Глава 3. Вторая игра

§1. Мелиноя, её образ и атрибуты Главной героиней второй части игры является Мелиноя — сестра Загрея, живущая на Распутье у Гекаты, ведьма, изгнанная принцесса Подземного мира, которая должна победить пробудившегося Кроноса и спасти свою семью. Происхождение Мелинои в орфических мифах интересно не меньше, чем у Загрея: расшифровав довольно витиеватый гимн (№71) и найдя краткие упоминания героини у Н. Новосадского, я поняла, что, согласно верованиям орфиков, Персефона зачала её одновременно от Зевса и Аида. Если факт того, кем является отец Загрея, спорен, то здесь найден своеобразный компромисс — Аид всё же наверняка поучаствовал в зачатии: Мелиноя названа «царицей подземного царства», т.е. наследницей Аида и Персефоны. Отцовство ещё и Зевса намекает на некую тройственность Мелинои: она дочь подземного мира (Аида), неба (Зевса) и земли (Персефоны), что говорит нам о том, что от кошмаров не сбежать нигде, ни в одном из миров. Также эта тройственность сближает её с трёхликой Гекатой — а в игре не раз намекалось на связь их судеб. Мелиноя, как и Геката, собирает заблудшие души, по сути, её можно считать более молодой ипостасью древней Гекаты. В игре связь Мелинои с заблудшими душами обыгрывается тем, что она собирает их во время забегов с помощью мини-игры, отправляя на Распутье, а они, в свою очередь, помогают ей в сражениях. Также в этом гимне упоминается, что Мелиноя одета в «пеплос шафранный» — и именно так описывает своё одеяние героиня в игре, когда рассказывает слепому Полифему, как она выглядит. Вообще, шафранные одеяния в греческой мифологии носят с лунные богини, о которых подробнее будет сказано ниже; таким образом, Мелиною можно связать с образом луны, ведь она — богиня ночных кошмаров, насылающая безумие, способная менять облик и тем самым доводить до сумасшествия. В игре через сны она связывается с Загреем, убеждая его предотвратить пробуждение и воцарение Кроноса в прошлом; в недавно вышедшем патче она также взаимодействует с богом снов Гипносом и получает от него задания, случайным образом попадая в разные регионы — так подчёркивается взаимосвязь сна и кошмарных сновидений. Одним из даров Селены для Мелинои является «Тёмная сторона»: на несколько секунд он превращает богиню в неуязвимое создание, наносящее урон особым образом, а в гимне №71 сказано: «То ты вполне различима, а то затемняешься мраком». Стоит отметить, что «Hades-2» следует орфическим тенденциям едва ли не сильнее, чем первая часть: конечно, Загрей, главный герой первой игры, — центральный персонаж орфизма, едва ли не главнейший бог этого учения; при этом Мелиноя также является чисто орфической богиней, в отличие от брата, она не упоминается в других источниках. Да и в целом мистическая, эзотерическая атмосфера игры, акцент на лунных богинях, «серебряных сёстрах», появление Кроноса-Хроноса также явно навеяны именно орфизмом, а не классической олимпийской мифологией. Поэтому выбор Мелинои в качестве главной героини неудивителен: разумеется, в главной роли обязательно должен был выступать очередной член семьи Аида, желательно женщина, так как, во-первых, мужчина у нас уже был, во-вторых, феминистическая тенденция последних лет требует расширения роли женщины в медиа. Стоит сказать, что в «Суде» упоминается ещё одна дочь Аида и Персефоны, Макария, богиня блаженной смерти. Фандом игры «Hades» знает о её существовании и даже рисует фанарты с ней. Однако «Суда» — энциклопедический словарь 10-11 веков — был создан уже в Византии, в христианскую эпоху, упоминаний Макарии именно как дочери повелителей Подземного Мира в античных источниках нет (зато есть упоминания Макарии как дочери Геракла и Деяниры, но это уже явно совсем другой персонаж). Поэтому следует думать, что Макария — новодел, выдумка поздних греков-христиан, ведь для них