Часть 9

У входа в отель Ян ждал, когда же Андрей решится войти во внутрь помещения, но Звонок стоял, будто прямо сейчас принимал важное решение. Прям не на жизнь, а насмерть. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Николенко, поняв, что его спутник находится в неком трансе. Пальцы сами собой полезли в карман чужих брюк, дабы найти там чужую ладонь. Однако та сама нашла её и гитарист переплел их пальцы в замок: — Я собираюсь в магазин, чай у нас есть, но вот сладкого к чаю нет. Без сладкого у нас совсем худой стол будет, а я люблю вкусненько поесть. Люблю пончики, — уже шёпотом сказал блондин, смеясь от того, что живот друга заурчал. — ты наверное голодный после концерта, мой сладкоежка? Но ты иди в номер и прими душ, концерт выдался жарким и вентиляторы не особо хорошо работали. Полежи, я как вернусь, то тебе наберу, придёшь? Гитарист смотрел флейтисту прямо в глаза, поправляя свой же шарфик на его шее, и укутывая любовника в него получше. — Да, разумеется! — словно солдатик, Ян встал по струнке. — Ждать будешь? — Тебя нет, а вот мои обещанные пончики — да. — и засмеялся. Ну хорошо, до скорого — на прощание Андрей оставил стылый поцелуй на щеке, развеивая позади себя шлейф мятных духов. На веселье наш герой шел к себе в номер, подпевал. Душа радовалась да цвела. Как в сопливых романах он был счастлив так легко, будто крылья выросли со спины. На ходу снимая верхнюю одежду, при этом аккуратно кладя шарф на спинку стула, Николенко прошел в ванную. Откисая от грязи, флейтист подумал, что для полного счастья не хватает уток, пенки и Андрея сбоку торчащего. Идиллия. В светлую головушку Болванчика закрались не самые светлые мысли. Подумать то, они уже вовсе не подростки, а что, если всё дойдет до более тесной близости!.. «Брось, Ян, Ну, разве Андрей станет хотеть этого, когда вы встречаетесь так коротко, Ну, вы пока что притираетесь друг дружке, всему своё время!» Решив что к ночной встречи нужно быть хоть каплю готовым Ян, принялся прихорашиватся у зеркала: попшикался туалетной водой, расчесал волосы и выбрал одежду. Лёг на кровать, включил телевизор и так бы и задремал, если бы не телефон, который завибрировал. Уведомление со звуком были включены только для одного человека. И не трудно догадаться, для кого. «Я тебя жду.» Короткое сообщение, казалось бы, но сколько же эмоций оно вызвало у нашего дорогого друга! Надев на себя джинсы, лёгкую, но слегка праздничную кофту, поменяв грязные носки на чистые, Николенко закрыл за собой двери в свой номер и направился в другой, который был совсем рядом, но и в тоже время так далеко. Место, где заканчивалась старая жизнь полная одиночества, и начиналась новая, иполная любви и заботы. Перерождение это бред? А как тогда объяснить то, что случилось с Яном за такой короткий промежуток времени? Благодарить нужно не господа Бога, а Андрея. Звонок стал для Яна своим божеством, таким, ради которого он выстроит алтарь, ведь не может обычный человек так хорошо лечить душевные раны. Ну не может одно лишь присутствие убивать всё несчастье голыми руками. Вот заветная дверь в новую жизнь, Ян тихонько в неё постучал. — Андрей Звонков, откройте двери пожалуйста. Яну открыли двери почти моментально. Андрей, с немного влажной головой и чисто пахнущий, видимо, тоже сходил помыться, впустил Яна себе в номер. Николенко прошел внутрь и оглядел номер. Комната не сильно отличалась той что была у него, разве что расположение мебели было слегка другое, да и чуть убраннее. — Так, ну, Янчик, присаживайся, не стой у порога. — слегка шутливо произнёс Звон, садясь вместе с улыбнувшимся флейттстом Ян чуть подвинулся, чтобы дать место приблизившимуся к нему Андрею. Звон наклонился чуть ближе к Яну, запустив пятерню ему в затылок и накрыл губы своими. Николенко так уже не удивлялся подобным действиям, даже сам иногда проявлял инициативу, но поцелуи Андрея