Вернутся к фанфику

Глава 23. Защита от Темных Искусств

6 августа 2026, 12:44
Папа сдержал слово. Я не возвращалась в комнату несколько дней, просто не могла представить как я зайду туда. Я даже уроки пропускала, а отец приносил записанные от учителей материалы, за что я была ему очень благодарна. Луна тоже была со мной, мне казалось, она чувствует все, что чувствую я, всегда была рядом и пыталась подбодрить, даже оставила мне голову сырой рыбы. Луна не отходила от меня, пока я не съем его, пришлось пойти на хитрость и сбросить голову рыбы под стол, когда она отвернется. Отец тоже был рядом. Конечно, он не сидел со мной каждую минуту, но он настоял, чтобы я спала на его кровати, пока сам спал в кресле, сам готовил мои любимые блюда. Но я и понимала, что ещё дольше оставаться не могу, поэтому приняла решение вернуться в комнату. Но не это было самое страшное. Меня допрашивали постоянно. Сначала директор, потом следователи, потом министр магии, потом меня поили сывороткой правды, чтобы не врала, хотя отец был против, его просто не пускали в приемную. Я слышала его голос с наружи, как он сердится, но ничего не мог сделать. Я сидела с пустым взглядом и отвечала на одни и те же вопросы. На вопрос «кто убил?» я каждый раз отвечала «Грюм». Но мне не верили. У него была слишком хорошая репутация не только как мракоборца, но и преподавателя. Мои слова ничего не значили, так как его видела только я, он ушел раньше, чем кто-то успел прибежать на мои крики. Меня водили на опознание. Только я снова увидела Пенси, смогла только кивнуть и отвернулась, уткнувшись лицом в мантию отца, тот лишь держал руку на моем плече. Спустя несколько разговоров, решили, что у меня галлюцинации. — Арина — сказала Макгонагалл, когда закончился последний допрос, на моем столе оставили таблетки — милая, я понимаю, ты с самого начала года недолюбливала и не верила Грюму. Но это не повод сваливать на него… убийство двоих. — она вязала меня за руки — скажи честно, кто это был? — я ответила ей так же как и всегда. Она глубоко вздохнула, протянула мне таблетки. Единственным, кто мне верил был… папа. Он тоже утверждал, что я говорю правду, но ему тоже не верили, мол, он не хочет подводить дочь. Он понял, что бороться с твердолобым министерством нет смысла, запретил пил таблетки и… и вообще был рядом, пока мне не стало лучше. Я подолгу лежала в кровати, не вставая, просто смотрела в стену. Мне даже показалось, что я разучилась говорить за это время. Через неделю я решила все таки вернуться в комнату. Страшно представить, что было с Драко и Блейзом за то время, пока меня не было. Когда мы вышли из комнат отца, я впервые за всё утро почувствовала настоящий страх. Не перед Грюмом. Не перед тем, что произошло. Перед дверью в гостиную Слизерина. Я остановилась прямо перед каменной стеной. Не могла заставить себя сделать последний шаг. Папа тоже остановился рядом. Он ничего не сказал. Не стал торопить. Только посмотрел на меня. — Я не хочу… — тихо призналась я. Он перевёл взгляд на скрытый вход. Потом снова на меня. — Знаю. — это короткое слово почему-то оказалось самым тяжёлым. Потому что он действительно понимал. — Но ты не сможешь вечно избегать этого места. — я опустила глаза. — Не смогу… — повисла тишина. — Если станет слишком тяжело… — он сделал небольшую паузу. — ты знаешь, где меня искать. — я подняла голову. Он уже снова выглядел привычным Северусом Снейпом. Сдержанным. Холодным. Но эта одна фраза… Она значила гораздо больше любых объятий. Я тихо кивнула. — Спасибо… — Иди. — он слегка наклонил голову. Луна негромко побурчала, сидя у меня на плече, я погладила её пальцем по макушке и осторожна зашла внутрь. Гостиная встретила меня непривычной тишиной. Обычно здесь кто-нибудь