Глава 42. Зеркало цветов, отражение луны

Чжан Хайся вышел с виллы, и они с Чжан Хайлоу пошли первыми. На прощание Чжан Хайсин скорчила кислую мину, на которой явно читалось: «Любовь вам дороже дружбы». Чжан Хайся только улыбнулся. Они и правда договорились сегодня вечером сходить в новый ресторанчик частной кухни. — Была бы у тебя любовь — ты бы тоже её ценила выше дружбы, — беззаботно бросил Чжан Хайлоу, поигрывая лезвием под языком. — … — Чжан Хайсин, которая была одна уже больше ста лет, просто зависла. Она повернулась к Чжан Хайкэ, ища поддержки, но вспомнила, что её брат — тоже старый холостяк, и разозлилась ещё больше. Чжан Хайлоу расхохотался, и даже его аромат уда стал лёгким. Он обнял Чжан Хайся за плечо, и тот, вздохнув, позволил себя увести. Когда они ушли, Чжан Хайсин с негодованием уставилась на брата: — Брат, а ты чего молчал?! Чжан Хайкэ вздохнул: — Хайсин, оставь. Им и так несладко. — ? — Чжан Хайсин ничего не поняла. Несладко? У них же любовь до гроба, сам глава клана их отношения одобрил, ей казалось, у них всё отлично. Чжан Хайкэ улыбнулся, но ничего не объяснил. Он не рассказал сестре о своём сне. В далёком параллельном мире он увидел грузовой отсек, полный тел, и мужчину, неподвижно обнимающего одно из них. Картина была настолько реальной, что не похожа на сон. Он чувствовал боль и отчаяние того мужчины. Ему стало любопытно, кто это — спина показалась знакомой. Он подошёл ближе, вгляделся в лицо — и застыл. Тот, кто держал тело, был Чжан Хайлоу. А в его руках был Чжан Хайся. Что это был за сон, он не знал, но печаль его была так сильна, что врезалась в память. Если это действительно произошло в каком-то другом мире, Чжан Хайкэ очень хотел, чтобы в этом у них всё сложилось иначе. А что поделать, он же у них старший брат. — Сестрёнка, запомни: держись подальше от людей клана Ван.

