Часть 2. Сознание.

Я снова сбился с мысли. В тот момент, когда я случайно порезался в цирке, я не понимал, к чему все идет. Такая свобода накрыла меня, когда я чувствовал боль, что перестал чувствовать себя комфортно, не испытывая ее. Мне хотелось больше. сердце замирало каждый раз, не давая спать. Единственный раз, когда мне не приходилось жить от ночи до ночи угас после исправления Кейном. Что мне теперь делать? То лезие, что я взял со стола. Оно так манило. Но не стану же я сам причинять себе боль? Нет. Мне не настолько плохо. Кейн будет ругать. Ребята волноваться. Столько минусов. Я заперся в комнате. Голова раскалывалась. Казалось, что мозг - это мир, который постепенно разрушается и оставляет за собой лишь заброшенные дома жителей-мыслей. А где же они сами? Сами мысли? «Да что ты ломаешься? Раз тебе было так хорошо находится в болезненном ахуе, то повтори это» - шептал демон с левого плеча. «Спроси у Кейна, что делать» - утверждал ангел. И я сидел на полу, переваривая все выше сказанное. ища возможные варианты решения несуществующей, как мне тогда казалось, проблемы. Я думал, что маюсь хуйней. В дверь постучали. — Эй, Джекс? Все точно в порядке? — пыталась завести разговор Помни. — Я уже отвечал на этот вопрос, что тебе надо? — Просто.. Пузырек говорил, что Кейн ругал тебя за что-то. Мы хотим узнать, за что — продолжила Рагата. — видимо за дверью стояли все. — Не важно, не вас же ругал. уходите. Долгого диалога не состоялось. Рагата, вероятно, знала, что такой разговор ни к чему не приведет и, судя по фразе «Так, ладно, пойдемте» сказанной шепотом, она и увела всех куда подальше. Я скатился по стене. Как же болела моя голова, даже больно вспоминать. Но все было так нереально, я уже очень давно не отличал настоящие ощущения от «цирковых». Это только побуждало еще чем-то себя искалечить. Конечно, за лезвие я взялся не сразу. Мой все еще соображающий мозг придумывал иные выходы. Сначала я пытался креативить. Рисовал, бывало даже неплохо выходило, но в порыве гнева все равно уничтожал каждую кисть и краску. Потом пытался шить, получалось ужасно, я бросил не сумев даже вдеть нить в иглу. Дальше пытаться не стал. Понял, что дело не в этом, мне нужно что-то отрезвляющее. Риббит бы поняла. Она всегда понимала. Но ее больше нет. Мне было невероятно плохо, когда это случилось. Я видел как она покидала цирк. Как же она кричала. А я не мог никак помочь. Когда все осознал кинулся к ней, она уже не была способна что-либо понимать. Тогда от меня ничего не осталось. Знаете чувство, когда так хочется курить, но последняя пачка была использована еще вчера? Вот оно. Я хотел кричать, хотел рыдать, хотел хоть что-то сделать. Я был готов убить себя ради того, чтобы быть рядом с ней. Даже когда рассеялся наш первый друг, было не так больно, ведь мы переживали это вместе. А тут я оказался один. Совсем. Они не понимают меня, как бы я не пытался им что-то доказать. Рагата относится ко мне как к ребенку. Мне 22.. или 25.. Я не помню, но я точно не сопливый школьник, каким она меня считает. А Зубл? вы видели Зубл? Она злая и страшная как сама смерть. Ее личные границы настолько завышены, что нельзя даже дышать рядом. Не дай бог, не то слово вякнуть, сразу в нокаут полетишь. Я сидел на полу, обхватив колени руками. Много думал, стало тихо настолько, что зазвенело в ушах. Нет ни криков, ни шепота, ничего. Тяжело выдохнув, я оторвался от пола. Кости ломило, если они, кончено, были. Это выбивало меня из колеи. Аккуратно поддев замок, я распахнул дверь. За ней не было никого. Вокруг тоже. просто привычный пейзаж, или натюрморт… Я так и не разобрался, называйте как хотите. Где все? Мне понадобилось немало времени чтобы понять, что стоя на месте и смотря в одну точку я их не найду. — Ау, ребят? Пом-пом? Рагата? — кричал я в надежде хоть на какую-то подсказку, — Так, ну уже не смешно, Зубл! Тишина. тогда меня осенило: надо звать Кейна. — Кейн, где все? — я уже начал улыбаться, ожидая ответа, но его не последовало. — Я понял, вы со мной играете, да? Это приключение где надо вас найти? Я отправился искать их. Проверил каждую комнату, благо, у меня есть ключи. Потом пошел по цирку. У стола - ничего, у сцены тоже, в кафе - нет. —Да бL@¡ь! Я уже отчаялся, но из большого коридора послышался скрип. Это дверь. Они все таки в комнате. Только вот в какой? Все жилые я уже проверил. Остались лишь комнаты рассеянных. Они зачастую были открыты, так что ключи были не нужны, хоть у меня они и были. Я пошел по правому ряду, открывал все комнаты на распашку: Мимо, нет, снова нет, тут тоже никого. Теперь по левому: Нет, тоже нет, пусто.. А здесь.. комната Риббит. Я не хотел ее открывать, но если только тогда мне вернут уже привычный шум и хоть и не идеальное, но более и менее нормальное общество, то я сделаю это. Ее комнату я запер лично. Не хотел, чтобы ее тревожили. Ключ забрал себе. И было такое странное ощущение дежавю, будто я уже где-то это видел. Только осталось вспомнить где. Ключ в замке повернулся. Я распахнул дверь. Мои глаза расширились от удивления и страха. Пятеро больших, черных существ, доверху обклеенных глазами. Они уставились прямо мне в лицо. Меня сковал ужас. Я готов был кричать, но не мог сделать абсолютно ничего. Я себя не контролировал. Понял что потерял всех. Рагата, Генгл, Зубл, Королер, Помни, да даже Кейн мне не отвечал. И тут они потянулись ко мне. Страшные лагающие руки пытались схватить меня, но я ринулся бежать. Началась погоня. Это было не как в кино, которое я смотрел про жизни. Это было страшнее, ужаснее. Ничего не беспокоило меня сейчас больше, чем пять огромных тварей, бегущих за мною. Они были быстрей. Одна потянулась к моему плечу и почти коснулась его, я невольно поджал уши, ожидая смерти, но.. .. Я открыл глаза. Я лежал на полу в комнате. За дверью говорили ребята. Они живы? Это сон? Это сон! Да, пусть это будет сном.. Я действовал быстрее, чем думал, потому как дурак выбежал из комнаты, чем знатно напугал Помни, судя по ее выражению лица. Со слезами на глазах я упал на колени прямо на выходе из комнаты, напротив общего стола, где сидели остальные. Ртом хватая воздух, сдерживая всхлипы. — В..в-вы рядом.. в-вы тут! Я еще не понимал какую почву для размышлений им дал. Но они понимали все. Этот кошмар для меня длился целую вечность. Помни подбежала первая и я уперся лицом ей в ботинки. а потом разревелся как ребенок. никто ничего не говорил. все просто молчали и смотрели.