тихая, спокойная, безболезненная смерть в старости, после раскаяния в грехах, — лучшая, «блаженная» смерть. Неудивительно, что у византийцев возник такой персонаж, не упоминаемый в античных источниках; привязка же Макарии к Аиду и Персефоне, к языческим верованиям в подземный мир и загробную жизнь неудивительна, ведь влияние античной Греции на Византию было весьма велико даже после принятия христианства. Однако гипотетический выбор Макарии в качестве героини игры невозможен, и Мелиноя подходит на эту роль гораздо лучше. Разработчики второй части игры следуют теме колдовства, магии и эзотерики в различных деталях, так или иначе связанных с Мелиноей. Для начала, интересен выбор оружия для героини. У Загрея были «классические» меч, щит, копьё, лук — типичное оружие античного и не только воина — и более экзотические перчатки и «огнестрел» (во второй игре перешедший к Эриде), но в целом это всё — чисто боевое оружие. Для Мелинои разработчики подготовили предметы, на первый взгляд, предназначенные в первую очередь не для сражений (и, по моему мнению, некоторыми и впрямь драться нелегко): факелы, череп, маленькие клинки, посох… Однако всё это оружие также отсылает к ведьминским, колдовским атрибутам. Посох ведьмы — вполне понятный атрибут, зачастую ведьмы изображаются с посохами. Интересен образ парных клинков — обычного ножа и маленького серпа. В игре они называются Лим и Орос, а позаимствованы из кельтской культуры, где носили другие названия. Серп — это Болин, обрядовый нож кельтских друидов, предназначенный для срезания лечебных трав и вырезания магических символов. Его пара — нож Атам, необходимый для магических ритуалов, а не для резки, и его энергия направлена на колдовство и заклинания. Причём рукоять Болина должна быть обязательно светлой, а Атама — тёмной. Болин и Атам широко применяются в магических практиках современной неоязыческой религии викка, основанной на синкретичных общеиндоевропейских верованиях и почитании природы. Важны и аспекты этих клинков: аспект Артемиды как лунной богини отсылает к форме Болина — серпа-полумесяца, а как покровительницы дикой, живой природы — к основным функциям Болина и применении парных клинков в викке, природоцентричной религии; аспект Пана, бога пастухов и глухих лесов, также отсылает к связи Болина и Атама / Лима и Ороса с почитанием природы. А скрытый аспект Лима и Ороса назван в честь кельтской богини Морриган — в целом, все скрытые аспекты оружия в этой игре носят имена богов смерти из разных культур, но то, что позаимствованные у кельтских друидов клинки получили аспект именно кельтской богини, очень примечательно. Факелы Игний — также оружие Мелинои, но ещё факелами в игре сражается Геката. Факел — один из её атрибутов, и Мелиноя как ученица и преемница Гекаты тоже пользуется ими в бою. Череп Ревааль — также архетипический символ, используемый в разных культурах для магических обрядов, знак бренности бытия. У Мелинои как у истинной ведьмы есть фамильяры, которые не достаются просто так — их надо приручать. Фамильяр — это дух, служащий ведьме, обычно появляющийся в виде какого-либо животного. У Мелинои это лягушка Фринос, ворон Рэки, кошка Тола, собака Гекуба и хорёк Гали. Лягушки и кошки — одни из самых распространённых обликов фамильяров в представлениях о средневековых ведьмах; вороны также часто служат ведьмам в подобных легендах, а собаки связаны с образом Гекаты, о котором мы поговорим далее. Также у Мелинои есть таро, расклады которого помогают в забегах; по сути, эти карты — аналог Зеркала Ночи из первой части. Конечно, в Древней Греции не было таро, но все анахронизмы второй части можно объяснить просто — проделками Кроноса, который смешал временна и эпохи реального мира, отсюда и карты, и довольно поздние корабли из региона «Фессалийский разлом», и вполне современные инструменты у участниц