19. Постельный режим и отпуск

Гарри пришёл в себя с глухим, жалобным стоном. Голова раскалывалась от адской боли, а всё тело ныло от той глубокой, парализующей слабости, которую способно вызвать лишь тотальное магическое выгорание. Это был один из самых тяжелых приступов истощения в его богатой практике, и Поттер прекрасно понимал: он сам во всём виноват. Его ведь прямым текстом предупреждали о запредельных ментальных нагрузках при поднятии Знамени и о той страшной цене, которую придётся заплатить за перенапряжение резерва. Он лично читал хроники о чудовищных последствиях деактивации артефакта, ещё тогда размышляя, как столь высокая плата соотносится с тактическими преимуществами и как штаб принимает решение о выпуске Чёрного Пламени. Но сухая реальность на страницах книг не шла ни в какое сравнение с тем первобытным адом, что он испытывал сейчас на собственной шкуре. — Кажется, наш герой возвращается в мир живых, — донёсся тихий, приглушённый голос, в котором Гарри спустя секунду узнал интонации Дореи. С трудом разлепив веки и мучительно зажмурившись от резкого света, Гарри узнал знакомое убранство госпитального шатра, который они обычно делили с бабушкой во время дежурств. — Дорея?.. — едва слышно прошелестел он сохлыми губами. — Я здесь, идиот ты недоделанный, — отозвалась Дорея, тщетно пытаясь за напускной грубостью скрыть звенящую тревогу и безграничную нежность. — Насколько всё паршиво? — Такое чувство, будто я в одиночку перепил весь алкоголь в пабах Лондона, — тихо выдавил Гарри, от малейшего движения головой заходясь от пульсирующей боли. — Ну, учитывая, что выплеснутой тобой магии с лихвой хватило бы, чтобы похоронить три четверти кадрового состава Легиона, чувствовать себя прилично ты не имеешь никакого права, — тяжело вздохнула Дорея. — Тогда зачем спрашивать?.. — плаксиво протянул Поттер. — Чтобы чётко понимать, насколько глубоко мне придётся задействовать маглские методы терапии, — отрезала ведьма, и Гарри невольно поморщился. При столь критическом падении резерва глушить восстанавливающие зелья литрами было смертельно опасно. На этапе глубокого выгорания даже банальный Бодрящий эликсир мог нанести организму непоправимый вред, а в худшем случае — намертво выжечь повреждённые магические каналы под избыточной нагрузкой, превратив мага в сквиба или попросту убив. К счастью, до терминальной стадии Гарри себя довести не успел, но протокол требовал терпеть и восстанавливать ядро исключительно естественным путём, давая магии время аккуратно заполнить истощённые контуры. Разумеется, накладывать внешние заживляющие чары на его физические раны Дорее никто не мешал, да и стандартные Кроветворные составы были относительно безопасны даже при выгорании ядра. Но вот от сильных Обезболивающих зелий Гарри приходилось сознательно отказываться, пока резерв не поднимется хотя бы до минимальной отметки. — Думаю, я смогу потерпеть ещё какое-то время, — тихо пообещал он, с трудом сглатывая слюну. — Мне можно обратно в отключку? — Если сумеешь уснуть, — Дорея скептически приподняла бровь. Как опытный целитель, она прекрасно знала симптоматику выгорания: при тотальном истощении нервная система перевозбуждена, и провалиться в нормальный сон без медикаментозной помощи невероятно сложно, даже если пациент не способен пошевелить и пальцем. — Сколько я провалялся? Как там наши? Что аналитики говорят про те бумаги, что я выгреб из Министерства? — засыпал её вопросами Гарри, решив выудить максимум информации, пока сознание окончательно не покинуло его. — Ты проспал без малого сутки, — ответила Дорея, после чего обернулась на шорох у входа в шатёр, куда как раз уверенно прошла небольшая группа магов. — Гарри, рад видеть, что