Глава 12. Чувство меры

У Се смотрел на себя в зеркало. Так нельзя. Совершенно нельзя. Он глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Вернулся в спальню, побросал эту одежду в корзину для белья и отправил управляющему сообщение с просьбой прислать людей для тщательной уборки квартиры. Он заново опрыскал себя спреем-имитатором — древесный аромат снова окутал его, и только тогда привычное ощущение вернулось. Чувство потери контроля пугало его. Сделав всё это, он пулей вылетел из квартиры. Сегодня он договорился с отделом эксплуатации о выезде в порт. Нужно было переключить внимание на дела и работой разогнать эти сумбурные мысли. В порту солёный, сырой и холодный ветер ударил в лицо, У Се машинально застегнул молнию на куртке. Надел светоотражающий жилет, каску и, следуя за менеджером по эксплуатации, внимательно слушал объяснения. Он учился старательно, даже сам попробовал работать в системе, полностью погрузившись в процесс. Но как бы он ни старался, внутренняя пустота не отступала. Особенно неприятно становилось, когда он чувствовал феромоны незнакомых альф. Он навязчиво проверял пластырь, но, чтобы не выдать себя, делал вид, что пьёт воду или закуривает. В обеденный перерыв он прогуливался по пирсу в одиночестве, бесцельно глядя на линию горизонта. Слова Толстяка эхом отдавались в голове. Он отпил кофе. Клан Ван... да, нужно узнать о нём побольше. Он достал телефон и отправил сообщение одному знакомому, в обход выспрашивая, нет ли каких новостей в их кругах. Ответ пришёл быстро. У Се пробежался глазами — ничего особо важного, только в последнее время на каком-то маршруте немного увеличились мелкие потери. Не уточнялось, у кого именно, говорилось лишь о каких-то незначительных грузах. Подозревали местных авторитетов. У Се прищурился и переслал это сообщение Толстяку, попросив его разузнать подробнее. Он достал сигарету, неторопливо закурил. Вчера Чжан Хайкэ вернул его машину в старый особняк. Хотя он и прислал сообщение с извинениями, всё равно поступок был тот ещё [1]. Разве такие проницательные люди, как его дяди, могли не заметить, что здесь что-то не так? Эх, видимо, с Чжан Цилином нельзя расслабляться ни на минуту. Вечером он вернулся в офис и обнаружил там ждущего его У Эрбая. Он мысленно вздохнул: знал, что этот разговор будет, но не думал, что так скоро. — Второй дядя. У Эрбай сидел на диване с какими-то бумагами в руках, услышав его, поднял глаза и окинул его взглядом: — Сегодня был в порту? Как впечатления? — Нормально. Сложнее, чем я думал, но интересно, — У Се налил себе воды и сел напротив. — М-м-м, полезно разбираться, — У Эрбай отложил бумаги и спросил: — Вчера не ночевал в особняке? Началось. Дядя даже не стал ходить вокруг да около. У Се снова мысленно вздохнул. Но на лице — всё та же беззаботность: — Ага, выпил немного, лень было тащиться. В квартире переночевал. У Эрбай кивнул и сказал: — По делам с кланом Чжан дальше будешь напрямую контактировать с Чжан Хайся. Будь повнимательнее. — Я? — удивился У Се. — Второй дядя, это уместно? Всё-таки вы и третий дядя... — Тебе рано или поздно придётся этим заниматься, — перебил его У Эрбай. — Клан Чжан проявил искренность, мы должны ответить тем же. К тому же, я вижу, Чжан Цилин тебя, кажется, весьма ценит. Ага, вот оно что. У Се отмахнулся: — Второй дядя, не смешите меня. Это они из уважения к нашей семье. У Эрбай усмехнулся, не став ничего подтверждать. Он встал, похлопал У Се по плечу: — Чувство меры сам соблюдай. Клан Чжан хоть и не враг, но и сближаться не стоит. У них слишком много скрытого, а Чжан Цилин — человек, которого не раскусить. Сотрёшь границы — себе дороже. Никому на пользу не пойдёт. С этими словами, не дожидаясь ответа У Се, он вышел из кабинета. У Се откинулся на спинку кресла, глядя на дверь, за которой скрылся второй дядя. Тот явно что-то заподозрил. Хоть и выразился намёками, но ясно, что он против. Семья была и его опорой, и его клеткой. Они защищали его и одновременно сковывали ожиданиями и долгом. Если его омежья сущность раскроется, цепная реакция ударит по ним очень больно. Во-первых, в главной ветви не останется альфы, и всё имущество отойдёт побочным. Во-вторых, дядя уже не раз намекал: у клана Чжан глубоко, ему там не место. С самого развития он тщательно поддерживал этот хрупкий баланс, всеми силами сохраняя тонкое равновесие. Но появление Чжан Цилина разнесло этот баланс вдребезги. У Се молча скрипнул зубами. Оставалось только одно — с головой уйти в семейные дела.

