Допрос с применением соблазнения🔞

Прошел год. Для Винчестеров 2009-й стал настоящим адом на земле: небеса содрогались от гибели ангелов, а тень Аластора — великого палача Преисподней — нависла над ними, угрожая стереть в порошок всё, что им дорого. Астрид в это время почти не появлялась в бункере; она разрывалась между помощью братьям и заботой о тяжело больной подруге, стараясь сохранить хоть каплю нормальной жизни. Возвращаясь поздним вечером от Дина и Сэма, Астрид привычно повернула ключ в замке зажигания, но не успела проехать и мили. Дорогу внезапно поглотил неестественно густой, липкий туман. Секунда — и реальность подернулась дымкой. Очнулась она уже на жестком стуле. Руки были крепко стянуты за спиной, а в помещении царил полумрак, пахнущий сыростью и старой кровью. Но Астрид не была бы собой, если бы поддалась панике. Вместо криков она лишь поудобнее устроилась на сиденье, насколько позволяли веревки, и начала вглядываться в темноту. В углу зашевелился высокий силуэт. — Хм, — Астрид ухмыльнулась, её голос прозвучал удивительно спокойно в этой зловещей тишине. — Судя по силуэту, ты мужчина. Причем весьма статный. Ну-ка, признавайся, сколько в тебе роста? Сто девяносто или больше? Обожаю высоких. Из тени медленно вышел Аластор. В своей последней оболочке он выглядел пугающе величественно: холодный взгляд, безупречная осанка и аура первородного зла. Он замер, искренне удивленный такой реакцией. — Тебе... не страшно? — проскрипел он, склонив голову набок. Его голос напоминал шелест сухих листьев на могиле. Астрид без тени смущения перекинула ногу на ногу. Подол её платья приподнялся, обнажая загорелое бедро, но она даже не повела бровью. — Ну, вообще-то нет. Просто когда я вижу что-то прекрасное, инстинкты самосохранения у меня отключаются первыми. Так кто ты у нас, таинственный незнакомец? Аластор сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума. Он присел перед ней, властно подняв её подбородок ледяными пальцами, заставляя смотреть прямо в глаза. — Аластор, — выдохнул он. Астрид удивленно моргнула, ничуть не впечатленная его зловещим тоном. — И что? Имя как имя. Звучит вполне благородно. Лицо демона исказилось в хищной усмешке. — Палач Ада. Белоглазый демон. Тот, перед кем трепещут даже самые древние души. Астрид на секунду задумалась, будто припоминая что-то из лекций Сэма, а потом вдруг спросила: — Погоди... стоп. А что, у демонов могут быть фиолетовые глаза? Аластор нахмурился, его терпение явно проходило проверку на прочность. — Нет. Такого цвета не существует в инфернальной иерархии. Чтобы доказать свою правоту и, наконец, напугать эту странную женщину, он закатил глаза. Зрачки и радужка мгновенно исчезли, сменившись мертвенно-белым, сияющим молоком пустоты. Астрид не отпрянула. Наоборот, она подалась вперед, внимательно разглядывая его лицо с детским восторгом. — Офигеть! — выдохнула она, расплываясь в улыбке. — Как круто! Это типа встроенные спецэффекты? Выглядит просто прикольно, Аластор. Тебе очень идет, честно! Палач Ада, который веками оттачивал искусство внушения ужаса, впервые в своей бесконечной жизни почувствовал себя в полном замешательстве. Такого «допроса» в его практике еще точно не было.Аластор резко выпрямился, отошел на пару шагов и смерил Астрид тяжелым взглядом, пытаясь вернуть ситуации серьезность. — Значит так, — прошипел он, заложив руки за спину. — Ты — женщина Дина Винчестера. Верно? Его слабое место, за которое я буду тянуть, пока он не взвоет. Астрид звонко расхохоталась, запрокинув голову, чем окончательно сбила демона с толку. — Не-не-не, подожди! — сквозь смех выдавила она. — Ты всё перепутал. Я им вообще не девушка. Я просто их гувернантка: принеси-подай, убери в бункере, иногда дай пару капель крови для их заумных ритуалов. Мы просто коллеги, ничего личного, клянусь! Она заерзала на стуле, пытаясь устроиться поудобнее, и с живым интересом уставилась на Палача, который как раз подошел к столу с инструментами. — Кстати, — бодро продолжила она, — а что там в Аду? Ну, какой он на самом