смеялся. Кто-нибудь играл в волшебные шахматы. Кто-нибудь спорил. Сегодня… Ничего. Стоило мне войти, как разговоры сразу стихли. Десятки глаз одновременно повернулись ко мне. Кто-то опустил голову. Кто-то тихо прошептал: «Это Арина…». Никто не подошёл. Никто не знал, что сказать. Да и что тут можно было сказать? Я медленно прошла через гостиную. К лестнице. Каждая ступень казалась тяжелее предыдущей. Когда дверь спальни открылась… Я остановилась. Кровать Пенси была аккуратно застелена. Подушка лежала ровно. На тумбочке всё ещё стоял её любимый флакон духов. На спинке кровати висел тёмно-зелёный кардиган, который она постоянно забывала убрать. Будто она просто вышла. На пять минут. И сейчас вернётся. Я сделала шаг. Ещё один. Закрыла спиной дверь, скатилась по ней и села на пол, глубоко вдыхая воздух, чтобы опять не расплакаться. Опираясь на косые двери и еле держать на ватных ногах, я подошла к её кровати. Осторожно коснулась рукой покрывала. Оно было холодным. Пустым. Я села на край кровати и снова заплакала. Только теперь тихо. Без истерики. Будто внутри уже не осталось сил. Луна перебралась на кровать, мяла палками плед, свернулась и положила л голову мне на колени. — Арина… — я резко обернулась, Луна тоже резко поднялась, расправив крылья, словно готовилась к удару, но быстро сложила крылья обратно и наклонила головку в бок. В дверях стояли Драко и Блейз. Они, кажется, собирались войти уже давно. Но не решались. Драко выглядел так, словно тоже не спал всю ночь. Бледный. Непривычно молчаливый. Блейз стоял рядом, сунув руки в карманы. Но впервые за всё время я видела, что даже его спокойствие было лишь маской. Он осторожно вошёл первым. Посмотрел на пустую кровать. Потом на меня. И тихо спросил. — Можно? — я только кивнула и встала с кровати Пенси, окончательно повернувшись к друзьям. Лун Драко сразу подошёл ко мне. Неловко. Совсем не так, как обычно. Он явно не умел утешать. Мы вообще практически этим не занимались. В нашей компании за это всегда отвечала Пенси. Она мирила нас. Смеялась. Заставляла разговаривать. Теперь… Некому было. Драко долго молчал. Потом вдруг просто обнял меня. Резко, крепко. Так неожиданно, что я даже растерялась. — Идиотка… — тихо сказал он, голос дрогнул. — мы весь замок обыскали. — я почувствовала, как он глубоко вдохнул. Будто пытался успокоиться — мы думали… — он так и не договорил. Я знала, что он хотел сказать: «Мы думали, что потеряли и тебя.» Я обняла его в ответ. И снова расплакалась. Блейз отвернулся к окну. Дал нам несколько секунд. Потом спокойно сказал. — Мы с Драко разделились — он говорил негромко. Будто просто рассказывал события вчерашнего дня. — искали тебя в башне астрономии. На квиддичном поле. У Хагрида. В библиотеку тоже пошли, но там нас уже Филя поймал и отправил в гостиную. — Драко усмехнулся без всякой радости. — Даже близнецов заставили искать. — сказал он. Я удивлённо посмотрела на него. — Фреда и Джорджа? — Да. — Они тоже бегали по всему замку. — ответил Малфой. Блейз кивнул. — Поттер тоже. — Гарри? — Да. Он пришёл к нам вечером. Спрашивал, не появлялась ли ты. Говорил, что чувствует себя виноватым. — ответил Блейз. Я медленно опустилась на свою кровать. Не понимая. — Почему? — Потому что именно он вытащил тебя из озера. И считает… — Драко устало провёл рукой по лицу. — что если бы тебя не выбрали «пленницей», ничего бы не случилось. — я закрыла глаза. Нет. Это была не его вина. И не моя. Но убедить себя в этом было гораздо сложнее, чем других. В тот же день ко мне пришла Гермиона. Она не постучала. Просто тихо вошла. Села рядом. И молча взяла меня за руку. Без слов. Я даже не заплакала. Устала. За несколько дней я, казалось, вы плакала все слезы. Она ничего не говорила. Просто сидела