***

Чжан Хайся ничуть не возражал против того, что контактёром стал У Се, и даже отнёсся к этому с большим энтузиазмом. Стиль работы этого альфы был под стать его феромонам — мягкий, как морской бриз, комфортный. Он всегда предугадывал проблемы и раскладывал сложные процессы по полочкам. У Се приходилось признать: работать с Чжан Хайся — одно удовольствие. — Третий младший господин, вот прогнозный анализ загрузки портов на следующий квартал. Я отметил несколько рисков, на которые стоит обратить внимание заранее, — Чжан Хайся подвинул к нему документ. У Се взял и быстро просмотрел: — Оперативно. Спасибо, брат Хайся. По этим пунктам я дам указание отделу эксплуатации подготовить план. — Он отложил бумаги и улыбнулся: — Если честно, сотрудничество идёт так гладко во многом благодаря поддержке клана Чжан и вашим хлопотам, брат Хайся. Чжан Хайся мягко улыбнулся: — Это моя прямая обязанность. Глава клана придаёт этому сотрудничеству большое значение и поручил нам оказывать всемерное содействие. — Трогательная забота со стороны главы клана Чжан, — у У Се дёрнулся глаз от одного этого имени. — Глава клана редко проявляет такой интерес к отдельным проектам. Видимо, он возлагает на Третьего младшего господина большие надежды. У Се мысленно хмыкнул, но внешне оставался вежлив: — Да что вы? Мне очень лестно. Глава клана Чжан занят важными делами, а находит время обращать внимание на такого нерадивого, как я. Чжан Хайся с улыбкой смотрел на У Се. За время общения он понял, что этот человек очень умён — схватывает всё на лету. Иногда даже подкидывал дельные мысли. У Се мыслил нестандартно, но часто попадал в самую точку. — Что вы, все говорят о втором господине У, какой он хитрый и расчётливый. А я вот думаю, что Третий младший господин — вот кто настоящий мастер скрываться. — Брат Хайся, не смущайте меня, — рассмеялся У Се. — Третий младший господин, мы с вами отлично сработались, так что позвольте дать вам один совет, — Чжан Хайся загадочно улыбнулся. — Глава клана не станет тратить время на пустяки. В каждом его действии, каким бы окольным оно ни было, есть чёткая цель. У него больше терпения, чем многие думают. И нюх у него очень тонкий [2]. С этими словами Чжан Хайся попрощался и ушёл. Это было уже прямым указанием. Чжан Хайся говорил ему: Чжан Цилин знает его тайну, у него есть цель, и терпения ему не занимать. У Се вспомнил тот непонятно как отклеившийся пластырь, густой запах снегов, окутавший его при пробуждении, и те бездонные глаза. Холодок пробежал по спине. Он глубоко вздохнул, загоняя эмоции внутрь. Сдаваться он не собирался. У Се нажал кнопку внутренней связи и поручил секретарю заняться планом по рискам. Он усилил взаимодействие с эксплуатационной командой, лично вникая во все тонкости, и досконально изучил каждый этап. Он должен был доказать, что он не просто объект для защиты. Вторичный пол не делает его слабым. Они с Чжан Хайся, словно сговорившись, больше не поднимали ту тему, работали слаженно, и дела шли как по маслу. Только он знал, что с тех пор, как его успокоили феромоны альфы, его тело, как земля, ждавшая дождя после засухи, неконтролируемо жаждало их. Он даже замечал, что, оставаясь один, невольно вспоминал тот холодный запах. Подавители действовали всё хуже. Когда он случайно чувствовал агрессивные феромоны какого-нибудь альфы, дискомфорт становился сильнее. И только нарочно вызывая в памяти ощущение феромонов Чжан Цилина, он мог хоть немного заглушить эту неприятность. Это был опасный сигнал. Его тело предавало его волю, начиная желать конкретного альфу. Спустя какое-то время один благотворительный фонд в честь столетия запланировал торжественный приём. Приглашения получили практически все уважаемые семьи Гонконга. Клан Ван тоже был в списке. У Се знал: сегодня битвы не избежать. И это был его шанс. Примечания переводчика [1] «Поступок был тот ещё» (损, sǔn) — в разговорном китайском это слово означает «подлый», «пакостный», «с подвохом», но часто используется в шутливом или полушутливом контексте. В интернет-сленге также может означать «подколоть», «съязвить», «сделать гадость с улыбкой». [2] «Нюх у него очень тонкий» (嗅觉非常的灵敏, xiùjué fēicháng de língmǐn) — игра слов. С одной стороны, буквально про обоняние (намёк на то, что Чжан Цилин учуял феромоны У Се, несмотря на маскировку), с другой — про его проницательность и умение «чуять» скрытое, читать между строк и видеть людей насквозь.