Глава 3. Товарный вид

      — Что это с ним? — тихо пробубнил себе под нос Попов.       Странное предложение Шастуна никак не выходило из головы. Хоть и коротко, хоть и невзначай, но это совсем не то, чего Арсений ожидал услышать.       Быстрым шагом мужчина зашёл в свой кабинет. Он раздраженно швырнул рабочий ноутбук на диван и устало потёр переносицу. Времени на сборы оставалось совсем в обрез, потому что сообщение от Славы пришло секунду назад, но эта глупая фраза звенела в ушах и не давала сосредоточиться.       Соберись, Арс. Это было просто из вежливости.        Арсений уже был научен опытом и с давних пор держал в кабинете на всякий случай запасной костюм, как раз для таких неожиданностей от начальства. Он быстро переоделся, поправил укладку и сразу вызвал такси на указанный адрес.       Ресторан Mercury представлял собой пафосное заведение в центре города. Начальник, сияя как лампочка, суетливо встретил подчиненного у входа и, взяв за локоть, нетерпеливо потащил к угловому столику на втором этаже для вип-персон. Там в полутени их ждала фигура Евгения Владимировича, которого пчёлка-Славка обрабатывал последние две недели.       Мужчина лениво поднял взгляд от экрана телефона.       — Вячеслав, — Евгений снисходительно улыбнулся и кивнул, переводя оценивающий взгляд на Попова. — А это, надо полагать, твой гений маркетинга?       — Абсолютно верно! Наш лучший специалист, Арсений Попов. Лично руководит всеми ключевыми кейсами. Я же обещал, что познакомлю Вас.       Арс вежливо кивнул и улыбнулся одними губами, занимая свободное кресло.        Была ли когда-нибудь удача на стороне Попова, он не знал. Поэтому сам принимал инициативу, так сказать брал быка за рога. Когда Вячеслав предложил должность директора маркетингового отдела и поставил одним из основных условий участие в такого рода встречах, Арс не стал тянуть. Он сам работал как вне себя, сам добился этого положения и сам принимал решения о своём будущем.       — Ты же всё понял, Арс?        — Улыбаемся и машем? — ответил тот.        — Улыбаемся и машем, — медленно кивнул Чепурченко.       И если ради этой должности требовалось иногда поизображать улыбающегося глухонемого профессионала с красивым личиком, он будет самым лучшим актёром. По крайней мере, так ему казалось несколько лет назад.       Первые сорок минут встреча шла по классическому сценарию. Слава соловьем заливался про амбиции фирмы, а Арс молча кивал. В самый нужный момент, когда диалог стал затихать, он очень к месту вставил заученный комментарий про оптимизацию конверсиии. Инвестор заинтересованно приподнял бровь, а начальник в этот момент едва ли не замурлыкал от восторга и с новой силой продолжил распинаться.       Постепенно ресторан заполнялся шумом, а деловая беседа всё же сходила на нет. Рыжеволосая официантка бесшумно подала гостям бутылку дорогого янтарного нечто, в качестве комплимента от заведения. Евгений Владимирович одобрительно хмыкнул, начальник принялся разливать алкоголь по тяжелым стаканам с толстым дном. Он плеснул и себе, а затем жестом подозвал парня с кальяном, заказывая табак.       Через пару минут над столом поплыл удушливо-сладковатый дым. Янтарная жидкость оказалась обжигающе крепким виски. От одного глотка напиток ударил Арсу в голову, а неприятное послевкусие осело на языке. В Mercury стало совсем шумно, за соседними столиками кто-то громко смеялся. Воздух в помещении сделался спертым и липким.       Инвестор откинулся на спинку кресла, выпуская изо рта густой клубок дыма прямо в центр стола, над едой.       — Вы, Вячеслав, вовремя подсуетились с проектами, мне как раз не хватало хорошего партнера со связями, — Евгений Владимирович крутанул в свободной руке стакан, вглядываясь в переливающиеся блики. — Я на прошлой неделе закрыл сделку с ребятами из биомеда, они там выдумали очередную хрень для этих, дефектных. На этой неделе уже запускаем первый продукт. А вот для следующего релиза, как раз нужен мощный консалтинг полного цикла. Анонс выйдет многообещающий, так что масштаб ожидается соответствующий.       Чепурченко мгновенно подался вперед. Мужчина широко улыбнулся, заглядывая в глаза инвестора.       — Отличное вложение, Евгений Владимирович! На таком говне всегда делаются самые легкие миллионы.       Арс нахмурился.       Говне?       — Именно, — инвестор пренебрежительно хмыкнул и сделал затяжку. — Понятно, что их природный брак ничто не исправит, но сам факт. Сортировать и отслеживать этот контингент теперь станет гораздо проще. Нам — выгода, а эти ущербные ведь за любую бумажку уцепятся, лишь бы доказать, что они как все.       Чепурченко тихо рассмеялся, подливая алкоголь мужчине.       — Ну, справедливости ради, такой скот готов платить за любой продукт. Им же нужно как-то компенсировать недополученное.       О как мы запели! Мерзость.       Арсений молча сделал еще один большой глоток, чувствуя, как виски снова обжигает горло. Пространство насквозь пропитывалось лицемерием.        Слава со смешком повернулся в сторону Попова.       — Арс, ты же у нас аналитик. Какая там статистика по этой аудитории?       Евгений Владимирович тоже перевел на него затуманенный алкоголем взгляд. Арсений спокойно опустил пустой стакан на стол, а затем поднял на инвестора глаза с ровной улыбкой.       Меня сейчас стошнит.       — Безусловно, — его голос прозвучал спокойно. — Это лояльный сегмент. С точки зрения маркетинга — идеальный потребитель-инноватор, который купит новый продукт, если правильно подчеркнуть его медицинскую ценность.       Евгений довольно захохотал, с силой хлопнув ладонью по столу.       — Верно-верно!       Начальник тут же подхватил этот смех. Он довольно кивнул Арсению. Попов молча потянулся к бутылке, снова наполняя свой стакан до самого края. Сладкий дым над столом становился гуще.       Арсений смотрел на яркую улыбку Чепурченко, а у самого внутри росло только презрение к начальнику. Чем он смотрел годы назад? Неужели он не видел, каков Слава на самом деле?       Конечно, Арс не был полным идиотом. Он видел, что его начальник — амбициозный карьерист, что спит и видит, как поскорее прыгнуть из кресла директора локального филиала прямо в совет директоров холдинга. Но он не видел, что ради этой цели Слава был готов в лепёшку расшибиться, вылизывать ботинки таких мерзкодушных богатеев до неестественного блеска и поддакивать любой черни, которую те несли.       Мозги ведь важнее, да, Слав?       — Арсений, вы правильно мыслите, — Евгений Владимирович одобрительно кивнул, выдохнув новый клубок приторного дыма прямо в лицо маркетологу.       Пошёл ты.       — Сразу видно, что в вашей конторе еще остались профессионалы, которые понимают, как устроен этот мир.       — Наша фирма всегда ориентируется на долгосрочные тренды, Евгений Владимирович, — начальник продолжал заискивающе улыбаться.       Попов залпом выпил очередной стакан. Он слушал этот бред, только потому что был обязан, но тошнотворное ощущение слишком давило. Чужой дым въедался в легкие, пассивное курение — или виски — дало своё, и вот лица собеседников стали слегка расплываться.       Совершенно не к месту всплыло: «Тебя подвезти?».       Голова стремительно пустела, а звуки постепенно отдалялись.       Арсений моргнул.       Прохладный ночной воздух резко ударил в лицо, заставляя сделать глубокий вдох. Они со Славой стояли на крыльце ресторана и провожали взглядом черный седан инвестора, который медленно исчезал в переулке.       