Глава 4 “Раздумья и споры о последствиях”

Натужный скрип металла эхом разносился по тоннелю. Маккензи всем весом навалился на монтировку, воткнутую в щель между дверцей шкафа и стенкой. Ржавое железо поддавалось неохотно. Наконец спустя еще одно усилие послышался треск и дверца распахнулась. Пилот выдохнул, лицо горело от натуги, а спина под теплой одеждой вспотела. Отложив орудие взлома, мужчина начал обшаривать пыльные полки. После небольшой передышки они решили осмотреть закуток дальше по коридору, на предмет чего-то полезного. И сейчас каждый обыскивал свою зону ответственности. На верхней полке под рукой что-то звякнуло откатившись к стенке. Вытащив ворох старых газет и сунув руку почти по локоть Маккензи достал кое-что любопытное. На ладони лежало три револьверных патрона. Вот это удачная находка. — Хэй, Мэтис.. — пилот сжал патроны в руке и обернулся в сторону где его соулмейт осматривал содержимое жестяных контейнеров. Мэтис без особых пояснений подошел, но ничего не спросив просто передал Маккензи пару теплых варежек и сразу же отошел. Пилот удивленно вскинул брови переводя взгляд с варежек на мужчину и обратно. Только сейчас он понял, что свои перчатки он кажется потерял. Вроде бы он снимал их в том отрезке тоннеля, где чуть не задохнулся. Они мешали возиться с фонарем вот он их и отложил, а потом просто стало не до этого. Даже удивительно, что Мэтис обратил на их отсутствие внимание. Когда в груди снова заворочалось что-то теплое Маккензи дернул щекой, стараясь отогнать непрошеное чувство. На автомате сунув этот своеобразный “подарок” вместе с найденными патронами по карманам шинели, мужчина продолжил осматривать содержимое шкафчика. Потом подумает. Рядом Джейс осматривала содержимое открытых полок. Девушка искоса поглядывала на всю сцену, но слава богу не комментировала. Вдруг справа грохнуло. Пилот с Джейс вздрогнули обернувшись. Мэтис от души и с размаху ломал топором деревянные ящики. Рокот треснувших досок вторил далекому гулу пещер. Девушка поморщилась и раздраженно открыла следующий шкаф. От дальнейшего негодования ее отвлекла яркая коробка на полке. — Мак, смотри, я нашла почти полную коробку чая. Маккензи глянул и скептически нахмурился. Коробка была вскрыта и ее содержимое вообще не вызывало доверия. — Не думаю, что заваривать его это хорошая идея, Джейс — Что? Почему? — напарница искренне удивилась, переводя взгляд с мужчины на находку. — Ну, она открыта. Неизвестно сколько так простояла и наверняка покрылась пылью. К тому же этот закуток коридора был затянут какими-то ядовитыми испарениями. Послушав вполне здравые доводы и, видимо, согласившись с ними Джейс закинула пачку обратно на полку, вытерев пальцы о ткань джинсов. Пилот усмехнулся этой реакции. Молча продолжили осмотр. Рядом вновь грохнуло, щепки и крошево полетели в стену. Стоя над обломками бандит присвистнул. Маккензи глянул в ту сторону и разглядел среди ломаных досок несколько красных палочек. Присев на корточки Мэтис подобрал аж целых пять фаеров. — Вот это улов, — бандит поднялся, сунул по карманам три фаера, а два отдал пилоту. Маккензи передал один из них Джейс, второй же запихнул к патронам в карман. В свете таких находок все уже не кажется таким плохим. Пара таких ящиков и им даже медведь будет не страшен. Вскоре их обыски завершились. Более ничего толкового они не нашли и не задерживаясь пошли дальше. Спускаясь по ступеням вниз Маккензи опять ощутил тревогу от скрипа досок под ногами. Лестница не стала менее страшной с момента их с Мэтисом подъема по ней. Отсыревшее дерево прогибалось, грозясь в любой момент проломиться. К счастью опасения не подтвердились. В свете немногочисленных ламп ушел мрак, скрадывающий очертания стен. Теперь пещера больше не создавала гнетущего ощущения бездонного пространства. Подойдя к виднеющемуся второму ярусу, они обнаружили, что лестница сломана. Долго раздумывать не стали. Пилот подсадил подругу наверх, после чего хотел помочь и Мэтису забраться. Но тот лишь глянул недовольно и присел, молча давая понять, что Маккензи идет первый. Что-что, а чужое упрямство никуда не делось. По крайней мере Мэтис не отказался от протянутой руки пилота, позволяя втянуть себя наверх. Джейс же уже ждала их у лифта. И вот новый этаж. Казалось, что они в этой шахте уже целую вечность. Включив свет прошли мимо стола, стоящего у стены, попутно заглянув в металлический контейнер. Но тот оказался почти пустым, если не считать ворох каких тряпок. Рядом же стояла кружка с кофе. Во всяком случае они так посчитали. Потому что поверхность жидкости уже затянулась пушистой плесневелой пленкой оставляя лишь гадать о содержимом. Коридор вывел их к очередной пещере. Рельсы шли до закрытой цепью двери. Указатель показывал, что в той стороне был лифт, к которому им и надо было. А вот табличка “Токсичный газ" на самом заборе говорила, хрена с два они так просто туда попадут. Осмотр небольшой территории дал лишь понимание, что клапан стоит искать в очередных катакомбах. И единственная доступная дорога виделась лишь в темном проходе справа от коридора, из которого они недавно вышли. Глядя на то, как Мэтис достает фаер и чиркает крышкой зажигая его, пилот не стал пытаться останавливать его. В прошлый раз это не закончилось ничем хорошим. Но и сам он не станет сидеть и ждать. Сняв с пояса лампу он зажег ее и пошел за соулмейтом в сторону темного коридора. Бандит бросил на него взгляд но ничего не сказал. Возможно считал бесполезным, а может тоже избегал новой перепалки. Кто его разберет. Стоило им ступить под низкий свод тоннеля, как Маккензи окликнула Джейс. — Мак, Ты уверен, что стоит идти туда с.. — девушка запнулась не договаривая. “..что стоит идти туда с ним?" — читалось весьма отчетливо. В обеспокоенном взгляде, в интонации. Учитывая прошлый такой поход, ее напряжение было вполне понятно. — Не волнуйся, Джейс. Все будет хорошо, — пилот постарался улыбнуться подруге. После чего махнул ей рукой и пошел дальше. Мэтис стоял чуть поодаль, дожидаясь его. Никак не комментируя диалог, который явно слышал. Но Маккензи заметил мелькнувшую на долю секунды кривую усмешку. Они шли молча, пока каменный коридор петляя вел их вперед. О чем думал Мэтис было не ясно, Маккензи же напротив, хотел бы вообще ни о чем не думать. Слишком уж много было в голове разных мыслей. Большинство из которых вертелись вокруг его невольного напарника, что шел чуть впереди с шумящим красным фаером. Раздражающий, постоянно притягивающий на себя внимание звук. От которого начинала гудеть голова, только недавно переставшая болеть, под действием таблеток. Волей неволей пилот вспоминал свое спасение и силился понять, как ему теперь относиться к Мэтису. Была ли та помощь хоть сколько-то искренним желанием? Или лишь результатом связи? И пусть самому себе он утверждал, что уж его собственные намерения по отношению к бандиту были искренними. Но насколько это действительно было так? Если бы не связь, пытался бы он проявлять к мужчине хоть