Глава 18. Друзья

Гарри снова сидел с Гермионой и Роном в их маленьком уголке гостиной Гриффиндора. На небольшом столике лежал «Ежедневный пророк». Заголовок гласил: «Правда о родственных душах». Статья была написана самим Варнавой Каффе, и Гарри остался ею очень доволен. Его самого несколько раз упомянули, но всегда в самых лучших выражениях. Его также процитировали. Гермиона удовлетворённо улыбнулась: — Отличное начало. Нам только поможет, если пресса будет на нашей стороне. Гарри кивнул, широко улыбнувшись в ответ: — Каффе был в восторге от меня. Уверен, я произвёл на него правильное впечатление. А на второй странице — новая статья о Люциусе и Перси. Я и это исправил. — И новые законы, которые хочет принять Волан-де-Морт, тоже идут хорошо? — с тревогой спросил Рон. Подросток кивнул: — У светлых волшебников те же права, что и у тёмных: они могут наследовать дворянский титул или состояние, иметь собственный банковский счёт и тому подобное. Никаких ограничений, — с удовлетворением подтвердил он. — Трибунал остаётся на своём месте, хотя они до сих пор не нашли светлого волшебника, который согласился бы войти в его состав. В будущем Визенгамот будет лишь консультативным органом по новым законам и больше не будет отвечать за судебные разбирательства. Также рассматривается вопрос о том, чтобы должности в трибунале не были пожизненными, а регулярно переизбирались или переназначались. Разумеется, всегда будет кто-то из гоблинов, светлый волшебник, тёмный волшебник и так далее. Но это ещё не решено. — Было бы нехорошо, если бы ты вошёл в состав трибунала, — твёрдо сказала Гермиона. — Это выглядело бы так, будто Тёмный Лорд пытается влиять на трибунал через тебя. Рон согласно кивнул, и Гарри согласился: — Кто-нибудь постарше, наверное, подошёл бы лучше всего. — Он задумчиво наклонил голову. — Разве отец Тонкс не светлый волшебник, юрист и магглорождённый? Рон подтвердил: — Тед Тонкс. Я несколько раз слышал, как папа о нём говорил. У него хорошая репутация. Думаю, он отлично бы подошёл. И со стороны тёмных он бы не встретил особого сопротивления, учитывая, что он женился на своём соулмейте, и они очень счастливы вместе. А ещё он очень популярен здесь, в Хогвартсе, поскольку помогал светлым волшебникам, которые теперь приняли зелье. К сожалению, у меня ещё не было возможности поговорить с ним. Он очень занят со студентами. Девушка на мгновение замялась, а затем тихо спросила: — Они уже что-нибудь знают о твоих родителях? Гермиона ободряюще сжала его руку, а Гарри посмотрел на Рона с сочувствием. — Пока нет. Я знаю, что завтра у них назначен опрос. Это немного затянулось, потому что все усердно работают над уголовным кодексом. Они отказались делать его единым для всех — к тёмным и светлым волшебникам будут применять разные меры. Рон подозрительно нахмурился: — Они что, собираются обращаться со светлыми волшебниками хуже? — мрачно спросил он. — Это спорный вопрос, — усмехнувшись, ответил Гарри. — Они склоняются к моему предложению о домашнем аресте для светлых. Для тёмных же рассматривают Азкабан. Что лучше, а что хуже — особенно для светлых, у которых нет связи с соулмейтом, — вопрос в том, предпочли бы они быть переданными под опеку родственной души, чем отправленными в тюрьму. К тёмным волшебникам относятся строже, словно расценивая их проступки как измену. Гермиона задумчиво прикусила губу: — Возможно, стоит рассмотреть и другой вариант. Если светлый волшебник категорически отказывается идти к своему соулмейту и предпочитает Азкабан — пусть это будет его выбор. Гарри на мгновение задумался: — Я поговорю об этом с Марволо. Возможно, это действительно лучшее решение. Посмотрим. — Он сделал паузу и снова