Глава 8. Под поверхностью бурлят страсти

Чжан Хайкэ быстро отправил У Се время и место встречи. Отправив сообщение, он убрал телефон и, подняв голову, обратился к Чжан Цилину, который изучал какие-то аналитические отчёты: — Глава клана, У Се согласился прийти. Чжан Цилин лишь хмыкнул — ни капли удивления.

***

Приём устраивали в одном из клубов, принадлежащих клану Чжан. У Се с вежливой улыбкой передал вино ожидавшему официанту. — Будьте добры, дайте вину подышать, — мягко сказал он официанту-омеге, с удовлетворением отметив лёгкое колебание его феромонов. Затем он, следуя за другим официантом, шагнул внутрь. В последние дни в Гонконге похолодало. Сегодня на У Се был кремовый свитер крупной вязки, под ним — белая рубашка и коричневые брюки. На манжетах поблёскивали запонки с аквамариновыми камнями, на руке — часы Audemars Piguet Royal Oak Offshore [1] цвета «полуночная синева». Он специально надел ещё и клипсы с такими же камнями — весь его образ был продуман до мелочей, сочетая сдержанность и эпатаж. Официант провёл его через галерею к просторной террасе. Здесь уже собралось человек пятнадцать-двадцать, царила непринуждённая атмосфера: люди небольшими группами пили чай и вели светские беседы. У Се нравились такие мероприятия на открытом воздухе. Здесь феромоны не концентрировались до тошнотворной густоты, и это избавляло от лишнего дискомфорта. Он сразу же заметил в толпе Чжан Цилина. Тот сегодня был не в костюме, а в светло-голубой рубашке и тёмно-синем шерстяном кардигане. Это делало его плечи шире, а ноги длиннее, добавляло образу непринуждённости, но врождённая холодная аура никуда не делась. Он беседовал с каким-то пожилым господином, и его профиль чётко вырисовывался в свете ламп. Появление У Се не осталось незамеченным. Хотя семья У и клан Чжан только недавно начали сотрудничать, тот факт, что У Се так быстро вошёл в ближний круг Чжан Цилина, многих удивил. В Гонконге общество тесное, все лица знакомы. У Се естественно завёл разговор с несколькими старшими, но всё его внимание было приковано к холодному альфе неподалёку. — Молодёжь нынче внушает уважение, — похлопал его по плечу пожилой господин. — Молодой господин У, вы уже встречаетесь? Есть на примете какая-нибудь омега? — Дядюшка шутит, — улыбнулся У Се. — Встречаться не встречаюсь, но интерес есть. — И какой же омеге так повезло? Расскажите дядюшке, может, я смогу словечко замолвить? — рассмеялся старик. — Пока только присматриваюсь, дядюшка, не смущайте меня, — ловко перевёл У Се разговор на последние инвестиционные проекты собеседника. Его искренний тон и умелая лесть быстро заставили пожилого господина довольно улыбаться. Всё это время У Се краем глаза следил за альфой, но тот, казалось, ничего не замечал и невозмутимо пил чай. Атмосфера становилась всё более непринуждённой, гости переместились к длинному столу на ужин. Рассадка, видимо, была случайной, но У Се каким-то образом оказался прямо напротив Чжан Цилина, чуть по диагонали. Расстояние между ними резко сократилось, и феромоны снежных гор сами собой заползли в нос У Се. Он с невозмутимым видом ел суп. Сегодня он специально не использовал свой обычный спрей-имитатор, а взял другой, очень похожий. Разницу обычный человек ни за что бы не уловил. Он хотел проверить Чжан Цилина. За столом говорили обо всём на свете: от верховой езды до коллекционирования предметов искусства и последних колебаний на финансовых рынках. У Се ел мало, но в разговорах чувствовал себя как рыба в воде. Он играл роль остроумного и слегка ленивого наследника из хорошей семьи, идеально вписываясь в этот круг. Он заметил, что Чжан Цилин говорил мало, но каждое его слово имело вес. Он просто сидел там, и его врождённая аура лидера заставляла себя уважать. У Се на мгновение задумался: действительно ли такой альфа может быть им заинтересован? Официант подал уже подышавшее красное вино. Чжан Цилин взял бокал, опустил голову, слегка вдохнул аромат и сделал глоток. — Неплохое вино, — это были его первые слова за весь вечер, обращённые к У Се. Тон обычный, без лишних эмоций. — Рад, что главе клана Чжан понравилось, — улыбнулся У Се, поднимая бокал. А сам уже проклинал всё на свете: в противостоянии с Чжан Цилином он явно был не на высоте. После ужина тот самый пожилой господин позвал У Се перекинуться в карты. У Се с улыбкой согласился, краем глаза стрельнув в сторону Чжан Цилина. Чжан Цилин в игре не участвовал, а сидел неподалёку на диване и о чём-то негромко беседовал с каким-то незнакомым У Се членом клана Чжан. У Се заставил себя сосредоточиться на картах. Играл он хорошо, и через несколько партий фишек перед ним заметно прибавилось. — У Третьего младшего господина сегодня рука лёгкая, — с намёком произнёс господин Чжао, сидевший напротив. Слухи о сотрудничестве семьи У и клана Чжан уже разнеслись повсюду, а появление У Се на сегодняшнем вечере лишь подняло его статус в глазах присутствующих. — Просто повезло, — рассеянно стряхнул пепел с сигареты У Се, выкладывая следующую карту. Он чувствовал, что господин Чжао нарочно ему