рядом. Наверное, около часа. Потом тихо сказала. — Пенси была очень смелой. — я только кивнула — она  спасла тебя. — я крепче сжала её ладонь. — Я знаю… — ответила я. Гермиона заплакала. Совсем тихо и обняла меня. Фред и Джордж появились вечером. Как ни странно, впервые без улыбок. Без шуток. Без своих вечных розыгрышей. Фред долго смотрел на меня. Потом осторожно поставил рядом коробку. — Это… — он кашлянул. — печенье. Домовики испекли. Мы подумали… Ты всё равно ничего не ешь. — я посмотрела на коробку. И почему-то именно это заставило меня улыбнуться. Совсем чуть-чуть. Джордж сел рядом на пол. — Знаешь… — он долго молчал. — мы ведь тоже её любили. — я подняла голову. Он грустно улыбнулся. — по-своему. Она всегда смеялась над нашими шутками. Даже когда они были ужасными. — Фред тихо фыркнул. — Особенно когда они были ужасными. — ответил он. Мы все трое одновременно замолчали. Потому что каждый вспомнил, как Пенси закатывала глаза, называла их «безнадёжными», а потом смеялась громче всех. Первая неделя прошла словно в густом тумане. Я почти перестала разговаривать. На уроках сидела молча. Если преподаватель задавал вопрос — отвечала. Если нет — не произносила ни слова. Перестала спорить. Перестала язвить. Даже Рон однажды что-то буркнул мне вслед. Я не ответила. Он сам удивился. Драко и Блейз практически не оставляли меня одну. Они ничего не требовали. Не говорили, что время лечит. Они просто всегда были рядом. Если я шла на занятия — рядом шёл Драко. Если вечером сидела в библиотеке — через несколько минут рядом молча садился Блейз с книгой. Иногда они вообще не произносили ни слова за несколько часов. И именно это помогало больше всего. Луна тоже почти не отходила от меня. Ночью она забиралась под одеяло и сворачивалась у меня под рукой. Каждый раз, когда мне снилась зелёная вспышка, она будила меня тихим урчанием и осторожно тыкалась носом в ладонь. А папа… Он не спрашивал, как я. Не говорил об этом. Но я стала замечать странные мелочи. В моей комнате каждый вечер сам собой зажигался камин ещё до моего возвращения. На столе появлялся горячий чай. Иногда — любимые булочки из кухни. И каждый раз, когда наши взгляды случайно встречались в Большом зале, он едва заметно задерживал их на мне на секунду дольше обычного. Будто проверял. На месте ли я. И только тогда спокойно отводил глаза. Наверное, после того дня мы оба начали бояться одного и того же. Потерять друг друга… но самое страшное произошло на первом уроке с Грюмом.  В то утро я впервые снова надела слизеринскую мантию. Она казалась непривычно тяжёлой. Я долго стояла перед зеркалом. Чёлка падала на глаза. Волосы были собраны не так аккуратно, как обычно. Под глазами всё ещё оставались тёмные круги. Я выглядела старше. И одновременно намного младше. Луна сидела у меня на плече, внимательно наблюдая, как я застёгиваю пуговицы. — Сегодня останешься здесь. — тихо сказала я. Дракончик недовольно пискнул. — знаю. Я тоже не хочу. Но нельзя. — она недовольно отвернулась, всем своим видом показывая, что категорически не согласна. — я тебе потом вкусненького принесу — я погладила её по макушке и вышла из комнаты.  — Какой следующий урок? — я спросила это почти автоматически, складывая книги в сумку после травологии. Блейз поджал губы, будто уже понимал, к чему всё идёт. — Защита от тёмных искусств. — ответил он. Я замерла. Пальцы так и остались лежать на застёжке сумки. Я медленно подняла голову. — Что?.. — никто не ответил. Драко отвёл взгляд. Блейз тяжело выдохнул. Они оба знали, как мне будет тяжело.  