деле? Там правда только котлы и черти с вилами или есть что-то поинтереснее? Аластор обернулся, и в его взгляде на мгновение промелькнула странная гордость за свою обитель. — Мрачный. Холодный. Поглощенный бесконечным туманом, — медленно произнес он. — Ведь истинные демоны — это и есть дым. Мы — бесплотная тьма, а не плоть. Астрид нахмурилась, озадаченно оглядывая его мощную фигуру и волевое лицо. — В смысле? — буркнула она. — Но сейчас-то ты вполне себе тело. Кожа, мышцы, рост вон какой... Ты же настоящий! Аластор хмыкнул, и в этом звуке прорезалось высокомерие древнего существа. — Это всего лишь оболочка. Тюрьма из мяса, необходимая, чтобы касаться вашего мира. Хочешь увидеть правду? Он замер, и вдруг его рот широко распахнулся. Из горла, с густым клокочущим звуком, повалил плотный, иссиня-черный дым. Облако демонической сущности стремительно вылетело из тела, закружилось под потолком зловещей воронкой, а покинутая оболочка Аластора бессильно осела на стул, превратившись в пустую куклу. Астрид проводила взглядом кружащийся дым, поморщилась от запаха серы и разочарованно выпятила нижнюю губу. — Фу, — буркнула она, глядя на пустую «оболочку». — Не-а. В теле было определенно лучше. Возвращайся давай, а то так с тобой даже поговорить не о чем — сплошной смог и никакой харизмы!— И что, получается, вы все — просто квартиранты? — Астрид вскинула брови, искренне пораженная масштабом «жилищного вопроса» в сверхъестественном мире. — И ты, и Кастиэль? Аластор, который уже успел втянуться обратно в тело и теперь поправлял манжеты, коротко кивнул: — Да. Мы заимствуем форму. — Ничего себе! — Астрид возмущенно выдохнула. — То есть этот крылатый тоже, по сути, тело украл? Какой скандал! А у тебя, Алик, сколько таких «костюмов» было? Палач Ада поморщился от сокращения своего имени, но, сам того не замечая, начал поддерживать беседу. — Немного. За всё время — три. Первая была вполне сносной. А вот вторая... — его лицо исказилось от брезгливости, — она меня невероятно злила. Слабое, никчемное мясо, худший мой выбор. Зато третья, — он окинул взглядом свои руки и широкие плечи, — эта оболочка меня вполне устраивает. Астрид хмыкнула и, лукаво прищурившись, медленно закусила нижнюю губу, не сводя с него восхищенного взгляда. — Знаешь, — протянула она, — меня она тоже очень даже устраивает. Аластор, явно не привыкший к таким комплиментам во время пыток, резко отвернулся к столу. Чтобы скрыть внезапное замешательство, он схватил один из своих тонких ножей и, даже не глядя назад, резко метнул его через плечо. Лезвие со свистом рассекло воздух и впилось в деревянную спинку стула в сантиметре от плеча Астрид, пригвоздив к дереву тонкую бретельку её платья. — Мама дорогая! — пискнула Астрид, дернувшись. — А если бы ты попал? У меня же кожа не железная! — Не попал бы, — холодно бросил Аластор, не оборачиваясь. — Я всё рассчитал. Это было предупреждение, чтобы ты прикусила язык. Но стоило Астрид чуть сильнее дернуться от испуга, как натянутая бретелька не выдержала и с негромким треском лопнула. Ткань платья, лишившись опоры, мгновенно сползла вниз, обнажая всё то, что Астрид обычно скрывала под нарядом. Она даже смутиться не успела — всё произошло слишком быстро. Аластор, почувствовав движение за спиной, начал было оборачиваться, но, увидев представшую картину, тут же тактично — или скорее шокировано — отвернулся обратно к стене. Он замер, глядя в одну точку, но Астрид, обладавшая острым глазом, заметила, как его плечи напряглись, а само тело, несмотря на всю его «демоническую холодность», выдало вполне однозначную мужскую реакцию. Астрид, ничуть не расстроившись из-за порванного платья, тихо и победно хихикнула. — О-о-о... — протянула она, разглядывая его застывшую спину. — Скажи-ка мне, великий палач... А вот это вот «движение» — это тоже особенность оболочки или всё-таки твоя личная воля? Кажется, кому-то я понравилась гораздо больше, чем он готов признать!