Глава 35.

Встречал их мужчина, чей возраст был сложно определим. Округлое лицо его выглядело уставшим и осунувшимся, под глазами синела бессонница. Вьющиеся волосы выбивались из-под бархатной шапки, плотно облегавшей голову, строгое тёмно-синее одеяние было запылённым от долгого нахождения на воздухе. В левой руке — деревянная дощечка, на которой, прижатые скобой, трепещут бумаги. — Приветствую бессмертных заклинателей и уважаемых участников с Тянфен. — Утомлённым сухим голосом произнёс человек. — Моё имя Ян Цяо, и я буду рад сопроводить вас к местам пребывания, а также показать вам территории соревнований. — А где Ли Леймин? — Без всякой предварительной вежливости поинтересовался Ли Тайо. — Я думал, что в этом году он один из тех, кто встречает прибывающих по воздуху. Ян Цяо пресно посмотрел на Младшего Мастера Вершины Милосердия. — Должно быть, этот уважаемый бессмертный — Младший Мастер Ли Тайо? — Уточнил он. — Сожалею, что не угодил ожиданиям. Вы прибыли одновременно с делегацией из столицы и третью судейского состава, поэтому сейчас почти все, кто имеет отношение к организации приёма, в центре города. Обычно я занимаюсь вопросами снабжения, и меня определили сюда только из необходимости. — Тогда рад приветствовать уважаемого коллегу. — Ши Фуадай располагающе улыбнулся. — Буду рад обсудить вопросы службы на досуге. К сожалению, вежливость Младшего Мастера Вершины Щедрой Руки миновала внимание Ян Цяо. С видимым усилием встречающий сосредоточился, сложил жестовую печать и отправил в воздух несколько искр. — Прошу прощения за ожидание. — Ян Цяо слегка пошатнулся и будто постарел ещё на несколько бессонных ночей. — Сейчас подойдет кто-нибудь на смену мне, и тогда мы сможем отправиться. Ян Цяо не был бессмертным, и, пусть мог показать несколько фокусов, управление духовной силой давалось ему с трудом. Насколько же не хватало людей, если столь неподходящий человек был вынужден исполнять работу, которая была для него изнурительна! С другой стороны уже спешила невысокая фигура. Не дожидаясь, пока она приблизится настолько, чтобы приветствие было слышно, Ян Цяо махнул ей рукой и повернулся к гостям: — Мы можем отправляться. Пожалуйста, не отставайте: за прошедшие два года много что было перестроено, и теперь заблудиться ещё легче, чем раньше. Ни расположение Ши Фуадая, ни знания Ли Тайо о том, как должны происходить приёмы, ни даже приветливость сестры-наставницы Чжень, обычно действовавшей на окружающих как глоток прохладной воды в жару, не оказали никакого действия на настрой встречающего. Он пересчитал прибывших, сделал пометку в своих бумагах и пошёл прочь. Ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. — Позади осталась главная площадка для соревнований в боевых дисциплинах. — Монотонно рассказывал Ян Цяо, поднимаясь по широкой лестнице, вырубленной прямо в камне карьера. — Трибуны зрителей с восточной и западной стороны, места судей с южной, там же места для участников и их сопровождающих. Зачарованные полотна развернут завтра, перед торжественным открытием. Впереди театральные и музыкальные павильоны. Участники, прошедшие отборочные испытания, выступят впоследствии на главной площадке. За павильонами галереи, где будут состязаться в каллиграфии и живописи. Незадолго до закрытия будет объявлен аукцион с работами финалистов. Половина дохода от каждой проданной работы будет передана школе, от которой выступает исполнитель. — Нововведение? Одобряю! — Шепнул Ши Фуадай брату-наставнику Ли. — Хочешь поставить на то, кто отличится? — Сначала я бы посмотрел на результаты. — Так любой может. — А здесь, — Продолжал Ян Цяо, не меняя ни тона, ни скорости речи. — Сады, отделяющие территории участников от площадок для соревнований. Пожалуйста, не проводите здесь тренировок, которые могут навредить местности. За пренебрежение правилами будут наложены штрафы вплоть до отстранения школы от участия. Впереди Синие Ворота. Территории участников защищены от проникновения посторонних, всем