Я почувствовала, как из груди будто выбили весь воздух — нет… — совсем тихо. Почти беззвучно. Я покачала головой. — нет… Не сегодня… Я не смогу… — в висках застучала кровь. Руки начали дрожать. Драко сразу подошёл ближе. — Арин… — Я не могу его видеть… — голос сорвался. — я… Я не смогу… Он убил её… — последние слова прозвучали шёпотом. Драко осторожно положил ладонь мне на плечо. — Тогда не пойдём. — Что? — Не пойдём на урок. — повторил он. Так просто. Будто это действительно могло что-то изменить. — получим взыскание. Плевать. — Блейз молча кивнул. — Втроём. — добавил он. Я посмотрела сначала на одного. Потом на другого. Они действительно были готовы развернуться. Просто уйти вместе со мной. Но… Я медленно закрыла глаза. Передо мной возникло лицо отца, его слова: «От него нельзя бегать вечно.» Я сама понимала это. Когда-нибудь мне всё равно пришлось бы открыть эту дверь. Я медленно вдохнула. — Нет… — голос дрожал. — если не сейчас… то потом будет ещё страшнее… — ни Драко, ни Блейз не стали спорить. Только молча пошли рядом. Не впереди. Не позади. По обе стороны от меня. Словно незаметно взяли меня под защиту. Чем ближе мы подходили к кабинету Защиты от тёмных искусств, тем медленнее становились мои шаги. Коридор казался бесконечным. Каждый удар сердца отдавался в ушах. Мне было холодно. Хотя вокруг было тепло. Я всё сильнее сжимала ремень сумки. Пальцы побелели. Дыхание становилось коротким. Рваным. Перед дверью я остановилась. Не смогла сделать последний шаг. Я просто смотрела на старую деревянную дверь. За ней был он. Человек, который улыбался, пока убивал. Человек, которому никто не позволял бояться. Потому что никто… мне… не поверил. Я говорила. Я предупреждала. Я кричала. Но все считали это детскими подозрениями. Если бы…  если бы хоть кто-нибудь тогда прислушался… Пенси была бы жива. Я резко зажмурилась. — Арина… — тихо позвал Блейз. Я не ответила. Драко осторожно взял меня за локоть. — Посмотри на меня. — я подняла глаза на Драко. — мы рядом. — коротко сказал он. — Всё время — я едва заметно кивнула. Именно в этот момент дверь кабинета открылась. Из неё начали выходить ученики. Смеялись. Что-то обсуждали. Будто это был самый обычный день. Будто ничего не произошло. А потом… Послышался знакомый глухой стук деревянной ноги. Раз. Ещё шаг. Два. И он появился в дверях. Грюм. Нет. Не Грюм. Я знала это. Теперь знала. Именно это лицо. Именно эти глаза. Именно эта походка. Я видела их последними перед тем, как Пенси упала. Весь мир исчез. Я больше не видела коридора. Только землю. Только зелёную вспышку. Только Пенси, закрывающую меня собой. Он поднял взгляд. Увидел меня. На его лице появилась знакомая кривая усмешка, и в этот момент что-то внутри меня оборвалось. — Нет! — крик вырвался сам собой. Так громко, что по всему коридору сразу наступила тишина. Книги выпали из моих рук. Я начала пятиться назад. Не могла остановиться. — не подходи!! Не подходи!! Он убил её!! Он убил Пенси!! Почему вы ему верите?! Почему?! Я же говорила!! Я говорила вам!! — голос срывался. Переходил почти в истерику. Я уже не понимала, что говорю. Перед глазами всё смешалось. — это он!! Он!! Я видела!! Я видела, как он её убил!! Я же говорила вам!! — я показывала пальцем на преподавателя. Меня трясло так сильно, что я едва стояла на ногах. В следующую секунду кто-то резко оказался передо мной. Драко. Он буквально заслонил меня собой. Полностью. Широко расставив ноги, словно готовился защищать меня даже от преподавателя. — Хватит. — его голос прозвучал неожиданно жёстко. Он смотрел прямо на меня, сильно, но не больно, держа за плечи. Не моргая. Без капли страха. Следом рядом встал Блейз. Не сказав ни слова. Он лишь слегка повернул голову ко мне.  — Не смотри. — тихо сказал Блейз. Очень тихо. Но я услышала. И послушалась. Я поджала ладони к свой груди, уткнулась в грудь Драко, стараясь не видеть человека впереди. Но всё равно слышала этот стук деревянной ноги. Он эхом отдавался в голове. Я снова оказалась в лесу. Снова слышала собственный крик. Снова чувствовала, как Пенси падает у меня на руках. Меня затрясло ещё сильнее. Я хотела закрыть руками уши, но Драко, словно почитав мои мысли, закрыл их сам и крепко прижал к себе. Блейз молча протянул руку, нашёл мою ладонь. Крепко сжал. Драко не сделал ни шага в сторону. Он стоял между мной и Грюмом так неподвижно, словно превратился в каменную стену. Во всём коридоре никто больше не произнёс ни слова. Все ученики смотрели только на них троих. На дрожащую слизеринку, которая в ужасе кричала, что преподаватель — убийца. На мой крик прибежала Макгонагалл, которая, оказывается, была неподалеку. Она легонько коснулась моего плеча. — Арина. — позвала она. Она не спросила что происходит, наверное, потому что увидела достаточно. Мой вид говорил сам за себя. — мисс Снейп. — её голос стал мягче. — вы пойдёте со мной. — я открыла рот, чтобы возразить. Сказать, что я должна остаться. Что нельзя оставлять его одного. Что все снова будут делать вид, будто ничего не произошло. Но слов не нашлось. Драко несильно за плечи отстранил меня от себя. — Иди. — тихо сказал он. — мы будем рядом. — Нет, вы, мистер Малфой, останетесь на уроке. — возразила профессор. Блейз кивнул. — Мы тебя найдём после. — сказал он. Я посмотрела на них. И впервые за всё утро почувствовала, что могу сделать хотя бы один шаг. Я пошла за Макгонагалл. Не оборачиваясь. Но я знала. Они смотрели мне вслед. Кабинет профессора Макгонагалл встретил меня тишиной. Здесь всегда было иначе. Не как в кабинете отца. У него всё казалось холодным: камень, зелья, тёмные полки. А здесь было тепло. Солнечный свет падал на книги. На столе стояли аккуратные стопки пергаментов. На подоконнике лежали несколько старых книг. Всё было спокойно. Слишком спокойно. Я остановилась у двери. Не зная, куда деть руки. Макгонагалл закрыла дверь. Потом жестом указала на кресло. — Садитесь. — я села. Она не стала садиться напротив сразу. Сначала подошла к шкафу. Достала небольшую коробку. Поставила на стол — чай? — я удивлённо посмотрела на неё. — Что? — Чай, мисс Снейп. — она посмотрела на меня поверх очков. — в стрессовых ситуациях люди обычно забывают самые простые вещи. — я молча кивнула. Она налила мне чай. Не задавая вопросов. И это почему-то было хуже всего. Потому что я ждала обвинений. Сомнений. Я держала чашку обеими руками. Пальцы всё ещё дрожали. — Вы мне не верите? — вопрос вырвался сам. Макгонагалл замерла. Она не ответила сразу. И я уже приготовилась к боли. Но потом она сказала: — Я верю, что вы видели то, что описываете. — я подняла глаза. — это не совсем одно и то же. — тихо добавила она. Я опустила взгляд. Конечно. Даже она не могла сказать прямо. Не могла обвинить преподавателя без доказательств. Я понимала это. Но всё равно было больно. — Я знаю, что звучит безумно. — прошептала я и закрыла глаза. — но я видела его. И прошу, поверьте. — Макгонагалл села напротив. — Расскажите мне всё. — спросила он. Я посмотрела на неё. — Всё? Н-но… я же говорила на допросах и в-вы слышали. — Всё. — она взяла перо. — начиная с того момента, когда вы впервые почувствовали, что с профессором Грюмом что-то не так. Пока остальные ученики сидели на уроке Защиты от тёмных искусств, в кабинете Макгонагалл не было слышно ни одного заклинания. Только мой голос. Я рассказывала. Про Большой зал. Про грозу. Про то, как странно небо отреагировало на его появление. Про то, как он слишком хорошо знал вещи, которые знать не должен. Про то, как его поведение менялось. Про то, как я чувствовала, что он играет роль. Макгонагалл слушала. Не перебивала. Иногда задавала короткие вопросы. — Кто ещё это замечал? — Никто. — я сжала чашку. — я пыталась сказать. Отцу тоже. — она внимательно посмотрела на меня. — Профессору Снейпу? — спросила она. Я кивнула. — Он не поверил. — я  не сказала это с обидой. Просто как факт. Но Макгонагалл заметила. Это Конечно, заметила. — А теперь? — спросила она. Я только кивнула, и она поняла меня без слов. Отец верил мне.  