каплю добродушия, после всего, что тот сделал? Пугало то, что Маккензи не мог ответить самому себе на этот вопрос. Да, может когда-то он пощадил Хоббса. Но никуда не деть то, что у него мелькнула тогда мысль добить раненого ублюдка. А Мэтис на фоне своего бывшего приспешника был еще менее выигрышным. После всех тех попыток убить пилота, пыток и убийства Франклина. После прямых доказательств его жестокости, брошенных прямо в лицо. Смогли бы они оказаться там, где оказались без этой связи? Вероятно нет. И это ни одного из них не расстроило бы. Так как они бы даже не знали, что теряют. А теряют ли? Маккензи посмотрел в спину Мэтису. Привнес ли тот хоть что-то хорошее в его жизнь, с момента их встречи? Помог тогда с волками, на фуникулере, спас от смерти в тоннеле. Может не все было по его личной инициативе. Может в его отсутствие Маккензи справился бы со всем сам. Но факт того, что у него есть, пусть и невольное, но подспорье в этом всем, хоть немного но облегчало ситуацию. Все же Джейс никак не могла бы ему помочь в этих шахтах. С точки зрения стратегии выживания присутствие Мэтиса было полезным. Но приходилось учитывать и весь эмоциональный багаж. Маккензи вздохнул. Ну вот, он хотел не думать, но в итоге опять ушел в слишком глубокие размышления. Стараясь подавить мысли он оглядел окружение. Коридор раздвоился, выводя их одним из путей в какой-то закуток с тремя металлическими шкафчиками. Разумно сочтя, что в них может найтись нечто ценное пилот свернул туда, попутно доставая монтировку. Итогом перебора шкафов стали находки в виде чей-то старой одежды и поношенной обуви, а также медицинской повязки. И если в ветровке, спортивном жилете и ботинках едва ли был смысл, то вот в бинтах и комплекте из свитера и плотных штанов он имелся. Все же не стоило забывать, что в их компании немного немало, а бывший заключенный тюрьмы. В очень приметной оранжевой робе. Маккензи кинул беглый взгляд на стоящего в стороне мужчину. Тот уже осмотрел пластиковый контейнер и сейчас крутил в руках, видимо найденный там, консервный нож. Учитывая место их назначения бандит очевидно не может продолжать так разгуливать. И это не учитывая того, что Маккензи вообще сомневался в хоть какой-то ценности данного предмета гардероба перед лицом местного мороза, особенно после того, как данный предмет гардероба был подран волчьей лапой. Так что пилот указал на найденную одежду и попытался донести до спутника свою мысль. Мэтис послушал, бросил хмурый взгляд на старую и очевидно давно пропитанную пылью одежду и категорически отказался. После чего просто вышел обратно в коридор, обрывая продолжение дальнейшего диалога в этом ключе. Маккензи глубоко вздохнул, сложил вещи и убрал в рюкзак. Он счел данный спор незаконченным. Хочет этот бандюган того или нет, а к этому вопросу они еще вернутся. И вообще, откуда столько брезгливости? Или тот счел своим святым долгом идти наперекор при каждом удобном случае, чисто из принципа? Забрав пару баллонов от респиратора из соседней “комнаты" пилот мысленно ворча проследовал за спутником и они продолжили путь. Если не вдаваться в детали, то пещеры казались одинаковыми. Повезло еще, что в них не было множества ответвлений и тупиков. Иначе прогулки бы их явно затянулись. Вскоре они вышли к пропасти, дна отсюда видно не было и это внушало подсознательное беспокойство при одной мысли оступиться. Как назло единственная дорога вела через мост вдоль стены. Который, в свою очередь, доверия вообще не вызывал. Даже с учетом слабого освещения было видно, что мост в отвратном состоянии. Но иного пути было не дано. Опережая Мэтиса Маккензи первый ступил на ненадежные доски. Стараясь идти аккуратно он внимательно следил за тем куда ступает, когда пространство внезапно тряхнуло, послышался рокот и сверху посыпались мелкие камни. Отвлекшись на это короткое землетрясение пилот не заметил, как шагнул мимо узкой балки. Досок в этом месте не было. Ощутив как нога проваливается в пропасть сердце ухнуло туда же. Неожиданно оказавшийся рядом Мэтис подхватил пилота под руку и дернул назад. Схватившись за стену Маккензи удержался на ногах и перевел дыхание, не забыв благодарно кивнуть мужчине. Секундный страх сжал голосовые связки, не давая внятно что-то произнести, но ощущение кома в горле быстро прошло. Задерживаться дальше на мосту не стали и быстро пересекли оставшееся расстояние и сошли с него на землю. Представшая перед глазами картина отвлекла пилота от пережитого. Впереди лежал труп женщины. В воздухе кроме запаха пыли и сырости пахнуло сладковатым запахом разложения. Маккензи нахмурился. Сколько уже безжизненных тел он встретил, за этот день это был уже третий, но привыкнуть к этому просто нельзя. Он никогда не считал себя сильно эмпатичным или жалостливым, но внутри все равно что-то дергало. Каждый раз. К счастью Мэтис не стал в этот раз отвешивать неуместных комментариев. Просто подошел и подобрал с земли валявшийся болторез. Помниться на двери, перекрывающей дальнейший путь к следующему лифту, была цепь. Ну, теперь им есть чем ее разрезать. Они пошли дальше, пилот постарался не оглядываться. Однако далеко им пройти была не судьба. Во всяком случае вдвоем. Ведь дальше коридор был вновь затянут токсичным газом. А респиратор был только один. Вернуться назад? А если именно там находится клапан, которым можно перекрыть эту дрянь и как следствие пройти дальше? — Ладно, давай вот как. — Маккензи достал маску и повернулся к Мэтису. Тот же скрестил руки на груди, как будто заранее демонстрировал неодобрение сказанному далее. — Я надену респиратор и пройду вперед, осмотрюсь, а ты подождешь меня тут. Потом вернусь и мы пойдем обратно. — Тебя, пилот жизнь ничему не учит? Мало бы в прошлый раз чуть не сдохнуть, так ты решил снова в залупу полезть? — Мэтис глядел прищурившись, словно бы силясь рассмотреть в собеседнике здравый смысл. Пилот выдержал этот взгляд и достал из кармана пару балонов. Помахав ими перед чужим носом сказал: — В этот раз у меня есть это. Так что все будет нормально. Мэтис перевел взгляд с лица мужчины на баллоны и обратно, закатил глаза. Протянув руку скорее потребовал, чем попросил: — Отдай это мне. Я сам схожу. Маккензи поджал губы, кажется у него дежавю, попытался возразить: — Я вполне могу и са.. — однако его перебили. — Опять начинаешь? — Мэтис вскинул бровь. В его голосе вновь промелькнула нотка раздражения. — Я начинаю? — Маккензи чуть от возмущения не задохнулся. Ему очень не нравилось то, в какую сторону ведет их разговор. Он постарался успокоится. — Так. Давай объективно. Мы все устали. И нам стоило бы беречь силы, так как неизвестно сколько нам еще бродить по этой шахте. — Вот и береги. И отдай мне эту хрень. Пилот сжал переносицу. Боже дай ему терпения. За какие грехи ему это все? — Хорошо, но в следующий раз, ты дашь мне пойти вперед. К его удивлению, мужчина легко согласился. Нацепив респиратор и прихватив пару баллонов тот скрылся в темноте коридора. Маккензи присел на камень, стараясь