Глава 4. Страх быть раскрытым

С первого дня начались занятия по физической подготовке, стрельбе, бегу с грузом. Новобранцев словно изматывали до потери сил, но Давид держался достойно. После очередной тренировки Авдеев отправился вместе со всеми в душевые. Однако, здесь он впервые столкнулся с тем, что являлось для него чем-то постыдным, — раздеться до гола перед остальными. Конечно, Давид уже раздевался на призывной комиссии до трусов, но после интенсивных тренировок он чувствовал, как сильно вспотел, что даже его форма липла к телу. «Блять, и че делать? — подумал Авдеев, стоя в раздевалке, поглядывая на то, как остальные парни уже разделись и отправились в душ. — Не буду же я ходить весь потный…» Понимая, что принять душ необходимо, Давид повернулся спиной к остальным, быстро сбросив с себя форму, но остался в боксерах, все еще не решаясь их снять. — Авдеев, ты в трусах мыться собираешься? — окликнул его кто-то из сослуживцев. — Смотрите, вот чудак, прям в белье поперся, — подхватил еще один парень, который вернулся из душевой. Давид сделал вид, что никого не услышал, и, взяв полотенце, отправился смыть с себя накопившийся пот. «Видимо, так я еще больше привлекаю к себе внимание, — подумал Авдеев, повесив полотенце рядом с собой, и настроил душ. — Все же я в армии, а не в санатории, придется привыкнуть к общему душу… Черт, еще и трусы намокли. Чем я вообще думаю?» Давид не хотел, чтобы кто-то видел его полностью без одежды, ведь предполагал, что начнутся насмешки или отношение к нему изменится. Авдеев слишком много придавал значения своей внешности и того, как могут относиться окружающие к нему из-за физиологических отличий. Он пытался с этим работать, но выходило не всегда. Таймас в это время тоже был в душевой, удивленно замечая, что его сослуживец не снял боксеры. Сейчас здесь находилось около десяти парней, поэтому он решил пока что не трогать Давида, а лишь молчаливо наблюдал. «Он же понимает, что принимать душ в трусах это странно? — пронеслось в голове Бекбаева. — Да и остаться в душевой одному в армии попросту невозможно…» Таймас словно чувствовал напряжение, что испытывал Давид, находясь в окружении других парней, но не знал, как лучше начать разговор. Окинув взглядом остальных, Бекбаев понял, что Авдеев был единственный, кто не разделся полностью. Давид прикрыл глаза, стараясь не думать о том, что он находится здесь не один, но с каждым разом его сознание подкидывало не самые приятные картины, как из прошлого, так и из будущего, которого могло и не случиться. К его сожалению, Авдеев не всегда мог контролировать страхи, что захватывали его разум. — Эй, Авдеев, у тебя фетиш в мокром белье ходить? — окликнул его кто-то из сослуживцев, рассмеявшись. — Или ты решил совместить принятие душа и стирку? Давид повернул взгляд на того парня, что подшучивал над ним, смывая с себя гель, чувствуя, как мокрые боксеры уже полностью облепили его бедра, лишь наличие пакера в трусах не выдавало отсутствия члена. — Семенов, а не заткнуться бы тебе, — с нарастающей агрессией отозвался Давид, пытаясь держать себя в руках. — Не твое дело! — Да че мы такие грозные? Пошутить уже нельзя? — отозвался Семенов, тот самый сослуживец, что только что смеялся над внешним видом Авдеева. — Не горячись, все же всем нам год тут вместе служить, так чего, стесняешься что ли? Давид выключил воду, подходя к тому самому парню, собираясь уже схватить его за шею, но перед ним возник Таймас, не давая подойти ближе. Злость пробирала до самых кончиков пальцев, все внутри будто закипало. — Давид, остынь, а ты, Семенов, заткни свою варежку, иначе уже я тебе врежу, — вмешался Таймас, пытаясь не дать этим двоим сцепиться. — Он просто пошутил, а ты уже готов в драку полезть! Семенов аж замер, нервно сглотнув, ибо понял, если бы не Таймас, то ему бы уже досталось. Пусть этот парень и был выше Авдеева, но по силе явно уступал сослуживцу, да и был более худым. «Черт, да я же просто пошутил, — подумал Семенов. — А этот, он че, сразу в драку что ли? Надо быть поосторожнее с ним…» — А че он доебался? — чуть ли не рыкнул Давид, прожигая взглядом Бекбаева, сжимая руки в кулаки. — Или у нас тут стендап-шоу? Таймас чувствовал этот прожигающий взгляд, но продолжал сохранять спокойствие, положив свою руку на мокрое плечо Авдеева, чуть сжимая, словно приводя парня в чувства. «Попытки что-то скрыть, агрессия, повышенная тревожность. Что же еще ты скрываешь, Давид? — подумал Таймас. — Но лучше тебе не лезть на