Но это уже ничего не меняло. Пенси всё равно не вернуть. Когда урок закончился, за окном уже начали сгущаться сумерки. Я даже не заметила, сколько прошло времени. Макгонагалл убрала перо. — Мисс Снейп. — я подняла глаза. — сегодня вы не вернётесь на его урок. — я хотела сказать, что это неправильно, что я должна, но не смогла. — Хорошо. — ответила я. Она немного помолчала. — И ещё. — Да? — Вы не обязаны доказывать всем, что вы не сошли с ума. — эти слова ударили сильнее, чем я ожидала. Потому что именно этим я занималась последние дни. Доказывала. Каждому. Что я не ошиблась. Что Пенси погибла не просто так. Что мой страх был не выдумкой. Макгонагалл встала. — иногда правда приходит не сразу. Но это не значит, что её не... — договорить она не успела. Дверь кабинета резко распахнулась. На пороге появился отец. Чёрная мантия ещё слегка покачивалась, словно он шёл быстрее обычного. Лицо оставалось таким же спокойным, как всегда, но я слишком долго жила рядом с ним, чтобы не заметить деталей. Он был напряжён. Очень. Его взгляд сразу нашёл меня. Не Макгонагалл. Не кабинет. Меня. Он быстро, почти незаметно осмотрел меня с головы до ног, словно убеждался, что я цела. Только после этого перевёл взгляд на профессора Макгонагалл. — Минерва. — сказал он. Она слегка выдохнула. — Северус. — повисла короткая тишина. — я как раз собиралась… — она встала. — Мне сообщили. — он произнёс это тихо, но в голосе чувствовалась сталь. — о случившемся у кабинета Защиты от тёмных искусств. — я невольно опустила голову. Мне вдруг стало неловко. Наверное, теперь он думал, что я устроила истерику. Что не смогла взять себя в руки. Отец сделал несколько шагов вперёд. Остановился рядом. — подними голову. — я медленно подняла глаза. Он внимательно всматривался в моё лицо. Наверное, искал следы слёз. Или пытался понять, в каком я состоянии. — дышишь ровно? — вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я даже растерялась. — Да… — Голова кружится? — Нет. — Хорошо. — только после этого он едва заметно кивнул самому себе. Макгонагалл наблюдала за этой короткой беседой молча. В её глазах промелькнуло что-то похожее на понимание. Северус повернулся к ней. — что произошло? — она спокойно пересказала всё, что увидела в коридоре. Как я закричала. Как Драко и Блейз закрыли меня собой. Как она увела меня с урока. Отец слушал, не перебивая. Лишь однажды его челюсть едва заметно напряглась, когда Макгонагалл произнесла: — Она снова повторяла, что профессор Грюм убил мисс Паркинсон. — наступила тишина. Я смотрела в пол. Не решаясь поднять глаза. — она рассказала мне обо всём, что вызывало у неё подозрения с начала учебного года, — продолжила Макгонагалл. — Последовательно. Спокойно. Без противоречий. — отец медленно перевёл взгляд на меня. Несколько секунд он просто смотрел. Не пытаясь успокоить. Не задавая вопросов. Он словно оценивал моё состояние так же, как оценивал бы последствия неудачного зелья: спокойно, внимательно, не упуская ни одной детали. Потом коротко кивнул. — Минерва. — Да? — Я поговорю с мисс Снейп. — ответил он. Макгонагалл посмотрела сначала на него, потом на меня. — Разумеется. — никаких возражений. Она лишь едва заметно коснулась моего плеча, проходя мимо. — Если понадоблюсь, вы знаете, где меня найти — я только молча кивнула. Только я с отцом успела подойти к двери, как Макгонагалл снова заговорила — Мисс Снейп. — я остановилась. — Да, профессор? — она