найти плюс хотя бы в этой небольшой передышке. Не смотря на то, что она уже была у них не так давно. И на не самое приятное соседство. В сторону окоченевшего трупа он старался не смотреть. Пока ждал долил масла в лампу, зарядил ракетницу, даже подобрал камень и попытался заточить нож. В общем делал что угодно дабы занять руки и голову. Отвлечься от очередной волны беспокойства. Когда-то в его детстве, когда он еще ждал встречи с соулмейтом, ему казалось это чем-то более.. волшебным, что-ли. Более романтичным и сказочным. У детей так много наивных фантазий. А родители еще и подпитывали его воображение своей историей и ни разу не сказали, что это может быть таким морально выматывающим. Он даже почти не видел их такими встревоженными друг за друга, в минуты разлуки. Возможно с годами связь перестает так остро влиять. Хотя мама бывало становилась немного беспокойной, когда отец подолгу задерживался в ангаре за ремонтом. В остальном же никаких признаков. Может это с самим Маккензи что-то не так? С ним и с Мэтисом заодно. Или так влияет опасное окружение? Рушащаяся шахта ни вот тебе спокойное место. Они почти каждую минуту находятся в условиях потенциальной опасности. Вероятно поэтому связь так отчаянно дергает их друг к другу. Кто знает. Бросив мучить нож мужчина наконец смог заставить себя чуть расслабиться и откинуться спиной на стену позади. Машинально сунул свободную руку в карман, пальцы наткнулись на что-то металлическое. Мужчина вспомнил про пули. Достав одну, покрутил перед глазами. Он хотел отдать их Мэтису, но сейчас вдруг задумался: стоит ли? Он человек нервный и легко воспламеняемый. О дурном думать конечно не хотелось, но.. Пилот вздохнув сунул патрон обратно в карман. Пошарил немного рукой, в поисках еще двух. Отыскал их на самом дне под чем-то мягким. Вытащил это что-то. Точно, варежка. Вторая вероятно лежала в другом кармане. Уголок губ сам собой дрогнул в полуулыбке. Под ребрами снова затеплилось. Возможно он все же отдаст Метису свою находку. Пока засунул все обратно. Подумав Маккензи подобрал и подкинул камень на ладони, после чего запустил его в противоположную от темного коридора сторону. Тот проскакал по каменному полу и замер прямо на краю. На миг возникло детское желание подойти и пнуть его, чтобы потом стоять и наблюдать как он падает в пропасть. Но его перебили звуки шагов. Мэтис выбрался из коридора держась за стену. Сердце пилота кольнула тревога, но уже через секунду отпустило. Мужчина не был ранен, просто стена была ориентиром. В руках тот держал прогоревший фаер. Не успев задаться вопросом, зачем бандит тащил его с собой, мужчина получил ответ, когда Мэтис размахнувшись швырнул палочку в сторону обрыва. Та, пролетев над полом, зацепила задержавшийся на краю камень, сбила его и они вдвоем свалились в пропасть. Маккензи хмыкнул, глядя на это, легкая улыбка тронула губы. — Гол. Мэтис глянул на него непонимающе. — Что? — голос из под респиратора звучал глухо. — Ничего. Ну что там? — пилот покачал головой, не поясняя. — Там ничего нет, только газ и камни. И дыра в стене, ведущая, как я понял, в начало тоннеля. Но так как маска одна, возвращаться назад будем тем же путем что и пришли, — отчитался Мэтис, стаскивая с головы респиратор и передавая его обратно, вместе с одним баллоном. Волосы сбитые ремнями маски сейчас топорщились в разные стороны и мужчина отчаянно пытался их поправить. Пилоту это зрелище даже показалось забавным. Раньше у него бы точно такой мысли не мелькнуло. Не в сторону этого человека точно. Попытки пригладить непослушные волосы даже как будто придавало мужчине очков человечности. Одной своей простотой, что-ли. Когда в голове мельком возникла шальная мысль коснуться чужих волос. Маккензи покачал головой, отгоняя эту глупость. Отвлекаясь произнес: — Ну, тогда пошли обратно. Джейс наверно уже заждалась. Мэтис закатил глаза. — Заждалась. Мы ей не няньки. Постоит там лишних пять минут, ее это не убьет. Носишься с ней как с пятилетней, бойскаут, — в голосе звучало то ли раздражение, то ли ревность. А может последнее лишь казалось. — Шахта место само по себе опасное и непредсказуемое. А заброшенная шахта тем более. Тут кому угодно не безопасно находиться. К тому же она в своих страхах не виновата, — пилот миролюбиво пожал плечами, поднимаясь с валуна на котором сидел. На душе после этой одиночной передышки отчего-то было достаточно спокойно. — И ношусь я, как ты говоришь, не только с ней. Будь на ее месте ты, я бы реагировал так же. Мэтис глянул скептично, словно бы говоря: ”Ну да, конечно” или “иди на хер, обойдусь”. И вероятно собирался сказать это вслух, но его перебили: — Чуть не забыл, — пилот достал из карманы патроны и потянул их мужчине на раскрытой ладони. — Нашёл в шкафчике на прошлом этаже. — О, ну хоть что-то цен.. — начал было Мэтис, но отчего-то осекся. Рука, протянутая за боезапасом замерла прямо над ладонью Маккензи. Бандит посмотрел прямо в глаза пилоту, потом перевел взгляд на руку, снова поднял. Его взгляд был открыт и странно уязвим, но даже так в нем сложно было угадать конкретную эмоцию. Кажется мужчина был удивлен, смотрел внимательно, словно внутрь головы пытался заглянуть. Маккензи, не понимая такой реакции, приподнял уголки губ в легкой улыбке, подбадривая. Человек напротив него поджал свои. Наконец спустя пару секунд этой немой сцены Мэтис снова опустил взгляд на патроны в чужой руке, его собственная ладонь на миг сжалась в кулак, но разжавшись все же забрала предлагаемое. Достав револьвер мужчина откинул барабан, гильзы со звоном посыпались на пол. Пилот смотрел как его соулмейт ловкими, знающими движениями заряжает оружие, было в этом что-то. Со щелчком барабан встал на место. Мэтис крутанул его, видимо по привычке, и — когда Маккензи намерен уже был продолжить путь — неожиданно перехватил револьвер за дуло и протянул пилоту, ткнув того в грудь рукояткой. Теперь уже была очередь Маккензи удивляться. Теперь уже он смотрел в глаза напротив и пытался отыскать в них ответ на вопрос: Зачем? Мэтис глядел в ответ прямо, но больше в переносицу, чем в глаза. Не был уверен в своем решении? Понимал ли суть? Маккензи хотел было уточнить, но ему не дали и рта толком открыть. — Бери, пока я не передумал, — и взгляд прямо в глаза. Маккензи замерев лишь на секунду в итоге кивает и молча, аккуратно перехватывает револьвер за рукоять. Убрав оружие в широкий карман шинели, пилот жестом предлагает возвращаться обратно. Уже перед самым мостом Маккензи оборачивается к спутнику. — Кстати. Я рад, что ты цел, — что именно он имел в виду, конкретно этот момент их разделения или в целом, мужчина и сам себе не смог бы толком ответить. Возможно все вместе. Бандит же глянул на спутника как-то странно и ускорившись первым ступил на доски. а Маккензи, слегка усмехнувшись, обернулся через плечо на место, где ранее на краю лежал его недоброшенный камень. Секунду посмотрел и поспешил догнать Мэтиса. В этот раз они прошли по мосту без особых проблем.