посмотрел на Рона. — Но твоей маме это не поможет. Она тёмная ведьма. Авроры уже проверили и подтвердили: она определённо тёмная, как и сказала Джинни. — Я услышала своё имя. Что происходит? — внезапно раздался голос у них за спиной. Все трое удивлённо подняли головы, а затем жестом пригласили Джинни присоединиться. Гарри на мгновение заколебался — он так и не нашёл времени по-настоящему поговорить с девушкой после захвата Хогвартса. Джинни коротко кивнула ему и села рядом с остальными. — Мы говорили о родителях, — объяснил Рон. — Их ещё не допрашивали, так что мы пока ничего не знаем. К тому же уголовного кодекса пока нет, и неизвестно, каким будет для них окончательный приговор. Выражение лица Джинни помрачнело: — Маму, скорее всего, накажут строже, чем папу. — Она помолчала. — Это как инстинкт, — пояснила она в ответ на вопросительные взгляды. — Я просто не могу представить, как можно причинить вред светлому волшебнику, не могу. Светлый должен был бы совершить нечто поистине ужасное. Особенно с тех пор, как я перестала скрывать свое магическое ядро. Это очень мне помогло. — Она слегка улыбнулась. — И Эдвард тоже помогает. Гарри неуверенно улыбнулся ей. Он был рад, что с ней всё в порядке, но всё ещё не знал, как к ней относиться. Это чувство было каким-то странным. Джинни, кажется, заметила это и фыркнула. — Всё в порядке, Гарри, — сказала она. — У меня есть Эдвард, и я совершенно счастлива с ним. И я определённо не настолько устала от жизни, чтобы связываться с Тёмным Лордом ради тебя. Ты не такой уж и красавец. Гарри фыркнул от удовлетворения и впервые с начала всех этих событий широко улыбнулся ей. Она слегка нахмурилась: — Но я всё равно не хочу иметь с ним ничего общего. Я понимаю, что он не имел никакого отношения к событиям на моем первом курсе. Дневник мне подсунул Малфой, а не он. Максимум, что можно ему приписать, — это то, что он написал дневник, и на этом всё. Я действительно хочу избегать Малфоя. — Он — соулмейт Перси, так что… — осторожно начал Рон. Она недовольно фыркнула: — Я могу избегать его и быть вежливой на семейных встречах. Это всё, чего Перси может от меня ожидать, — сказала она, поджав губы. — Конечно, — тут же согласился Рон. Она величественно кивнула и ушла. — Я рад, что она счастлива с Эдвардом, — осторожно произнёс Гарри в наступившей тишине, провожая её взглядом. Гермиона слегка фыркнула: — Эдварду повезло, что они не учатся на одном курсе. Джинни очень ревнива, даже для тёмной ведьмы. Она почти не спускает с него глаз. Рон слегка вздрогнул: — Она стала такой странной с тех пор, как перестала притворяться. Когда Маклагген попытался доставить мне неприятности на прошлой неделе, она набросилась на него с яростью. После этого Маклаггена пришлось отправить в больничное крыло. Она сломала ему нос. Гарри с трудом сдержал смех, а Гермиона прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть улыбку. Рон застонал: — Ну же, ребята. Она моя младшая сестра, ей не нужно меня защищать! — Конечно, приятель! — согласился Гарри, с усилием сжимая губы, чтобы не рассмеяться громче. — Вернёмся к теме, — решительно сказала Гермиона. — Как идут дела с твоей помощью светлым волшебникам, которым нужна поддержка в поиске соулмейта за границей? — Я поговорил с Перси, мы заняли офис рядом с Департаментом международного магического сотрудничества, — тут же посерьёзнел Гарри. — Мне нужно ещё несколько взрослых, чтобы помочь мне. — Международное сотрудничество? — переспросил Рон, поморщившись. — Отдел Крауча-старшего? — Да, он раньше был начальником. Марволо ещё не назначил нового руководителя отдела. Нынешний… не подходил, — осторожно сказал Гарри. Это был один из болванов Фаджа. — Кто-то