***

После ужина Чжан Хайся ждал на обочине, пока Чжан Хайлоу пригонит машину. В Гонконге в январе было очень холодно. Он запахнул шарф, глянул на часы — Чжан Хайлоу не было уже почти двадцать минут. Странно. Он помнил, что когда они приехали, до ресторана шли минут семь-восемь. Достал телефон — связи нет. Он насторожился. И тут же уловил странный запах. Пошёл по нему. Проходя мимо одного из прохожих, резко развернулся и врезал ему локтем. Человек в маске, явно не ожидавший такой реакции, охнул от удара в рёбра, отшатнулся, выхватил из кармана нож и бросился на Чжан Хайся. Бил тот грязно, непонятно, откуда такой стиль, и феромонов от него не чувствовалось. Удары шли один за другим, смертельные, без пощады. Чжан Хайся в какой-то момент почувствовал, что силы уходят — он начал проигрывать. «Чёрт, в том странном запахе точно был какой-то препарат!» Вскоре Чжан Хайся уже истекал кровью. В самый критический момент кто-то заслонил его от удара. Он присмотрелся — мужчина средних лет в кепке и маске. Фигура была до боли знакомой, феромонов почти не чувствовалось. Но у Чжан Хайся был отличный нюх — он всё же уловил тонкую ниточку запаха. Но запах был странный. Словно… Мужчина обменялся с нападавшим парой ударов, Чжан Хайся, держась из последних сил, тоже пытался помочь. Нападавший понял, что дело плохо, и попытался сбежать. Но, развернувшись, получил лезвием прямо в горло. Мгновенная смерть. Чжан Хайлоу. Чжан Хайся обмяк и начал заваливаться назад. Мужчина ловко подхватил его и передал подбежавшему Чжан Хайлоу. — Креветка! — Чжан Хайлоу быстро ощупал его, проверяя, нет ли ран. Чжан Хайся покачал головой. Его трясло, бросало в пот. Мужчина, больше не глядя на них, подошёл к трупу, сорвал маску. Под ней было лицо, как две капли воды похожее на Чжан Хайся. — Это… — лицо Чжан Хайлоу потемнело. Он посмотрел на Чжан Хайся. Тот, с трудом поднявшись с его помощью, подошёл ближе. В кармане двойника нашли шприц для забора образцов. — Похоже, хотели подменить, — прищурился Чжан Хайся, тяжело дыша. — А если не выйдет — взять образец и дальше изучать? — Это как с тем альфой на яхте… — Чжан Хайлоу вспомнил того типа, которого глава клана тогда выкинул из каюты. — Может быть. Очень может быть, — задумчиво ответил Чжан Хайся и отправил сообщение. Мужчина, видя, что на него не обращают внимания, надвинул кепку пониже и, не говоря ни слова, собрался уходить. — Третий господин, — вдруг окликнул его Чжан Хайся. Мужчина замер, но не обернулся. Чжан Хайлоу вытащил лезвие из трупа, проверил рану, но вида не подал. — Спасибо вам, третий господин, — мягко улыбнулся Чжан Хайся, опираясь на плечо Чжан Хайлоу, чтобы встать. И крикнул в спину: — Не волнуйтесь, с Третьим младшим господином всё в порядке. Мы его защитим. А по делу госпожи Чэнь мы тоже расследуем. Мужчина помолчал, ничего не ответил и ушёл. Только когда он скрылся из виду, Чжан Хайлоу поднял голову. — Тебе ничего не показалось странным? — вдруг спросил Чжан Хайся. — У Саньшэн? — Чжан Хайлоу наморщил лоб, пытаясь вспомнить, и покачал головой. — Мало данных, ничего подозрительного… Непонятно только, зачем он лицо прятал. А что не так, Креветка? — Сам не пойму, — Чжан Хайся нахмурился. — Просто… он был какой-то не такой, как обычно. Хайлоу, про встречу с третьим господином пока молчи. Нужно было обсудить это с главой клана наедине.