***

Мужчины уже как минуту скрылись в коридоре, но Джейс по прежнему упорно вглядывалась в темноту. Что бы Маккензи не говорил, а девушка все никак не могла отделаться от беспокойных мыслей. Она ни разу не поверила в те россказни Мэтиса. И синяк на лице пилота явно говорил не в пользу бандита. Вопрос лишь в том, почему сам Маккензи его покрывает? Зачем уговаривал ее взять этого придурка с собой? У него претензий должно быть не меньше, но тот упорно продолжает терпеть ублюдка. Джейс вздохнула. Она просто не понимает, что творится с её напарником. Помниться в тюрьме он вполне ясно сказал, что Мэтис ему не нравится. Что могло случиться такого, чтобы тот так изменил мнение? Да, Мэтис зачем-то помог им отбиться от волков, но девушка ни в жизнь не поверит, что тот сделал это по доброте душевной. Для этого нужно как минимум иметь душу и что-то за ней, кроме тяги к насилию. Где-то вдалеке пророкотала гора, послышался шорох осыпающейся породы. Джейс поежилась, в очередной раз в голову полезли дурные мысли. С самого входа в эту шахту фантазия красочно рисовала картины того, как всех их заваливает камнями в одном из тоннелей. И они медленно умирают не способные выбраться, прямо как.. — Так! Соберись. — девушка похлопала себя по щекам. Сейчас было не время и не место. Для плохих воспоминаний вообще никогда не было времени. Стараясь отвлечься Джейс принялась ходить туда-сюда возле входа в темный коридор и усиленно анализировала нынешнюю ситуацию. Строго говоря не один Маккензи ведет себя странно. Тогда на электростанции Мэтис очень решительно настроен был их убить. Но сейчас его максимум это огрызаться, вести себя как козлина и просто спорить, и то он почти сразу замолкает после вмешательства Мака. В чем же дело? Девушка пнула камешек, что валялся под ногами. Глядя на траекторию его полета она поправила очки. Камень проскакал пару метров, после чего столкнул собой второй и они уже вдвоем проехались по земле и замерли недалеко друг от друга. Если разбираться, то между этими двумя не могло ничего такого произойти в период между их побегом со станции и до новой встречи. Значит что-то произошло раньше. Они были знакомы дольше чем она представляет? Не похоже. Да и Мак не кажется человеком водящим такие знакомства, но это лишь ее видение и кто знает как оно на деле. Тем не менее пилот вполне охотно помогал вставлять палки в колеса Мэтису. А последний пытался его убить и бил всерьез тогда. В какой момент все переменилось до неузнаваемости? Все же Джейс сложно судить, так как ей определенно доступно не все. Ей явно не хватает вводных. Девушка снова начала ходить туда сюда, как вдруг замерла. В голову постучалась одна, на первый взгляд абсурдная, мысль. Джейс скосила взгляд на отлетевшую пару камней. На обоих мужчин могло что-то повлиять. Например связь соулмейтов. Вариант, конечно, взят почти с потолка. Но что если? Это бы все объясняло. Угрюмое настроение Маккензи до новой встречи с Мэтисом, уступки второго. И их попытки избегания нового открытого конфликта. То, что казалось несколько нереальным, очень стройно ложилось на имеющиеся факты. Джейс посмотрела в сторону тоннеля. Она соврала, если бы сказала, что данный вывод ее успокаивал. Если действительно брать его за истину, то получается, что Маккензи связан судьбой с тем еще уродом. Другу захотелось посочувствовать. Все же тот из-за связи теперь может быть несколько необъективен и закрывать глаза на чужой очевидный сволочизм. В то же время Мэтис вполне позволяет себе поднимать руку на родственную душу. Случайно ударился, да Мак? Ага, как же. Джейс нахмурилась. Она всегда знала, что доверять этому бандиту себе дороже. Если бы она знала, то не позволила б тащить этот криминальных элемент с ними. Или.. Черт. Если связь уже закреплена, а она полагает, что так и есть, значит не помогло бы просто отсутствие Мэтиса рядом. Опять таки если учитывать состояние Маккензи всю дорогу до лесозаготовительной стоянки. Скрестив руки на груди девушка поджала губы. Не зря она никогда не обольщалась на этот счет. Может и хорошо, что ее родители не были соулмейтами, иначе все детство она могла бы быть подвержена этой сопливой пропаганде о том, что связь это круто. — Да уж, спасибо Джо, что разделял мою точку зрения. Это все и вправду дерьмово, — пробормотав мысли под нос девушка снова принялась ходить туда и обратно. Мэтис уже несколько раз продемонстрировал себя как совсем не надежный человек, а Маккензи опять остался с ним один на один. Не то чтобы девушка могла бы чем-то помочь, но она могла бы быть чем-то вроде голоса разума. Так или иначе, а Маку не стоило бы так спокойно ходить с этим уголовником. Хотя каковы варианты? Джейс остановилась, бросив неприязненный взгляд в сторону темного тоннеля. — Гребанная клаустрофобия, — другу, спасавшего ее не раз, прямо сейчас могла быть нужна помощь, а она торчит тут из-за дурацких страхов. — К черту. Девушка огляделась и подойдя к одному из деревянных ящиков разломала его лежавшей рядом трубой. Подобрав пару подходящих досок, подошла к столу, на котором в контейнере валялась всякая ветошь. Пошуршав в кармане она вытащила бутылёк. На нижнем этаже, дожидаясь остальных, она обшарила весь доступный периметр и отыскала старую, почти пустую канистру, из которой перелила остатки топлива в найденную там же, погнутую жестяную бутылочку. И сейчас эта находка очень даже пригодилась. Уже через пару минут пара факелов была готова. Отложив один из них она прихватила второй и вернулась ко входу в тоннель. Она храбрилась, но душа в теле замирала от одной мысли. Чуть дрожащими пальцами Джейс подожгла факел. Пропитанная горючим тряпка охотно загорелась. Сделать шаг вперед было физически тяжело. — Давай, Джейс. Ничего сложного, — она убеждала себя, сжимая горящую палку обеими руками. Прикрыв глаза девушка выдохнула и разом сделала несколько шагов вглубь тоннеля. Но обрадоваться этому не успела. Темнота обступила ее со всех сторон, свет ламп остался где-то позади. Тело сковало, страх ледяными иглами впился в сердце. Руки задрожали и огонь заплясал по стенам, вырисовывая на камне гротескные тени. Испуганные мысли бегущей строкой мелькали в голове. С чего она вообще решила, что без нее Мак там пропадет? До этого же все было относительно хорошо. Мэтис не убьет родственную душу, он же должен знать о последствиях. А если не знает? А если она ошиблась с выводами? А если в этом и был план Мэтиса, разделить их и по одному убить? “Чертчертчерт” — Джейс прикусила губу, стараясь вернуть себе трезвость мыслей. Паника рождала в голове все более необдуманные страхи. — Жил был большой и страшный паук.. — тихий, дрожащий голос эхом отразился от стен. Она давно не обращалась к этому методу борьбы со страхом. Но торча в этой шахте она вновь о нем вспомнила. Страшилки с нелепым и абсурдным концом помогали вернуть себе самообладание и осознать, насколько глупы пустые страхи. — Жил.. был.. — никак не получалось сосредоточиться. Девушка жмурилась, часто дышала и мотала головой, стараясь разогнать паническую муть в голове. Продолжение никак не всплывало в голове. Как там дальше? Вдруг гора как будто вздрогнула, послышался далекий рокот. Джейс распахнула глаза, взгляд сам собой уперся в стены. В неверном свете факела они казались ближе. Грудь сдавило невидимым обручем, дышать стало сложнее. От частого дыхания голова закружилась. Сердце просто выпрыгивало из груди, его стук отдавался в ушах, глуша все остальное. Словно бы она была в бетонной коробке, из-за стен которой не пробивается ни единого звука. — Папочка, мне страшно.. — горло сжала ледяная ладонь, писк, вырвавшийся сам собой, был похож на детский. Джейс затошнило а в глазах вдруг потемнело. Или это