всегда вызывали в нём трепет и совсем неземные ощущения. Ещё бы, тебя целует твоя Муза! Губы Звонка скользнули ниже, по челюсти, тем самым вынуждая Яна слегка сжать ткань его футболки и улыбнутся от переизбытка чувств. Флейтист словно вновь стал наивным петербуржским подростком, поддавшийся сладкому деянию, от которого так оберегают взрослые. Но сейчас он был далеко не подросток, и его целовал такой же взрослый мужчина, у которого была жена, двое детей... Этот факт часто ломал всю малину, надо будет обсудить эту тему с блондином. — Всё в порядке? Ты напрягся... — низким голосом спросил Андрей, целуя шею Яна. — Ммм... да, Андрюш, продолжай. Ян мгновенно отогнал мысли о семье Звонка, потому что, во-первых, сам Андрей продолжает это делать, любить его, а во-вторых, Яну было очень хорошо от всего этого, и тогда это значило, что все хорошо. Тем временем, Андрей стал очерчивать губами и целовать шею Яна чуть настойчивее, зарываясь пальцами в его волосы. Флейтист тихо постанывал, ощущая тёплую влажность губ и языка Андрея на своей шее. — Яник, тебе нравится?.. — Андрей поднялся чуть выше, шепча ему вопрос прямо в губы. Он чувствовал дрожь Яна, и эта дрожь передавалась ему. — Нравится... — также тихо ответил Ян, сам не понимая, зачем они перешёптываются. Они же в номере одни, может монстр под кроватью услышит? Андрей вдруг мягко подтолкнул его в плечо, опрокинув на спину в мягкий матрас. Затем, нависнув сверху, он продолжает свои ласки, отодвигая ворот кофты Яна, мягко кусает ключицы. Николенко резко втянул воздух от немного больного, но достаточно приятного ощущения. Но внезапно Звон подцепил пальцами чужой подол кофты и потянул вверх, явно намекая на оголение. — Можно? — спросил Андрей, не решившись без разрешения дальше действовать. Ян смог лишь кивнуть. Но и обычного кивка было весьма достаточно, чтобы на лице у Звонка появилась хитрая лисья ухмылка. Он потянул край кофты вверх, и флейтист ему инерционно помог снять злосчастный кусок ткани. Кофта полетела куда-то в сторону, Андрея не особо волновало, где они могли бы найти её на следующее утро. До Яна словно что-то начало доходить слабым мерцающим светом, тонким намёком. Но он всё равно отказывался верить в происходящее. Такое слишком немыслимо. — Андрей, ты серьёзно?.. Звонок мгновенно прислонил указательный палец к его губам. — Чшшш... не болтай так много. Серьёзнее некуда. Хоть и был только март, Яну было жарко как в разгар лета, хотя он лежал без футболки. А над ним нависал Звонок, который был ещё горячее во всех смыслах этого слова. Он провёл ладонью по телу флейтиста, вызывая по всей его коже дрожь. После бархатисто произнёс Янику на ухо: — Ты очень красивый, Янчик... особенно сейчас.. Флейтист лежал, совсем не зная, что ему делать. Ему было безумно приятно, охренительно, прекрасно, но что со всем этим делать, он вовсе не понимал. У него никогда не было серьезных отношений, а тем более когда отношения перетекали в такое. Нет, ну в подростковом возрасте он ,конечно, бегал за юбками, но дальше обнимок ничего не было! Интересно, а он с его женой так же?.. Андрей немного слез с Яна, поднявшись в вертикальное положение на колени, и потянулся пальцами к верхней пуговице своей рубашки, расстегнув её. Затем также расстегнул остальные, сняв её и закинув куда-то к кофте Яна. Николенко прикусил губу изнутри, рассматривая открывшийся перед ним вид. Он нерешительно протянул руку, чтобы кончиками пальцев коснуться тела объекта обожания. Ян периодически видел Звонка без верха, будь то старая фотография или же общая гримёрка, в которой как-никак но переодеваться придётся на вмду у всех. Он видел, но никогда не позволял себе прикоснуться. Даже если и очень хотелось.