Часть 11

Билли долго сидел в темноте, перекатывая в пальцах старую фотографию. В голове набатом била одна мысль: началось. Сэм Улей уже перестал быть просто парнем из соседнего дома. Билли видел, как он смотрит на лес — не как охотник, а как хозяин, учуявший чужака. Сэм «проснулся», потому что Каллены снова дышат в затылок Ла-Пуш. И Билли знал, что Джейк, Квил — следующие. Это как часовой механизм: холодные здесь, значит, кровь мальчишек скоро закипит, превращая их в нечто, чему нет места в обычном мире. Он посмотрел на фото прабабки Беллы. Он был уверен, что девушкам из их рода повезло больше. Кровь Стаи в них засыпает, оставляя лишь инстинкты — ту самую тревожность, тягу к порядку, желание запереть все двери и защитить своих. Для него Белла была идеальным «якорем» для Джейка. Когда пацан начнет терять себя в звериной ярости, эта девчонка со своим «здравым смыслом» и списком дел должна была вытянуть его обратно к людям. «Она — берег, а он — шторм», — думал Билли, прикрывая глаза. Он и представить не мог, что кровь Мака в Белле уже не просто дремала. Она не ждала, пока Джейк впервые зарычит. Она уже выстроила оборону. Пока Билли думал, что Белла просто «хозяйственная», она уже вела себя как альфа-самка, помечающая территорию. Она не просто запирала окна — она патрулировала границы своего мира. Билли считал, что женщины не меняются. Он забыл, что иногда природа создает исключения, когда Стае нужен не просто боец, а тот, кто будет принимать решения, пока остальные рвут зубами глотки. В ту ночь Билли так и не уснул. Он слушал, как в соседней комнате мечется во сне Джейкоб, у которого уже начинался жар, и не знал, что в Форксе Белла Свон тоже не спит. Тот день в Форксе начался с паршивого гололеда — асфальт превратился в каток, прикрытый тонким слоем свежего снега. Бэлла выходила из своего пикапа, прикидывая в уме, стоит ли Чарли сегодня вообще выезжать на патрулирование или лучше убедить его отсидеться в участке. Грохот юза по льду она услышала раньше, чем увидела саму машину. Фургон Тайлера несло прямо на нее. Скорость была небольшая, но веса этой груды железа хватило бы, чтобы впечатать Бэллу в бок её собственного «Шевроле». Она среагировала мгновенно: не замерла, а начала смещаться в сторону, уже прикидывая, как сгруппироваться при ударе. Но в этот момент мир сошел с ума. Эдвард Каллен, который секунду назад стоял в десяти метрах у своей машины, возник рядом как вспышка. Он не просто подхватил её — он нанес удар такой силы, что Бэллу буквально вышвырнуло из зоны поражения. Эдвард не рассчитал. В его голове это был «героический рывок», но для хрупкого человеческого тела это было сродни столкновению с бетонной плитой. Белла отлетела назад, её голова мотнулась, и она с глухим стуком приложилась затылком о стойку своего пикапа. Мир вспыхнул искрами и мгновенно погас. Последнее, что она зафиксировала перед тем, как провалиться в темноту, — это нелепо вмятое крыло фургона Тайлера, которое Эдвард остановил голой ладонью, и звук скрежета металла, который никак не мог издать человек. — Белла! — крик Тайлера и грохот бегущих учеников слились в один гул. Эдвард замер над ней, его лицо было мертвенно-бледным, глаза — черными от ужаса. Он только что спас её от фургона, но его собственная сила отправила её в глубокий нокаут. В это же время в Ла-Пуш Джейкоб, сидевший на уроке, внезапно выронил ручку. Его ладони мгновенно стали пунцовыми, а по телу прошла такая волна жара, что сидевший рядом Квил испуганно отпрянул. — Блэк, ты чего? Ты горишь! — прошептал Квил. Джейк не слышал. Он чувствовал, как внутри него что-то рвется на части. Он не знал, что произошло, но его кровь — та самая кровь Мака, которую он делил с Беллой, — закричала о беде. В больнице Форкса пахло стерильностью и назревающим скандалом. Чарли мерил шагами коридор с таким лицом, будто собирался объявить в городе осадное положение. Белла пришла в себя на кушетке. В голове гудело, как в трансформаторной будке, а затылок пульсировал тупой болью. Когда зрение сфокусировалось, она увидела над собой Карлайла Каллена — спокойного, безупречного и пугающе бледного. Для Беллы мир просто «переключился». Только что она стояла у машины, ворча на гололёд и замерзшие замки, а в следующую секунду она уже лежит на больничной койке, и над ней горит слишком яркий свет. Ни визга тормозов, ни летящего фургона, ни вмятины на металле — в памяти был