Никому не скажу

Когда до родов остался приблизительно месяц, Шэнь Вэньлан полностью перешёл на домашнюю работу. Он работал усердно и много, как и раньше, но теперь — не отрываясь от дома. Гао Ту уже с трудом передвигался, быстро уставал и много спал. Леле, хоть и был спокойным ребёнком, иногда напоминал о своём присутствии: толкался, ворочался, давал о себе знать. Вэньлан сидел за ноутбуком, когда почувствовал, как тёплые ладони легли на его плечи. Пальцы начали массировать затекшие мышцы. Он прикрыл глаза на секунду. — Знаешь… тебе необязательно работать из дома, — тихо сказал Гао Ту. — Я не беспомощный. — Я знаю, — Вэньлан повернулся к нему на стуле. — Но я делаю это для своего спокойствия. И твоей безопасности. Гао Ту хотел возразить, но промолчал. Вместо этого он поморщился — едва заметно, но Вэньлан заметил. Альфа подорвался с кресла. — Что? Где болит? Воды? Присесть? Не началось же? — Не паникуй, — Гао Ту взял его за руку и приложил к животу. Альфа помог ему присесть на диван, опустившись рядом. — Просто толчок. Леле напоминает о себе. Вэньлан с облегчением выдохнул. И замер, чувствуя под ладонью лёгкое движение. Их ребенок, кроха совсем, внутри, в ожидании родов. — Леле, — прошептал он, поглаживая живот. — Не пугай так родителей. Он замолчал и провёл пальцем по округлившемуся животу, словно пытаясь запомнить каждое движение. — Это так странно, — сказал он тихо. — У меня будет ребёнок. Надеюсь, маленький Гао Ту. — Гены альф S-класса посильнее, — улыбнулся Гао Ту, укладывая голову ему на плечо. — Так что это будет твоя копия. Упрямая, гордая и невыносимая. — И прекрасная, – добавил Вэньлан. –Ты не можешь этого отрицать. Гао Ту замер, а его сердце пропустило удар. Он не ответил — просто сжал руку Вэньлана крепче. Уши слегка заалели – его альфа действительно очень красивый. — Я даже в самых смелых мечтах не думал, что у меня будет всё это, — прошептал он. — Ты… Леле… Дом. — Я упустил так много времени, — Вэньлан погладил его по волосам, выпуская успокаивающие феромоны. — Из-за своей слепоты и глупости. Но теперь я здесь. Я никуда не уйду. Гао Ту не ответил. Он уже засыпал. Вэньлан смотрел на него, чувствуя, как подрагивают его ресницы, как спокойно и ровно дышит омега, прижавшийся к его плечу. Он не шевелился, боясь его разбудить.

***

В конце концов, переживающий альфа не выдержал. После долгих споров он заставил Гао Ту лечь в больницу за пару недель до родов. «Так спокойнее», — сказал он. И сам в это верил. Вечером, когда он уже выключил рабочий компьютер, телефон зазвонил. Он посмотрел на экран — звонили из больницы. Внутри всё оборвалось. У Гао Ту начались роды. Шэнь Вэньлан не помнил, как добрался до больницы. Он помнил только бесконечный коридор, запах антисептика и своë собственное сердце, бьющееся где-то в горле. Он раз за разом мерял шагами коридор. Смотрел то на дверь, то на часы, то на свои дрожащие руки. Он уже не раз переживал, что поседеет от стресса. И каждый раз это было связано с Гао Ту. Из-за двери донёсся тонкий громкий плач. Вэньлан замер, а его сердце остановилось на секунду. А затем забилось ещё чаще, чем до этого. Акушерка вышла с улыбкой на губах: «С омегой всё хорошо, и ребёнок здоров». Вэньлан выдохнул и только сейчас почувствовал, как, оказывается, был вымотан переживаниями. Ему сказали, что он сможет увидеть Гао Ту и ребёнка только через три часа. Предложили поехать домой и отдохнуть. Но он отказался и ждал в коридоре, считая минуты в нетерпении.

***

Медсестра впустила его через три часа. В руках у неё был крошечный свёрток. Бледный и уставший Гао Ту лежал в постели и улыбался. — Первое кормление, — тихо сказала медсестра и показала, как лучше лечь, чтобы не потревожить шов. Вэньлан сидел рядом и смотрел. Он хотел помочь, но боялся прикоснуться. Гао Ту взял сына сам. Тихо зашипел от боли, когда поднимал руки, но не отдал, крепко прижав к груди. Малыш прильнул к нему — сначала неуверенно, потом жадно. Гао Ту выдохнул и не смог сдержать слез счастья, собравшихся в уголках глаз. — Я люблю тебя, — прошептал он, глядя на Леле. — Я так долго тебя ждал, радость моя. Вэньлан смотрел на них. Видел, как Леле сосёт молоко, как покраснел Гао Ту от усилия, как его руки дрожат, но держат ребёнка крепко. Он хотел помочь, но боялся — а вдруг сделает не так? Вдруг уронит? — Ты как? — спросил он тихо. — Я могу помочь? Гао Ту поднял глаза и заметил, как дрожат губы альфы. — А-Лан, ты чего? Шэнь Вэньлан не ответил. Слёзы текли сами по себе. — Я просто… — он вытер глаза. — Так рад. — Я вижу, — Гао Ту улыбнулся. И взял его за руку. – Никому не говори, – буркнул тихо Шэнь Вэньлан, переплетая с ним пальцы. – Обещаю. Никому не скажу.