Глава 58. Канун бури

Толстяк, обняв Чжан Цилина за плечи, довёл его до крытой галереи и, из осторожности отойдя ещё немного дальше, посерьёзнел: — Сяогэ, только что получил весточку. От Третьего господина есть новости. Похоже, они наткнулись на логово клана Ван, ситуация там сложная. И ещё, глава семьи Се уже выдвинулся из Пекина со своими людьми. Чжан Цилин кивнул — он понял. — Я всё думаю, сказать ему или нет? — Толстяк покосился в сторону дома. — У него рана, по идее, не стоило бы его в это впутывать. Но и молчать нехорошо, потом узнает — точно взорвётся… — Не надо скрывать от него. Он имеет право знать и должен сам решать. Толстяк посмотрел на Чжан Цилина и кивнул: — Ещё: через три дня клан Ван устраивает для вас Хунмэньский банкет. Я раньше заслал в клан Ван своего человека. Когда Наивняшка вернулся в Гонконг, он велел мне выдать клану Ван доказательства его истинной природы. Я не знаю, что у него на уме, и вообще-то не мне тебе это говорить. Но Наивняшка вечно собой рискует, боюсь, он опять что-нибудь выкинет… Он ведь ещё не оправился после тяжёлого ранения, Сяогэ. Я знаю, ты понимаешь. Присмотри за ним. Чжан Цилин, глядя на Толстяка, кивнул. Об этом он действительно не знал, но, поразмыслив, примерно догадался, что задумал У Се. — Будь спокоен. Толстяк кивнул: — Лады, раз ты понимаешь, порядок. Тогда я пойду готовиться. Посмотрим, что за фокусы эти члены клана Ван выкинут на своём банкете-ловушке. — Спасибо, — искренне сказал Чжан Цилин. Толстяк застыл. Он никогда не думал, что услышит эти слова от Чжан Цилина. Это было… неожиданно. Но он улыбнулся, хлопнул его по плечу: — Мы же братья, чего там. Ты главное береги нашего Наивняшку, он и правда натерпелся. Чжан Цилин кивнул: — Хорошо. Толстяк вздохнул, покачал головой: — Эх, хорошо у вас. Когда же и я найду такую же совместимость?.. Ладно, я пошёл.

***

Вернувшись в комнату, Чжан Цилин увидел, что У Се сидит на диване, в руках недоеденная виноградина, а глаза ясные-ясные и смотрят прямо на него. Тот не стал ничего спрашивать. Просто продолжил неторопливо есть виноград. Чжан Цилин подумал про себя: «У Се с таким видом ничем не хуже прямого допроса». Он сел рядом и в точности пересказал ему всё, что передал Толстяк: и о том, что Се Юйчэнь, Чжан Хайся и другие уже отправились в Юго-Восточную Азию на подмогу. У Се выслушал, помолчал, закинул виноградину в рот, вытер руки влажной салфеткой и, вытирая, сказал: — Я тоже кое-что сделал. Ещё в Ванкувере Цветочек связался со мной. Он пошёл по следу и нашёл доказательства подмены и даже тело того, кто должен был его заменить. Сейчас оно в поместье семьи У. Раз клан Ван хочет устроить разборки — устроим. Я велел нашему человеку в клане Ван слить им настоящую информацию. Они должны были найти видео, где у меня берут образцы для подавителей. Голос у У Се всё ещё был хрипловат. Он отпил воды и продолжил: — На обратном пути я попросил второго дядю запустить слухи. Пусть сомневаются в моей истинной природе, пусть говорят что угодно. Раз они хотят этим козырять, мы сначала так замутим воду, что никто не разберёт, где правда, где ложь. Посмотрим, кто первый не выдержит. Чжан Цилин смотрел на него, и в глазах его мелькнуло восхищение. Его У Се никогда не был птенцом, которого нужно прятать под крылом. Он был орлом, способным парить рядом. — Се Юйчэнь и Хайся уже там, проблем больших нет. Тебе сейчас не стоит туда ехать. У Се кивнул, потрогал повязку на шее и растянул губы в улыбке с шальной ухмылкой: — Цветочек меня тоже отговаривал. Я знаю. К тому же, через три дня нас ждёт большое представление. Нельзя же разочаровывать зрителей. Он посмотрел на Чжан Цилина — спокойно, твёрдо: — Сяогэ, они хотят видеть, как я испугаюсь, как ты выйдешь из себя, защищая меня, как при всех сорвут с меня маскировку. Что ж, дадим им то, что они хотят. Чжан Цилин сжал его руку: — Хорошо.