группы «Сцилла и сирены». К тому же таро — тоже важный ведьминский атрибут, идущий ещё из средневековья (как и концепция фамильяров, например), к тому же арканы колоды Мелинои адаптированы под образы древнегреческой мифологии. §2. Серебряные сёстры Серебряные сёстры в Hades-2 — это лунные богини, костяк сопротивления Кроносу: Геката, Мелиноя, Селена, Артемида. Фактически сёстрами, и то двоюродными, из них являются только Артемида и Мелиноя по отцам и Артемида и Геката по матерям (мать Гекаты, Астерия, является сестрой Лето, матери Артемиды и Аполлона). Но важно не кровное сестринство, а духовное и мифологическое: все эти богини так или иначе связаны с луной и в классических античных верованиях, и в орфических. Любовь Леднева, ведущая подкаста «Омерзительная мифология», различает лунные функции богинь следующим образом: — Селена — небесная Луна, видимый свет; — Артемида — Луна лесов, границ, телесной автономии и охоты; — Геката — Луна перекрёстков, ночи и скрытого знания. Таким образом, Мелиною можно считать Луной тёмной, страшной, ведь она богиня кошмаров, появляющаяся ночью, при неверном свете Луны. Выше я говорила, что лунарные богини у греков (и в орфических гимнах в частности) обычно одеты в шафранный пеплос: шафранный — это скорее жёлтый, нежели серебряный свет, и здесь делается акцент именно на желтовато-золотом оттенке Луны. Однако эпитет «серебряные» по отношению к богиням в «Hades-2» важен не только в плане цвета: серебро — это металл магический, связанный с метафизической защитой от всего злого и нечистого. К тому же серебро Гекаты, Селены, Артемиды и Мелинои противопоставляется золоту Кроноса. Давайте разберём каждую из этих богинь, выделив их «классические» их орфические функции и черты, а также то, как они интерпретируются в игре. Селена — древняя лунная богиня из второго поколения титанов, дочь Гипериона и Тейи (вместе с Гелиосом и Эос). Стоит отметить, что первой лунно-солярной парой богов были именно её родители: Гиперион назван сияющим богом у Гомера, иногда идущим по небу вместе со своим сыном Гелиосом, в орфическом гимне №8 они вообще отождествляются; имя Тейи переводится с древнегреческого языка просто как «богиня», равно как и имя другой лунной богини из римской мифологии — Дианы, что заставляет задуматься об их общих инодевропейских корнях. Почему же Гипериона и Тейню в итоге вытеснили Гелиос и Селена, а их, в свою очередь, — Аполлон и Артемида? В целом сюжет о борьбе олимпийских богов с титанами, Титаномахии, может символизировать переход мифологии из древнего, хаотического, архаического уровня на уровень упорядоченный, олимпийский: в рамках этого символизма старых лунно-солярных богов, Гипериона и Тейю, сменяют их дети, Гелиос и Селена, вставшие на сторону олимпийцев. А потом Гелиоса и Селену уже сменяют Аполлон и Артемида, божественные близнецы, чьи образы находят истоки и в индоевропейских мифах, и в верованиях тех народов, что населяли Балканы до прихода туда протогреков. Меняются времена — и меняются культы, одни боги вытесняют других, вбирают в себя их функции и утрачивают прежние. Кстати, судя по всему, в игре матерью Селены является Никта, Гиперион и Тейя же — родители Геры, Деметры и Гестии; это было сделано разработчиками, по-видимому, чтобы не поднимать тему инцеста между олимпийскими богами. В орфическом гимне №9 упоминается, что у Селены бычьи рожки — и на спрайте богини в «Hades-2» мы также видим полумесяц на её голове, напоминающий рога (не считая более крупного полумесяца за головой); она называется «конелюбицей», то есть любительницей коней, и в игре Селена управляет серебристым конём, запряженным в колесницу, на которой в титрах едут некоторые персонажи. Также в гимне Селена названа «плодоносной» и «матерью года», что, по-видимому, связано с лунным календарём древних народов, от которого зависели