ты всё же решил повременить со встречей с праотцами! — весело хохотнул Карлус, и Гарри в ответ выдавил бледное подобие улыбки. — Чтобы ты знал, я просто устроил себе заслуженный и крайне комфортный отпуск, — парировал Поттер. Карлус уважительно фыркнул. — Вполне заслуженный, учитывая, что твоё эпичное возвращение напугало добрую половину нашего генералитета, — недовольно проворчала Кассиопея, шагнув ближе к кровати. — Ты хоть отдаёшь себе отчёт, сколько чужой крови было на твоей мантии, когда ты рухнул у штаба? — Э-э... нет, — честно признался Гарри. — Надеюсь, большая часть была не моей? — Почти половина — твоя собственная! — жестко припечатала Кассиопея. Гарри внутренне сжался: по её полыхающим серым глазам было отчётливо видно, какую бурю паники и страха за его жизнь ведьме пришлось пережить за эти сутки. — Надо признать, шороху ты в румынском Министерстве навёл знатно, оставив после себя монументальный след разрушений, — заметил Арктур. — В ходе этого безумного рейда ты лично помножил на ноль около сорока гвардейцев. Судя по тому, с какой панической скоростью эвакуировался их генералитет, они решили, что на штурм здания пошла как минимум целая штурмовая когорта Легиона. Тебя порадует новость, что захваченные тобой документы оказались бесценным кладом — по крайней мере, для текущих операций. Я не стану разглашать детали здесь, поскольку бумаги ушли под гриф строгой секретности, но руководство МКВ прыгало от радости, получив в свои руки актуальные схемы оборонительных рубежей и планы экстренной эвакуации, которые наёмники используют непосредственно на театре военных действий. — Командование Конфедерации теперь всерьёз подумывает устроить официальную церемонию награждения! — Карлус усмехнулся. — Выпишут тебе какой-нибудь монументальный орден за беспримерное мужество и виртуозное владение палочкой. Разумеется, награда найдёт многих, небольшое торжество планируется через несколько дней во Франции. А в качестве главного бонуса Легиону выделили целую неделю полноценного отпуска на реабилитацию, так что мы все успеем знатно оттянуться! Гарри согласно кивнул, чувствуя лёгкое смущение при мысли о медали. Сейчас, трезво оценивая свой одиночный прорыв в Министерство, он понимал, насколько безрассудным и откровенно самоубийственным был этот шаг. Те жуткие проклятия, которые он позволял себе пропускать ради скорости... С другой стороны, недельная передышка после месяца непрерывной и изнурительной бойни была поистине королевским подарком. Локальные магические войны, как Гарри прекрасно знал, уступали магловым конфликтам в общей интенсивности — здесь было куда меньше лобовых столкновений армий из-за специфики боевых заклятий и тонкой, подковёрной возни в тени, связанной с перехватом портальных узлов. Но те редкие генеральные сражения, что всё же случались, с лихвой компенсировали затишье: уровень смертности в них часто превосходил любые немагические мясорубки. Особенно когда на поле боя сходились мастера высшего ранга. Гарри отдавал себе отчёт, что теперь официально относится к их числу. Каким бы совершенным ни было колдомедицинское искусство этого века, вернуть человека с того света оно не могло, и если маги определённого уровня всерьёз вознамерились тебя упокоить — ты обычно погибал. Эта неделя отдыха была критически важна для всего Легиона, восстанавливающегося после тотального спуска магии Знамени. Помимо недель дикого ментального истощения от непрерывной работы в госпитале, бесконечных стычек и финального штурма, его внутреннему ядру требовался абсолютный покой, а не регулярная деградация в бесконечных окопах. И, как Гарри вовремя вспомнил, он был далеко не единственным офицером, чьё здоровье Штандарт вычерпал до самого