тени сгущаются вокруг? Нет. Не просто тени.. стены. Они нависают, сдавливают ее. Откуда-то подуло и огонь, еле горящий в руках девушки погас. Сердце ухнуло куда-то вниз. Ноги резко подкосились и едва тлеющая палка упала на пол теряясь из виду. Темнота перед глазами поплыла, темные стены сдвигались, окружали. Она в ловушке. — Папа.. мне страшно. Где ты? Спасите.. — Джейс обхватила себя руками. Сидя в темноте она вновь почувствовала себя маленькой застрявшей девочкой. Потеряв связь с реальностью она продолжала бормотать под нос, — папа, где ты? Где я? Помогите.. Слезы хлынули из глаз, но она этого не почувствовала. В груди бухало, казалось сердце сейчас просто не выдержит. Дышать становилось все тяжелее, ком в горле рос, а кровь стыла в жилах покрываясь инеем. Резко затих всякий внешний шум, в ушах зазвенело, казалось она вот-вот просто отключится. Но в наступившей тишине мыслей вдруг послышался мягкий и в то же время строгий женский голос: “Джейс! Дыши, дорогая, давай вместе со мной. Вдо-ох, раз, два, три, четыре, стоп. Раз два, вы-ы-дох. Раз, два, три, четыре. Давай, малышка, еще раз.” Как по команде девушка принялась выполнять указания. Пальцы, сжимающие куртку на плече, сдвинулись наткнувшись на шершавую нашивку. Бездумно она провела по ней подушечками, плотно вдавливая. Где-то снова что-то упало. Не что-то — камень. Это гора дышит, роняет мелкие камни. Гора. Шахта. Она в шахте. Не среди обломков. Не ТАМ. Джейс открыла, неизвестно когда закрытые, глаза, вперилась взглядом в тусклый свет на полу, что очерчивал ее собственную тень из-за спины. Лампы! Она ведь не ушла далеко. Выход прямо за ней, она не в ловушке. Девушка заставила себя обернуться. Свет резанул по глазам. Ойкнув она случайно прикусила себе язык. Во рту расплылся металлический привкус крови. Морщась от боли в языке Джейс постаралась подняться. Тело все еще била мелкая дрожь, а озябшие конечности двигались неохотно. Но наконец она смогла выйти под свет ламп. Спешно она подошла вплотную к одной из них, почти свалившись рядом. Обняла себя привалившись плечом к стене. Слабость в теле и гудящая тишина в голове напоминали о пережитом. Лицо было мокрым от слез и его даже несколько приятно обдувал, остужая, гуляющий по коридорам сквозняк. Джейс поджала губы, к глазам снова подкатывала соль. Рука сама собой сжала куртку на груди, пальцы сквозь ткань впились в грани коробочки во внутреннем кармане. Коробочки, подаренной мамой. Когда-то тогда, когда у них еще были хорошие отношения, когда она учила дочь всякому. Например как справляться с паническими атаками, после.. После смерти отца. Соленые капли полились из глаз. Коротко всхлипнув Джейс зажала нос и рот рукой. Стараясь сдержать все внутри, зажмурилась. Не помогало. “Прости меня, мама..” Она ведь хотела приехать домой после этой поездки. Думала наконец помириться. Спокойно объяснить матери, что выбранная специализация принесла ей счастье. Сказать маме, что несмотря на все ссоры, она по прежнему ее любит. И все эти планы пошли прахом. Мир сошел с ума так не вовремя. Тихо глотая слезы девушка просила прощения у матери, у сестры. Просила Бога, судьбу, да хоть само Мироздание, чтобы с ее семьей все было хорошо. Чтобы они смогли встретиться вновь. Когда она уже начала понемногу успокаиваться, где-то за спиной раздались шаги.

***

Наконец коридор вывел к уже знакомому, а главное освещенному, помещению и Маккензи погасил лампу. Масла они попалили достаточно, остается надеяться, что пещеры закончаться раньше. Оглядевшись он заметил подругу. Джейс стояла у стены и даже со спины выглядела какой-то напряженной. — Джейс, мы вернулись. Все хорошо? Девушка дернулась, как-то резко утерла лицо рукавом и только тогда повернулась, улыбнулась натянуто. Тени плотно ложились под глаза. — Хэй, Мак. Ну что, нашли что-то? — голос звучал хрипло и надтреснуто. Пилот забеспокоился. Что-то случилось за время их отсутствия? Сзади подошел Мэтис, с самодельным факелом в руках. Тот был подпален и все еще слегка тлел. — Например что-то вроде этого? — мужчина помахал горелой палкой, бровь у Джейс дернулась, а улыбка скривилась. — Ты где это вообще нашел? — Маккензи недоуменно поглядел на спутника. Тот же просто кивнул в сторону прохода, откуда они только что вышли. Пилот хмыкнул, поглядев в ту сторону, сам он даже не заметил. Откуда он там взялся? Неужели Джейс собиралась.. — Я вижу что-то вы все же нашли. Отлично, это поможет открыть дверь, — прерывая дальнейшие разговоры девушка спешно подошла к Мэтису, выхватила из его рук болторез, который тот нес всю обратную дорогу и подошла к двери, намереваясь перекусить цепь. Бандит только равнодушно пожал плечами и выбросил факел в сторону. Проводив палку взглядом Маккензи покачал головой. Возможно состояние подруги связано именно с этим. Судя по факелу она пыталась пойти за ними, но страх оказался сильнее. Видимо после той их отлучки вместе с Мэтисом, девушка хотела лично проследить, что все будет хорошо. Девушку было жаль, но вместе было даже приятно осознавать, что у него есть такой друг. И вместе с тем совестно, что заставил ту волноваться о нем. Гложимый этим чувством Маккензи пошел помочь Джейс, судя по беспорядочному звону металла, дело у нее не спорилось. Мэтис меж тем, уже стоял рядом с ней скрестив руки на груди. И видимо с очень глумливой физиономией, так как Джейс бросала на недруга очень раздраженные взгляды. Пилот только вздохнул, готовясь гасить очередной спор, который не заставил себя ждать: — Что ты уставился? — девушка не выдержала, повернулась к бандиту, перехватив инструмент поудобнее, словно готовясь съездить им мужчине по лицу. — Хотел посмотреть на то, как ты дрожащими ручонками будешь цепь перекусывать, — в голосе Мэтиса слышался смех, пилот закатил глаза. Горбатого могила исправит. Маккензи уже собирался вмешаться и пресечь чужие насмешки, но мужчина умудрился его даже удивить. — Давай это сюда, — в интонации появились снисходительные нотки. Перехватив болторез, бандит в пару движений перекусил цепь. Пилот как-то отстраненно подумал, что тому наверно не впервой такое проделывать. Но он отогнал эти мысли, в данную минуту это не имело значения. Насвистывая какую-то мелодию Мэтис распутал остатки цепи и те со звоном упали на каменный пол. Дверца скрипнула петлями открываясь. Довольный собой, мужчина усмехнулся, бросил короткий триумфальный взгляд на девушку и обернулся к Маккензи, — С этим разобрались. Но вот газ, заполнивший коридор мы этим не порежем. Нужно искать клапан. — Возможно что-то есть вон там, — Джейс махнула рукой в сторону пропасти, по другую сторону которого был еще один тоннель. В голосе так и звенел металл. Благодарить за помощь она уж точно не собиралась. — Дельная мысль, если ты собралась прыгать на ту сторону, то я с радостью на это посмотрю, возможно даже подтолкну, — Мэтис состроил лицо, про которое обычно говорят, что оно кулака просит. Маккензи поспешил наконец вмешаться, пока это и вправду не случилось. Болторез мужчина непредусмотрительно впихнул обратно в руки Джейс, пока сам возился с обрезками цепи. И.. стоит отдать Джейс должное, бить она не била. Но вряд-ли упавший из ее рук Мэтису на ногу увесистый болторез был случайностью. Бандит зашипел сквозь зубы, улыбка быстро слетела с его лица, а сам он отскочил в сторону. Ботинки у него казались достаточно прочными, так что сильного урона нанесено не было, но вот в голове пилота щелкнуло что-то и тот неосознанно дернулся к стоящим чуть в стороне людям. Лишь подбежав и ухватив Мэтиса за рукав куртки на плече, Маккензи осознал себя. И рефлекторные намерения. Что он вообще собирался делать? Спасать взрослого мужчину от нападок девушки? Смешно. Однако его хватка