Часть 21

Они долго целуются, перебираются на диван, стягивают друг с друга футболки. Шейн чувствует, как внизу живота нарастает желание, он отстраняется, проводит пальцами по груди Троя: «Я не уверен, что нам нужно сегодня заходить дальше». «Мы можем просто смотреть фильм, обниматься и целоваться», — шепчет Трой. Шейн достает сотовый и ищет список фильмов, которые для него составила Роуз: «Я не смотрел еще «Фонтан» и «Вечное сияние чистого разума». «Если «Фонтан» Даррена Аронофски, то я его уже видел. Давай посмотрим «Вечное сияние», тут еще каст такой крутой: Джим Керри, Кейт Уинслет, должно быть весело». Спустя полтора часа оба сидят в слезах вместо того, чтобы продолжать целоваться и обниматься. «Я хотел стереть себе память, чтобы не помнить и быть прежним», — признается Баррет. Шейн гуглит всё о фильме и находит строчки из поэмы Поупа, которые дали название ленте: How happy is the blameless vestal's lot! The world forgetting, by the world forgot. Eternal sunshine of the spotless mind! Each pray'r accepted, and each wish resign'd. Шейн думает о том, как много воспоминаний он вытравливал день за днем из своей души. И как долго он учится жить без Ильи. «Мы оба с тобой сломаны другими людьми, но мы же можем исцелить друг друга?», — спрашивает Трой. Шейн целует его в губы долгим поцелуем, он хочет верить, что да. Здесь, в Бостоне, он позволит себе вспомнить всё и идти дальше. Он не даст прошлому постоянно крутиться в его голове, но и отрицать его больше не будет. Эти отношения сделали его тем, кто он есть, он осознал свою ориентацию и он понял, что способен любить. «Мы, конечно, поработали над боевым настроем перед игрой», — пытается шутить Шейн, закрывая дверь за Троем.

***

На следующий день Шейн просыпается в немного меланхоличном настроении. Но на тренировке он постепенно втягивается в ритм. Трой выглядит притихшим. Они выходят на лед, Шейн видит, что вдалеке в одиночестве разминается Розанов и неожиданно даже для себя подъезжает к нему. «Привет, Илья. Я хотел тебе сказать спасибо за все, что у нас было. Тебе и особенно тому Илье, которого я помню до твоей травмы». Шейн уезжает до того, как изумленный Розанов успевает найти что ответить. Потом, спустя время, он будет шутить, что именно из-за этих слов Холландера «Бостон» и проиграл тот матч. И что язык Холландера это отдельное новое смертельное оружие «Кентавров». Но, возможно, что на Илью повлиял и Трой Баррет. Не только его отличная и собранная игра, но и то, что Илья ловил кожей, то, что другие не могли почувствовать: взгляд Троя на Холландера, улыбка, положение тела. Конечно, Баррет лучше Ильи, он канадец, у них с Шейном как его… этот общий культурный бэкграунд, Холландеры наверняка будут счастливы такому зятю. Когда Розанов и Холландер склоняются перед вбрасыванием, Илья выплевывает: «Баррет полностью тебя удовлетворяет?» Из-за злости Илья начинает играть жестче, совершает больше ошибок, его штрафуют, с одной стороны он рад, что его убирают со льда. Он сидит на скамейке и внимательно наблюдает за Холландером и Барретом. Потом в соцсетях станут вирусными видео того, как Розанов в остервенением наблюдает за льдом, люди будут называть это взглядом русского убийцы. Через пару дней Илья ужинает со Светланой, она спрашивает, что происходит, что такого сказал ему Холландер на разминке. Илья вдруг думает, что ему стоит рассказать всю правду хоть одному человеку — у Шейна о нем знал Пайк, так что теперь счет будет 1:1. «Помнишь Джейн? Это Шейн Холландер». В руке Светланы вилка (спасибо, что не нож), она взмахивает ей, и кусок пасты летит на соседний столик. Она быстро вскакивает и приносит извинения пожилой паре, сидящей там. «Я хочу убить тебя, — шипит на она Илью. — Но сперва ты мне расскажешь всё». Они сидят в ресторане еще час, Светлана внимательно слушает, выпивает еще три бокала вина. Илья описывает все скупо, но его подруга, так любящая хоккей, видит за словами суть. «Какой же ты идиот», — выдыхает она. «Почему?» «Ты встретил человека, которого полюбил, и придумываешь кучу причин, чтобы не быть с ним. Почему ты с ним расстался? Ты же все равно собирался получать американское гражданство. И ничто не помешало бы тебе совершить каминг аут». «Я не уверен, что собираюсь это делать, я не хочу, чтобы меня выгнали из «Бостона». «Бостон» — не гомофобный «Монреаль», да и с твоим характером кто тебя посмеет выгнать? То есть ты сейчас даже не пытаешься спорить со мной, что ты любишь Шейна Холландера?» «Я не люблю его. Мне нравится с ним трахаться». «То есть, мы час говорим о человеке, с которым тебе нравится просто трахаться? Как ты с такими умственными навыками вообще стал капитаном команды?» «Если бы я только мог вспомнить…» «Тебе не нужно ничего вспоминать, чтобы признаться себе в том, что ты влип. Я никогда не видела тебя таким, а я знаю тебя с детства. И тот Илья до травмы точно уже любил Холландера, я же помню твое лицо, когда ты переписывался с ним». Еще через час Светлана советует Илье на коленях ползти к Холландеру и вымаливать прощение.