дна. — Как там дядя Генри? — спросил он, повернув голову к Карлусу. — Да и как весь остальной Легион, если на то пошло? Мы ведь, по сути, просто пошли напролом, верно? — Вообще-то, если у твоего гриффиндорского величества найдётся минутка снизойти до тактических отчётов, ты бы вспомнил, сколько сил мы с Разрушителями проклятий вложили в точечный демонтаж их защитных контуров и развёртывание изолирующих куполов, — иронично фыркнул Арктур. — Но, полагаю, истинному храбрецу некогда отвлекаться на подобные кружевные тонкости. Я-то в этой битве занимался вещами куда более сложными, чем слепой бросок на амбразуру. — Ну поднажал, поднажал, Арчи, признаю! Ты у нас организатор от Бога, — Карлус с размаху хлопнул коллегу-трибуна по плечу. Блэк от такого панибратства оскорблённо выпрямился и смерил Поттера запредельно возмущённым взглядом:— Как ты меня только что назвал?! — С отцом всё в полном порядке, — как ни в чём не бывало продолжил Карлус, демонстративно игнорируя закипающего Арктуруса, к огромному удовольствию Дореи и Кассиопеи. — Он отключился практически одновременно с тобой. Удерживать Штандарт для такого колоссального количества бойцов — задача титаническая, папа выложился без остатка, учитывая, насколько сейчас разросся Легион. Но целители обещают поставить его на ноги уже завтра. Что касается рядового состава, всё прошло строго по плану. Большинство легионеров отделались лёгкими и средними травмами и гарантированно вернутся в строй к концу отпуска. Из безвозвратных потерь... мы потеряли около семидесяти человек. Основной удар приняли на себя Пятая и Шестая когорты, упёршиеся в крупную группировку врага, которая попыталась развернуть контратаку из укреплённого дота. Гарри мрачно закряхтел. Пятая и Шестая когорты преимущественно состояли из необстрелянных новобранцев. Безусловно, это были первоклассные маги, блестяще сдавшие жесткие вступительные экзамены Легиона, но костяк и элиту Чёрного Дракона всё же составляли ветераны из знамённых семей с огромным опытом службы в МКВ. Нынешние потери подняли общее число погибших легионеров с начала кампании почти до 160 человек. Это составляло без малого пятую часть от первоначальной численности Легиона — колоссальная, страшная плата. Да, врагу они нанесли несопоставимо более страшный урон, полностью помножив его группировку на ноль, но Чёрный Дракон был измотан и обескровлен этой непрерывной бойней. — Знамённым домам, присягнувшим Легиону, уже ушёл запрос на мобилизацию резервов? — спросил Гарри. — Да, — Дорея мягко шагнула к кровати, на ходу запуская очередную серию сканирующих чар, и утвердительно кивнула. — Мы также планируем развернуть масштабный смотр и приём новобранцев в Париже или Реймсе перед следующим выходом на фронт. Надеюсь, оглушительные новости о наших триумфах в Болгарии и Румынии обеспечат нам колоссальный приток добровольцев. На передовой сейчас позарез нужны свежие, сильные палочки. — Отец уверен, что в добровольцах недостатка не будет, — успокаивающе улыбнулся Карлус. Кассиопея при этих словах иронично фыркнула:— Ещё бы, в недостатке они точно не будут. В кулуарах Высшего Военного Совета МКВ от этой победы натурально стоял визг. Легион Чёрного Дракона в одночасье превратился в главный символ и икону этой войны — шутка ли, сокрушительным ударом освободить два государства подряд. Понятно, что следующий этап кампании лёгкой прогулкой не станет, но я ни разу не удивлюсь, если наше подразделение оперативно перебросят на усмирение затяжных конфликтов в Испании, Италии или на Украине, прежде чем отправить на генеральный штурм Франции. — Исключительно точный расклад, — согласился Арктур. — Мы — компактная, сверхударная и высокомобильная сила, которую штаб