посевы. И, в конце концов, в этом гимне Селена описывается одетой в пеплос, как и Мелиноя, что сближает их в плане лунарных функций. Артемида — изначально критская богиня охоты, лесов, плодородия, девственности — и в то же время помощница рожениц, покровительница женщин. В мифах известна своим довольно агрессивным нравом, а один из вариантов этимологии связывает её имя с медведями (по-гречески «арктос» — медведь). Именно в медведицу превращает Артемида нарушившую обет целомудрия Каллисто, тогда как в игре Каллисто, по-видимому, является оборотнем и превращается в медведя по своей воле. В знаменитом храме Артемиды Эфессой почиталось изображение многогрудой богини, что отсылает к её материнским функциям защитницы женщин. Позже, уже в эллинистические времена Артемида стала ассоциироваться с луной и сближаться с индоевропейскими образами лунных богинь — Селеной и Дианой. В то время как её брат-близнец Аполлон становится не просто богом света, а богом самого солнца (в игре именно он, а не Гелиос посылает Мелиное дары, так или иначе связанные с солнцем, светом и звёздами), и в конце концов они практически вытесняют культы Гелиоса и Селены. Аполлон также имеет догреческое происхождение, отсюда — разнообразие их с Артемидой функций, порой противоречащих друг другу: функции древних, доиндоевропейских божеств жителей Балкан накладывались на верования протогреков. В предыдущей главе уже упоминался феномен теокрасии — слияния двух божеств в одно, например, в орфических гимнах Кипридой названа Никта, хотя в классической мифологии этот эпитет закреплён за Афродитой. Теокрасия коснулась и Артемиды: получив функции лунной богини, она начала отождествляться с Селеной и Гекатой. Так, в гимне №36 она называется титанидой; по сути же, титанида — это Геката, дочь титаниды Астерии и внучка титанов Коя и Фебы. По крайней мере, она более «чистокровная» титанида, ведь её отцом был Перс, сын титана Криоса, тогда как у Артемиды титанида лишь мать — Лето. Также в этом гимне она называется демоном, подземной богиней, что сближает её с хтоническими божествами вроде Гекаты или Мелинои. Конечно, упоминаются и более знакомые, классические её эпитеты: «лучница дева», «несущая в родах подмогу», «стреловержица», «горных хозяйка дубрав» и т. д., однако наделение Артемиды в этом гимне хтоническими чертами может отсылать к теокрасии и отождествлению двух лунных богинь в разных их аспектах — Артемиды и Гекаты. Особого внимания заслуживает образ Гекаты и его воплощение в игре. Её почитание уходит в далёкую доолимпийскую древность — времена поклонения всему хтоническому и пугающему, ибо мир вокруг древнего человека был именно таковым. Геката — богиня магии, зельеварения, перекрёстков и луны. В руках она держит факелы, и её, помимо всякой нечисти и привидений, сопровождают собаки, что сближает Гекату с Артемидой-охотницей: Геката собирает заблудшие души и, подобно Гермесу-Психопомпу, отводит их в царство Аида. В орфическом гимне №1 упоминается шафрановый пеплос, как у Мелинои; напомним, что пеплос в данных гимнах относится к лунным богиням. В игре Геката имеет черты типичной ведьмы из более поздних, нежели Античность, эпох: остроконечная шляпа, плащ, волшебный котёл. Однако разработчики не забывают и о классических атрибутах богини: так, Геката сражается факелами, а на её шляпе и оплечье изображены полумесяцы. Название хаба во второй части — Распутье — отсылает к тому, что Геката появляется на перекрёстках. В игре Распутье — это междумирье, тока перехода между миром мёртвых, миром живых и Олимпом; на этом месте рады и мёртвым, и живым, и смертным, и богам. На Распутье находят приют все бежавшие от Кроноса, когда тот захватил Аид. Такое гостеприимство отсылает к материнскому началу Гекаты, а также к её обязанностям ключницы подземного, наземного и надземного миров: «…о ты, что