***

Если спросить Хейдена Пайка, кого он больше всего не любит в лиге, он, конечно же, ответит, что Илью Розанова. В первую очередь Розанов разбил сердце его лучшего друга, во вторую — развалил «Монреаль». После игры «Вояджерс» и «Бостона», которая завершилась не в пользу Монреаля, Пайк с удивлением на выходе из арены встречает Розанова. Все его сокомандники уже погрузились в автобус и уехали, и у Пайка появляются нехорошие предчувствия. «Привет, Пайк!» «Привет, Розанов» «Мне нужен адрес Холландера в Оттаве, мне необходимо с ним срочно поговорить». «Ты же можешь ему позвонить». «Он заблокировал меня». «Тем более ничем не могу помочь». «Пайк, послушай, это очень важно, для меня и для него тоже». «Ты хочешь стоять под балконом его дома с магнитофоном как Ллойд Доблер?» «Кто это?» «Забудь. Я не могу дать тебе его адрес. Я видел как он собирал себя по частям весь этот год, хватит его мучить».

***

Илья в отчаянии, в расписании нет скорых игр с «Кентаврами». Он бесится, что при таком уровне технологий он тупо не может связаться с Шейном. Илья говорит себе, что он должен именно увидеть Шейна, схватить, поцеловать и не отпускать, пока тот не капитулирует. В переписке Шейн будет ускользать от него, прикрываться выверенными фразами. Илья вспоминает, что Шейн рассказывал, что когда-то давно он, Илья, организовал для них совместную фотосессию и закончилась она первым поцелуем и минетом. Он связывается со своим менеджером, просит узнать, какие рекламные, благотворительные мероприятия запланированы и на каких будет присутствовать Холландер. На следующий день агент сообщает, что через неделю в Нью-Йорке пройдет благотворительный вечер и Холландер там будет. Илья спрашивает, как можно получить билет. Агент заметно нервничает, давая понять, что ее смущает эта просьба. Илья клянется, что не будет убивать Шейна Холландера. Или наносить ему какой-либо физический ущерб. Про моральный он решил тактично умолчать. Илья отпрашивается у тренера, сославшись на личные обстоятельства и летит в Нью-Йорк. Он надевает свой лучший костюм, зачесывает непокорные кудри и спрашивает себя, что он будет делать, если Шейн придет под ручку с Троем Барретом. Или если Шейн запаникует и убежит. Илья сразу же замечает Холландера, он стоит с напитком в руке, рядом с ним Юна Холландер. Черт, об этом Илья не подумал. Но мама лучше, чем Трой. Он решает идти напролом, подходит и говорит: «Добрый вечер, миссис Холландер, привет, Шейн». И обоих одинаково шокированные лица и Илья отмечает, как же сильно сын похож на мать. «Разрешите представиться, миссис Холландер, Илья Розанов». Юна коротко приветствует его. Шейна хватает только на кивок. «Шейн, если ты не против, я хотел бы посоветоваться с тобой насчет одного вопроса, связанного с публичным каминг аутом, мне нужно спросить для друга. Не мог бы ты мне уделить несколько минут? Простите миссис Холландер, что краду вашего сына». Шейн кивает. Илью бы устроило, если бы он кивал так весь день и не спорил. «Что ты здесь делаешь?», — шипит Шейн, когда Илья уводит его за собой. Они заходят в лифт и Розанов нажимает на последний этаж.