из людей Дамблдора? — спросила Гермиона. Гарри покачал головой: — Нет, просто идиот. Сын одного из подхалимов Фаджа. Все трое поморщились. — Опять Пожиратель смерти? — спросила Гермиона, беря перо и доставая свиток пергамента. Она принялась составлять список кандидатов на различные должности. — Пока никто не проявил интереса к этому посту, — сказал Гарри, пожимая плечами. Он тоже не слышал ни от кого дельных предложений. — Это должен быть человек, уже имеющий международные связи, и желательно говорящий хотя бы на нескольких иностранных языках, — задумчиво произнёс Рон. — Мы уже знаем, кто будет нашим новым представителем в Международной конфедерации волшебников? — Не Люциус, у него и так достаточно работы в британском министерстве, — сухо заметил Гарри. — Кто-нибудь думал о братьях Лестранж? — спросила Гермиона. — Их семья родом из Франции, и они до сих пор пользуются там хорошей репутацией. У них там остались родственники. Гермиона громко фыркнула: — И близнецам, как их соулмейтам, разрешат их сопровождать? — спросила она. Рон бросил на неё мрачный взгляд: — Уверен, Фред и Джордж никогда бы не испортили ничего важного. Гермиона виновато опустила глаза: — Я не хотела их обидеть, — пробормотала она извиняющимся тоном. — Всё в порядке, — Рон с готовностью простил её. — Разве их репутация не станет проблемой из-за Лонгботтомов? — осторожно спросил Гарри. Рон пожал плечами: — Возможно, Британия пошлёт таких отъявленных преступников. К тому же Тёмный Лорд, вероятно, скоро даст это понять. А если нет, то всё станет ясно, когда Августа Лонгботтом не станет просто так убивать их на улицах. Эта женщина ужасна. — Рыжеволосый слегка вздрогнул. Теперь, когда Гарри познакомился со старушкой, он мысленно согласился с ним. — По крайней мере, я могу это предложить, — наконец сказал Гарри. — Возможно, Рудольфусу и Рабастану это всё равно не понравится. Судя по тому, что я видел, они не из самых активных Пожирателей смерти. Друзья вопросительно посмотрели на него, и он пояснил: — Я видел их только на крупных собраниях. В остальное время они почти никогда не бывают в штаб-квартире. Да, раньше они были разыскиваемыми преступниками и мало что могли делать, но всё же. — Фред, Джордж! — громко крикнул Рон через всю гостиную, немного обдумав слова Гарри. Близнецы посмотрели на них, а затем подошли вместе с Ли Джорданом, который что-то шептал им в углу. — Чем можем помочь, братишка? — Что случилось? — строго спросила Джинни, которая тоже внезапно появилась. Гарри понятия не имел, как ей это удалось. — Что-то не так? — Всё в порядке, Джинни, — заверил её Рон. — У нас просто есть несколько вопросов к Фреду и Джорджу. — Ммм, — пробормотала рыжеволосая и демонстративно села, выжидающе приподняв бровь. — Серьёзно, Джинни, — вздохнул Рон, бросив на неё многострадальный взгляд. — Мы просто хотели спросить их кое-что о Рудольфусе и Рабастане. — Ох, — драматично вздохнул Фред. — Я могу рассказывать тебе о Родди целый день. Что ты хочешь узнать? Но что касается сказок на ночь, боюсь, придётся тебя разочаровать — это личное. — Фред! — они хором воскликнули. Фред лишь широко улыбнулся, Джордж закатил глаза, но всё же слегка улыбнулся. Ли лишь фыркнул. — Мы обсуждали, кто возглавит отдел международного сотрудничества и кто будет направлен в Международную конфедерацию волшебников, — объяснила Гермиона, возвращая всех к теме. — Мы подумали, что это может быть подходящей должностью для них, поскольку у их семьи всё ещё есть связи во Франции. Джордж приподнял бровь, взглянул на брата-близнеца и опустился на стул. — Они никогда раньше об этом не говорили, но для них это может быть интересно. Тем более что мы планируем скоро открыть