ключами от целого мира мощно владеешь», — воспевает её орфический гимн. Ну и обитание на Распутье Гекубы, собачки-фамильяра, также является отсылкой к тому, что в мифологии Геката управляла сворой адских псов. Но самый интересный, противоречивый и в то же время красноречивый аспект Гекаты — это её трёхликость. Вообще исследование трёхликости Гекаты (и подобных ей богинь) заслуживает куда большего объёма, чем отдельный параграф статьи, но я всё же попытаюсь кратко и полно раскрыть его здесь. Не совсем верно Н. Кун описывает внешность Гекаты следующим образом: «Три тела и три головы у нее» — сразу представляется этакая сиамская тройняшка, но на самом деле Геката не трёхголовая, а трёхликая — это разные вещи. Во-первых, трёхликость Гекаты связана, опять же, с перекрёстками: каждый из её ликов смотрит в сторону своей дороги. Во-вторых, Геката — одна из ипостасей общеиндоевропейской триединой богини, объекта исследования в труде Роберта Грейвса «Белая богиня». Сразу отметим один важный момент: данная книга подвергается критике со стороны современных мифологов и этнографов, её выводы считаются устаревшими, а некоторые факты оттуда — притянутыми за уши. Однако то, что у многих народов существовал образ богини-матери, связанной с фазами луны и разными стадиями жизни женщины — Девы, Матери и Старицы, — всё-таки не подлежит сомнению. По сути, хтонические богини земли в олимпийской мифологии — Персефона, Деметра и Гея — и есть Дева, Мать и Старица; однако именно Геката воплощает в себе все три этих образа, меняя их в зависимости от фазы луны или функции, которую выполняет. В конце концов, «Белую богиню» можно воспринимать как очередное фэнтези, мифотворчество, основанное на переработанных и переосмысленных фактах реальной мифологии — всё-таки и «Hades» у нас тоже не следует мифологии досконально. Трёхликость Гекаты в игре также всячески обыгрывается: на её плечах — изображения лиц, а во время боссфайтинга с ней Геката буквально троится, однако реагирует на атаки лишь одна из них, в то время как две другие являются просто астральными проекциями; к тому же эти проекции являются полными копиями «оригинальной» Гекаты, не меняя внешность в сторону, например, Девы или Старицы. Также у Гекаты три косы — по одной на каждый лик. Геката — наставница не только Мелинои, но и Цирцеи и Медеи (по некоторым версиям мифа, она — биологическая мать этих ведьм), согласно Гесиоду, она также является покровительницей и наставницей человека в его мирских делах — например, в хозяйстве и суде. Всё это находит воплощение в игре «Hades-2»: Цирцея и Медея молятся Гекате и не раз упоминают её в позитивном ключе; Геката помогает многим персонажам как строгая, но справедливая учительница и наставница и является лидером сопротивления Кроносу. Таковы игровые интерпретации лунных богинь из древнегреческой мифологии, что стали в «Hades-2» положительными персонажами. А теперь пришло время разобраться в образе антагониста игры. § 3. Кронос-Хронос Давайте сначала обсудим, кто такой Кронос в классической мифологии, каковы его функции как божества, чем они отличаются от восприятия его орфиками и современным медиа. Кронос — сын первобожеств Урана (неба) и Геи (земли), один из титанов, брат и муж своей сестры Реи. Известен миф, как он сверг своего отца Урана, оскопив его (от крови и семени Урана в итоге родились Афродита, эринии, гиганты и т. д.), и, испугавшись похожей доли, пожрал всех своих детей, кроме Зевса, которого Рее удалось спасти. То есть отцом Кронос был ужасным, да и мужем так себе, зато правителем мира, судя по всему, отличным: именно во время его правления на земле царил Золотой век. О пяти веках человечества мы знаем благодаря Гесиоду, который описал их в поэме «Труды и дни». Он выделяет Золотой, Серебряный, Бронзовый века, Век героев и Железный век. Именно при правлении