Аластор, чье самообладание трещало по швам под напором этой невыносимой женщины, прошипел сквозь зубы: — Просто закрой свой рот, девчонка! И прикройся! Его голос сорвался на рычание, но Астрид лишь снова хихикнула, совершенно не впечатленная его праведным демоническим гневом. Она поудобнее устроилась на стуле, игнорируя сползшее платье, и склонила голову набок, лукаво блеснув глазами. — Слушай, Алик... — протянула она с притворным сочувствием. — Я, конечно, своё пари уже выиграла и титул «последней надежды» удерживаю гордо. Но, между нами, вряд ли вы, демоны, смыслите в удовольствиях столько, сколько знаю я... ну, чисто теоретически, по фанфикам. Говорят, вы там в Аду совсем зачерствели со своими пытками. Это стало последней каплей. Аластор резко развернулся. В его глазах больше не было смущения — только задетое мужское и демоническое самолюбие. Он в два широких шага преодолел расстояние между ними и навис над Астрид, буквально вжимая её своим телом в спинку стула. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от её, а холодное дыхание обжигало кожу. — Хочешь проверить? — вкрадчиво спросил он, и в его голосе прорезалась хищная, опасная улыбка. — Думаешь, палач, который веками изучал каждое нервное окончание человеческого тела, не знает, как заставить его дрожать не только от боли? Астрид замялась. Её напускная уверенность на мгновение дрогнула, когда она почувствовала исходящую от него мощь. Она медленно перевела взгляд с его ледяных глаз ниже — на его губы, затем на широкую шею, и еще ниже... на то, что из-за их близости и её полураздетого состояния теперь было прямо перед её лицом. Тишина в подвале стала осязаемой. Астрид сглотнула, чувствуя, как сердце забилось где-то в горле, но природное любопытство и здесь взяло верх над страхом. — Ну... — прошептала она, снова обретая голос, хотя он и стал на октаву ниже. — Если ты настаиваешь на практическом занятии, то я крайне внимательная ученица. Покажешь, на что способен твой хваленый «опыт»?Аластор медленно, почти благоговейно, положил ладонь на ее затылок, зарываясь пальцами в волосы, а другой рукой коснулся скулы, очерчивая линию подбородка. Его движения были лишены привычной грубости — сейчас в них сквозило пугающее, гипнотическое внимание хищника, нашедшего не жертву, а равного противника. — Поражаюсь твоей смелости, — прохрипел он, и его голос вибрировал где-то в грудной клетке. — Но правила есть правила. Просто скажи «да». Не хочу, чтобы Винчестеры или их «гувернантка» внесли меня в список плохих парней раньше времени. Астрид, чьи запястья всё еще были туго стянуты за спинкой стула, подалась вперед, не разрывая зрительного контакта. Она посмотрела на него снизу вверх — дерзко, призывно, с тем самым огнем в глазах, который заставлял даже ангелов свистеть ей вслед. — Да, — выдохнула она, и это «да» прозвучало как вызов. — Посмотрим, чего стоит твое адское мастерство. Аластор коротко ухмыльнулся и сократил последнее расстояние между ними. Оказавшись прямо перед ней, он едва заметно раздвинул колени, становясь вплотную к сиденью стула. Астрид, зажатая между его бедрами и спинкой, чувствовала исходящий от него жар оболочки, который теперь казался почти невыносимым. Не имея возможности использовать руки, она использовала всё остальное. Её губы, горячие и мягкие, коснулись тонкой ткани его брюк, дразня и изучая контуры того, что скрывалось под ними. Она действовала уверенно, перемежая легкие прикосновения с более решительными движениями, заставляя Аластора судорожно вздохнуть и крепче сжать пальцы на её затылке. Палач Ада, привыкший к крикам агонии, теперь слышал лишь её прерывистое дыхание и тихие, едва уловимые звуки, от которых по его позвоночнику пробегали искры. Астрид умело пользовалась своим положением: сидя на стуле прямо напротив источника его напряжения, она ласкала его сквозь одежду, то отстраняясь, то возвращаясь снова, доводя демона до предела. Аластор запрокинул голову, и его глаза на мгновение снова вспыхнули мертвенно-белым светом, но теперь не от ярости, а от чистейшего, первородного наслаждения, которое эта женщина дарила ему с такой легкостью и грацией.