Забота.

Город Каракура. Лавка господина Урахары. Время – 10:23 утра.

Ичиго снова спал. Его состояние было крайне ослабленное, и он почти все время дрых. В общей сумме он бодрствовал лишь час. Иноуэ не хотела отходить от него, но её вежливо попросили уйти, хотя бы чтобы самой не заклевать носом над спящим мальчишкой. Рукия вызвалась проводить девушку, мягко придерживая ту за руку, дабы она не уснула прямо на асфальте. Правда в итоге пошла она уже с тремя подростками. Исиду и Чада тоже выпнули, но уже не так вежливо. По итогу Абараи остался один на один с Ичиго, следя за парнишкой своими зорким взгляд. Настолько зорким, что он проворонил момент когда тот начал двигаться. Слава Королю Душ Ренджи хотя бы не прошляпил момент когда Ичиго начал активнее дергаться в конвульсиях. Взяв странную вещь которую ему дал Киске, он приложил её к пластине в центре груди, заставляя ту мягко засветиться нежно голубым светом, после чего рыжий успокоился и продолжил спать. Холодная капелька пота стекла по татуированной шее лейтенанта шестого отряда. Черт, он чуть все не просрал.

***

Иноуэ сидела на уроке истории. Учитель рассказывала тему, и при этом очень недовольно поглядывая на неё, Ясутору и Исиду. Её цепкий взгляд каждый раз встречался с их собственными, и как бы невзначай она косилась на пустое место Ичиго Куросаки. Он не пришел. Снова. И она уже не знала что делать с этим балбесом. Ну как так можно то? Он является отличником, входит в топ двадцать лучших учеников школы, но при этом табель его пропусков неприлично длинный. Она пыталась разговаривать с отцом, но тот оказался не лучше сына. Яблоко от яблони явно не далеко упало. Правда в случае Ичиго это апельсин. Также, женщина поняла одну вещь – Куросаки Ишшин явно не повлиял на мальчика. Она по ощущениям видит его отца чаще самого юноши. И это было печально в каком то смысле. И ещё одна деталь, эта троица в последние пару дней выглядела особенно странно. Дети были уставшими, не выспавшимися. Тормозили когда их спрашивали. Учитель уже хотела поболтать и с их собственными родителями насчёт них. Она беспокоилась за этих троих. Ичиго уже был потерян, так что тут уже ничего не сделаешь. А эти хотя бы имеют возможность встать обратно на путь истинный. Прозвенел звонок. Те, кто собрались ещё до спасительной трели, пулей вылетели из класса. Поднялся шум и гам, дети разговаривали, кричали, смеялись и вообще просто веселись. Вся масса побежала в столовую, сметая на пути уже уставших учителей. Класс опустел, и в нём остались четверо: трое учеников и учитель. — Скажите мне на милость, где пропадает Куросаки? Почему он не пришел на занятие? Я так понимаю вы его закадычные друзья, и должны знать причину, так ведь? — нарушила тишину в кабинете женщина, строго смотря на всех троих. Иноуэ отвела взгляд, отчетливо проглядывались мешки под глазами. Ясутору, спрятал взгляд под челкой, не зная что сказать. Исида нервно поправил очки. Они молчали, негласно пытаясь выяснить, кто заговорит и что скажет. Молчание длилось минуту. — Ну что? Чего вы молчите? Или вы так выгораживаете его? Мне что, вашим родителям тоже начать звонить и лично приходить? — грозно обронила учитель, высверливая взглядом дыру в их лбах. — Ичиго Куросаки пострадал при нападении хулиганов, и сейчас он лежит в нашей клинике. Его не будет какое то время, мой отец, Рюукен Исида, может подтвердить, — вдруг невозмутимо сказал Исида, да так уверенно, что Ясутору и Орихиме чуть сами не поверили в эту ложь. Эти двое закивали головами, словно те самые болванчики в машинах. Глаза женщины комично округлились, и во взгляде смягчилась ярость, превращаясь в волнение. — О боже! Как так то? Бедный мальчик, пусть поправляется! Я тебе верю, Исида. Ты никогда мне не врал, так что передайте ему мои слова, — учитель посочувствовала рыжему, и при этом высказала свое доверие по отношению к Исиде. В этот момент он благодарил всех Квинси что у него идеальная репутация. Иноуэ еле заметно выдохнула в облегчении, Чад слегка расслабил напряженные плечи. — Ну ладно, идите на уроки, скажите почему вы опоздали. Так и передайте, что это я задержала вас. — Напоследок бросила женщина, возвращаясь к доске, начав что то писать для следующего класса. Подростки вышли в коридор, и облегченно выдохнули. Хотя бы сейчас не будет вопросов и подозрений.