на чужой куртке оказалась своевременной. — Ах ты мерзавка.. — Мэтис шагнул было в сторону Джейс, но пилот удержал его на месте. Последний надеялся, что этого физического контакта будет достаточно, чтобы угомонить соулмейта. И кажется действительно помогло. Бандит посмотрел Маккензи в глаза с таким выразительно матерным выражением. В них буквально читалось все что он думает о нем, о Джейс, об их связи и ситуации в целом. Пилот был в этом уверен. Сам он, в свою очередь, старался смотреть в ответ спокойно, насколько мог. После пары секунд этой зрительной борьбы, Мэтис скрипнул зубами и выдернув руку отошел от них. Маккензи выдохнул, развернувшись и глядя на то, как раздраженный мужчина идет вдоль края пропасти, пинает камни и видимо намеревается отыскать путь через пролом. Подруга встала рядом, неловко сунув руки в карманы. — Кхм, ну.. Эм. Так ему и надо? — отчего-то девушка звучала неуверенно. В голосе звучали вопросительные нотки. Вряд ли ей стало стыдно за эту выходку, не перед Мэтисом, во всяком случае. Ну не перед Маккензи же, в самом деле. Ни ему же на ногу инструмент уронили. Пилот неоднозначно пожал плечами, а потом его вдруг осенило. Он искоса бросил взгляд на подругу, та стояла рядом и смотрела вперед, видимо тоже наблюдала за чужими проходками вдоль края. В голове же тем временем зрела мысль: “Она догадалась?” Догадалась об их связи? Если да, то какая-то она слишком спокойная. Или он просто переоценил значимость этой информации? Может в действительности в этом нет ничего такого? Возможность того, что Джейс догадалась беспокоил, но ее спокойствие на это, приносило облегчение. — Я думаю вон ту конструкцию можно использовать в качестве моста, — девушка сжала пальцами подбородок, задумчиво разглядывая желоб, что был перекинут над пропастью. Пилот посмотрел в ту же сторону. Рядом с подпорками, на которых держалась конструкция стоял Мэтис. Мужчина, то ли услышав Джейс, то ли додумавшись до того же, разглядывал деревянное сооружение. Раньше чем Маккензи успел подойти и предложить помощь, Мэтис просто с размаху ударил подпорки ногой. С первого раза те не рухнули, понадобилось еще парочка ударов, прежде чем желоб свалился вниз и вправду укладываясь в подобие моста. Единственное, что беспокоило, так это вопрос прочности. Но видимо беспокоило кого угодно, но не Мэтиса, потому что тот, вытащив из кармана новый фаер, уже ставил ногу на доски. И похоже об их ранней договоренности он тоже забыл, или не посчитал нужным воспринимать ее всерьез. Маккензи недовольно поджал губы и поспешил за родственной души, зажигая фонарь по новой прямо на ходу. Лишь у края, вспомнив, обернулся на подругу, крикнув что они скоро вернуться. Бежать по импровизированному мосту было бы явно лишним, поэтому Мэтиса он нагнал только на той стороне. На счастье тот остался его дожидаться. Спрыгнув на землю Маккензи посмотрел на спутника, он не собирался игнорировать ситуацию: — Мы кажется договорились, что в следующий раз вперед иду я, а ты остаешься и ждешь меня. Но бандит только пожал плечами, развернулся и пошел в тоннель. — Не вижу разницы, если все равно идем вместе. Можешь пойти передо мной, если тебе так принципиально. В голову постучалось легкое раздражение от такого пренебрежения договоренностью. Пилот глубоко вдохнул, унимая его. Напомнил себе: сейчас не время и не место. Пустые споры ни к чему хорошему не приведут. Выдохнув пилот продолжил углубляться в темный тоннель. Мэтис уверенно шел чуть впереди и практически не смотрел под ноги. Пройдя под очередной нависающей скалой он посмотрел наверх, когда потолок пещеры скрылся где-то там в тенях и не обратил внимания на то, что дорога вильнула влево. Пилот успел перехватить мужчину, когда тот уже собирался шагнуть в пустоту. — Блять. — эхо разлетелось под каменным сводом, мелки камешки из под ботинка сорвались вниз, когда мужчина отпихнулся от края второй ногой, далеко внизу послышался дробный тихий всплеск. Мэтис отошел от края бросив недовольный взгляд на шипящий фаер. Судя по всему был не сильно удовлетворен его осветительными качествами. В этот раз гордо игнорировать помощь мужчина не стал, слов благодарностей Маккензи конечно не услышал, но и кивка было достаточно. В случае с Мэтисом это уже было большим прогрессом. Помимо этого подумалось, что они со своей внимательностью друг друга стоят. Дальше тоннель снова сузился. Пробравшись по нему они вышли к пещере по-больше. В глаза сразу бросилась деревянная конструкция, что была предназначена для подъема вверх. В правой же стороне что-то блеснуло, отражая свет лампы. Чуть пройдя в сторону Маккензи обнаружил воду. Та скопилась на полу, сдерживаемая камнями, создавая лужи где-то по лодыжку, если не выше. Пилот сразу представил каково было бы туда упасть. Вода наверняка холодная, пришлось бы сразу переодеваться. А сменной одежды у них не.. Маккензи тут же вспомнил о комплекте из штанов и свитера, покоящемся в рюкзаке. Он обернулся на Мэтиса через плечо. Тот легонько пинал опорный брус подмостков, видимо проверяя надежность конструкции. Снова посмотрев на воду пилот всерьез задумался. Идея, что пришла ему в голову, была объективно не самой лучшей. Даже в чем-то подленькой. В конце концов, какой разумный человек роняет свою родственную душу в ледяную лужу посреди холодной пещеры? А Маккензи все же считал себя разумным человеком. И разум подсказывал, что шанс добровольного согласия Мэтиса переодеться, крайне мал. А значит нужен план. И к сожалению для бандита, он уже имелся. — Хэй, Мэтис. Подожди, кажется там что-то есть. Пойду посмотрю, — пилот окликнул спутника когда тот уже намерен был начать подъем. Мужчина поглядел на него скептично. — Что ты там удумал? Захотелось искупаться? — Бандит подошел и скрестив руки на груди стал наблюдать за тем, как пилот деланно неуклюже перебирается по камням. Идея последнего состояла в том, чтобы сыграть на их связи. Если он сделает вид, что падает Мэтис должен рефлекторно среагировать, кинуться ловить, как было в прошлом тоннеле и тогда Маккензи якобы случайно толкнет его в воду. А может даже повезет и тот упадет сам, камни все же были скользкие. Насколько они скользкие пилот понял уже очень скоро. Теперь он уже сам старался не упасть. — Пилот, вернись назад, пока не свалился. Я там нихера не вижу, — в голосе стоящего на берегу мужчины словно бы проскользнула нотка беспокойства. Именно она не дала Маккензи согласиться и повернуть назад. Делая шаг он было обернулся через плечо чтобы что-то ответить, но подошва скользнула по гладкому боку камня и ногу увело в сторону. Пилот дернулся, выставил руки в стороны ловя равновесие и быстро переступая ногами. Его слегка повело назад, борясь с гравитацией и опасаясь, что рюкзак его попросту перевесит мужчина вдруг ощутил как его кто-то схватил за рукав и потянул в сторону. Ноги снова поехали и Маккензи шатнулся вперед, вместе с тем утягивая за собой того, кто так старательно тянул его самого. Мэтис, который, следуя чужой задумке, кинулся помогать, поскользнулся и чуть не забрав пилота с собой с громким всплеском и матами рухнул в воду. Кое-как встав ровнее на камнях Маккензи поглядел на вскочившего на ноги мужчину. Тот уже начал подрагивать от холода, шипя ругательства сквозь зубы, а в свете лампы было видно, как потемнела от влаги оранжевая ткань его робы. Выбираясь на ровную поверхность следом за бандитом пилот ощутил укол вины. Но даже так он смог почувствовать легкое мстительное удовлетворение. Не смотря на явное негодование, Мэтис упорно молчал, хотя ему наверняка было что сказать о ситуации, было видно как тот стискивает зубы. Сдерживается? Или выбирает ругательство по-изобретательней? А может от резкого холода свело