помолчала, прежде чем продолжить. — Родители мисс Паркинсон попросили отправить домой её личные вещи. — у меня внутри всё сжалось. — мы подумали, — тихо сказала Макгонагалл, — что лучше, если их соберёт человек, который знал, что для неё действительно было важно. — она внимательно посмотрела на меня. — но если вы не готовы… — я покачала головой. — Нет-нет… Я соберу. — профессор лишь кивнула. Мы вышли из кабинета. Дверь за спиной тихо закрылась. Некоторое время отец просто шёл рядом. По коридорам Хогвартса разносился привычный шум: где-то хлопнула дверь, кто-то смеялся этажом выше, мимо пробежали второкурсники, едва не столкнувшись с нами, и тут же испуганно замедлили шаг, заметив профессора Снейпа. Мы же продолжали идти молча. Я не спрашивала, куда. Он не считал нужным объяснять.И почему-то именно это молчание сейчас успокаивало больше любых слов. Мы свернули в пустой боковой коридор. Здесь почти никого не было. Высокие окна выходили на Чёрное озеро. Отец остановился. Я тоже. Он по-прежнему смотрел не на меня, а в окно. — Истерика закончилась? — вопрос прозвучал сухо. Почти по-профессорски. Я невольно усмехнулась сквозь усталость. Только он мог назвать произошедшее именно так. — Да… — Хорошо. — опять тишина. Я уже решила, что на этом разговор закончится. Но он неожиданно продолжил. — ты больше не войдёшь одна в кабинет Защиты от тёмных искусств. — я удивлённо посмотрела на него. — Что? — До конца учебного года. — он наконец повернул голову. — Но… — Это не просьба. — голос оставался ровным. — перед каждым занятием тебя будут сопровождать. — Папа, я не ребёнок. — я нахмурилась. — Нет. — он спокойно выдержал мой взгляд. — поэтому я и говорю не о возрасте. — я не сразу поняла. Он продолжил — ты свидетель убийства. — воздух будто стал холоднее. Он впервые произнёс это вслух. Не «случившееся». Не «происшествие». А именно так. — пока человек, которого ты обвиняешь, свободно ходит по школе, я не считаю разумным оставлять тебя с ним наедине. — я молчала. Сердце вдруг забилось быстрее. Он говорил так, будто мои слова необходимо учитывать. Будто они имеют вес. Для Северуса Снейпа это значило очень многое. — Драко и Блейз? — тихо спросила я. Он едва заметно кивнул. — Они уже делают это. — ответил он. Я удивлённо подняла голову. Он заметил. Конечно, заметил. Как они встали между мной и Грюмом. Как ни на шаг не отошли. — сегодня они поступили… разумно. Это была самая высокая похвала, которую отец мог дать четырнадцатилетним мальчишкам. Я даже улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Он заметил и это. Но никак не отреагировал. Лишь продолжил — однако впредь подобные ситуации должны решать преподаватели. — Они просто защищали меня. — Я знаю. — после короткой паузы он добавил — именно поэтому у мистера Малфоя не будет взыскания. — я удивлённо посмотрела на него — Ты… Не снял баллы? — А должен был? — он поднял бровь. Я впервые за весь день не сдержала короткого смешка. Совсем тихого. Но настоящего. Он ничего не сказал. Лишь едва заметно разгладилась складка между его бровями. Будто именно этого звука он и ждал. Через несколько секунд отец снова стал серьёзным. — есть ещё кое-что. — я сразу перестала улыбаться. Он несколько мгновений подбирал слова. Это было заметно. Для человека, который всегда отвечал сразу, такая пауза значила многое. — с сегодняшнего дня… — он произнёс это медленно. — если профессор Грюм попытается заговорить с тобой вне уроков… Не отвечай. Не останавливайся. И сразу иди ко мне. Или к профессору Макгонагалл. — Ты думаешь, что… — Я ничего не думаю. — отрезал он. Слишком быстро. Слишком резко. Будто сам понял, что сказал лишнее. Он поправился уже спокойнее — я предпочитаю проявлять осторожность там, где остальные