МКВ может в считаные часы перекидывать на самые критические участки фронта, где наша эффективность превосходит любые ожидания. Безусловно, наша ценность в генеральных сражениях неоспорима, но мы принесём куда больше пользы, гася локальные пожары и заставляя Гриндельвальда панически дробить свои силы, рассредоточивая регулярные дивизии. А затем, когда наступит идеальный момент, мы вновь поднимем Знамя, ворвёмся в самое пекло и одним молниеносным ударом обрушим весь его фронт за счёт фактора внезапности. — Искренне надеюсь, что реальность окажется столь же гладкой, как твои выкладки на пергаменте, — слабо улыбнулся Гарри. — Стратегически я с тобой полностью солидарен, но наёмники Гриндельвальда тоже не дураки, они начнут адаптироваться к нашей тактике блицкрига, да и Рыцари Нурменгарда гарантированно попьют нам немало крови. — Тут не поспоришь, — признал Арктур. — Но, думаю, до поры до времени легат удержит нас в статусе штурмового отряда спецназначения, не заставляя Легион гнить в окопах первой линии. — Тем лучше для нашей «Драконьей тактики»! — победно осклабился Карлус. — Будем и дальше оттачивать её до зеркального блеска, особенно если тылы нам прикроют столь горячие штурмовые группы поддержки. Эти вейлы — это ведь просто нечто невероятное, а, парни? Гарри поспешно прикрыл глаза, изо всех сил стараясь сдержать дикий смех. Он физически почувствовал, как два испепеляющих, ледяных взгляда Дореи и Кассиопеи мгновенно скрестились на фигуре его деда. К чести Карлуса, тот осознал фатальность своей оговорки практически мгновенно, но для спасения молодого человека было уже слишком поздно. — Погодите! Я вообще не то имел в виду! — панически вскрикнул он, но волшебные палочки обеих кузин из рода Блэк уже бесшумно скользнули в их ладони. — Невероятное, говоришь? — запредельно сладко протянула Дорея, с хирургической точностью выписывая палочкой контуры весьма неприятных бытовых сглазов. — О, дорогая Касси, полагаю, мы просто обязаны уделить этому заявлению самое пристальное внимание? — Пощады! Пожалуйста, я дурак, ляпнул не подумав! — Полностью с тобой согласна, Дорея, — отозвалась Кассиопея тем же приторным, обманчиво-мягким тоном, с ходу подкрепляя чары кузины своей порцией проклятий. — Гарри! Арктур! Да сделайте вы хоть что-нибудь, вы же мужчины! — А ну цыц, — Дорея решительно оборвала протесты Карлуса, скрестив руки на груди. — Гарри сейчас даже дышит через раз, не то что колдовать, а Арктур слишком умён, чтобы вписываться за смертника, даже если бы у него возникло такое глупое желание. Карлус судорожно глотнул воздух, явно собираясь выдать тираду о том, что его слова извратили и поняли превратно, но вовремя рассудил, что благоразумие — лучшая черта выживающего мужчины, и поспешно захлопнул рот. — В общем, я, пожалуй, пойду собирать вещи, пока меня здесь окончательно не аннигилировали по надуманным предлогам, — буркнул он вместо этого. — Надеюсь, по возвращении в Англию я заслужил право нанести вам официальный визит, мисс Блэк? Ледяное выражение лица Дореи мгновенно растаяло, сменившись тёплой улыбкой:— Разумеется, Карлус. А когда наше подразделение сворачивает лагерь? — Различные когорты эвакуируются по индивидуальному графику, так что весь Легион разом сниматься не будет. Думаю, Первая когорта покинет румынскую землю одной из последних, — предупредил Карлус. — Медицинская служба, понятное дело, ковыряется до победного, но, по моим прикидкам, задержимся мы здесь максимум на пару дней. — Мы с Касси тоже останемся до финального свистка вместе со всем офицерским корпусом, — добавил Арктур. — Так что в Англию отправимся единым конвоем или как минимум одновременно. — Вот и отлично, — кивнула Дорея. — Тяжелораненых у