясь остановиться и обернуться, не веря тому, что происходило. Но не успел. Безжалостный, точный удар ногой под колено выбил из-под него опору.       Огромный маг земли, чья сила только что рушила здания, тяжело, словно срубленное дерево, рухнул на грязную брусчатку переулка. Изо рта пузырилась кровь. Канг с трудом перевернулся на спину.       Над ним возвышался Бай. В руке ассасина тускло поблескивал окровавленный кинжал. Его лицо было нечитаемой, холодной маской.       Канг захрипел, глядя в мертвые глаза человека, с которым только что сражался спина к спине.       — По... почему? — булькающий звук сорвался с его губ. В этом вопросе не было гнева, только абсолютное, искреннее непонимание.       Бай посмотрел на умирающего сверху вниз, словно на сломанный инструмент. Он медленно достал чистый платок и начал педантично вытирать лезвие кинжала.       — Изначально, — голос Бая звучал сухо, без единой эмоции, словно он зачитывал бухгалтерский отчет, — босс приказал мне убить предателя Мо и этого аристократического щенка. Но у меня был и скрытый приказ.       Бай убрал нож в ножны.       — Босс велел проверить твою преданность. Ты слишком долго работал на клан Чен. Ты видел их деньги, их власть. Босс сказал: «Посмотри, как Канг будет вести себя в бою против своих бывших нанимателей. И если он проявит слабость, если окажется таким же предателем — ликвидировать на месте».       Бай сделал шаг ближе.       — Ты не прошел эту проверку, Канг. Ты колебался. Ты играл в поддавки с Мо. Создавая ему лучшие условия в бою своими ударами.       Маг земли попытался что-то сказать, но из его горла вырвался лишь кровавый сгусток. Жизнь стремительно покидала его огромное тело.       — Мо сейчас истекает кровью на какой-нибудь крыше, — продолжил Бай, глядя в стекленеющие глаза Канга. — Он уже должен быть мертв от моих ядов. Но щенок... щенок сбежал. И из-за твоей некомпетентности и вмешательства этих... гостей мы потеряли всех людей.       Лицо Бая на мгновение исказилось от сдерживаемой ярости.       — Мне будет очень, очень сложно отчитаться перед боссом за такие потери и за провал главной миссии. Но, по крайней мере, я смогу сказать ему, что вычистил мусор из наших рядов.       Это были последние слова, которые услышал Канг. Холодная тьма навсегда погасила свет в его глазах. Огромный маг земли испустил последний, хриплый вздох и затих навсегда.       Бай не стал задерживаться. Он бросил последний взгляд на труп, поправил плащ и, растворившись в тенях, пошел прочь, оставляя позади себя лишь смерть и разрушение.