магазин. — О, неужели скоро? — радостно спросил Гарри. Он отдал близнецам деньги, выигранные на Турнире Трёх Волшебников, и знал, что они задумали открыть магазин приколов. — Да, на прошлой неделе мы подписали договор аренды на Диагон-аллее, — с гордостью сообщил Фред. — У нас уже есть много потенциальных клиентов и поставщиков. Когда закончится учебный год, мы откроемся. Джордж кивнул и мягко улыбнулся: — Рудольфус и Рабастан дали нам недостающую сумму. — А если они сами будут заняты в министерстве, надеюсь, не станут постоянно торчать у нашего магазина, — продолжил Фред. — Иначе отпугнут покупателей! — но он широко улыбнулся, чтобы смягчить свои слова. Ли Джордан закатил глаза: — Я тоже помогу на первых порах. — Он слегка вздохнул. — В конце концов, я пока не знаю, чем займусь дальше. Сначала хочу найти своего соулмейта, но поскольку её нет в Великобритании, это будет непросто. — В этом-то и суть, — сказал Гарри. — Я начал создавать в министерстве офис, чтобы помогать волшебникам находить родственную душу за границей. Но нам, вероятно, придётся тесно сотрудничать с отделом международного сотрудничества, а поскольку у них пока нет руководителя… — Рудольфус говорил мне, что у них остались родственники во Франции. Один из них — дядя, занимающий высокий пост во французском министерстве. Мы обязательно можем спросить их, заинтересует ли их такая возможность, — задумчиво произнёс Фред и ободряюще толкнул Ли плечом. — Спасибо, ребята, — сказал Гарри. — Мне предложить это Марволо? Или вы хотите сначала спросить у них? — Эх, — протянул Джордж. — Давай сначала переговорим с ними. Тогда ты ещё успеешь поговорить со своим соулмейтом. — Договорились, — заверил Гарри. Близнецы и Ли снова удалились, Джинни последовала за ними, напоследок бросив на Золотое Трио предостерегающий взгляд. — Как думаешь, она будет так же вести себя с Биллом и Чарли? — задумчиво спросил Гарри. — В смысле, Билл на одиннадцать лет старше неё. Но она очень опекает своих братьев. — Он сочувственно посмотрел на Рона. Гермиона посмотрела на него с изумлением, а затем громко рассмеялась, в то время как Рон лишь раздражённо застонал. — Она просто чрезмерно опекающая! Это невыносимо! — громко пожаловался он и уронил голову на скрещённые руки. — Я этого не вынесу, если так и будет! Когда они наконец успокоились, Гермиона задумчиво посмотрела на девушку, которая теперь сидела с первокурсниками и о чём-то беседовала. — Как думаешь, это из-за того, что она так долго притворялась светлой ведьмой? Может, поэтому у неё так сильно развились инстинкты? Гарри пожал плечами: — Не знаю, но идея интересная. Может, стоит спросить Руквуда. В конце концов, если можно получить магическое отравление, слишком долго скрывая своё ядро, почему бы не возникнуть и другим последствиям? И, возможно, он мог бы взять с собой крестного, чтобы заодно выяснить, действительно ли Руквуд — его соулмейт. — Расскажи мне, если Руквуд что-нибудь знает. Это было бы очень любопытно, — глаза Гермионы загорелись. — Обязательно, — заверил её Гарри. Рон лишь закатил глаза: — Зануды. — Заткнись, Рон, — с улыбкой сказала Гермиона. — Может быть, зануды решат и твою проблему с чересчур опекающей сестрой? После недолгого раздумья Гермиона задумчиво произнесла: — Что интересно: со светлыми волшебниками и ведьмами, которые ещё не нашли своего соулмейта, она обращается хуже всего — даже хуже, чем с Роном или другими учениками, у которых пары пока нет. Гарри наклонил голову: — Интересно. Может быть, это инстинкт — защищать одиноких светлых магов, который исчезает, когда они находят свою родственную душу и обретают защитника, способного о них позаботиться? — Возможно, — задумчиво согласилась