всякого, кто пытается тебя поддеть…» Таймас понимал, что Давид реагировал на все эти слова и не разделся полностью не просто так, но поддаваться на любую провокацию было намного хуже. Бекбаев учился на специальности психолога и уж слишком ему знакомы были признаки поведения этого новобранца. К тому же, Таймас не хотел, чтобы в самом начале службы этот парень, что не выходил у него из головы, нарывался на неприятности. Он прекрасно понимал, что Давид с легкостью уложил бы сослуживца и, возможно, избил бы до полусмерти. Вот только, кому от этого стало бы легче? — Давид, хватит уже, ну прикололся пацан, че сразу бить надо? Голову включи! — чуть повысив голос, Таймас продолжал сжимать плечо Давида. — Кулаками дело не решишь! — А тебе-то что? — возмутился Давид, но, чувствуя крепкую руку на своем плече, стал немного успокаиваться. — Ладно, не буду я его трогать… «Повезло тебе, Семенов, — пронеслось в голове Давида. — Хотя я и сам виноват… повелся на простые приколы. Блять, Давид! Умей держать себя в руках!» Семенов развернулся лицом к тому, кто чуть ли не накинулся на него, и взгляд Давида невольно опустился ниже, отчего теперь он не знал, как себя и вести. — Давид, хватит уже, как цепной пес, — возмутился Таймас, смотря прямо на него, не убирая руки. — Мы люди, в конце концов, а не дикие звери! «А у этого парня смелости-то побольше, чем у меня будет, — усмехнулся над собой Авдеев, поняв, что, оказывается, сослуживец был таким же, как и он. — Но в любом случае, чего он задирается так?» — Авдеев, ты псих! — возмутился Семенов и, выключив душ, взял полотенце, вытираясь по дороге до раздевалки. — А ты кретин! — крикнул ему вслед Давид, но зашипел, потому что Таймас потянул его за плечо, заставляя посмотреть на себя. — Ну чего еще? — Давид, может хватит уже? — Таймас не сводил с парня испытывающего взгляда, заставляя почувствовать неловкость. — Научись контролировать свои эмоции и не выпускай все в агрессию к другим… «Блять, а ведь это только начало службы, что будет дальше? — усмехнулся своим мыслям Таймас. — Не простой ты все же парень, Давид… надо бы присматривать за тобой…» — А ты что в психологи заделался, Таймас? — закатил глаза Давид, убирая руку Бекбаева со своего плеча, и, взяв полотенце, направился на выход. — Сам разберусь, не беспокойся! Таймас не стал его останавливать, но прекрасно понимал, что Давид явно не справится сам. Бекбаев словно чувствовал его и хотел помочь, но понимал, если Авдеев будет выстраивать стену между ними, то все его попытки будут бесполезны. Он и впрямь имел образование психолога и сейчас невольно стал переводить свои знания на практику, пусть и неосознанно. «Какой же ты упрямый, — покачал головой Таймас. — Не просто же с тобой, а что поделать… Кажется, он мне и впрямь понравился. Не могу оставаться в стороне…» Таймас какое-то время остался в душевых, а после, взяв полотенце, отправился одеваться. Когда он был в раздевалке, то Давида уже и след простыл, словно его и не было. — Руслан, ты не видел Давида? — обратился Таймас к своему другу, который одевался после душа в это время. — Ты про того, кто пошел в душ в трусах? — вспомнил Руслан, но, чувствуя на себе прожигающий взгляд друга, аж растерялся. — Да он чуть ли не пулей переоделся и, кажется, в курилку пошел… Не, ну согласись, это же странно, Таймас… — Просто не лезь к нему, хорошо, Рус? — предупредил Таймас, быстро натягивая форму. — Ну пошел пацан в трусах в душ, чего теперь обсуждать его? — Неужели этот паренек тебе понравился? — подстегнул друга Руслан. — Так он еще и Семенова чуть не приложил к стенке… — Я знаю, я его остановил, — покачал головой Таймас. — А вот тебе бы лишь посплетничать, словно бабка во дворе, Рус! «И ты туда же, — усмехнулся Таймас. — Чего сразу к пацану цепляться-то?» — Ой да ладно тебе, говорю ж понравился, — рассмеялся Руслан, но отправился в сторону столовой, так как сильно проголодался. — Ладно-ладно, молчу, сам с ним разбирайся. Нервный он какой-то, не хотел бы я попасть под его тяжелую руку… Таймас ничего не ответил и отправился в сторону курилки, где, по словам Руслана, должен был быть сейчас Давид. «Давид, чего же ты добиваешься? — подумал Таймас. — Неужели нравится новые неприятности на свою жопу наживать? Блять, так, Таймас, спокойно… Ты-то куда подался? Помочь хочешь или тоже подхватить нервозность?» Авдеев и впрямь после душевых направился в курилку, где сейчас сидел вместе с остальными сослуживцами и ребятами старших по званию. «Так, Давид, надо