***

Рукия только что вернулась в лавку Урахары, так как на нее неожиданно напал пустой. Тот был особенно дерзким, поэтому пришлось научить его манерам (разбив его маску пополам). Пройдя в глубь помещения, девушка увидела как Ренджи пристально наблюдал за юношей, и словно вот-вот просверлит вторую дыру в нём своими зоркими глазами. Почему то Кучики стало смешно от этой картины, вот только контекст не позволял засмеяться. Внутрь, следом за девушкой, заглянул торгаш. Глаза как и всегда скрыты за полосатой панамкой, косоде чуть приоткрыто в районе груди. Слышался еле заметный стук таби о пол. Засранец явно поспал, пока эти двое занимались делами. Достав свой веер, Киске прикрыл свой зевающий рот. — Как там маленький спаситель мира? Было что-то необычное? — бодро начал расспрос торговец-у-которого-совершенно-точно-нет-банкая. Ренджи сглотнул. Стоит сказать что было, как никак от этого зависит жизнь их друга. — Когда Рукия только ушла, Ичиго сразу начал биться в конвульсиях, и эта штука, которую вы закрепили на груди, стала трескаться. Ну я и применил ваше изобретение. Он утих. И трещины вроде исчезли, — сбивчиво объяснил лейтенант, подозрительно косясь на пластину. Киске захлопнул свой веер. Выражение лица вмиг посерьезнело. — Чтож. Могу сказать, что у нашего маленького героя идет борьба не на жизнь, а на смерть. Сейчас важно следить за его духовной оболочкой. Придётся сидеть посменно. Не могу сказать точно, когда Куросаки придёт в себя и когда затянется дыра в его оболочке, — тяжёлая атмосфера, итак давящая на их плечи, вмиг стала тяжелее. Двое Синигами молча кивнули, и без возражений согласились на эту авантюру. Этот мальчик стал им другом, спасителем и вообще кем только можно. Он в полной мере заслуживает то, чтобы за ним последили и позаботились.

***

Холодно. Ничего не видно. Ичиго снова был в этой пустоши, вот только сейчас в ней царила метель. Радиус обзора не дальше метра, а снег хлестал до боли по открытой кожей лица и рук. Иногда он жалел что у него не было чего нибудь теплого. Его руки онемели уже давно. Он решил посмотреть что с ними стало, поднеся их к лицу. Лучше бы не смотрел. Пальцы почернели, и эта чернота доходила до середины ладони. Тяжелый ком в горле так и норовил его задушить, он не верил в это. Всё происходящее было сюром каким то, ведь он даже не в состоянии идти теперь, подозревая, что с ногами у него тоже самое. Проверять не хотелось. Волна безысходности накатила в двойном размере, и ему захотелось смеяться. Или плакать. Но случилось всё сразу. Приступ смеха не дал нормально дышать, а слёзы застилали глаза, закрывая и без того маленький обзор. Влажные дорожки мгновенно замерзали, щипая итак замерзшую кожу. Хотелось просто свалиться на землю и помереть, но он не стал. От этих мыслей было тошно, да и вообще было тошно от себя. В этот момент был пик отчаяния и ненависти на свое бессилие. Он так много пережил, столько прошел, и все ради чего? Чтобы начать себя жалеть и вести себя как полная тряпка? Нет. Он будет идти даже если это больно. Будет держать глаза открытыми даже если ветер обжигал их холодом. Он заставит себя идти. Даже если это больно. — … постой… не…ух…ди… — вдруг раздался знакомый голос. Эти металлические нотки, эта интонация… его Пустой. Его было плохо слышно сквозь свистящий ветер и бурю собственных мыслей. Парень остановился как вкопанный, оглядываясь по сторонам, пытаясь уловить знакомый силуэт. Безуспешно. Вокруг только снег. Он хотел было закричать в ответ, но горло будто сковало, спазмы не давали даже продохнуть, не то что сказать хотя бы слово. Зайдясь в раздирающем глотку кашле, парень свалился на землю, хватаясь за горло почерневшими пальцами. Хотя, это не так не назовешь. Скорее он попытался хотя бы просто притронуться ими. И снова он провалился в беспамятство.

***

Рукия вздрогнула, когда увидела как Ичиго зашелся в кашле. Этот кашель был ужасен: ему словно рвали горло, а он захлебывался кровью. Его руки пытались схватиться за него, но крупная дрожь не позволяла даже коснуться глотки. Рукия растерялась, не зная что делать. Но быстро собравшись, она вытащила чёрный кубик из-за пазухи. Он был совсем маленьким, спокойно помещаясь в ладонь. Приложив его к пластине на груди (не без усилий), Ичиго медленно успокоился, снова ровно задышав. У Рукии скоро такими темпами волосы поседеют.