А сейчас это тело так близко и так желанно. Андрей на это действие ответил хитрой улыбкой, вновь припадая губами к его шее, легонько царапая нарощенными ногтями грудь Яна, чувствуя ответное тяжёлое тепло чужих рук на своей спине, пытающихся прижать ещё ближе к себе, теснее. У Яна перехватило дыхание, когда их обнажённые тела предельно сблизились. Дотошно мешали штаны, но Яник надеялся, что до них дело не дойдёт, потом что очень боялся. Но он хотел бы снять всё. слишком всё стало внезапно тесным и жарким, но он боялся. Андрей спустился дорожкой поцелуев чуть ниже, к ширинке, заставив Яна немного напрячься. Ему было тяжело поверить, что это происходит на данный момент. Увидев такое состояние флейтиста, Звонок вернулся чуть выше, и поцеловав его в уголок губ, мягко произнёс: — Всё хорошо, Яник, расслабься. Просто расслабься и ни о чём не думай... «Да как тут не думать, когда ты меня сейчас трахнешь!..» Под мягкой речью Звона, Ян всё же успокоился, но всё также краснел и смущался. Тот обратно скользнул к его ширинке, подцепив пуговицу ногтём. А затем наклонился, ловко расстегнув её зубами. У флейтиста перехватило дыхание и он шумно выдохнул. Андрею такая реакция очень понравилась. Он зацепил губами собачку и расстегнул молнию. Ян покраснел ещё чуть сильнее, понимая, что из этого следует дальше. Звон не медлил — он снял с Яна джинсы, и мгновенно припал губами к рельефной плоти сквозь ткань трусов, выбивая из него протяжный стон. Услышав его реакцию, Андрей довольно улыбнулся, накрывая своей ладонью пальцы флейтиста, которыми он вцепился в постель. Ян определённо догадывался раньше, что до этого всё таки дело дойдёт, ведь они не подростки, а взрослые люди, и в таких отношениях без физической близости всё же никуда. Правда, Болванчик не думал что этот момент настанет настолько скоро. Но он не представлял, как это вообще будет происходить и что нужно делать. Поэтому он просто доверился Андрею, и сделал, как он сказал: постарался расслабиться. Лёгким движением Звонок раздвинул ноги Яна чуть пошире, сняв с него нижнее бельё. Тот смутился и инстинктивно постарался прикрыться, но Андрей не дал этому случиться, и придержал его за бёдра. — Чшш, Ян, расслабься, — тихо произнёс Звон, прильнув губами к его внутренней стороне бедра, целуя, оставляя ярко-красные отметины. Ян хоть и старался расслабиться, но каждое действие Звонка заставляло его возбуждаться, напрягаться сильнее и тихо постанывать от переполняющих его странно приятных ощущений. Андрей, выцеловывая бёдра Яна, поцелуями приблизился ближе к паху, коснувшись губами основания. Флейтиста тут же словно прошибло током. Он по инерции положил ладонь на макушку Звонку, прикусил губу и посмотрел ему прямо в глаза. Он знал, что до этого всё может дойти, но не знал, что это будет настолько хорошо. Звонок ухмыльнулся и дразняще провёл кончиком языка от основания до головки, собирая с неё естественную смазку. Ян зажмурился, шумно выдыхая. К чему, но к такому он готов не был вовсе. Прошло всего лишь немного времени, когда они стали чуть ближе друг другу, чем друзья, а уже занимаются сексом. Но Ян сам уже вскоре начал отметать эти мысли. Какая разница, когда они включили в отношения физическую близость? Ему было хорошо. Андрею, скорее всего, тоже. Значит они всё правильно делают. Флейтист расслабился окончательно под мягкими ласками языка Звонка, запутываясь пальцами в его светлые волосы. Тот с ухмылкой взглянул Яну в глаза и взял член в рот, но лишь на половину, чтобы его друг и он сам могли привыкнуть. Николенко зажмурился, накрыв глаза локтём, и глухо простонал, чувствуя на себе влажность рта Андрея. Тот на это отреагировал непроизвольной улыбкой, и стал потихоньку двигаться, особо задерживаясь у головки, чтобы доставить Яну как можно больше удовольствия. Ян чувствовал, что он словно преодолел гравитацию, всё обычное и теперь где-то витает. Он думал, что даже если бы он этим занимался с кем-то другим, то никто не смог бы никогда доставить ему такого удовольствия, как Андрей. Он будто заранее узнал, где