ГЛАВА 16. ТРЕВОГА

После той ночи Майк изменился. Не резко — постепенно, как уходит тепло из остывающего чая. Он стал тише, реже появлялся, чаще молчал. Красные глаза потускнели, смотрели куда-то в пустоту, мимо Уилла, мимо комнаты, мимо всего человеческого мира. Уилл замечал каждую мелочь. Как Майк вздрагивает от резких звуков. Как подолгу смотрит в окно, на снег, на ночное небо. Как сжимает кулаки, когда думает, что Уилл не видит. — Ты готовишься к битве, — сказал Уилл однажды вечером. Майк сидел на подоконнике, свесив ноги. В комнате было темно — только свет уличных фонарей пробивался сквозь щели в шторах, отбрасывая жёлтые полосы на пол. — Да, — ответил Майк, не оборачиваясь. — С кем? — С ними. С другими демонами. С высшими. Со всеми, кто захочет меня забрать. — И ты победишь? Майк повернул голову. Красные глаза блеснули в полумраке. — Не знаю, — сказал он. — Но я попробую. Уилл подошёл к нему. Встал рядом, положил руку на плечо. Холодное, твёрдое, как камень. — Ты не один, — сказал он. — Ты не сможешь мне помочь, — Майк покачал головой. — Ты человек. Они убьют тебя одним взглядом. — Тогда я буду рядом. Мёртвый или живой — не важно. Майк посмотрел на него. Долго. Так долго, что Уилл начал чувствовать, как замерзает рука на его плече. — Идиот, — сказал Майк. — Я знаю. Майк отвернулся. Смотрел в окно, на снег, который падал белыми хлопьями. — Я не хочу, чтобы ты умирал, — сказал он тихо. — Я лучше умру сам. — Тогда мы будем умирать вместе. Майк усмехнулся — криво, горько, без радости. — Ты всегда говоришь такие вещи, от которых хочется плакать. — Плачь, — сказал Уилл. — Я не буду смеяться. Майк не заплакал. Но он взял Уилла за руку и сжал её так сильно, что хрустнули костяшки. Они стояли у окна, держась за руки, и смотрели на снег. Война приближалась.

***

На следующий день Уилл проснулся от того, что в комнате было пусто. Не просто тихо — пусто. Холод исчез. Запах озона и серы пропал. Красных глаз не было в темноте. — Майк? — позвал он. Никто не ответил. Уилл сел на кровати. Осмотрелся. Комната была обычной — засохший кактус на подоконнике, книги на столе, рюкзак с драконом-брелоком на спинке стула. Всё на своих местах. Кроме Майка. Уилл встал. Прошёл в коридор. Заглянул на кухню. В душ. В кладовку. Никого. Он вернулся в комнату, сел на кровать. Внутри поднималась паника — холодная, липкая, как смола. Он сжал кулаки, заставил себя дышать. — Он вернётся, — сказал он вслух. — Он всегда возвращается. Но внутри, где-то глубоко, шевелился страх. А если нет?

***

Майк вернулся через три часа. Уилл сидел на подоконнике, курил — нервно, жадно, затягиваясь до кашля. Увидев демона, он выдохнул — так сильно, что закружилась голова. — Где ты был? — спросил он. — Разведывал, — ответил Майк. Он выглядел усталым — бледная кожа, тени под глазами, красные глаза потускнели. — Что узнал? — Они собираются, — Майк сел на кровать, сжал кулаки. — Много. Сильные. Старые. Я не знаю, смогу ли их остановить. — Ты не один. — Ты не в счёт. — Почему? Майк поднял голову. Посмотрел на Уилла. — Потому что если они убьют тебя, я сойду с ума, — сказал он. — А если я сойду с ума, я стану монстром. Настоящим. Страшнее, чем они. — Ты не станешь. — Откуда ты знаешь? — Потому что я не дам. Майк усмехнулся — криво, горько. — Ты не можешь контролировать меня. — Могу, — Уилл подошёл к нему, встал напротив. — Я могу быть рядом. Держать за руку. Говорить с тобой. Напоминать, кто ты. — А кто я? — Ты — Майк. Демон, который научился чувствовать. Который подарил мне дракона. Который не хочет делать мне больно. Майк смотрел на него. Красные глаза блестели. — Ты слишком в меня веришь, — сказал он. — А ты слишком мало в себя. Майк протянул руку. Уилл взял её. — Не уходи, — сказал он. — Не уйду, — ответил Майк. Они сидели на кровати, держась за руки, и оба знали — это только начало.

***

Фестрал пришёл ночью. Уилл не спал — сидел на кровати, сжимал руку Майка. Демон спал — впервые за долгое время. Его лицо было спокойным, почти человеческим. Воздух в комнате изменился. Стал плотнее, тяжелее. Запахло пылью и старостью. — Тише, — прошептал Уилл. — Он спит. Фестрал шагнул ближе. Серебряные глаза-пустоты смотрели из темноты. Он готовится к битве. — Я знаю. Он не сможет победить один. — Я буду с ним. Ты умрёшь. — Возможно. Ты не боишься смерти? — Боюсь, — Уилл покачал головой. — Но я больше боюсь потерять его. Фестрал наклонил голову. Костяной череп склонился вбок. Ты изменился. — Это плохо? Не знаю. Но это интересно. — Ты поможешь? Фестрал замолчал. Серебряные глаза смотрели ровно. Я не могу вмешиваться в дела демонов. Это не моя роль. — А чья? Твоя. — Я человек. Ты — тот, кто выжил. Тот, кто прошёл через смерть. Тот, кто полюбил демона. Ты не просто человек. Уилл смотрел на Фестрала. Серебряные глаза смотрели в ответ. — Что мне делать? Будь рядом. Держи его за руку. Напоминай, кто он. Это всё, что ты можешь. — Этого достаточно? Не знаю. Но это лучше, чем ничего. Фестрал исчез. Уилл остался один — с Майком, который спал, сжимая его руку. Он смотрел на демона и думал о том, что сказал Фестрал. «Будь рядом. Держи за руку. Напоминай, кто он». Уилл сжал пальцы Майка. — Я буду рядом, — прошептал он. — Что бы ни случилось. Майк не проснулся. Но его пальцы сжались в ответ.

***

Утром Уилл проснулся от того, что Майк смотрел на него. Красные глаза блестели в сером утреннем свете. — Ты не спал? — спросил Уилл. — Нет, — ответил Майк. — Думал. — О чём? — О тебе. О нас. О том, что будет, если я проиграю. — Ты не проиграешь. — Откуда ты знаешь? — Потому что я не позволю. Майк усмехнулся — криво, но в этот раз почти тепло. — Ты всегда говоришь такие вещи, от которых хочется жить. — Живи, — сказал Уилл. — Ради меня. Майк смотрел на него долго. Потом наклонился и поцеловал в лоб — холодными губами, осторожно, как будто боялся разбить. — Я попробую, — сказал он. — Это всё, что нужно. Они лежали в постели, смотрели друг на друга, и оба знали — этот день может стать последним. Но они были вместе. А это было главное.