***

Тем временем на вилле в Рипалс-Бей. Чжан Цилин и У Се разбирали только что присланные документы. Вдруг у Чжан Цилина зазвонил телефон. Он взглянул на экран, и лицо его помрачнело. У Се сразу это заметил, отложил ручку: — Что случилось, Сяогэ? — Нападение на Хайся, — Чжан Цилин протянул ему телефон. У Се быстро пробежал глазами сообщение и нахмурился. Увидев фразу «похожий на Хайся», он сразу вспомнил того альфу, похожего на него самого, о котором говорил Толстяк. А потом шприц для забора образцов… — Но это же их вспугнёт? — задумался У Се. — Такой план… даже если подменить, как можно не заметить? А уж сбор феромонов — тем более. Логика хромает на обе ноги. — Не факт, — покачал головой Чжан Цилин. — С чего ты взял, что подмену обязательно заметят? — А как не заметят? — У Се вопрос показался забавным. — У каждого есть привычки. И знают их только те, кто общается постоянно. Подменили бы Чжан Хайся — Чжан Хайлоу бы сразу понял. — Постоянное общение, — в самую точку попал Чжан Цилин. — Сложно, — У Се всё равно сомневался. — Даже одинаковые движения у разных людей выглядят по-разному. Сто процентов не скопируешь. Взгляд Чжан Цилина был спокоен. Он смотрел на У Се и медленно произнёс: — А если им и не нужно копировать на сто процентов? Только чтобы в ключевой момент передать неверную информацию или выиграть несколько часов. Или даже минут доверия? У Се замер — до него дошло. Достаточно одной ключевой фигуры в один ключевой момент. Цепная реакция? — Можно повлиять на восприятие человека, вызвать провалы в памяти. Например, с помощью препаратов или более скрытых методов контроля сознания. Может, они пытаются внедрить такой метод, чтобы в нужный момент исказить восприятие ключевых фигур и заставить их принять неверное решение, которое изменит весь расклад. У Се похолодел. Значит, доверять нельзя никому? Вернее, нельзя доверять… самому себе? — Это только предположение, — Чжан Цилин, заметив его состояние, погладил его по руке, потом притянул к себе и погладил по спине. — На практике это очень сложно реализовать. Слишком много неопределённости. — Влияние на сознание… провалы в памяти… — тихо повторил У Се, и в голове его замелькали обрывки: Чэнь Вэньцзинь, странное молчание третьего дяди, тот озлобленный омега в Австрии, альфа, похожий на него… Всё это, казалось, связывалось невидимой нитью. — Если это правда, наши планы надо менять, — У Се сжал руку Чжан Цилина. — Защита нужна и изнутри, и снаружи. Нужно придумать систему верификации, которую невозможно легко скопировать или взломать. У Се хорошо думал. У него была отличная цепкость к деталям, так что это дело ему подходило. — Например? — Чжан Цилин подталкивал его к мысли. У Се выпрямился: — Надо перетасовать пароли и изменить правила. Сделать так, чтобы правила менялись бессистемно. Даже если противник получит доступ, он не сможет это воспроизвести. Например, пароль может меняться каждый раз. А правило, по которому он меняется, — это и есть пароль. Можно привязать к погоде за окном, к колебаниям биржи, даже к тому, что мы ели на завтрак. Полная бессистемность. — Можно, — прикинул Чжан Цилин и добавил: — Для ключевых команд — двойная или тройная верификация. Для самых близких — использовать феромоны. — Точно! — У Се щёлкнул пальцами. — Можно использовать обратную связь по феромонам. Причём в разных ситуациях — разную. Например, при подтверждении личности один выпускает микроскопическую волну феромонов, другой должен ответить конкретным сигналом. Такую верификацию сложно подделать. У каждого своя длина волны, искусственные феромоны такое не контролируют. — Дай-ка я просчитаю, идея кажется рабочей, — глаза У Се загорелись. Он схватил ручку и начал набрасывать схему. Чжан Цилин не мешал, только сидел рядом и тихо смотрел, как он сосредоточенно работает. Он молча выпускал феромоны, и персиковый аромат сам тянулся к ним. Между ними рождалась уникальная, нерушимая связь. Он тоже отвлёкся, достал планшет и через внутреннюю сеть отправил сообщение Чжан Хайся.

***

Они обсуждали пароли до глубокой ночи, черкали, переделывали. Когда наконец набросали общий каркас, было уже далеко за полночь. — Ладно, остальное завтра с братом Хайкэ обсудим. Интересно, брат Хайся сможет прийти… — У Се потёр уставшие глаза и отпил воды, которую подал Чжан Цилин. Чжан Цилин, видя, как он устал и что он ещё не восстановился, протянул руку и начал массировать ему какую-то точку на голове. — Завтра посмотрим. Сила нажатия была идеальной. У Се блаженно выдохнул, откинулся назад и, прикрыв глаза, наслаждался. Потом взял телефон и дистанционно набрал ванну. — Ванну, потом перекусим? — М-м-м, — Чжан Цилин продолжал массаж. — Что хочешь? — Кашу хочу [1]. Домашнее надоело. Я знаю одно классное место… Ванна наполнилась, У Се капнул туда немного масла нероли [2]. И позвал Чжан Цилина: — Сяогэ, идём вместе? Примечания переводчика Название главы «Зеркало цветов, отражение луны» (镜花水月, jìnghuā shuǐyuè) — буддийская метафора иллюзорности мира. Цветы в зеркале, луна в воде — то, что кажется реальным, но на самом деле недостижимо, обманчиво. Здесь — намёк на иллюзорность восприятия, на то, что реальность можно исказить. [1] Каша (粥, zhōu) — здесь, скорее всего, рисовая каша с добавками, распространённое блюдо в Гонконге, особенно на завтрак или поздний ужин. [2] Масло нероли (橙花精油, chénghuā jīngyóu) — эфирное масло из цветков померанца, обладает успокаивающим и расслабляющим действием.