Глава 2. [Некто] печатает...

Лондон, Министерство Магии. Вторник, 21:30. Гарри ненавидел приёмы. Ненавидел душные залы, набитые волшебниками, которые улыбались ему в лицо, а за спиной шептались о том, «как он постарел», «как осунулся» и «правда ли, что он так и не женился». Ненавидел французское шампанское, которое подавали в таких количествах, будто пытались споить всю магическую Британию за один вечер. Ненавидел необходимость стоять в двух шагах от Министра Эйвери и делать вид, что ему есть дело до разговоров о квотах на импорт лунного камня. Но больше всего он ненавидел то, что «Некто» оказался прав. Красный галстук с золотым шитьём действительно смотрелся… вызывающе. Гарри поймал себя на том, что разглядывает отражение в витрине посольства и думает: «А как бы выглядел изумрудный?» Он тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли. — Мистер Поттер. Голос Министра прозвучал прямо над ухом. Гарри вздрогнул. — Вы сегодня рассеянны, — заметил Эйвери, останавливаясь рядом. Сегодня на нём был костюм глубокого синего цвета с серебряной отделкой — более сдержанный, чем вчерашний изумрудный, но от этого не менее элегантный. Волосы всё так же безупречны, осанка всё так же королевская. И этот запах — что-то древесное, с нотками бергамота и… пергамента? Гарри заставил себя сосредоточиться. — Я на работе, Министр. Я должен быть рассеянным — это называется «наблюдение за периметром». Эйвери усмехнулся уголком губ. — Разумеется. И как, много врагов заметили среди французских дипломатов? — Пока только скуку смертную. Эйвери тихо рассмеялся. Звук был неожиданно тёплым, человеческим. Гарри поймал себя на том, что хочет услышать его снова, и тут же разозлился на себя за это. — Я вас понимаю, — сказал Министр, беря с подноса проходящего мимо эльфа бокал шампанского. — Французы умеют делать вино, но совершенно не умеют вести переговоры. Три часа о погоде и о том, как прекрасна мадам де Лион в новом платье. — Он сделал глоток, не сводя глаз с Гарри. — Кстати, о платьях. Галстук вы не сменили. Гарри замер. — Прошу прощения? — Вчера. В чате. — Эйвери говорил тихо, почти интимно, хотя вокруг них сновали десятки гостей. — Некто посоветовал вам изумрудный. А вы всё ещё в красном. Кровь отлила от лица Гарри. — Откуда вы… — О, расслабьтесь, мистер Поттер. — Эйвери отпил ещё шампанского. — Я не читаю ваши личные сообщения. Просто у меня хороший вкус, и я заметил, что красный вам не идёт. Совпадение. Он улыбнулся — широко, открыто, сверкнув безупречными зубами. И впервые Гарри подумал, что, возможно, новый Министр не так уж плох. Просто… странный. И пугающе проницательный. — Я учту ваше мнение, Министр, — сухо сказал Гарри. — Непременно учтите. — Эйвери кивнул и отошёл к французскому послу, оставив Гарри стоять с колотящимся сердцем и полной уверенностью, что этот человек знает гораздо больше, чем говорит.