проявляют беспечность. Я опустила взгляд. Это был весь отец. Он никогда не сказал бы: «Я беспокоюсь за тебя.» Вместо этого он составлял план. Отдавал распоряжения. Продумывал последствия. Так он заботился. По-своему. И я вдруг поняла, что научилась понимать этот язык. Я тихо кивнула. — Хорошо. — ответила я. Он внимательно посмотрел на меня, словно проверяя, действительно ли я услышала. Потом развернулся. — Идём. — Куда? — На зельеварение. — я растерянно моргнула. — После всего этого? — спросила я. Он посмотрел на меня с едва уловимой иронией. — Мисс Снейп. Жизнь обладает крайне неприятной особенностью. Она продолжается. — и, сделав небольшую паузу, добавил уже привычным, почти невозмутимым тоном — к тому же ваши однокурсники вполне способны взорвать котлы и без вашего участия. Но с вашим появлением шансы выжить у кабинета значительно возрастают — несмотря ни на что, уголки моих губ снова дрогнули. И отец, убедившись, что я пошла следом, продолжил путь по каменным коридорам Хогвартса, не оглядываясь. Он и так знал, что на этот раз я не отстану. Вечером, перед тем как пойти в комнату, я заскочила к домовикам за мясом, как и обещала Луне. Она встретила меня радостно, подбежала ко мне и начала весело пищать, я взяла её на руки. Небесные фурии, как я читала в книге Саламандера, начинают летать к пяти месяцам. Так что ориентировочно я поставила себе заметку начинать занятия по полету в Мае. Сейчас же было начало апреля. Я посмотрела на кровать Пенси. Аккуратно заправленная. На спинке стула всё ещё висел её любимый тёмно-зелёный шарф. На подоконнике стоял маленький кактус, который она однажды выиграла у близнецов Уизли. На тумбочке лежала раскрытая книга. Между страниц так и осталось зелёное перо. Луна начала махать крыльями и кивать головой в сторону кровати. — Нет, Луна, надо вещи собрать. — ответила я ей. — ты со мной? — она утвердительно заурчала. Я протянула ей ещё мяса и под ее довольное чавканье подошла к кровати. Тут Луна спрыгнула с моих рук на пол, обнюхала ножку кровати Пенси, потом сама запрыгнула на покрывало. Села. И стала смотреть на дверь. Будто ждала, что хозяйка этой половины комнаты вот-вот войдёт. У меня защипало глаза. — Она ждёт её… — тихо сказала я. В комнату вошли Драко и Блейз.  Мы начали собирать вещи. Драко открыл шкаф. Блейз складывал книги. Я перебирала содержимое тумбочки. В комнате почти никто не говорил. Слова казались лишними. Иногда слышался только тихий шелест ткани. Или скрип открывающегося ящика. Луна не отходила от кровати Пенси. Она сидела на покрывале, иногда склоняя голову набок, словно прислушивалась. Потом вдруг легла именно на ту подушку, где всегда спала Пенси. Свернулась маленьким серебристо-голубым клубочком. И тихонько заурчала. Я закрыла глаза. — Она ведь всегда играла с Луной, когда я делала уроки… — прошептала я. — помнишь? — Драко кивнул. — Хотя делала вид, что драконы ей безразличны. — ответил Малфой. — А потом таскала ей кусочки мяса со стола. — добавил Блейз. Я слабо улыбнулась. — И ворчала, что «это последний раз». — мы все знали, что последний раз никогда не наступал. Когда почти все вещи были собраны, мы осторожно поставили чемоданы к двери, чтобы утром отнести их Макгонагалл. Мы оглядели комнату. Одна половина теперь стала абсолютно пустой. — До сих пор не верю — сказала я — я теперь одна. — А вот сейчас было обидно — впервые за день пошутил Драко и положил локоть мне на плечо. — Я тебе что, подставка? — спросила я. — А мы что, призраки, что нас не считаешь? «Я теперь одна» — передразнил меня Драко — фиг тебе. У тебя мы и пол-Гриффиндора. — Ну не пол, конечно.. — улыбнулась я. — Ну да. Уизли занимают большую часть — усмехнулся Блейз.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!