меня в шатрах практически не осталось, а те, кто ещё лежит, вполне способны к самостоятельной регенерации. К тому же присланные штабом МКВ дополнительные целители колоссально помогли разгрести тот безумный наплыв пациентов, что хлынул после штурма Министерства. — Особенно с учётом того, сколько времени ушло на спасение этого конкретного самоубийцы, — сухо вставила Кассиопея, деликатно, но ощутимо ткнув Гарри локтем под рёбра. — От него хотя бы польза была: парень успел обучить полевых медиков Конфедерации базовым контрзаклятиям против проклятых ран. — О, колдомедики МКВ от нашего Гарри остались в полнейшем, диком восторге! — весело рассмеялась Дорея, заставив Поттера густо покраснеть. — Сперва они выпали в осадок от того запредельного объёма магии, который он ухитрился пропустить через себя, потом — от глубины его истощения, а уж когда по лагерю поползли детальные слухи о его художествах в Министерстве, его авторитет взлетел до небес. Боюсь, Гарри, после столь грандиозного перформанса удержать тебя в тихих рядах Первой когорты легату будет чертовски непросто. — Да уж, эта тема станет ключевой на завтрашнем закрытом совете офицеров, — с ухмылкой подтвердил Карлус. — Все и так знали, что ты первоклассный универсал, но штаб МКВ считает кощунством использовать столь сокрушительную огневую мощь исключительно в роли тыловой поддержки. Скорее всего, тебя переведут в статус постоянного боевого мага авангарда или выпишут индивидуальный патент. — Я не против, — негромко отозвался Гарри, прерываясь на глухой кашель, отозвавшийся резкой болью в травмированных лёгких и новой пульсирующей волной по всему телу. — Главное, чтобы генералы не рассчитывали, что я буду исполнять этот трюк при каждом выходе на поле боя... Как понимаете, под Знаменем я малость перегнул палку. В штатном режиме я предпочитаю куда более тонкую, изящную дуэльную тактику, а не тот первобытный кошмар, что я утворил в Министерстве. — Так, всё, дискуссия окончена! Всем вон из шатра! Гарри нужен абсолютный покой, — Дорея мгновенно зафиксировала гримасу боли на лице внука и решительно перешла в режим сурового целителя. — Разумеется, — тихо ответил Арктур. Он ободряюще похлопал Гарри по здоровому плечу и первым направился к выходу. — Отдыхай, кузен! — махнул рукой Карлус. — Я лично прослежу, чтобы штабные не требовали от тебя в одиночку выиграть эту войну у всей армии Гриндельвальда. Он учтиво поклонился Кассиопее, галантно поцеловал пальцы Дореи и скользящим шагом скрылся вслед за Блэком. Дорея и Кассиопея заговорщически улыбнулись друг другу, после чего Кассиопея ласково сжала ладонь Гарри. — Просто сконцентрируйся на восстановлении, — тихо произнесла она, глядя ему прямо в глаза. — Со всем остальным мы пока прекрасно справимся сами. Стоило Кассиопее уйти, как Дорея взмахнула палочкой, наложив финальную серию диагностических чар, удовлетворённо кивнула своим мыслям и потянулась к флакону со слабым усыпляющим составом. — Скажи, что у моего ядра наконец-то хватит сил усвоить эту дозу, — жалобным шёпотом взмолился Гарри, наплевав на то, насколько беспомощно он сейчас выглядит. Это была его родная бабушка, пусть в этой реальности она и была моложе его на несколько лет, а тело по-прежнему разрывало от дикой боли. — Хватит, — Дорея тепло и мягко улыбнулась. — Твоя... откровенно говоря, аномальная скорость магической регенерации уже вывела ядро на тот уровень, когда микродоза снотворного никак не затормозит естественные процессы, зато надёжно избавит тебя от самых мерзких судорог выгорания. — Идеально, — выдохнул Гарри. Дрожащими пальцами он перехватил склянку, осушил её залпом и мгновенно провалился в глубокий, целительный и блаженный сон. Когда он вновь открыл