связки. Считав эмоции Маккензи пробормотал извинение, совесть чуть притихла. — Тебе стоит переодеться, по такой холодине ходить в мокром не лучшая затея, — пилот скинул рюкзак. — Если ты не заметил, пилот. Сменных вещей при мне нет. — мужчина чеканил каждое слово. По голосу было слышно как тот кипит изнутри. И как только пар не пошел? — На твое счастье они есть у меня, — Маккензи достал припрятанные ранее штаны со свитером. Протянул хмурому бандиту. Тот пару секунд глядел в лицо собеседнику, потом перевел его на вещи. Изучил, склонив голову набок и его губы вдруг изогнулись в усмешке. Мэтис бросил на пилота, растерянного от такой быстрой смены настроения, смеющийся взгляд и выхватив одежду отошел к сваленным в стороне валунам. — Кто бы мог подумать, Маккензи, — в чужом голосе слышалась насмешка, — Ты ведь это специально. Прихватил с собой шмотки, которые я отказался брать, а теперь нашел способ заставить меня их нацепить. Браво, пилот, твой план сработал. Подумать только, ты провел меня. Ну конечно, он догадался. А как иначе? Маккензи хотел провести человека, что на махинациях и подлости собаку съел. Глупо было полагать, что тот не догадается. Совесть неприятно кольнула где-то под ребрами. Факт того, что Мэтис все понял не делал легче. Оправдываться и отрицать чужую догадку пилот не стал. Не было смысла. Но вот когда прозвучали слова: — Хотя ты никогда не был обременен моральными принципами, если дело касалось лжи мне. Макензи резко ощутил желание оспорить сказанное, но остановил себя, глядя в спину мужчины, что уже скинул куртку и стащил верхнюю часть формы с рубашкой. Он мог промолчать и не разжигать новый спор, однако глазу предстали бинты, обмотанные вокруг чужой груди. Пилот вспомнил как заметил что-то похожее на кровавые пятна на рубашке соулмейта. Сейчас он мог бы удостовериться в своей догадке, но со спины ничего не было видно. Разве что… — Я думал, что мы закончили с этим разговором, — Маккензи мысленно выдохнул, готовясь к неминуемому взрыву. И тот не заставил себя долго ждать. — Ты думаешь?! — Мэтис откинул рубашку, что уже собирался натянуть обратно и резко развернулся всем корпусом к собеседнику. Лицо исказилось злостью, но пилот не обратил на это должного внимания, как и на дальнейшие возмущения. Все его внимание было захвачено влажным пятном крови на бинтах. Оно было явно больше чем в самом начале. Подозрения оправдались. Наконец Мэтис заметил пристальное внимание. Когда тот замолчал Маккензи медленно и ощутимо провел взглядом вверх, хмуро заглядывая мужчине прямо в глаза. Бандит бросил мимолетный взгляд вниз, на бинты, после чего досадливо поморщился и попытался снова отвернуться. Понял ли он, что его в очередной раз подловили или просто испытал раздражение от того, что спалил открывшиеся раны, было уже не важно. Пилот быстро сократил дистанцию и поймав соулмейта за плечо снова насилу развернул обратно. Обвиняемый в миг стал обвинителем. — Я так и знал. И почему, скажи мне, я не удивлен? — картина нисколько не поменялась. Свежее пятно влажно поблескивало. Мэтис попытался скинуть чужую руку, но пилот крепко впился в кожу пальцами. — Долго собирался кровью истекать? — Ебать тебя не должно-охкх.. — бандит сложился пополам, когда Маккензи слегка ткнул тому пальцем в грудь и последнее слово скорее просипел: — с-сволочь.. Теперь уже Мэтис цеплялся за пилота, схватившись за рукав его шинели. Последний же, в свою очередь поддерживая мужчину, отодвинул того к камню, на котором лежала одежда, и усаживая рядом с ней. Маккензи уже потянулся было к бинтам, но его руку перехватили. Мэтис сжал пальцами запястье и кое-как разогнувшись посмотрел в лицо напротив. В глазах молнии, губы поджаты. — Перестань упрямится и дай мне помочь, — Маккензи соврал бы, сказав что его не бесит эта ситуация. Но сейчас важно было сохранять хладнокровие. — Обойдусь, — бандит упорно продолжал гнуть свою линию. — Что-то не похоже, — пилот хотел снова ткнуть упрямца рядом с очевидно болящими ранами, но Мэтис на это движение дернулся в сторону, чуть не свалившись с камня на пол. Пришлось ловить. — Убрал руки! Что ты, блять, ко мне прицепился? — крик Мэтиса отскочил от стен эхом. — Я хочу помочь, — видят боги, Маккензи изо всех сил старался сохранять спокойствие. Хотя у него уже мелькала мысль воспользоваться методами самого Мэтиса и просто вырубить мужчину, разом оборвав все возражения. И видимо об этом задумался не только он, так как в следующий момент бандит замахнулся на него свободной рукой, которой уже не держался за рукав. В этот раз пилот перехватил ладонь, не дав достигнуть цели. Мэтис глядел на зажатый в чужих пальцах кулак, тот дрожал от его напора, но так и не двинулся с места. Желваки на лице бандита отчетливо заиграли. Рывком тот снова попытался двинуть кулаком вперед. Но плодов это не принесло. С шумом выдохнув через нос мужчина словно бы разом сдулся. Маккензи заметил как взгляд мужчины сместился на вторую руку, которая продолжала сжимать его запястье. Большой палец сдвинулся, ложась подушечкой на выпирающую вену. Пилот не понимая сути происходящего сам прислушался к ритму своего сердца. То билось чуть чаще, вероятно из-за волнения. Маккензи не понял, что такого сказал бандиту его пульс, но тот вдруг окончательно успокоился. Буркнул только: — Хер с тобой И выпустил запястье из капкана пальцев, отвернув лицо в сторону, упершись деланно безразличным взглядом куда-то в пространство. Сочтя это за капитуляцию Маккензи отпустил разжавшуюся ладонь и аккуратно принялся ковырять узел на бинтах. Тот порядком растрепался, но мужчина упорно распутывал все вручную. Можно было бы достать нож и просто срезать его, но пилот опасался, что рука дрогнет, или что Мэтис воспримет это как угрозу и дернется сам. Не желая, так или иначе, испытывать судьбу, Маккензи провозился еще минуту, пока наконец не смог развязать треклятый узел. Бинт разматывался неохотно, где-то уже присох, где-то прилип. Мэтис почти не морщился, зажмурив глаза в самом начале, лишь иногда с губ срывалось болезненное шипение. Когда окровавленная марля оказалась на полу, пилот скинул рюкзак, достал бутыль с водой и антисептик, а покопавшись еще, впал в ступор не обнаружив бинты. Он ведь точно помнил как находил новый моток. Неужели тогда отвлекшись на одежду он его не забрал? Пошарил еще. Ничего. “Только этого не хватало” — пронеслась в голове мысль. На пробу мужчина обшарил карманы. И, о чудо, нашел бинты в одном из них. Видимо сунул туда без задней мысли. Собрав все необходимое Маккензи принялся по новой проводить процедуру перевязки. Оторвав кусок марли и намочив ее принялся смывать кровь и обрабатывать раны. Попутно сетуя на то, что у них нет полноценной аптечки. Одна из ран выглядела глубже остальных, без парочки швов она грозилась устраивать кучу проблем. Но что имели то имели, как говорится: и на том спасибо. Может на телескопе найдутся более серьезные медикаменты. Надо будет спросить у Джейс. Оба мужчины находились почти вплотную друг к другу. Из-за разности высот в данный момент, Мэтису даже пришлось чуть откинуться назад и теперь выходило так, что Маккензи практически нависал над ним, уперевшись коленом в камень на котором тот сидел. Бросив короткий взгляд вниз пилот заметил как Мэтис с силой сжимает ткань робы на коленях. Лицо же отвернуто в сторону, с преувеличенно спокойным выражением, словно его вовсе не касается происходящее. Маккензи прячет улыбку, пока стирает кровь и капли антисептика с бледной кожи. Свободную руку девать некуда и он машинально опирается ею о плечо мужчины. Тот вздрагивает, глядит искоса но тут же снова отводит взгляд. Смущенное тепло касается щек, и пилот надеется, что небогатое освещение не даст этого