Кроноса, в Золотом веке, люди жили счастливо и богато, не знали болезней и горя и умирали в глубокой старости без мучений. Человеческая природа ещё не была осквернена пороками, а боги всячески помогали им. Каждый последующий век становился хуже предыдущего: во время Серебряного века в людях просыпается строптивость, они отказываются поклоняться богам (это уже времена власти Зевса); люди Бронзового века любили повоевать, чем так прогневали богов, что те наслали на мир потоп, в котором выжил лишь герой Девкалион и его жена Пирра — греческие аналоги Ноя и его жены из библейской мифологии или Утнапиштима из шумерской. Следом шёл Век героев, когда впервые наблюдался некий морально-нравственный и прогрессивный подъём по сравнению с предыдущим веком; к тому же именно в Век героев происходит действие многих известных нам мифов о героях вроде Персея, Тесея, Ахиллеса и т. д. Известно, что души этих героев нашли покой в Элизиуме. Железным веком же Гесиод называет время, в котором живёт сам, когда, по его мнению, вновь наблюдается моральное разложение, царит право сильного, а люди вынуждены тяжело трудиться, чтобы прокормить себя. В конце концов, уверяет поэт, боги покинут этот мир, и не будет людям от них никакой помощи против зла. Итак, Кронос царил именно во времена Золотого века. Правда, неизвестно, его ли стараниями люди жили так счастливо или развитие человечества по векам — естественный процесс, предопределённый, например, мойрами, а Кронос лишь пришёл на готовенькое. Но мы точно знаем, что изначально Кронос почитался как покровитель плодородия и изобилия, отсюда его атрибут — серп, которой он и оскопляет Урана. Так что, возможно, Золотой век стал таковым не без его стараний. Кронос отождествляется с римским Сатурном — богом земли, посевов, урожая. Он был очень почитаем среди римлян, считалось, что он научил людей земледелию. И, конечно, его тоже никто не воспринимал как злодея, а отождествление с пожирающим своих детей Кроносом произошло позднее, во время эллинизации территорий Апеннинского полуострова. Изначально Кронос и Хронос — это разные персонажи: Кронос — сын Урана и Геи, титан, правитель мира в Золотом веке, божество плодородия. Хронос — воплощение времени, особенно почитаем у орфиков. Народная этимология ещё в античные времена связывает и отождествляет этих божеств, то есть происходит знакомая нам теокрасия, из-за чего с ходом времени у греков начинает ассоциироваться Кронос, а его функции как божества плодородия исчезают — благо, есть кому «принять эстафету». Но в любом случае стоит отметить важное: Кронос никогда не был античным дьяволом. Он не воспринимался греками как злодей, главный антагонист олимпийских богов, который спит и видит, как бы вырваться из Тартара (куда его заключают олимпийцы после победы в войне с титанами, Титаномахии) и вернуть власть. Если мифологическое восприятие связывает Кроноса с Золотым веком, вероятно, греки не относились к нему негативно. Тут важно отметить, что противостояния, как в христианстве, доброго небесного бога и злого подземного духа для язычества редки. Да, существует миф о борьбе бога-громовержца со змеем, он уже упоминался выше, но этот змей — не мировое зло, не сатана, не враг рода человеческого. Он скорее лишь очередной враг на пути великого бога, а его существование не угрожает самому мирозданию. Например, в славянской интерпретации этого мифа борьба Перуна с неким змеем (что важно, не Велесом — это ошибочное толкование) носит личный, бытовой характер, ибо змей похищает у громовержца жену или стада. И поэтому же нельзя считать воплощениями зла ни скандинавского Локи, ни египетского Сета — все эти боги, хоть и порой могут быть неприятными и вредить верховным божествам, важны для мироздания, баланса и порядка в жизни. В современном же медиа Кронос часто становится главным врагом Зевса