Третья волна

Звон будильника бьёт прямо по голове. Гарри не помнил, чтобы ложился спать. Одеяло — каменная плита. Каждая кость ноет так, что хочется плакать. Открыть глаза было непосильной задачей. Голова была такой тяжёлой, что Гарри засомневался, его ли она. В горле всё дерёт, будто там куча кошек, которые стремятся разодрать горло в пух и прах. Гарри потратил кучу сил, чтобы просто встать с кровати, и когда он всё же смог это сделать, мир перед глазами поплыл настолько сильно, что Гарри свалился на пол. Холод пробирает до костей, заставляя скривиться. «Вот так, наверное, и умирают. Не от проклятий и тёмных лордов, как в сказках и книжках». — проскакивает мысль в голове. Жаль, что в их мире нет магии. Их мир сер и жесток. После вчерашнего вечера и ночи с друзьями он надеялся, что всё наладится, но теперь, валяясь на полу, понимает, что стало хуже. Похоже, он заболел. Но у него нет на это права. Тем более Браун в последний раз, когда он болел, вычел из его зарплаты 500 фунтов. С трудом он дошёл до кухни, где валялось какое-то жаропонижающее. Гарри не уверен, есть ли у него температура, но ему надо выйти на смену, пойти на учёбу — так что лучше выпить на всякий случай. Таблетка отвратительна на вкус, прилипла к сухому нёбу. Вчера он даже не помнил, как добрался до дивана. Друзья ушли под утро, оставив холодильник полным, а Гарри — чувство, что он всё-таки не один. Потом была работа. Потом учёба. Потом снова работа. А потом он просто вырубился в одежде, даже не почистив зубы. Как хорошо, что его сейчас никто не видит. Он сейчас так жалок. Дойти до работы оказалось ужасно трудно. Город только просыпался, но Гарри он казался уже таким шумным. Холодный воздух терзал лёгкие и руки. Дыхание разодранное горло мучило, и Гарри заходился кашлем. Ему было хуево и до этого, но сейчас... Так и хотелось развернуться, пойти обратно и закутаться под одеяло, и держаться рядом с батареей. Сегодня ночью на смене в кофейне были Луна и Невилл. Гарри очень надеется, что они уже закрыли кофейню и ушли домой, не став ждать его, чтобы сделать пересменку. Ему определённо повезло: подойдя к кофейне, он увидел через окна, что та пуста. В отражениях тех же окон он видел себя: гнездо на голове вместо волос, потрёпанная одежда и заострённое лицо. Присев на лавочку рядом с кофейней, он и не заметил, как быстро потекло время. Закрыл глаза «на секунду». А открыл — и солнце уже стояло выше, а пальцы онемели так, что он не мог сжать в ладони ключ. Приходится вставать. Пытаясь вставить ключ в дверную скважину, он матерится. Руки трясутся так сильно, что ключ падает. Он даже не успевает наклониться, как кто-то поднимает ключ за него. Гарри не знает, сколько он так стоит. Минуту? А может час? Перед глазами всё плывёт. Будто сквозь пузырь он слышит голос. — С вами всё в порядке? Гарри честно пытается кивнуть, но ноги подкашиваются, и он будто летит вниз. К сожалению или к счастью, не долетает до земли — кто-то перехватывает его. Гарри видит знакомые уже глаза — те, что он видел бы в своих самых худших кошмарах, если бы они ему снились. — Я в порядке. — хрипит он. Слышит смешок, но сейчас ему совершенно всё равно. — Я бы так не сказал. — Глубокий голос — услада для ушей даже в таком состоянии. — Позвонить в скорую? — Нет, нет... — глаза так и норовят закрыться, а сознание — уйти на второй план. Ноги Гарри не держат, но он упрямо пытается встать, что получается очень плохо. Гарри пытается вырваться, но руки держат крепко. — Пустите. Мне на смену. — Вы даже ключ вставить не можете. — В голосе незнакомца нет насмешки. Только констатация факта. — Вы подозрительно легки для своего возраста. Гарри хочет соврать или огрызнуться, но вместо этого его выворачивает мучительным кашлем, от которого темнеет в глазах. Мужчина что-то говорит, но Гарри не слышит — только чувствует, как его поднимают на руки, как чужое пальто пахнет табаком. — Отпустите... — шепчет Гарри, уткнувшись в чужое плечо. — Не дождётесь, мистер Поттер. Последнее, что он помнит перед тем, как провалиться в темноту, — скрип открываемой двери кофейни и осознание, что он никогда не называл незнакомцу свою фамилию. Он приходит в себя на диване в подсобке. Под головой, видимо, его куртка. Накрыт он чужим пальто. Рядом на стуле сидит тот самый мужчина и читает что-то в телефоне. Гарри с трудом пытается приподняться, но чужая рука ложится ему на грудь, надавливая и вынуждая лечь обратно. — Лежите. Ваша смена никуда не денется, учитывая, что Нотт пришёл рано, мистер Поттер. — Я вас не знаю. — Том. — Том...? — Он не назвал свою фамилию, и Гарри даже в таком состоянии заподозрил неладное. Но мужчина лишь кивнул, не собираясь продолжать. — Вы, конечно, идиот, раз решили прийти на работу в таком состоянии. На это Гарри решил тактично промолчать. Усталость осталась, и спать хотелось всё ещё, поэтому его уставший мозг недолго думая погрузился в