участникам будут выданы пропускные талисманы. Синие Ворота были действительно синими: массивные двери цвета глубокого весеннего неба в частоколе сосновых брёвен высотой в два чжана. Воздух вокруг ограждения подрагивал, показывая большое количество защитных заклинаний. Ян Цяо взял в свободную руку украшение, свисавшее с его пояса и коснулся им дверей, которые тут же плавно и беззвучно начали раскрываться. Открывшийся вид был приятен, но на редкость однообразен. Охристые стены, черепичные крыши, вечнозелёные растения, мощёные серым камнем проезды и проходы. Привходная зона была отделена тёмно-красным бордюром, и между ним и пространством, необходимым для раскрытия дверей, был втиснут столь же синий, сколь и ворота, домик. У его входа стоял немолодой крупный мужчина в отражающей заклятия броне. — Подождите здесь. — Ян Цяо не оглянулся посмотреть, последуют ли гости его просьбе, и направился к охраннику, на ходу отлистывая бумаги на нужную страницу. Короткий разговор, короткий взгляд в сторону заклинателей с Тянфен, и вот уже неприветливый провожатый возвращается к группе прибывших, осторожно держа за длинные шнуры небольшие подвески, обёрнутые в бумагу. — Именные пропуски. Осторожно, не разворачивайте чужого. — Дождавшись, пока все разберут свои подвески, Ян Цяо утомлённо вздохнул. — Закрепите их на поясах. И во время соревнований убирайте так, чтобы противник не мог легко их срезать. Чтобы не было так, как шесть лет назад, когда рекордное количество участников опоздали к выступлениям, пришлось улучшить чары оповещения. Но это делает затруднительным изготовление дубликатов, поэтому от имени организаторов соревнований прошу вас не терять их. А теперь прошу следовать за мной. Тёмно-красный бордюр, лишь слегка возвышавшийся над землёй, оказался ещё одной защитной границей, проход через которую заставил волосы Син Луана зашевелиться. Славно, что всего лишь так: что бы он делал, если бы именно в такой момент его душа была бы определена, как чужеродная? Да, этого никогда не было, но одно дело Тянфен, а другое — место, гораздо более равнодушное к нему. К тому же, невозможность чувствовать уверенность в собственном духовном мече тоже не способствовала полному расслаблению. Вперёд, направо, налево, снова направо, прямо, перейти широкую улицу и после неё опять налево. Ян Цяо, видимо, пытался с наименьшими для себя усилиями показать наибольшее количество того, что может понадобиться участникам соревнований и их сопровождающим. Лечебница, аптекарский дом, горячие бассейны, лавки со снаряжением, одеждой и провизией, тренировочные площадки, кухни, дома помощников и организаторов… — Как видите, территория не очень большая. — Монотонно гудел Ян Цяо. — Но пришлось много что перестроить после беспорядков прошлых лет, и работы всё ещё идут. Поэтому в этот раз было принято решение сократить количество участников. Всего здесь будут размещены восемьдесят соревнующихся и сорок один сопровождающий. И около сотни тех, кто будут поддерживать порядок. Вот ваш дом. Дом как дом — квадрат охристых стен, за которыми видны несколько крыш. Ворота отворились, как только поясная подвеска Ян Цяо коснулась одной из створок. Мощёный двор, хвойные деревья в кадках. — В основном здании комнаты для проживания, приёма пищи и встреч. — Провожатый остановился и указал рукой вперёд. — Слева подсобные помещения. Справа крытые места для тренировок. Они защищены от разрушения, но я прошу не испытывать без нужды прочность защитных заклятий. За причинением намеренного ущерба последует наказание. Для упражнений с духовной силой советую выбирать общественные открытые площадки, мимо которых мы проходили. Остались ли у уважаемых заклинателей вопросы? Сестра-наставница Чжень поклонилась и, поблагодарив сопровождающего, спросила, как быстрее всего выйти в город. — А. — Ян Цяо потёр подбородок. — Прямо и направо до Синих Ворот, за ними направо до Красных Ворот. От них налево до большой площади с колонной Защитника Востока. А там уже на восток и