Аластор стоял над ней, тяжело и хрипло дыша, его пальцы, привыкшие к стальным инструментам, теперь почти судорожно впивались в её волосы, удерживая голову Астрид. Он чувствовал каждое движение её губ, каждый влажный след, который она оставляла через тонкую ткань. Эта игра без рук, в которую она была вынуждена играть из-за пут, сводила его с ума своей извращенной интимностью. Астрид чувствовала, как под её губами и языком пульсирует его напряжение. Она действовала смело, почти нагло, дразня его самыми чувствительными точками. Она то замирала на месте, обдавая его горячим дыханием, от чего по телу демона пробегала судорога, то возобновляла ласки с удвоенным рвением. — Кажется... твой «костюм» вот-вот треснет по швам, Палач, — прошептала она, на мгновение отстранившись и глядя ему прямо в глаза затуманенным взором. Аластор не выдержал. Его рука скользнула вниз, к ремню. С резким щелчком металлическая пряжка поддалась, и он освободил себя от стесняющей одежды. Астрид затаила дыхание, когда он шагнул еще ближе, оказываясь прямо у её лица. Теперь между ними не было преград. Она приникла к нему, ощущая контраст его прохладной кожи и того жара, что исходил от самой сути его существа. Её губы сомкнулись на нем, и Аластор издал звук, который никогда не позволял себе в присутствии смертных — сдавленный, гортанный стон наслаждения. Он направлял её движения, его ладони теперь лежали на её плечах, удерживая и одновременно подталкивая. Астрид работала языком и губами с невероятным упорством, доводя его до исступления. Она чувствовала, как в нем борется демоническая природа и человеческая оболочка. Он был готов взорваться. Его глаза то становились человеческими, то заливались мертвенным светом, отражая бурю внутри.Она подчинилась, ускоряя темп и используя весь свой арсенал ласок. Её голова двигалась ритмично, а волосы рассыпались по его бедрам золотистым облаком. В какой-то момент Аластор не выдержал: он сорвал её со стула вместе с веревками, удерживая на весу одной рукой, и прижал к стене, не разрывая их интимного контакта.Астрид перевела дух, слизывая с губ капельку пота, и лукаво взглянула на Аластора снизу вверх. Её щеки горели лихорадочным румянцем, а в глазах плясали чертенята. — Может, всё-таки развяжешь мне руки? — прошептала она с притворным смирением. — Я обещаю не кусаться... если ты сам об этом не попросишь. Аластор, чьё дыхание всё ещё было рваным и тяжелым, молча выхватил кинжал. Одним резким, ювелирным движением лезвие перерезало путы. Астрид со стоном облегчения потерла затекшие запястья, но медлить не стала. Её ладони тут же взлетели вверх, по-хозяйски смыкаясь на широких плечах демона, пальцы впились в ткань его пиджака, притягивая его к себе. — Только осторожно, — шепнула она ему прямо в ухо, обжигая мочку горячим дыханием. — Я ведь всё-таки хрупкая смертная. Почти. Она медленно, не разрывая визуального контакта с его потемневшими глазами, приподнялась и залезла на массивный деревянный стол, заваленный его «инструментами». Смахнув ногой в сторону какой-то зажим, который со звоном полетел на пол, Астрид уселась на край и широко раздвинула колени, приглашая Аластора войти в пространство между ними. Её порванное платье теперь окончательно превратилось в бесполезный лоскут ткани, едва прикрывающий бедра. Аластор шагнул вперед, оказываясь в плотном кольце её ног. Астрид обхватила его талию своими загорелыми бедрами, притягивая вплотную, так что его обнаженная плоть коснулась её нежной кожи. — Ты чувствуешь, как я дрожу? — промурлыкала она, запуская одну руку в его волосы, а другую спуская ниже, к его пояснице. — И это вовсе не от страха, Палач. Аластор навис над ней, упираясь ладонями в стол по обе стороны от её бедер. Дерево жалобно скрипнуло под его тяжестью. Он смотрел на неё сверху вниз, и в этом взгляде смешалось всё: древняя тьма, мужской голод и искреннее изумление перед этой женщиной. Он медленно подался вперед, входя в неё — сначала осторожно, пробуя на вкус её готовность, а затем всё более властно и глубоко. Астрид запрокинула голову, её спина выгнулась дугой, а пальцы до белизны в костяшках впились в его плечи. Каждый его толчок отдавался в ней электрическим разрядом. В полумраке подвала, среди запаха серы и старой древесины, они сплелись в едином ритме — первобытном, диком и абсолютно неправильном. Аластор не просто брал её тело, он будто пытался прочувствовать саму её душу, такую яркую и бесстрашную, а Астрид в ответ лишь крепче сжимала его в своих объятиях, заставляя величайшего мучителя Ада подчиняться её собственному темпу.