успокоиться, — уговаривал сам себя Авдеев. — Первый день, а уже стал темой для обсуждения сослуживцев, замечательно!» Ругая себя, Давид сделал большую затяжку, прикрывая глаза. Мужчина немного расслаблялся, чувствуя столь желанный никотин. Авдеев курил более десяти лет и теперь это вошло в привычку, к тому же сигареты могли успокоить его разыгравшийся разум. — Эй, Авдеев, ну и навел ты шума сегодня в душевых, — окликнул его кто-то из парней, что сидел с ним в курилке. — Чего ты так взъелся-то на Семенова? Давид сделал вид, что не услышал, продолжая наслаждаться столь желанной сигаретой. Сейчас он полностью погрузился в мысли, однако вскоре перед ним появился тот самый казах, что словно неотрывно следовал за Авдеевым, начиная с поезда и заканчивая приходом в курилку. — А чего он придрался-то? — хмыкнул Давид. — Ладно, повезло ему, что смог уйти целым, в следующий раз явно так легко не отделается! — Авдеев, ты это, сам-то не перегибай, — предупредил его кто-то из парней. — Серьезные нарушения в армии имеют свои последствия. — Ладно-ладно, я понял, буду осторожен, — отмахнулся Давид. — Давид, ты так быстро ушел, — произнес Таймас, садясь рядом с парнем и похлопав того по плечу. — Знаешь, они правы, нужно отдавать отчет в своих действиях. — А, это ты. Ты меня что, преследуешь что ли? — открыв глаза, Давид посмотрел на Бекбаева, не понимая, почему этот парень так старается все время оказаться рядом с ним. — Курить хотел, вот и поспешил сюда. Чего ты хочешь? «Опять он? — удивился Давид. — Словно он не собирается отставать. Если опять начнет свои какие-то психологические штучки, пусть катится нахер…» — Нет конечно, просто хотел поговорить, — улыбнулся Таймас, доставая сигареты, тоже закуривая. — Ты был весь на взводе в душевых, вот я и подумал, что может ты хотел бы об этом поговорить. Давид закатил глаза, что-то пробормотав себе под нос, а после посмотрел на Таймаса, стараясь успокоить нарастающее напряжение. Давид не любил, когда ему лезли в голову, пытались помочь, если этого не просил, да и редко обращался к психологам еще на гражданке, а тут, кажется, словно психолог сам пришел к нему. Это одновременно и злило, и вызывало негодование у Авдеева. «Блять, да че ты начинаешь? — взвыл в мыслях Давид. — Не хочу я разговаривать на эту тему…» — А кто сказал, что я хочу этого разговора? — приподняв бровь, спросил Давид. — Я только отвлекся, а ты опять про это? Другие парни, что находились в курилке, довольно скоро ушли и они остались наедине. Давид не привык обсуждать свои проблемы, а уж тем более делиться ими с парнем, с которым он недавно познакомился в поезде перед прибытием в часть. — Давид, я просто хочу помочь, не хочешь — не говори, — делая очередную затяжку, отозвался Бекбаев. — Тебя легко прочитать, твои мысли, эмоции. Пусть ты и пытаешься закрыться, но видно… — Блять, Таймас, не лезь в мою голову, я этого не просил! — резко поднимаясь с лавки, Давид посмотрел на сослуживца, уже докурив сигарету. — Я пошел! Давид не хотел продолжать этот разговор, из-за чего поспешил удалиться, даже не услышав, что пытался ему сказать Таймас. Сжимая руки в кулаки, он был готов вскипеть от злости, пусть и пытался держаться. Для мужчины было непривычно то, что о его состоянии кто-то беспокоился или пытался помочь. Да и в целом он редко кому-то открывался, ну и не в самом же начале службы, когда они едва знали друг друга. — Да что ж ты такой упертый-то? — усмехнулся Бекбаев. — С другой стороны, это даже интересно. Я лишь хочу узнать тебя получше и помочь, а ты как ежик, выпускаешь иголки, даже не давая шанса… Какое-то время Таймас просидел в курилке и лишь после отправился в столовую, чтобы восстановить силы после изнурительных тренировок. Бекбаев размышлял, что ему сделать, чтобы Давид хоть немного стал ему доверять. Понимая, что он не может выкинуть этого парня из головы, Таймас решил посоветоваться со своим другом. Порой, у Бекбаева были трудности в том, чтобы завязать более тесное знакомство. Он был уверен, что встреча с Авдеевым неслучайна, а что-то внутри подсказывало, что, быть может, мысли о совместном будущем не просто его наивные надежды. В этот день мужчины больше не пересекались, но все мысли Таймаса занимал именно этот беспокойный парнишка. Он помнил, что тот был на два года старше, однако, казалось, что вел он себя лет на восемнадцать от силы. Таймас вновь и вновь пытался углубиться в психологию, найти причины поведения Авдеева, но и перегибать тоже не хотел.