Чепурченко довольно выдохнул и с силой хлопнул Арсения по плечу, заставив того слегка пошатнуться.       — Ну, хорош! Молодец, Арс! — начальник светился от счастья. — Как только закончите проект с москвичами, сразу возьмешься за этот, для дефектных. Евгений под это направление такие бюджеты выделит, что карьерный рост обеспечен нам обоим.       Арсений резко отмахнулся, смахивая чужую руку со своего плеча. Шелковая ткань пиджака неприятно зашуршала. Начальник снисходительно ухмыльнулся и поднял ладони в примирительном жесте.       — Ладно, ладно, отдыхай, друг. Заслужил.       Друг? Какой нахрен я тебе друг?       Он моргнул.       — В гробу я видал такую дружбу, — хрипло произнес Арсений.       — Мерзкий тип, — согласно кивнул Егор, лениво протирая стакан белым полотенцем.       Попова даже не удивило, что друга сегодня не было в баре. Наоборот было бы странно застать Матвиенко на рабочем месте в пятницу вечером, а не в постели с очередной барышней.       На сложенные на барной стойке руки опустилась тяжелая голова Арсения. Тяжелая от мыслей, стоит заметить, хотя уже давно не трезвых. Музыка сегодня била по ушам сильнее обычного, но не сильнее почти литровой бутылки виски из Mercury.       Каждое слово того ублюдка и начальника до сих пор отзывались эхом.       — Совсем крыша поехала у людей, — фыркнул бармен.       Егор недовольно качнул головой, продолжая что-то бубнить про то, что мир окончательно сошел с ума, но Арсений его уже совсем не слушал. Звуки голоса бармена смешивались в кашу с музыкой, фоновыми разговорами других посетителей бара и собственными мыслями. Попов лениво приподнял голову. На дне его стакана таял в остатках алкоголя последний кубик льда.        Сколько он уже выпил после встречи? Два? Три? Слишком много, учитывая ещё прошлую встречу. Утром он точно пожалеет.       Попов моргнул.       Рядом раздался мягкий женский смешок. Тонкие пальцы с нежным маникюром аккуратно скользнули по краю его стакана. Симпатичная девушка, в платье с открытыми плечами и легким запахом цветочных духов что-то говорила ему, кокетливо наклоняла голову и заглядывала в глаза, открыто флиртуя.       Арсений пьяно улыбнулся одним уголком губ, чисто на автомате. Ему было плевать на нее, но он всё равно поднялся со стула, уверенно шагнул вперед, сокращая дистанцию до минимума. Рука сама легла на тонкую талию, собственнически притягивая к себе ближе.       Склонившись к самому уху, Арс хрипло шепнул пару заигрывающих слов.       Девушка на секунду замерла, а затем шумно выдохнула, её ладонь поднялась выше, ложась ему на грудь. Она потянулась на носочках и выдохнула шепотом согласие.       Он снова моргнул.       Прохладный кафель, полумрак и тяжелая дверь туалетной кабинки, с грохотом захлопнувшаяся за их спинами. Звуки бара мгновенно приглушились. Арсений грубовато прижал незнакомку к стене и сразу же впился в её губы жестким, голодным поцелуем.       Чужие руки судорожно вцепились в его плечи, комкая ткань рубашки. Поцелуй становился глубже, но липкий удушливый ком в горле всё равно никуда не делся. Забыться не получалось. В голове вертелось слишком много назойливых, не связанных между собой мыслей. Арсений сильнее прижал девушку к себе, заставляя ту издать слабый стон.       Внезапно в кармане брюк раздалась вибрирующая трель. Звук вызова показался неестественно громким в тесном пространстве кабинки. Арсений попытался проигнорировать его, но раздражающая вибрация не прекращалась.       Попов отстранился, пробормотав короткое «секунду», и вытащил из кармана телефон. В темноте кабинки экран резанул своей яркостью по глазам, а на нём высветилось имя абонента. На часах, кажется, было два часа ночи.       В такое время?       — Проверь презентацию, — голос по ту сторону был хриплый и какой-то дерганый.       — Ты время видел? Я занят.       Девушка, присев на закрытый крышкой унитаз, смотрела снизу вверх выразительным, заигрывающим взглядом. Манящего желания так и не прибавилось, но Попов всё равно провел большим пальцем свободной руки по её нижней губе.       — Я исправил всё, проверь. Сейчас же.       — Я занят.       — Мне похуй, Арс, — с нажимом произнес Шастун. — Проверяй, я жду.       Тягучей волной в висках пронеслась тяжесть алкоголя. Арсений откинул голову назад, ударившись о дверь кабинки, и устало потер переносицу.       — Шастун, ты совсем охуел? Я же сказал, что за-нят. В понедельник проверю.       Девушка рядом недовольно вздохнула и притянула мужчину к себе за штанину брюк. Он поддался движению, вернув свой взгляд на барышню. Заполучив желанный отблеск голубых глаз, её руки плавно поднялись к ремню, невзначай пройдясь по паху.       По ту сторону Антон долго молчал, но вскоре с ещё большей злостью бросил:       — Своими делами подстилочными можешь и позже заняться.       …       Арсений опешил.       — Пошёл ты, — прошипел он и скинул звонок.       Козёл.       Девушка попыталась снова поймать взгляд мужчины, но Попова будто ледяной водой окатило. И без того паршивое настроение пробило очередное дно. Стало невыносимо грязно.       Арсений молча поправил ремень, оттолкнул задвижку и вышел в коридор, принимаясь на ходу расстегивать оставшиеся пуговицы рубашки (уж простит ему Сережа этот стриптиз). Ему нужен воздух, вся кожа мерзко липкая.       — Эй! — сзади донесся рассерженный голос брошенной незнакомки.       Обнаглевший придурок!       Заявился спустя шесть лет и строит из себя хуй пойми кого. Толком не начали работать, а уже саботирует коммуникацию, ни во что меня не ставит, ходит через голову, а теперь вот это посреди ночи.       — Ты так и уйдёшь?!        Приехал мстить? Решил отыграться за прошлое? Тогда почему до этого предложил подвезти? Из вежливости? Пусть эту вежливость себе в задницу засунет.       Обойдя барную стойку, Арсений словил удивленный взгляд Егора, коротко кивнул ему и нагло завалился в туалет для персонала. Он остановился у раковины, включил холодную воду и плеснул себе в лицо. Постоял так пару минут, понял, что лучше не становится и в голове вертится лишь одно ублюдское «Тебя подвезти?».       Да почему меня именно это так взволновало?! Чёрт. Ни слова того инвестора, ни слова Славы, а именно, сука, это?!       Он несколько раз плеснул водой, хорошенько ударив себя по щекам, а затем вытер лицо бумажным полотенцем, бросил его в урну и быстро вышел обратно в зал.       В заведении начинался самый пик запары, а потому несчастный Крид практически бегал из стороны в сторону. При этом парень каким-то образом успевал мимолётно флиртовать с девушками, кокетливо подмигивая почти каждой из них.       Или у него нервный тик уже?       Арс горько усмехнулся своей мысли. Изначальные планы на вечер были полностью разрушены. Вместо этого захотелось просто стащить из бара бутылку любимого коньяка и вновь скрыться в тихом кабинете Матвиенко.       Попов требовательно постучал пальцами по гладкой поверхности барной стойки. Егор закатил глаза и без слов принялся искать под стойкой необходимый предмет.       Подстилочными делами?       — Держите, — парниша недовольно протянул связку ключей. Серёжа явно завтра отчитает его, чисто из вредности.       — А Хеннесси?       Егор с осуждением промолчал.       — Я заплачу-заплачу, не переживай.       — Наблюёте в кабинете — сами будете убирать, — пробубнил бармен, со стуком выставляя на стойку открытую бутылку коньяка.       Арсений сгреб добычу и, издав изысканное «Мерси» Криду, поплёлся в сторону служебных помещений.