абсолютный, чистый вакуум. — Беллз, ты как? — Чарли сидел рядом, сжимая её руку так сильно, что костяшки побелели. Вид у него был такой, будто он сам только что пережил нападение медведей. — Пап? Что случилось? — Белла попыталась поднять голову, но затылоквзорвался тупой болью. — Почему я здесь? — На парковке... — Чарли запнулся, бросив быстрый взгляд на стоявшего в дверях Эдварда. — Тайлера занесло на льду. Он чуть не въехал в твой пикап. Каллен говорит, что ты дернулась, поскользнулась и очень неудачно упала. Ударилась головой о кузов. Белла нахмурилась. — Тайлер? Помню, как он заезжал на стоянку. И всё. А где машина? Он меня задел? — Нет, — Эдвард сделал шаг из тени. Он выглядел непривычно взбудораженным, его пальцы нервно перебирали край медицинской карты. — Ты успела среагировать, но на таком льду это было фатально. Я просто оказался рядом, когда ты уже падала. Белла посмотрела на него. В её голове не было ни тени сомнения в его словах — амнезия была честной и глубокой. — Значит, я сама себя вырубила об собственный грузовик? — она невесело усмехнулась. — Иронично. Столько лет беречь голову от маминых идей, чтобы в итоге пострадать от законов гравитации в самом скучном городе мира. Она не помнила, как он летел через парковку. Не помнила, как его рука остановила тонну железа. Для неё он был просто свидетелем её эпичного падения. — Тебе нужно отдохнуть, — мягко сказал Карлайл, заходя в палату. — Сотрясение — штука серьезная. Никаких планов, никаких налогов и, боюсь, никакой школы на ближайшие пару дней. — Великолепно, — пробормотала Белла, закрывая глаза. — Запишите в мою медкарту: «Поражение в битве с гололедом». Она чувствовала себя разбитой, но спокойной. Однако в Ла-Пуш это спокойствие не разделяли. Джейкоб Блэк, которого разрывало от непонятного жара и дикой, беспричинной тревоги, уже заводил свой пикап. Он не знал, что именно произошло, но его тянуло в Форкс с такой силой, будто там завис вопрос его собственной жизни или смерти. Джейка колотило. Это не был обычный озноб — казалось, кровь в жилах превратилась в расплавленный свинец. Он мерил шагами комнату, едва не задевая головой низкий потолок, и чувствовал, как внутри натягивается какая-то невидимая струна. Тревога была такой, что её можно было резать ножом. К вечеру он не выдержал. Трясущимися пальцами он набрал номер Беллы. Один гудок, второй... — Слушаю, — раздался в трубке тяжелый, подчеркнуто официальный голос Чарли. Джейк на секунду опешил. — Шериф Свон? Это Джейкоб Блэк. Я... я просто хотел спросить, Белла дома? Она не берет трубку, и я подумал... — Она в больнице, Джейк, — Чарли вздохнул, и по этому вздоху стало ясно, что день у него был паршивый. — На парковке в школе был гололед. Машину занесло, Белла упала. Ударилась затылком о свой пикап. Сотрясение. Джейк почувствовал, как в груди что-то оборвалось. Жар, мучивший его весь день, вспыхнул с новой силой. Теперь всё сошлось: его ломало ровно в тот момент, когда она падала на холодный асфальт. — Насколько всё серьезно? — голос Джейка стал хриплым, почти неузнаваемым. — Она... она в сознании? — В сознании, — ответил Чарли. — Ворчит, что у неё дела и что больничная еда пахнет картоном. Типичная Белла. Но Карлайл сказал оставить её под наблюдением до утра. — Карлайл? — Джейк невольно сжал свободную руку в кулак так, что хрустнули кости. — Доктор Каллен? — Да, он её ведет. И его сын... Эдвард... он был там, когда она упала. Помог ей добраться до приемного. Ладно, парень, мне пора, я как раз везу ей чистые вещи. Джейк нажал на отбой и несколько секунд просто смотрел в стену. Каллены. Опять они. Один «лечит», другой «оказался рядом». Его инстинкты орали о том, что во всей этой истории слишком много бледных лиц и слишком мало правды. Билли, наблюдавший за сыном из угла кухни, негромко спросил: — Что случилось? — Она в больнице, — Джейк уже хватал куртку. — В Форксе. С Калленами. Папа, я еду туда. Мне плевать, что уже поздно. Билли не стал его останавливать. Он видел, что Джейк сейчас напоминает гранату с выдернутой чекой. — Будь осторожен в городе, сын, — только и сказал Билли. — И помни: в больнице Чарли. Не натвори глупостей. Джейк вылетел из дома, прыгнул в пикап и рванул с места так, что гравий разлетелся по всему двору. Его не волновал гололед. Его волновало только одно: почему его кровь так яростно ненавидит запах тех, кто сейчас находится рядом с его «кандидатом».