Часть 11

У Ильи все хорошо, он ведет привычную жизнь Розанова: жесткий хоккей, алкоголь, не обязывающий ни к чему секс. В основном с женщинами, но иногда и с мужчинами. У Ильи с частичной амнезией уже нет проблем со своей бисексуальностью. «Монреаль» и «Бостон» выходят в плей офф. Соперничество двух непримиримых соперников Шейна Холландера и Ильи Розанова продолжается. СМИ словно срываются с цепи: везде фотографии Розанова: в клубах, в аэропортах, в желтой прессе и соцсетях Холландер мелькает лишь однажды, когда выходит из ресторана в Нью-Йорке с Роуз Лэндри, что заставляет фанатов обоих предполагать, что они снова вместе. Шейн стоит на родной арене, однажды под этими сводами будет висеть джерси с его именем, сегодня он завоюет третий кубок Стэнли. Перед вбрасыванием он не смотрит на Розанова, но чувствует на себе его взгляд. Розанов выигрывает, Холландер несется за ним, игра как никогда до этого становится жесткой и контактной, они впечатывают друг друга в борты, порой кажется, что они физически готовы друг друга уничтожить. Арена кричит, Пайк пытается ввязаться в драку с Розановым, обоих отправляют на скамейку. В это время Холландер забивает первую шайбу. Во втором периоде Розанов и Пайк опять сбрасывают перчатки и начинают бить друг друга, у Пайка рассечена губа, у Розанова- бровь, их снова удаляют. Матч заканчивается в пользу Монреаля. Шейн счастлив, к нему подъезжает Розанов: «Поздравляю, если бы не чертов Пайк, мы бы победили». «И не мечтай». «Ты заблокировал меня? Я тебе писал» «Пошел ты, Розанов!» После победы «Метрос» идут в ночной клуб, Шейн решает расслабиться, берет пиво, просит на баре пакет льда для Хейдена. «Зачем ты ввязался в драку с Розановым?» «Я думал, он тебя покалечит». «Поэтому ты решил, что будет лучше, если он покалечит тебя?» Шейн думает о том, что он не заслуживает такого друга как Хейден. «Что дальше?», — спрашивает Хейден. «Четвертый Кубок Стэнли», — Шейн делает вид, что не понимает вопроса. «Приходи к нам на выходных, Джеки приготовит твою любимую запеканку без ничего». «Если вы обещаете, что там не будет ни одного одинокого гея, кроме меня». «Джеки расстроится».

***

Летом Илья возвращается в Россию, ухаживает за больным отцом, переводит деньги брату. Теперь, когда Григорий Розанов практически исчез из своей телесной оболочки, Илья уже не чувствует перед отцом ни страха, ни стыда, ни нервозности. Впервые отец не встречает его упреками за проигранный сезон, впервые Илье не нужно оправдываться. С парой школьных друзей он ходит по барам и ночным клубам, но очень быстро Москва ему надоедает. Он понимает, что уже давно перестал чувствовать себя здесь как дома — может быть с тех пор, как уехал отсюда в 17 лет. Эти старые уставшие дворы уже не помнят стук его шагов, каток, на который его впервые привела мама, давно снесли, его места в этом городе исчезают, как предрассветный сон. Что стало ему домом? Бостон? Катки по всей Америке и Канаде? Самолеты, в которых он спит, смотрит фильмы, аэропорты, такие похожие друг на друга, что иногда он уже не понимает откуда и куда он летит? Однажды Илья услышал фразу, что дом — это не место, а люди. Он всегда, еще со смерти матери знал, что отец и брат — не его дом. Он смотрит на отца и брата и задается вопросом, любили ли они когда-нибудь. Он уверен, что отец никогда не любил ни одну из своих жен, а Андрей точно любит кокаин больше, чем жену и дочь. Тогда значит, что его дом — это его команда, священное братство мужчин на коньках с клюшками — как в шутку он их называл. Илья думает о том, что будет, если убрать хоккей из его жизни, что останется от него самого? Коллекция спортивных машин, внушительный список сексуальных побед, приличный банковский счет. Он думает о женщинах и мужчинах, которые были в его жизни — приятные, ни к чему не обязывающие отношения на одну или пару ночей, без привкуса неловкости или горечи. Он умел не задерживаться, он умел избегать отношений, потому что всегда считал, что это ему не нужно. Он еще молод, позже у него будет все: он встретит прекрасную девушку, они будут встречаться, она будет носить его джерси во время матчей, потом они поженятся, у них будет несколько детей и лабрадор. Но почему за все это время его никто не зацепил, почему никто не вызвал желания остановиться, желание узнать больше, глубже. Он пытается нащупать ту часть Ильи, которую он не помнил, которая по всей видимости выбрала Шейна Холландера в качестве долговременного сексуального партнера. Илья забивает в гугл их имена, видит одну из первых пресс-конференций, на которой они вместе, чувствует неловкость от своего ужасного, почти нулевого английского и с удивлением замечает как Холландер деликатно отвечает за него на те вопросы, которые он не может понять. Это между ними началось уже тогда? Илья хочет позвонить Холландеру, спросить, но он знает, что канадец заблокировал его — сообщения не доходили до него. И тогда Илья покупает новую сим-карту и решает написать Холландеру. Он долго набирает текст, стирает, набирает заново, чувствует себя сапером, который при любом неправильном движении может подорваться на мине. Какого хрена Холландер такой обидчивый? Илья, какого хера ты выбрал этого унылого канадца, неужели в Бостоне не нашлось нормальных парней? Даже старпер Скотт Хантер был бы лучше.