***

В свою квартиру Гарри вернулся ближе к полуночи. Скинул мантию. Стянул проклятый красный галстук и швырнул его в угол. Налил огневиски — на два пальца, не больше, завтра рано вставать. Сел в кресло у камина. Зеркальце лежало на столе. Гарри смотрел на него минуту. Две. Пять. «Я должен доложить, — думал он. — Это вопрос безопасности. Кто-то взломал архивный канал Министерства. Кто-то знает, где я был, что я делал, какой на мне был галстук. Это может быть опасно. Это может быть ловушка. Это может быть…» Он взял зеркальце. Провёл пальцем по краю. Чат «Ордена Феникса» мигал новым сообщением. Отправлено в 23:14. «Некто»: «Вы вернулись домой поздно. Понравился приём? Судя по тому, как вы смотрели на часы каждые десять минут, — не очень». Гарри почувствовал, как по губам расползается улыбка. Глупая, совершенно неуместная улыбка. Гарри Поттер: «Вы следите за мной?» Ответ пришёл через несколько секунд. И снова — этот голос. Мерлин, этот голос. Он звучал в голове Гарри так, будто собеседник сидел в соседнем кресле, положив ногу на ногу и лениво помешивая виски в стакане. «Некто»: «Следить — такое грубое слово. Я бы сказал — наблюдаю. Издалека. Исключительно из эстетического интереса. Вы сегодня хмурились тридцать семь раз. Я считал». Гарри рассмеялся. Вслух. В пустой комнате. Гарри Поттер: «У вас слишком много свободного времени». «Некто»: «У меня ровно столько времени, сколько я решаю себе выделить. И сегодня я решил выделить его вам. Расскажите, что вас так разозлило на приёме. Кроме галстука, разумеется». Гарри откинулся в кресле. Пальцы зависли над зеркальцем. Он знал, что это неправильно. Знал, что не должен вступать в личные разговоры с неизвестным взломщиком. Но что-то в этом голосе, в этих словах, в этой лёгкой, насмешливой интонации заставляло его забыть о правилах. Гарри Поттер: «Меня разозлило, что Министр упомянул галстук. Дословно процитировал ваше вчерашнее сообщение. Это совпадение?» Пауза. Длиннее обычного. «Некто»: «А вы как думаете, Гарри?» Гарри Поттер: «Я думаю, что вы либо работаете на него, либо вы — это он. И оба варианта мне не нравятся». И снова — голос. На этот раз с отчётливой улыбкой. «Некто»: «Льщу себе надеждой, что я гораздо интереснее, чем «работаю на него». Но если вы хотите знать правду — спросите прямо. Только готовы ли вы к ответу?» Гарри замер. Сердце стучало где-то в горле. Он понимал, что «Некто» играет с ним, ведёт его куда-то, куда Гарри, возможно, не захочет идти. Но остановиться уже не мог. Гарри Поттер: «Кто вы?» Долгая пауза. Зеркальце светилось серебром, и Гарри казалось, что он слышит дыхание собеседника — ровное, спокойное, чуть замедленное. «Некто»: «Я тот, кто видит вас настоящего, Гарри. Не Мальчика-Который-Выжил. Не Главного Аврора. Не героя газетных передовиц. Я вижу человека, который устал притворяться, что ему всё ещё интересно спасать мир. Человека, который хочет, чтобы кто-то смотрел на него не с обожанием или завистью, а с… любопытством. Я тот, кому вы интересны. Просто вы. Без титулов». Гарри перечитал сообщение трижды. В груди что-то сжалось — не больно, скорее, непривычно. Давно ему никто не говорил ничего подобного. Давно он не чувствовал, что его видят. Гарри Поттер: «Это не ответ». «Некто»: «Это единственный ответ, который я могу вам дать. Пока что. Но обещаю: когда придёт время, вы узнаете. И, возможно, даже не захотите меня убить. Хотя я бы на вашем месте не был так уверен». Гарри усмехнулся. Гарри Поттер: «Звучит угрожающе». «Некто»: «Звучит честно. Я не люблю лгать вам, Гарри. Это… утомительно». Они замолчали. Гарри смотрел на экран, чувствуя странное тепло в груди. Ему хотелось продолжать этот разговор. Хотелось узнать, кто скрывается за ником «Некто». Хотелось услышать этот голос снова — не в голове, а в реальности. Гарри Поттер: «Почему вы выбрали именно этот чат? «Орден Феникса». Это же… это было