Подвал наполнился звуками, которые были чужды этому месту: тяжелым, рокочущим дыханием Аластора и прерывистыми, тихими всхлипами Астрид, в которых не было ни капли боли — только чистая, концентрированная жажда. Стол под ними содрогался, инструменты на его краю мелко дрожали, со звоном соприкасаясь друг с другом, но ни один из них не обращал на это внимания. Аластор, окончательно отбросив маску холодного наблюдателя, впился в её губы жестким, собственническим поцелуемКульминация накрыла их одновременно. Астрид закричала, впиваясь зубами в его плечо, чтобы не потерять сознание от нахлынувшей волны наслаждения, которая буквально выжгла всё в её голове. Аластор замер, содрогаясь всем телом, его пальцы до хруста впились в край стола, и из его груди вырвался низкий, вибрирующий рык, от которого задрожали стекла в окнах подвала.Астрид так и осталась лежать на столе, раскинув руки по холодному дереву среди разбросанных скальпелей. Она не спешила разжимать кольцо своих загорелых ног, удерживая Аластора в плену своих бедер, словно он был её личным трофеем. Демон навис над ней, всё ещё тяжело дыша, и в его взгляде читалось нечто среднее между гневом и глубоким потрясением. Внезапно тишину подвала прорезал бодрый рингтон — телефон Астрид, чудом не выпавший из кармана платья, разрывался от звонка. — О господи, ну конечно, — хмыкнула она, потянувшись к трубке. На экране высветилось «Дин». Аластор замер, его глаза опасно блеснули, но Астрид лишь приложила палец к его губам, призывая к тишине. Она ответила на звонок, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя в легких всё еще не хватало воздуха. — Да, Дин? — она лукаво прищурилась, глядя прямо в глаза Палачу, и начала медленно водить свободной ладонью по его груди, спускаясь ниже к животу. — Кетчуп? Дин, ты серьезно? Вторая полка на дверце холодильника, за банкой с солеными огурцами. Да, прямо там. Нет, это не горчица, посмотри внимательнее... Послушай, я сейчас немного занята «переговорами», буду через час. Всё, не скучай, Сэмми привет. Она нажала отбой и со вздохом отбросила телефон в сторону. — Так, демон, — Астрид перевела взгляд на Аластора и её голос стал серьезнее. — Теперь слушай внимательно. Во-первых, чтобы у нас не было недопониманий: для Винчестеров я что-то вроде старшей сестры, которая заставляет их мыть уши. Так что твоя затея с «заложницей» — так себе план, они скорее придут меня спасать от тебя, чем наоборот. Она провела ладонью по его щеке, заставляя его снова посмотреть на неё. — Во-вторых, надеюсь, мы договорились — ничего личного. Это был... отличный мастер-класс, но давай оставим это между нами. И в-третьих, — она обворожительно улыбнулась, — ты ведь вернешь меня назад, правда? Желательно прямо к «Импале», а то я каблук сломала, пока ты меня тут по туманам таскал. Будь джентльменом, Алик. Аластор молчал несколько секунд, изучая её лицо так, будто видел перед собой самое сложное проклятие в своей жизни. Затем он медленно отстранился, поправляя одежду, и в его глазах снова на миг вспыхнул белый свет. — Ты самая безумная смертная из всех, кого я пытал, Астрид Зори, — проскрипел он, но в его тоне слышалось невольное уважение. — Иди. Туман укажет дорогу. Но не надейся, что следующая наша встреча будет такой же... безболезненной. Астрид хихикнула, спрыгивая со стола и пытаясь хоть как-то привести в порядок порванное платье. — Ну, — бросила она через плечо, направляясь к выходу, — если будет скучно в своем тумане — ты знаешь мой номер. У меня как раз есть пара идей для «второго занятия».