Часть 6

Леон проводил взглядом закрывшуюся дверь. — Не трать на него силы, Леон. — Анна положила руки в карманы халата. — Он странный, потому что ты в первый день чуть голову ему не снес. — Не помню такого. — Естественно, тебе вкололи слишком много обезбола. — Брюнетка улыбнулась. Она стояла у края кровати, положив руку поверх его ладони — её прикосновение казалось сейчас самым реальным и теплым, что у него осталось. — Тебе нужно поспать, Леон, — прошептала она, и её голос слился с шелестом ветра за окном. Леон почувствовал, как тяжелеют веки. Он посмотрел на Анну в последний раз перед тем, как закрыть глаза. Она снова улыбнулась ему — той самой спокойной, внимательной улыбкой, в которой он видел свое спасение. — Не уходи далеко, — пробормотал он уже сквозь сон. — Я всегда здесь, — ответила она. Анна медленно убрала руку и направилась к двери. У самого выхода она обернулась, бросив последний взгляд на спящего агента. Леон дышал ровно и глубоко — впервые за долгое время его лицо во сне было абсолютно спокойным, без тени привычного напряжения или боли. Она вышла в коридор, и дверь палаты тихо защелкнулась. Леон погрузился в глубокий, безмятежный сон. Ему не снились ни взрывы, ни монстры, ни тени прошлого. Ему снилась тишина под старым дубом и запах сосновой хвои. Очередной сеанс проходил в малом реабилитационном зале. На этот раз Анна решила, что пора переходить к более сложным упражнениям на координацию. Леон, который всегда гордился своей грацией хищника и способностью контролировать каждое движение, чувствовал себя на редкость нескладно. — Тебе нужно опереться на меня, Леон. Весь вес на правую сторону, но левую ногу просто слегка коснись пола, — Анна подошла вплотную, подставляя плечо. Леон замялся. Он привык быть тем, кто выносит людей из огня, а не тем, кто судорожно цепляется за чужой локоть. Когда он наконец обхватил её за плечи, он почувствовал, насколько она меньше и хрупче, чем казалось со стороны. Это осознание заставило его замереть. — Я... я могу тебя раздавить, — проворчал он, стараясь не смотреть ей в глаза. — Ты слишком маленькая для роли костыля. — Я крепче, чем выгляжу, — отозвалась Анна с легкой усмешкой. — Давай, первый шаг. Леон сделал движение, но нога предательски дрогнула. Он покачнулся, и чтобы не упасть, ему пришлось буквально прижаться к ней. На мгновение он уткнулся лицом в её волосы, почувствовав тонкий аромат ванили и лекарств. Его руки инстинктивно сжались на её талии чуть сильнее, чем требовалось для равновесия. Он тут же отпрянул, насколько позволяла больная нога, и густо покраснел — зрелище для сурового агента спецслужб почти невозможное. — Прости. Я... я потерял баланс, — Леон начал судорожно поправлять край своей больничной футболки, глядя куда-то в сторону тренажеров. — Всё в порядке, это естественный процесс, — спокойно ответила Анна, хотя в её взгляде проскользнула лукавая искорка. — Да нет, это глупо. Я выгляжу как новорожденный олененок, — Леон сердито выдохнул, пытаясь вернуть себе привычную невозмутимость. Его пальцы нервно перебирали края шорт. — Давай еще раз. Я справлюсь сам. Он предпринял попытку сделать шаг самостоятельно, но снова пошатнулся. Анна снова оказалась рядом, мягко подхватив его под руку. В этот раз Леон не стал сопротивляться, но его движения оставались скованными. Он был так сосредоточен на том, чтобы не коснуться её «лишний раз», что стал спотыкаться еще больше. — Ты слишком много думаешь о том, как выглядишь со стороны, Леон, — тихо сказала она. — Здесь нет зрителей. Только ты и я. Леон наконец поднял на неё взгляд. Его смущение медленно сменялось чем-то более глубоким и теплым. — Наверное, я просто не привык, что кто-то видит меня... таким, — признался он, и его рука на её плече наконец расслабилась.