важно. Для многих из нас». «Некто»: «Потому что это единственное место, где вы настоящий. Вы не заметили? Здесь вы не Главный Аврор. Здесь вы — Гарри. Тот самый мальчик, который писал сюда в семнадцать лет, боясь, что не вернётся с задания. Я читал архивы. Вы были… трогательны». Гарри почувствовал, как краска приливает к щекам. Гарри Поттер: «Вы читали мои старые сообщения?!» «Некто»: «Разумеется. Как я мог удержаться? Вы писали Тонкс, что боитесь умереть, так и не поцеловав Джинни Уизли по-настоящему. Это было очаровательно. И, кстати, вы так и не рассказали — поцеловали?» Гарри фыркнул. Гарри Поттер: «Это не ваше дело». «Некто»: «Значит, поцеловали. Но что-то пошло не так. Поэтому вы сейчас один, пьёте огневиски в пустой квартире и переписываетесь с загадочным незнакомцем. Я прав?» Гарри сделал глоток. Обжёг горло. Выдохнул. Гарри Поттер: «Вы невыносимы». «Некто»: «Я знаю. Но вы всё ещё здесь. Значит, вам нравится». И снова — эта интонация. Мягкая, обволакивающая, с лёгкой хрипотцой. Гарри закрыл глаза, позволяя голосу «Некто» звучать в голове. Он представлял собеседника: высокий, темноволосый, с острыми чертами лица и умными, насмешливыми глазами. Красивый. Почему-то Гарри был уверен, что «Некто» красив. Гарри Поттер: «Расскажите что-нибудь о себе. Хоть что-то». «Некто»: «Что вы хотите знать?» Гарри Поттер: «Сколько вам лет? Как вы выглядите? Почему вы вообще начали со мной говорить?» Долгая пауза. Гарри уже решил, что собеседник ушёл, когда зеркальце снова засветилось. «Некто»: «Мне столько же, сколько вам. Плюс-минус пара месяцев. Я выгляжу… хорошо. Мне так говорили. А начал я с вами говорить, потому что увидел вас на собрании и подумал: «Вот человек, которому так же скучно жить, как и мне». И я оказался прав». Гарри улыбнулся. Гарри Поттер: «Вы были на собрании? Значит, вы работаете в Министерстве». «Некто»: «Я этого не говорил». Гарри Поттер: «Вы сказали, что видели меня на собрании». «Некто»: «Я много чего говорю, Гарри. Не всё из этого стоит воспринимать буквально». Гарри закатил глаза. Гарри Поттер: «Вы несносны». «Некто»: «Вы это уже говорили. Придумайте что-нибудь новое». Гарри Поттер: «Вы… вы… у вас приятный голос. Довольны?» Пауза. А потом — смех. Тихий, бархатный, прокатившийся по сознанию Гарри тёплой волной. «Некто»: «Очень доволен. Спасибо, Гарри. Ваш голос мне тоже нравится. Особенно когда вы злитесь. В нём появляется хрипотца. Это… интригует». Гарри почувствовал, как горят щёки. Гарри Поттер: «Я не злюсь». «Некто»: «Конечно, нет. Вы просто пьёте огневиски в час ночи и краснеете, читая мои сообщения». Гарри Поттер: «Я не краснею!» «Некто»: «Краснеете. Я чувствую. Помните? Магия чата передаёт не только голос, но и… эмоции. Тепло. Вы сейчас тёплый, Гарри. Очень тёплый». Гарри резко выдохнул. Он не знал, как реагировать. Это было слишком интимно, слишком близко, слишком… волнующе. Гарри Поттер: «Мне пора спать». «Некто»: «Уже? А я думал, мы дойдём до обсуждения вашего детства и тайных страхов». Гарри Поттер: «В другой раз». «Некто»: «Обещаете?» Гарри закусил губу. Гарри Поттер: «Обещаю». «Некто»: «Тогда спокойной ночи, Гарри. И, пожалуйста, завтра наденьте что-нибудь изумрудное. Хотя бы запонки. Сделайте мне приятно». Гарри Поттер: «Может быть». «Некто»: «Я запомню это «может быть». Сладких снов». «Некто» покинул чат. Гарри отложил зеркальце. В комнате стало тихо, но в голове всё ещё звучал этот голос — мягкий, насмешливый, невероятно притягательный. Он поднялся, подошёл к шкафу и открыл ящик с аксессуарами. Достал коробочку с запонками — подарок Гермионы на прошлое Рождество, который он ни разу не надевал. Изумрудные. Гарри посмотрел на них, покачал головой и сунул в карман мантии на завтра. — Ты идиот, Поттер, — сказал он своему отражению в тёмном окне. — Полный идиот. Отражение ничего не ответило. Но, кажется, улыбнулось.

***

Продолжение следует…