такой нужный и сладкий сон, хотя Гарри попытался этому сопротивляться. В следующий раз он очнулся в кровати. Знакомые потрёпанные обои будто смеялись над ним. Гарри точно знал, что должен быть либо на работе, либо на учёбе. Точно не в своей кровати. Повернув голову к тумбочке, где обычно лежали очки, он заметил блистеры таблеток, стакан воды и чужую пачку сигарет. В его квартире кто-то был. Никто из его друзей не курит. Никто, кто знает, где он живёт, не курит. Гарри не помнит, как открывал дверь, как ложился в кровать, как снимал с себя одежду. Как он оказался дома — Гарри не помнил. И это пугало больше, чем сам факт чужого присутствия. Из кухни доносятся шорохи. Гарри быстро, насколько это возможно в его состоянии, вскочил с кровати, стараясь как можно быстрее оказаться на кухне. На кухне стоял Теодор. — Ты что тут забыл? — Гарри не узнаёт свой голос. Это сплошной хрип. Тот оборачивается и смотрит таким пронзительным взглядом. — Да вот тебя, долбаёбик, пришёл проверить. — Ты куришь? Тео выгнул бровь, но отрицательно покачал головой. — Ты мне скажи, идиот, какого чёрта ты попёрся на работу? Если бы не мистер...— Тео запнулся. — Том, ты бы тупо провалялся на улице неизвестно до какого момента. — Тео... — Что Тео? — Парень зло смотрит на Гарри, но вмиг успокаивается и суёт ему в руки тарелку с супом. «Стоп. Суп? Теодор Нотт сам приготовил ему — Гарри Поттеру, суп?» — Гарри ставит тарелку на стол. — Откуда он узнал, где я живу? Тео пожал плечами слишком быстро. — Спросил. Какая разница? Ты живой и за это ему надо сказать спасибо. Такой ответ точно не устроил Гарри. Но в кармане у Гарри вибрирует телефон. Экран залит сообщениями от Гермионы: «Ты где?», «На пары не придёшь?», «Гарри, ответь!», «Мы волнуемся». Последнее — «Рон сказал, что если ты не ответишь через час, он едет к тебе». Гарри сбрасывает звонок, не поднимая трубки. — Можешь им написать? — хрипит он Тео. — Не надо им говорить. Скажешь, что я… что я проспал. Придумай что нибудь, пожалуйста. — То есть ты хочешь соврать своим лучшим друзьям? Через меня? — Тео выгибает бровь уточняя. — Пожалуйста. Тео смотрит на него долгий взгляд. Но вместо того, чтобы достать свой телефон, забирает телефон из ослабевших пальцев Гарри и пишет что-то сам. Гарри не видит, что именно, но через минуту телефон снова вибрирует уже один раз. И затихает. — Что ты написал? — Что ты болеешь, но под присмотром и чтобы они не лезли. — Тео прячет телефон в карман своих штанов. — Верну потом. Иди есть. *** Гарри выходит из подсобки с мокрыми волосами — кое-как привёл себя в порядок, но под глазами залегли синяки, а губы бледные. Тео уже за кассой, косится на него, но молчит. Осталось немного до конца смены. Луна приходит через час. С огромным букетом ромашек — для кофейни, конечно, но одну веточку она протягивает Гарри. — Твоя аура похожа на разбитое окно, — говорит она серьёзно. — Его можно заклеить, но трещины останутся. Лучше сразу вставить новое стекло. — Я не понимаю, о чём ты, Луна. — Понимаешь. Просто не хочешь признаваться. Она садится за столик у окна, раскладывает ромашки и больше ничего не говорит. Но Гарри чувствует её взгляд на себе весь день — мягкий, но тревожный. В какой-то момент она подходит к кассе и тихо, чтобы Тео не услышал, говорит: — Тот мужчина, который тебя вчера принёс. У него очень странная аура. — В каком смысле? И разве вы были в кофейне? Вы же ушли. — Я забыла свою косметичку, поэтому вернулась. Суть в том, что тот мужчина не похож на спасателя. — Луна наклоняет голову. — Он словно сам не знает, кем хочет быть. Будто ищет что-то. Или кого-то. Гарри хочет спросить, что это значит, но входит новый посетитель, и Луна уплывает обратно к цветам. Бывает ли предел разочарованию? Очевидно, что нет. Иначе бы Гарри сейчас не пытался сдерживать горькие слёзы, параллельно пытаясь работать. Он вытирает щёку рукавом, делает глоток остывшего кофе и улыбается очередному посетителю. Улыбается так, будто его не выворачивало наизнанку четыре часа назад. «Это и есть взрослая жизнь, о которой я мечтал в детстве?» — думает Гарри. Вчера, идя на работу в ужасном состоянии, он знал, чем это чревато, если не прийти, но по итогу всё равно свалился и не отработал даже пару минут. Естественно, Браун сегодня уже сказал ему, что вычтет этот прогул из зарплаты. И естественно, Гарри теперь не хватает, чтобы покрыть и учёбу, и квартиру. Просить в долг у Гермионы или Рона Гарри не хочет — они и так ему всем, чем могут, помогают, а он не любит оставаться в должниках. Он хотел попросить у Брауна ещё смен, но тот скривился и наотрез отказался. Гарри этого не понял. Тот даже не объяснил нормально, сказал только: «Ты, мальчишка, не единственный сотрудник. Есть и другие, кто хочет зарабатывать». Осталось минут десять, и придёт Джинни с Невиллом, чтобы принять ночную смену. И Гарри сможет разобраться со своими эмоциями наедине с собой.