глаза, на дворе стоял следующий день. И пусть самочувствие по-прежнему оставалось паршивым, Гарри уже сумел самостоятельно сесть на постели и даже сделал пару осторожных шагов по шатру — под бдительным, ястребиным присмотром Дореи. Что было куда важнее, тупая боль и мелкая дрожь в мышцах полностью сошли на нет, и исчезло это жуткое, высасывающее ощущение, будто его магия непрерывно утекает сквозь соломинку. Разумеется, строжайший запрет на использование волшебной палочки или применение любых бытовых чар действовал до конца суток, и Дорея лично контролировала этот пункт, но Гарри был просто счастлив, что больше не чувствует себя медленно разлагающимся трупом. Поскольку колдовать ему категорически запрещалось, Гарри правдами и неправдами уломал Карлуса помочь ему упаковать личные вещи и походные медицинские припасы. В качестве взятки он пообещал деду устроить грандиозный тренировочный матч по квиддичу сразу по возвращении в Англию. В качестве приятного бонуса Карлус за время сборов вывалил на него абсолютно все свежие лагерные сплетни. Помимо стандартной офицерской драмы на тему «кто с кем спит» — пикантной темы, заигравшей новыми красками после тесного тактического взаимодействия Легиона с союзными боевыми стаями вейл, — Гарри узнал реальное мнение штаба о генералах МКВ. Как выяснилось, и Эллиот Боунс, и Маркус Фарланд в один голос костерили высших командиров Конфедерации за запредельную, граничащую с трусостью осторожность. С этой оценкой был полностью солидарен и Ричард Грюм, что никого из Поттеров не удивило. Легат Генри, правда, пока не видел в действиях МКВ критической угрозы, учитывая общие блестящие успехи румынской кампании, но согласился плотно мониторить их шаги во время следующего совместного выхода. После этих сборов и короткой физической разминки, оставившей лёгкую усталость, Гарри проспал весь остаток дня. А на следующее утреннее дежурство Дорея наконец официально разрешила ему выхватить палочку для несложных бытовых задач и разрешила перемещение через каминную сеть. Это идеально вписывалось в их логистические планы, хотя Гарри не сомневался: сочти Дорея его состояние хоть на йоту нестабильным, она бы костьми легла, но заблокировала этот трансфер. После того как последние штурмовые отряды Легиона покинули плацдарм, офицерский корпус оперативно демонтировал штабные шатры и задействовал полевую каминную сеть. Сперва группа перебросилась в Мадрид, оттуда через защищённые каналы местного Министерства перевелась во Францию, затем совершила прыжок в Лондон, где офицеры тепло попрощались, разъезжаясь по своим делам, и наконец финальная вспышка зелёного пламени выбросила Гарри аккурат в каминном зале Поттер-мэнора.Ступив на паркет родового гнезда, Гарри вновь ощутил детскую, чистую радость от осознания того, что этот дом существует и он цел. Из размышлений его вырвали крепкие, удушающие объятия, которыми его с ходу наградила Анджела. — Слава Мерлину, все вернулись живыми и на своих двоих, — выдохнула прабабушка, отстраняясь и строго качая головой. — Хотя на будущее, господа хорошие, я бы чрезвычайно оценила, если бы вы потрудились предупреждать меня перед тем, как поднимать это ваше Знамя. Я целые сутки не могла достучаться ни до одного Поттера на континенте просто потому, что вы все дружно валялись в глубоком обмороке! — Мы обязательно проработаем этот организационный момент, дорогая, обещаю, — тепло улыбнулся Генри. Гарри огляделся по сторонам и поймал себя на мысли, что это возвращение домой было несравнимо более уютным и правильным, чем то, к чему он привык после изнурительных и серых рейдов с боевыми магами в своём прошлом. К хорошему привыкаешь быстро. Возможно, он тоже сумеет стать частью этой семьи.