все самые чувствительные точки у Яна, насколько всё точно происходит. — Андрюша, бляять... — простонал флейтист, сжимая в руке пряди Звонка, когда тот взял глубже, жмурясь и подавляя рефлюкс. Ян хотел сказать что-то ещё, но не мог, а лишь хрипло стонал. Андрей мягко обхватил основание ствола рукой, старательно медленно скользя ртом и языком по всему члену, чувствуя лёгкое давление на голову. Он хотел доставить Яну максимальное удовольствие, и у него это очень даже получалось. — Ххн~ Андрей, ты меня так с ума блять сведë~ешь — протяжно застонал Николенко, слегка прогибаясь в спине. Андрею такая реакция безумно нравилась. Он стал стараться лучше: делал движения более влажными, скользкими, очерчивал языком каждую венку на стволе, заглатывал член глубже, чтобы Ян чувствовал, что это всë правда, что это реально. Звон чувствовал, что эрекция флейтиста становится твёрже, и естественный сок выделяется чаще. Поэтому он специально замедлился, дразня. И даже вынув орган изо рта, стал лишь ласкать языком снаружи, хитро улыбаясь. — Андрей... да ты издеваешься, — захрипел Ян, изнемогая от наплывшего возбуждения. Ему очень нравилась такая игра, но животная похоть хотела большего, а не престо едва уловимых ласок. Поэтому он чуть сильнее сжал его волосы, как знак того, что лучше бы продолжить то, что делал изначально. На удивление Яна, тот послушно вновь взял в рот. Николенко запрокинул голову, чувствуя, как разрядка совсем близко. — ссука ещё немного... Услышав это, Звон довольно улыбнулся и ускорился, но вовремя слегка отстранился, доводя флейтиста до оргазма руками. Ян протяжно застонал и чуть прогнулся, сжимая светлые пряди Андрея. Тот принял его семя себе в руки. После чуть отстранился и вытер их салфеткой, взирая с ухмылкой на опустошённого Яна. — Ты чего, Янчик? Как будто сутки на заводе отработал. — хмыкнул Андрей. — Это только середина всего дела. Не раскисай, дальше — лучше. Ян слабо улыбнулся и зажмурился, понимая, о чём идёт речь. Он одновременно хотел и боялся этого. А вдруг кто-то узнает, особенно жена Звонка? Живот немного скрутило. Звон вновь навис над флейтистом, неторопливо скользя рукой себе в задний карман джинс, выудил из него пакетик с презервативом, показывая его предвкушающе сглотнувшему Яну. — Это вот ты за этим ходил в "магазин" за "вкусненьким к чаю"? Не сказать, что он испугался. Он больше обрадовался. Ян редко мечтал о таком с Андреем, но подсознательно очень хотел. И вдруг это происходит взаправду, в реальности. Он взял двумя пальцами пакетик из рук гитариста, а тот чуть привстал, чтобы справиться со своим ремнём, штанами и нижним бельём. Ян заворожённо наблюдал за Андреем, крепко держа пальцами презерватив. Увидев полностью обнажённого Звонка, Ян шумно вдохнул, оглядывая его тело. Он смотрел так, будто хотел запомнить на всю жизнь, хотя что-то ему подсказывало, что такое зрелище он видит далеко не в последний раз. По крайней мере, он надеялся на это. Андрей вновь навис над Яном, устраиваясь у него между ног. Наклонился к краю кровати, чтобы взять с пола свой рюкзак и достать из него тюбик со смазкой. — Я тебя сначала растяну. Скажи, если будет больно. — заботливо произнёс Звонок и поцеловал флейтиста в нос, вызывая у того улыбку. — Поясницу приподними. Ян не понял, зачем это нужно, но последовал указаниям Андрея. Тот взял одну свободную подушку и подложил другу под поясницу. — Вот теперь опускай. Это чтобы удобнее было. И постарайся как можно больше расслабиться. Опустив таз, Николенко почувствовал, что даже при небольшом наклоне всё равно лежать даже намного мягче и комфортнее. Звон открыл крышку смазки и выдавил себе на пальцы достаточное количество субстанции на пальцы левой руки. После придвинулся чуть ближе и раздвинул ноги Яна пошире, одну закидывая себе на плечо, тем самым открывая его ещё больше. Он смазал колечко мышц и мягко начал проталкивать