или других персонажей, находящихся на его стороне. В серии книг «Перси Джексон», визуальной новелле «Ярость Титанов» и объекте нашего исследования, игре «Hades-2», Кронос становится антагонистом и всеми силами старается вернуть власть над миром. И такой взгляд понятен: наше мышление привыкло к христианской дуальности, чёткому разделению добра и зла, к тому, что богу или богам «наверху» обязательно противостоит кто-то «внизу». Что у каждого бога всегда есть свой дьявол. К слову, в иных медиа по древнегреческой мифологии таковым может стать ещё и Аид — бог смерти ведь, владыка подземного царства, а кому хочется умирать? Но сейчас уже многие понимают, что Аид в том же мультфильме «Геркулес» несправедливо оболган (хотя персонаж там, несомненно, очень харизматичный), однако репутацию изначально более противоречивого Кроноса нам ещё предстоит восстановить. К слову, несмотря на выбор его в качестве антагониста, «Hades-2» тоже к этому стремится. Почему вообще Кронос противопоставляется Зевсу и прочим олимпийским богам? Выше, рассказывая об образе Селены и её родителей, Гиппериона и Тейи, я уже говорила о глубинном смысле мифа о Титаномахии: этот миф символизирует переход от почитания древних, стихийных, необузданных божеств к вере в нечто упорядоченное, логичное, подчиняющееся законам и правилам. Такова, например, война асов и ванов в скандинавской мифологии, когда более новые, «упорядоченные» боги свергают богов древних, природных. Кронос — это символ минувшего, недосягаемого Золотого века, который уже никогда не вернётся. Он — воплощение догреческих богов Балкан, архаических духов, которым не свойственен порядок и закон — вспомним пожирание Кроносом своих детей; когда же Зевс, в чём-то уподобляясь своему отцу, съедает беременную Афиной Метиду, он впоследствии сам рождает дочь из головы, а не выблёвывает обманом, как Кронос, которого опоили зельем, после чего он был вынужден изрыгнуть старших отпрысков. Да и Метида не исчезает, а становится мудростью и мыслью Зевса, нашёптывая ему изнутри важные решения. Так, приходящие на смену Кроносу Зевс и олимпийцы — как раз воплощение законности, упорядоченности мира. Наверное, смешение Кроноса и Хроноса здесь тоже вполне логично: кроме схожести имён, Кроноса с самим временем сближает то, что он являет собой то самое далёкое прошлое, которое всегда кажется лучше, богаче и счастливее настоящего. Кроме того, Кроносу посвящён орфический гимн №13. Много ли христианских акафистов посвящено сатане? В гимне Кронос восхваляется как отец «богов всеблаженных», и эпитеты, связанные с ним, можно трактовать относительно его функций и как титана времени, и как божества плодородия: «Всё истребляя, ты снова растишь, умножая…», «Промыслитель, родоначальник, живущий в любом уголке мирозданья», «Жизни счастливой пошли <…> благую кончину». Могущественное Время действительно одновременно истребляет и растит, но также можно вспомнить и образ зерна, которое, упав в землю, умирает, чтобы дать новую жизнь растению. Время бесконечно и присутствует в любой точке мира, но и земледелие присутствует везде, где ступала нога человека. А просьба именно к Кроносу послать благую смерть особенно интересна: время бесконечно, но в то же время каждому человеку отмерен свой срок, и Кронос как титан времени решает, когда именно придёт смертный час. В целом смешение функций Кроноса как покровителя плодородия и времени кажется мне даже чем-то философским и вполне логичным, по крайней мере, это уж точно не противоречащие друг другу функции. А теперь взглянем на образ Кроноса в игре «Hades-2». Разработчики умело внедряют в него античные атрибуты, отсылая к различным его аспектам. 