поддаётся. Игра продолжалась, фишки перед У Се росли, но внутри нарастало раздражение. Он не мог заставить себя не обращать внимания на альфу на диване. Тот за весь вечер сказал ему от силы пару фраз — такое ощущение, что он ему вообще не интересен. Человек из клана Чжан, с которым беседовал Чжан Цилин, вскоре ушёл. Он остался один, листая какой-то аукционный каталог. — Третий младший господин, ваша очередь, — напомнил господин Чжао. У Се очнулся и на автомате выложил карту, но мысли его были далеко. Сыграли ещё несколько партий. В перерыве У Се под предлогом выйти в туалет покинул комнату, полную феромонов. Он открыл кран, вымыл руки. Затем поднял глаза на зеркало и выровнял дыхание. Он сказал себе: нельзя торопиться. С таким человеком, как Чжан Цилин, если его так легко прощупать, он бы не был тем, кто он есть. Выйдя из туалета, У Се направился на террасу подышать воздухом. Едва он ступил туда, как увидел неподалёку Чжан Цилина. Ветер на террасе принёс холод, развеяв смешанные феромоны из помещения. Чжан Цилин стоял к нему спиной, прислонившись к перилам, разговаривая по телефону. У Се не стал приближаться, а остановился у стены недалеко от входа и закурил. Он молча курил и изучающим взглядом следил за фигурой вдалеке. Все его сегодняшние попытки прощупать почву ушли как в песок — реакция Чжан Цилина была безупречна. Может, он действительно накрутил себя? Всё это лишь совпадения, и Чжан Цилин не испытывает к нему особого интереса? Нет, У Се тут же отмёл эту мысль. То, что Чжан Цилин позволил ему пропитаться своими феромонами, не могло быть случайностью. Этот человек не делал ничего без глубокого смысла. Он выпустил кольцо дыма, которое ветер мгновенно развеял. В этот момент Чжан Цилин закончил разговор и обернулся. Их взгляды снова встретились в полумраке. Чжан Цилин убрал телефон и направился к У Се. С его приближением подбирались и феромоны снежных гор. У Се смотрел в его чёрные глаза, лениво прислонившись головой к стене. — На улице холодно, — остановившись в шаге от У Се, произнёс Чжан Цилин. У Се сжал сигарету, криво усмехнувшись: — Внутри слишком душно, вышел проветриться. Главе клана Чжан тоже душно? Чжан Цилин не ответил. Его взгляд скользнул по сигарете в пальцах У Се, затем переместился на покрасневшие от ветра уши. Сегодня У Се не использовал свой обычный спрей-имитатор, а взял другой, очень похожий, но тончайшая разница не укрылась от его носа. — Вино отличное, спасибо, — Чжан Цилин снова упомянул то самое красное вино. Тон спокойный, но эти слова словно были ответом на невысказанное ожидание У Се. — Не стоит. Друг привёз из Бургундии, я подумал, что главе клана Чжан должно понравиться, — он сделал паузу, стряхнул пепел и добавил с намёком: — Видимо, вкус у меня неплохой. Чжан Цилин посмотрел на У Се. Прямого ответа не последовало, вместо этого он сказал: — Игра скоро продолжится. Эта фраза означала конец разговора. Он не дал У Се никакого прямого ответа. У Се мысленно обозвал его «старым лисом», но на лице ни тени: — И то верно, господин Чжао и остальные, наверное, заждались. Он первым развернулся и направился внутрь. Намеренно поправил воротник, открывая взгляду шею. Чжан Цилин смотрел на эту белую шею, и лицо его было непроницаемо. Когда У Се уже толкнул дверь, сзади донесся спокойный голос Чжан Цилина: — Клипсы тебе очень идут. У Се не остановился и прошёл прямо внутрь. Сердце его колотилось с невероятной силой. Чжан Цилин заметил детали его наряда — это не могло быть простым совпадением, не для человека, который за весь вечер не сказал ему и пары фраз. Следующую партию У Се отыграл рассеянно и много проиграл. Господин Чжао и остальные решили, что ему просто не везёт. Вечер подошёл к концу, гости начали прощаться. У Се тоже собрался уходить. — Третий младший господин, — окликнул его господин Чжао. У Се обернулся с улыбкой, ожидая продолжения. — Не могли бы мы добавиться в контакты? Через пару дней собираюсь выйти в открытое море [2], не окажете честь? У Се с улыбкой согласился, достал телефон и обменялся с господином Чжао личными номерами. — Третий младший господин, — подошёл с улыбкой Чжан Хайкэ. — Вы хорошо провели время? — Конечно, спасибо за гостеприимство, брат Хайкэ, и главе клана Чжан тоже передайте спасибо. — Глава клана просил передать: вечером ветер сильный, пусть водитель отвезёт вас. Вы же выпили, за руль нельзя, — Чжан Хайкэ кивком указал на ожидающую у входа машину. Примечания переводчика [1] Audemars Piguet Royal Oak Offshore (爱彼皇家橡树离岸型, Àibǐ Huángjiā Xiàngshù Lí'àn xíng) — элитные швейцарские часы, одна из самых узнаваемых моделей бренда. Версия «полуночная синева» (Bleu Nuit) — в корпусе из высокотехнологичной керамики: лёгкой, почти не царапающейся, требующей ручной обработки. Стоимость такой модели — около 125 000–135 000 долларов. [2] Выйти в открытое море (出公海, chū gōnghǎi) — часто означает не просто морскую прогулку, а неформальное мероприятие с азартными играми, поскольку в открытом море не действуют законы какой-либо страны. Намёк на то, что приглашение не совсем обычное.