Гермиона. — Отлично. Значит, я не получу от сестры ни минуты покоя, пока Джемма наконец не согласится пойти со мной на свидание, — раздражённо пробормотал Рон. — Ну, как там у вас? — с интересом спросил Гарри. Поскольку он несколько дней не был в школе, он пропустил ухаживания Рона за Джеммой Фарли и хотел узнать последние новости. — Плохо, — с горечью признался Рон. — Что бы я ни делал, она просто не хочет встречаться со мной. — Он уронил голову на руки. — Я просто не знаю, что ещё предпринять. Гарри ободряюще похлопал его по плечу. Краем глаза он заметил, что Джинни снова бросает на них подозрительный взгляд и, похоже, готова вмешаться. Он незаметно покачал головой, и она слегка фыркнула, но всё же откинулась назад, хотя глаз с брата не спускала. Гарри с улыбкой отметил это. — Можешь просто сказать ей, что ты её соулмейт, — предложил он. — На самом деле это сыграет тебе на руку — она поймёт, что действительно хочет встречаться или выйти замуж только за родственную душу. — Но почему она просто не хочет быть со мной? — отчаянно спросил Рон. Гермиона вздохнула: — Может, ты ей нравишься. По крайней мере, она всегда очень мила, когда отказывает тебе. Я видела, что с другими она бывает гораздо резче, когда те приглашают её на свидание. — Она помедлила. — Адриан говорил мне, что слышал, как она сказала, что ты ей симпатичен. Рон с надеждой поднял голову: — Она считает меня симпатичным? — мечтательно переспросил он. Эта новость, казалось, мгновенно подняла ему настроение. Гермиона кивнула: — Похоже, она рассказала об этом Вейси. Та её дальняя родственница. — Она считает меня симпатичным, — мечтательно вздохнул Рон, расплываясь в широкой улыбке. Гермиона улыбнулась в ответ, но слегка покачала головой, глядя на друга. — Тебе правда стоит сказать ей, что она твой соулмейт, — сказала она. — Адриан расспрашивал Вейси, и вряд ли Джемма согласится на свидание, пока не узнает, что вы родственные души. Она слишком упряма. Она поклялась выйти замуж только за свою родственную душу. За всё время учёбы в Хогвартсе она ни с кем не встречалась — кто бы её ни приглашал. — Но она должна любить меня таким, какой я есть, а не только потому, что я её соулмейт, — снова заныл Рон, хотя уголки его губ уже подрагивали в улыбке. Гарри вздохнул. — Дружище, кто сказал, что если она узнает, что ты её соулмейт, то полюбит тебя только из-за этого? Марволо тоже знает, что я его родственная душа, и я всё равно уверен, что он любит меня таким, какой я есть. Конечно, без этого знания мы, вероятно, никогда бы не сошлись, но это не значит, что наши чувства менее ценны. Рон снова тяжело вздохнул: — Ты так думаешь? — неуверенно спросил он. — Разумеется, — заверил его подросток. — Достаточно взглянуть на Дина и Дафну. Думаешь, они празднуют не любовь? Все трое слегка скривились. — Вчера Дин лежал во дворе, положив голову на колени Дафны, пока она плела ему венок из цветов, — пробормотал Рон, пытаясь изобразить отвращение, хотя было заметно, что он немного завидует. — Не знаю, как Симус терпит их, — серьёзно подтвердила Гермиона. — Иногда с этими двумя просто невыносимо. Гарри согласно кивнул и обратился к Рону: — Ты ведь знаешь Теда и Андромеду Тонкс. Теду в конце концов пришлось выпить сыворотку правды, чтобы Андромеда поверила, что он её соулмейт, потому что он бегал за ней ещё с первого курса. Ты ведь не хочешь рисковать, правда? Рон на мгновение задумался, затем покачал головой. — Я ей скажу, — твёрдо заявил он. — В любом случае, уже почти время ужина. С этими словами он решительно поднялся. Удивлённый Гарри поднял глаза и обнаружил, что гостиная почти опустела. Он даже не заметил, как пролетело время. Вообще-то он планировал вернуться в