на запад начинаются торговые ряды. А, вы же прибыли по воздуху… Тогда сразу после Синих Ворот можете подниматься, но будьте внимательны к тому, что под вами. Полёты над территориями участников и над площадками состязаний запрещены. Нарушители будут наказаны со всей строгостью, поэтому прошу воздержаться от пренебрежения правилами. Больше вопросов не было, и поэтому все с некоторым облегчением выдохнули, когда Ян Цяо скрылся из виду. — Сама любезность. — Отметил Ли Тайо. — А я-то рассчитывал, что нас встретит мой дорогой младший братец Леймин. — Штрафы и наказания: да, это именно то, о чём желают первым делом узнать те, кто проделали долгий путь. — С лица Ши Фуадая сползла улыбка, которую тот держал в присутствии провожатого. — Надеюсь, нам ещё удастся встретиться с более привычными видами любезности Нинкуана. Обстановка не была ни вычурной, ни скудной. Отдельные покои для каждого из Младших Мастеров, общие комнаты с ширмами для учеников. — Да, славно, что в прошлый раз-то мы без задержек отбыли. — Брат-наставник Ли заглянул через плечо Син Луана, стоявшего на пороге одной из комнат. — Как раз сразу после-то всё и началось. — Сразу после? — Показывать незнание не хотелось, но беседу следовало поддержать. — Ну да. — Ли Тайо просочился мимо своего брата-наставника с Вершины Ясного Глаза внутрь комнаты. — А неплохо тут. Так вот, нам повезло избежать заварушки. Школы Севера и школы Юга крепко сцепились. На севере, считай, сплошь боевые монахи, но толку-то с их каменной кожи, если из тех краёв небожителей — по пальцам одной руки пересчитать. А южные приятели всё больше ко власти и искусствам склонны, да и столица-то, опять же, хоть и сама себе часть света, а лежит ближе к югу. Среди них не так чтобы прям каждый первый бессмертный, зато на Небесах имён достаточно. А Праздник Двух Тысяч Огней — он хоть что-то, да значит для репутации севера. И тут — половина лидеров с юга, да ещё ладно, если бы поскромничали и просто награды забрали. Так нет, подделали пропуски, так как чары уже подвыдохлись, и закатили свой праздник. А что хотели? Вот и друзья с севера-то его не пропустили. Много чего было разрушено, и поэтому, думаю, в этом году едва ли половина участников наберётся. Тех-то, кто отношения тут выясняли, на восемь лет отстранили от участия, а у многих, кто рядом сидит, отношения родственные. Если И не приглашают, то и Эр не пойдёт. Понимаешь? Кстати, ты согласен? Что неплохо тут. — Понимаю. — От быстрой речи брата-наставника Ли у Син Луана начало жужжать в ушах. — И согласен, что неплохо. Если брат-наставник хочет, то может занять эти покои. — Я-то отказываться не буду, смотри. — Младший Мастер Вершины Милосердия обошёл комнату кругом и выглянул в окно. — Там ещё одна комната у лестницы есть. Ту, где окно на соседний сад, уже сестра Синьи заняла, но и оставшаяся неплохая. Подальше от учеников. Они-то все достойные, не на что жаловаться, да и шуметь вряд ли будут, но брат Луан-то предпочитает уединение, так? — Так. — Эхом повторил Син Луан. — Я, пожалуй, пойду и посмотрю, уединение какого рода обещается. Затем скажу Даяну, чтобы занёс мне вещи. — Даян — это же тот, который крупный? — Расположение Ли Тайо было липче свежего мёда. — Помню, ты его приводил к нам, только он почти на голову ниже был. Тебе не кажется, что с каждым годом они растут всё быстрее? Я бы проверил эту теорию. И кстати, об адептах-то: хочешь узнать, что с Ченлином? — Разумеется. — Син Луан внимательно посмотрел на собеседника. Тот расхохотался: — А вот и поймал! Хочешь узнать — пойдём в город. Выпьем, поедим, закупимся — пока ещё есть, что пить, есть и покупать. — Хорошо. — Сдался Син Луан. — Только сначала всё-таки посмотрю, где мне предлагается спать, и найду своего адепта. Не лишним будет и передать, чтобы ученики возвращались в дом не позднее часа Свиньи. — Передай и Синхуэ тоже. — Ли Тайо уже успел заглянуть во все ящики, что были в его комнате. — Хотя она-то вряд ли куда-нибудь соберётся. Она умница, тебе понравится.