***

У Эрбай действовал тонко. Пока у У Се была течка, слухи о его истинной природе разошлись не на шутку. У Эрбай сделал вид, что уехал за границу, и отказался принимать гостей. Сам же он сидел в старом особняке семьи У, пил чай, а рядом стоял Эрцзин. У Эрбай читал сообщения, только что пришедшие от Чёрного Слепого. — Запусти ещё слух: скажи, что третий уехал в Юго-Восточную Азию заниматься экстремальными видами спорта, попал в аварию, жив или нет — неизвестно. Эрцзин не понял: — Второй господин, но это же «ударить по траве — вспугнуть змею» [1]? Члены клана Ван в Юго-Восточной Азии станут осторожнее… — Поздно. Третий уже сцепился с ними. У Эрбай поставил чашку. — «У Саньшэн пропал без вести, семья У отправила поисковую группу на поиски У Саньшэна». Пошли туда медиков, спасателей и охрану. И отправь людей в аэропорт — пусть понаблюдают за реакцией клана Ван. Эрцзин кивнул и вышел. У Эрбай посмотрел на чайник и налил себе ещё.

***

А двое в центре этого урагана сейчас сидели в главном доме и разбирали бумаги. У Се распечатал всё, что прислал Се Юйчэнь, и отдал Чжан Цилину. Стол в кабинете был завален документами: от структуры владений клана Ван до анализа возможных участников завтрашнего банкета и отчётов о слухах, которые запустил У Эрбай. У Се нельзя было долго говорить — берег горло. Поэтому он быстро просматривал документы, делал пометки и записывал мысли в ноутбук. Чжан Цилин занимался оперативной работой и координацией. Он держал связь с Чжан Хайся и Чёрным Слепым в Юго-Восточной Азии, узнавал о состоянии У Саньшэна и Се Ляньхуаня, и одновременно инструктировал людей клана Чжан в Гонконге, которые уже брали под контроль место проведения банкета, чтобы убедиться, что не случится никаких неожиданностей. У Се, в очках, зачитался. От долгого сидения затекла шея. Он пошевелил ей, и тут же Чжан Цилин, не прерывая телефонного разговора, протянул свободную руку и начал массировать ему загривок. У Се улыбнулся, опустил голову и довольно прищурился. — Ну как? — спросил он, когда Чжан Цилин положил трубку. — Хайся присоединился к ним. Се Юйчэнь и твой третий дядя легко ранены, ничего страшного. Вход взят под контроль, подкрепление клана Ван не проходит, — Чжан Цилин снова помял ему плечи. У Се кивнул: — Нашли Чэнь Вэньцзинь? Чжан Цилин покачал головой. У Се вздохнул — значит, нужно ещё время. Он протянул ему ещё одну папку: — Проверь вот это. — М-м-м, — отозвался Чжан Цилин. Через некоторое время Чжан Цилин разложил перед У Се чертежи подземных коммуникаций здания, где должен был пройти банкет. Ткнул пальцем в одну точку. У Се прищурился, взял перо и поставил рядом маленький крестик, покачав головой. Это место не годилось для запасного выхода. — Вот тут лучше, — У Се обвёл кружок на бумаге. — И людей удобнее спрятать. Хотя в такой обстановке они вряд ли будут действовать так открыто. — Лучше перебдеть, — Чжан Цилин взял другую папку и ткнул в неё. У Се посмотрел и нахмурился. Это была выписка по движению средств. Чжан Цилин неизвестно где её раздобыл — там была расписана схема финансирования клана Ван и семьи Чэнь. Всё было подробно: до и после событий на яхте члены клана Ван переводили деньги семье Чэнь, причём часть шла через семью Ли. — Откуда это? — такая детализация, явно внутренний документ. — От Чэнь Фана, — ответил Чжан Цилин. Когда он в прошлый раз был в Гонконге, этот мягкий альфа сам связался с ним и передал документы. Примечания переводчика [1] «Ударить по траве — вспугнуть змею» (打草惊蛇, dǎ cǎo jīng shé) — китайская идиома, означающая, что неосторожными действиями можно предупредить противника и дать ему время подготовиться.