сначала один средний палец, давая Яну привыкнуть. Флейтист вцепился в одеяло, закусив губу. Андрей тщательно следил за его реакцией, скользя пальцем чуть глубже. на второй фаланге Ян чуть дёрнулся и тихо застонал. Звонок широко и довольно улыбнулся, понимая, что нашёл его эрогенную точку. Поэтому с каждым движением старался давить на неё, чтобы принести Яну больше удовольствия. — Всё хорошо? — спросил Андрей перед тем, как добавить второй палец. — Да... продолжай... — со стоном прошептал Николенко, чувствуя себя так хорошо, как не чувствовал себя никогда ранее. Услышав ответ, Звонок аккуратно ввёл второй палец, видя, что Ян слегка поморщился с непривычки, немного остановился, но после продолжил медленно растягивать его, стараясь при том стимулировать простату. Вскоре он ввёл третий палец, заботливо растягивая перед проникновением. Вскоре Андрей вытащил все три пальца из Яна, взял пакетик с презервативом, порвал и вынул контрацептив, натянув его на свой член. Потом вновь достал тюбик, открыл его и выдавил немного смазки себе на половой орган, рукой распределяя по стволу консистенцию. После навис над Яном и спросил: — Готов? Тот, сглотнув, кивнул. Звонок, увидев реакцию, аккуратно стал входить во флейтиста, стараясь не причинить дискомфорта. Ян запрокинул голову, застонав от новых и невероятно приятных ощущений. Андрей вошёл полностью, давая Яну привыкнуть, и только потом начал медленно двигаться, довольно ловя слухом каждый стон и томный выдох партнёра. Ян положил руки на плечи Звонку, притягивая ближе к себе, обнимая одновременно руками и ногами, сладко тихо стоная ему какие-то признания на ухо. Он был безмерно счастлив. Подумать, буквально неделю назад он всего лишь мечтал о Звонке, он всегда стоял очень рядом, но словно был очень далеко. А сейчас они занимаются любовью, переплетённые телами. И это так правильно и так хорошо. Андрей немного ускорил темп, но всё так ещё и был медлительным. Он покусывал Яна за мочку уха, целовал его губы, оглаживал тело, свободной рукой стимулируя его член. Ян извивался под Звонком, стонал его имя, крепче прижимал к себе. — Андрей... Андрюш... я... я тебя очень сильно... люблю... Андрюш... — зашептал флейтист, срываясь на стон и прижимая его ближе к себе, теснее. Звон сильно сжал зубы, едва разборчиво что-то прошептав. Эта фраза, всё же сорвавшаяся с уст Яна, ударила его по больному. Ему всё равно придётся выбирать между Яном и своей семьёй. В ответ Звонок ничего не сказал, а лишь просто затянул флейтиста в поцелуй и продолжил двигаться в нём. Он знал, что в какой-то момент Ян всё же скажет эту фразу. Спустя два часа, или час, или вовсе полчаса Андрей начал двигаться более интенсивно, зашептав Яну на ухо: — Янчик, я скоро... а ты?.. — Я тоже... — ответил Ян, постанывая. Звон стал целовать шею флейтиста, кусая. Он чуть ли не вбивал Яна в кровать, выжимая из него уже чуть более громкие стоны, что говорило о том, что оба на грани. Андрей немного сильнее сжал член Яна в руке, продолжая стимулировать его. Флейтист, до ужаса развратно застонав и прогнувшись в пояснице, кончил. следом и за ним Андрей, томно выдыхая. Звон не спешил отстраняться, а просто устало лежал на Яне, и только спустя минуту аккуратно вышел из него, снимая с себя презерватив, завязывая его и метко кидая в мусорку у двери. Потом вновь изнеможжённо повалился на друга. — Андрюш... это было.. прекрасно... — тяжело дыша выдавил из себя Ян, поглаживая Звонка по спине. Он сам устал не меньше. — Я очень рад, что тебе понравилось. И мне тоже. — ответил Андрей, приглаживая взмокшие растрёпанные волосы счастливого флейтиста. Звон перекатился с Яна на кровать, укутывая себя и его мягким одеялом, прижимая его ближе к себе и собственнически закидывая свою ногу поверх его бедра. — Спокойной ночи, — уже на грани сна пробормотал флейтист, ощущая стылый поцелуй на лбу. — Спокойной, пончик.