разглядеть. Проходясь последний раз по груди мокрой марлей ладонь замирает, как раз приблизительно в том месте куда Маккензи ткнул пальцем. Тогда он поддался эмоциям и желанию указать Мэтису на проблему, но не рассчитал, что это вызовет такую вспышку боли, что тот сложиться пополам. Стало еще совестней. В каком-то бездумном порыве он коснулся кожи в месте тычка большим пальцем, провел им, ощущая как тело под рукой вздрогнуло. Неловкость собственных действий бросилась в глаза и Маккензи отдернул руку и отступил на шаг. Выкинув использованный кусок бинта он достал основной рулон и попросил Мэтиса встать и поднять руки. Тот просверлил его взглядом секунду-другую, но все же выполнил просьбу. Пилот начал обматывать грудь стараясь не смотреть Мэтису в лицо. Отчего-то тот теперь стал очень внимательно наблюдать за перевязкой, или за выражением лица, сложно было понять глядя лишь на собственные руки. От этого внимания было странно не по себе, но очень быстро Маккензи просто увлекся процессом. Затянув новый узел он положил ладони на верхнюю часть ребер, провел ими, проверяя, что бинт не заломился и плотно прилегает к телу. Мэтис напрягся, тут же опустив руки, перехватывая пилота в районе локтей и дергая того на себя. Их лица оказались так близко друг к другу, что почти соприкасались носами. Маккензи так и замер, невольно сталкиваясь взглядами. Первая беспокойная мысль была о том, что он задел рукой рану. Но на лице напротив ни один мускул не выдавал боли. Мэтис смотрел в ответ пристально, даже чересчур. Казалось, он хотел что-то сказать. Или ударить. С ним такого стоило ожидать постоянно. Однако тот до сих пор ничего не делал. Лишь шумно выдохнул. Когда теплое дыхание коснулось губ Маккензи вдруг осознал как близко друг к другу они находяться. Может в этом и не было ничего такого, но их связь делала эту близость двусмысленной. Делало таковой вообще всю ситуацию. Каждое спонтанное касание, не несущее практической пользы. В моменте осознавая это к пилоту пришло запоздалое смущение. Ему конечно давно не пятнадцать, чтобы краснеть с пустяков, но его личная жизнь никогда не изобиловала событиями. Парочка неудавшихся романов и брак с Астрид, вот и все чем он мог похвастаться. Так что сильно искушен он никогда не был, но даже так градус накатившего смятения превышал все его возможные лимиты. Он не знал куда смотреть, чтобы не встречаться взглядом, и куда деть руки, что от локтя никак не ограничивались в движениях. Ладони просто замерли в раскрытом положении, он боялся ими даже пошевелить. Думал ли Мэтис хоть о чем-то из того, что заполонило голову пилота? По лицу было не понять. Наконец, спустя казалось бы вечность, хотя на деле прошло не больше минуты, Мэтис, прикрыв на мгновение глаза, снова шумно выдохнул — опаляя горячим дыханием лицо напротив — отпустил чужие руки и слегка толкнул пилота в грудь, заставляя того отодвинуться. Последний для верности сделал еще пару шагов назад. Развернувшись спиной к резко вернувшемуся к переодеванию мужчине, Маккензи растер ладонью горящее лицо, что до сих пор ощущало тепло чужого дыхания. В голове стоял кавардак из мыслей, где неприличные боролись с рациональными, за главенство в разуме. Сам пилот хотел чтобы они все заткнулись. Стараясь переключить себя на что-то стороннее он поднял с пола лампу, вытащил из сумки жестяную фляжку и залил остатки масла в фонарь. Он не торопился, растягивая даже такое простое занятие и не позволяя себе даже мельком обернуться назад, где Мэтис продолжал шуршать одеждой. Знал, стоит только ему обернуться и он легко сможет ответить себе на вопрос: Что это было? Что это было за чувство, что вспыхнуло горячей искрой под ребрами всего пару секунд назад? Сейчас он не был готов к ответу. Ни один из них, вероятно, раз в данный момент они оказались по разные углы маленькой пещеры, упорно отгоняющие лишние мысли. Впрочем, откуда ему знать, что в голове у другого человека, верно? Лучше и вовсе не загадывать. Сигналом к продолжению пути стала закинутая в воду оранжевая роба и коротко брошенное: — Я готов. Пошли. Маккензи последовал за спутником по скрипящим подмосткам, где-то за спиной осталась качающаяся на воде яркая ткань. Оставшуюся часть пути они провели в молчании. Лишь под конец, когда они вышли к трубе и прикрутив вентиль поняли, что оказались в начальной пещере, только на уровень выше, Мэтис не удержался от комментария: — Серьезно? Это херня все это время была под носом? — Над носом, если уж быть точным, — беззлобно хмыкнул Маккензи. Поймав хмурый взгляд бандита, мужчина немного стушевавшись пожал плечами. — Ну, тебе-то точно грех жаловаться. Одни плюсы, — закатил глаза Мэтис, одернул вниз подол торчащего из под куртки свитера, и стал спускаться по торчащим доскам. О каких именно плюсах шла речь Маккензи благоразумно решил не уточнять. Внизу их уже встречала Джейс. Девушка смерила удивленным взглядом переодетого Мэтиса. А посмотрев на Маккензи уточнила: — Что-то случилось? Мэтис ответил за пилота, явно не собирающегося посвящать подругу в детали: — Если не считать того, что твой дружок пихнул меня в воду, то ничего не случилось. — Случайно, — Маккензи вздохнул, неловко отведя взгляд. Справедливости ради это и правда была случайность. Но на то она и справедливость, что правдой это было лишь отчасти. — Пизди больше, — махнул на него рукой бандит и двинулся к тоннелю, ведущему к лифту. К счастью тот не стал развивать тему и развернуто рассказывать о всем, что было после очевидно не случайного падения в воду. Хотя с того бы сталось поведать как его пихнули в воду, ткнули в раны и облапали. Окончательно выставляя себя жертвой обстоятельств. Хотя привычки жаловаться за ним особо не наблюдалось, да и публика явно к этому не располагала. Единственное, что выдала бы Джейс это: “Так тебе и надо” или “Ну и поделом”. Хотя последний пункт из вышеперечисленных прегрешений явно вызвал бы у девушки вопросы, отвечать на которые Маккензи бы точно не хотел. В конце концов все было не так! Мужчина тяжело вздохнул, попутно пожимая плечами на вопросительно вскинутые брови подруги, та нахмурилась, но промолчала. Тот факт, что он оправдывается перед самим собой за то, о чем не спрашивали, уже говорит не в его пользу. Сам же сказал, что все было не так, тогда с чего такая мысль вообще возникла? И когда только его размеренная серая жизнь превратилась в этот цветастый балаган? Вероятно можно с полной уверенностью считать, что все началось со злополучного вылета на этот клятый остров. Однако полная картина трындеца развернулась с появлением метки на руке. Вот с этого мгновения ему все больше казалось, что он уже не хозяин в своей голове. И что правит там уже что-то совершенно иное, что захватывает все больше и больше власти и прилегающих территорий. Маккензи устало потер шею, только сейчас его внимание привлекло зудящее ощущение внимательного взгляда. Это точно не Мэтис, тот ушел вперед и за весь путь к лифту так ни разу и не обернулся. Да, Маккензи наблюдал за ним. Значит Джейс. Одного взгляда краем глаза хватило, чтобы убедиться в этом. Девушка шла рядом и внимательно рассматривала его. И взгляд был такой, как на код, что вдруг не сошелся и теперь она пыталась понять в чем причина. Стало не по себе и пилот, стараясь не обращать на это внимания, поднял голову. Освещенная огнями лифтовая шахта выступала из темноты и выглядела внушительно. Сколько еще раз им придется подняться, пока они не отыщут выход? Одной шахте ведано. Главное чтобы этот выход вообще был, иначе весь путь был зря. Помотав головой, отгоняя дурные мысли, Маккензи зашел в кабину вслед за спутниками и взялся за скрипучую ручку. Сдвоенными усилиями лифт поехал, увозя всю троицу выше.