1. Титан времени. Основная сила Кроноса в игре — власть над временем. Кронос способен создавать временные «клетки» (в которые он заключает, в частности, Аида с семьёй), отматывать время вспять и контролировать параллельные «таймлайны» (по которым и бегает Мелиноя в постгейме, уничтожая разные версии Кроноса и Тифона из этих линий). Его герб — песочные часы, и мобы, которых встречает Мелиноя в захваченном Кроносом Тартаре, тоже выглядят как песочные часы. Присутствуют также часы механические, с шестерёнками, стрелками и цифрами — это, конечно, анахронизм, но как символ играет важную роль в создании образа титана времени. Так, арена для сражения с Кроносом в конце «забега» представляет собой огромный циферблат, а Тартар заполнен некими механизмами, напоминающими шестерёнки часов. Также его сувенир для Мелинои напоминает современные наручные часы; его оплечье украшено римскими цифрами, а пояс на набедренной повязке похож на песочные часы. 2. Повелитель Золотого века. В игре Кроноса всюду окружает золото. Река Стикс во время его правления Тартаром становится золотого цвета. Мобы, с которыми сражается Мелиноя, — кошельки с золотыми монетами, символ изобилия и богатства, в которых жили люди Золотого века; в то же время эти враги издалека стреляют лазерами и разбрасывают наносящие урон монеты, что намекает на гибельность алчности и чрезмерной любви к деньгам. Сам Кронос светится золотом, и здесь стоит кратко обговорить его портрет в игре. Согласно классическому мифу, Кронос был разрублен на части и сброшен в Тартар вместе с остальными титанами, что воевали против олимпийцев. На теле Кроноса в игре мы видим шрамы, светящиеся золотом: за века заточения в Тартаре он буквально собрал себя по кусочкам и регенерировал. Однако, по орфикам, Кронос после поражения в Титаномахии поселился не в Тартаре, а на Островах блаженных — отдельном уголке Элизиума для тех чистейших душ, что трижды переродились и трижды после смерти оказались достойны не Тартара и Асфоделя, а местного «рая». И это, кстати, в очередной раз подтверждает, что по крайней мере орфики Кроноса почитали; да и в поселении его в Тартар в классическом мифе не считывается негативное отношение, ведь Зевс и олимпийцы там не представлены чистейшим добром, не способным на жестокую месть врагу. 3. Божество плодородия. Кронос сражается косой (стоит отметить, что в мифах это был всё-таки серп, а не коса), которой он оскопил Урана и которая является символом земледелия. Здесь хочется немножко отойти от темы и упомянуть одного из персонажей первой части, Танатоса: оружие Мелинои, топор, в аспекте Танатоса превращается в знакомую нам косу, которой орудовал бог смерти в первой игре. Кстати, именно этой косой мне удалось впервые победить Кроноса на боссфайтинге, и дальше игра уже пошла легче, ибо поначалу мне казалось, что он непобедим. Коса против косы, эпично получилось. Так вот, в мифах у Танатоса не было косы, ибо смерть с косой — это поздний образ, скорее средневековый, чем античный. Танатос отбирал жизнь мечом, срезая им прядь волос умирающего. Впрочем, в игре у Танатоса тоже есть меч, но он висит на поясе, а сражается воплощение смерти именно косой. Видимо, разработчики решили сделать отсылку на классический образ смерти, но и отдали дань античному образу с мечом. Итак, вернёмся к образу Кроноса. Я уже писала о том, что создатели «Hades-2» не идут по протоптанному многими другими современными медиапродуктами пути и не делают из Кроноса местного «дьявола», абсолютное зло: то и дело вспоминается благодатный Золотой век его правления, да и после прохождения основного сюжета он «добреет» и раскаивается, причём из брюзжащего старика, вечно недовольного молодым поколением и считающим, что ему все должны лишь из-за его почтенного возраста (знакомые претензии, правда?), он становится милым дедушкой для Мелинои. А олимпийцы решают поселить его на Островах блаженных, соединяя тем самым «места жительства» мифологического Кроноса из классической мифологии и из орфической.