поместье через камин, но давно не видел друзей и наслаждался общением с ними. В этот раз он решил поужинать с ними в Большом зале. Марволо обычно возвращался домой поздно, так что вряд ли успел бы к ужину. К тому же Гарри хотел посмотреть, действительно ли Рон заговорит с Джеммой. Он бросил взгляд на друга — тот выглядел очень решительным. Гарри знал его: если Рон что-то задумал, он доведёт дело до конца и не отступит. Как только они вошли в Большой зал, Рон твёрдым шагом направился к столу Слизерина. Джемма подняла глаза и, увидев приближающегося Рона, слегка нахмурилась, но Гарри заметил, как уголки её губ чуть дрогнули. Гермиона и Гарри последовали за другом. Гермиона легко обняла Адриана, он ответил ей счастливой улыбкой и обнял её за талию. — Он снова пытается? — тихо прошептал он. Гарри кивнул: — Но он сказал, что на этот раз хочет сказать ей, что она его соулмейт. — Хм, — удивлённо протянул Адриан и, приподняв брови, проводил взглядом рыжеволосого. — Я думал, он слишком упрям для этого. Они хорошо подходят друг другу — оба ужасно упрямые. Рон остановился перед Джеммой и снова глубоко вздохнул. Она посмотрела на него с поднятыми бровями и просто ждала. — Джемма, — осторожно начал рыжеволосый. Гарри удивлённо поднял бровь — обычно Рон лепетал что-то невнятное, пока не начинал врать по пустякам. — Хочу, чтобы ты знала: всё, что я сейчас скажу, я говорю совершенно искренне. Джемма тоже выглядела немного удивлённой, но сосредоточила на нём всё внимание, хотя руки так и держала скрещёнными. Вейси, сидевшая рядом с ней, с лёгким любопытством и весёлой улыбкой следила за происходящим. — Когда я принял зелье, чтобы найти свою родственную душу, результатом стала ты. Но я ничего не сказал, потому что хотел, чтобы ты полюбила меня таким, какой я есть, а не только из-за того, что мы соулмейты. И я знаю, что ты невероятно красивая, умная и всё такое, и я… Рон осекся, когда Джемма внезапно встала и крепко прижалась губами к его губам. Рон на мгновение растерянно моргнул, но тут же страстно ответил на поцелуй. Джемма обвила руками его спину и притянула ближе. Позади них кто-то начал свистеть. Постепенно ликование и свист разнеслись по всему Большому залу. Они отстранились друг от друга и застыли, глядя в глаза, не обращая внимания на ликующую толпу. — Я хотела сказать «да», но я также хотела встречаться только со своим соулмейтом, — пробормотала Джемма, всё ещё крепко обнимая Рона. — Я рада, что это ты. Думаю, если бы ты спросил меня ещё несколько раз, я всё равно сказала бы «да», — призналась она. Рон широко улыбнулся и посмотрел на неё с благоговением: — Я бы спрашивал до конца своей жизни, если бы пришлось. Джемма мягко улыбнулась и снова поцеловала его: — И просто к твоему сведению: ты замечательный. В тебе нет ничего плохого или неполноценного. Вейси встала и хлопнула Рона по плечу так сильно, что тот чуть не споткнулся и придвинулся ещё ближе к Джемме. Она бросила на Вейси острый взгляд. — Добро пожаловать в семью, — сказала она, не обращая внимания на её взгляд. — Наконец-то, — тихо пробормотал Адриан и широко улыбнулся. — Флинт должен мне десять галлеонов. Он сказал, что это займёт как минимум ещё неделю. Гарри слегка покачал головой, затем последовал за Адрианом и Гермионой, которые уже подошли к столу Слизерина. Гермиона села рядом с Джеммой и Роном; Рон тоже опустился на стул, но теперь практически сидел у Джеммы на коленях. Они всё ещё смотрели друг на друга, не замечая ничего вокруг. Даже еду перед собой Рон игнорировал, продолжая вглядываться в глаза своего соулмейта. Гарри вздохнул, снова пожалев, что его соулмейт не был ближе к его возрасту — тогда они могли бы делать то же самое в Хогвартсе.