Глава 6. Слишком поздно.

      Тяжелые створки ворот не просто открылись — они вылетели под ударом вампирской мощи Рэйвена. Его дыхание было рваным, а зрачки затопили всю радужку, превратив глаза в два бездонных колодца ярости. Он не бежал — он летел по коридорам, оставляя за собой лишь смазанный черный след и ледяной сквозняк.       Когда он ворвался в главный зал, реальность ударила его сильнее любого клинка. На кристальном троне Макабрии, вальяжно откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу, сидел Редд. В его руке был тот самый бокал, из которого пила Лакруа, а на лице играла маска холодного превосходства.       — Где она? — рявкнул Рэйвен, сжимая кулаки с такой силой, что ногти царапали ладони, оставляя кровавые следы.       — Лакруа? О, не переживай, она в порядке. Ну, или почти, — Редд дёрнул цепь, из-за трона вышла Лакруа и сразу упала: она была скована по рукам и ногам металлическими наручниками. Девушка явно всё ещё была под действием препарата и не соображала, что происходит.       — Я тебя, блять, убью, — Рэйвен собирался наброситься, но Редд спокойным жестом его остановил.       — Видишь ли, Лорд-протектор передала контроль за вампирами охотникам, а как ты знаешь, любое нападение на охотников приравнивается к нападению на корону, то есть на саму Лакруа. Иными словами, если ты сейчас на меня нападёшь, я буду иметь полное право тебя прикончить. Только представь, какая романтика — погибнуть на глазах у любимой.       — Ублюдок! — Рэйвен набросился на Редда, но не успел его коснуться. Две стрелы, выпущенные одновременно лучником Эшем, пробили оба плеча Рэйвена и прибили его к полу. Стрелы попали точно по связкам, отчего вампир моментально потерял равновесие и упал. Корчась от боли, Рэйвен лежал, не издавая ни звука: он не даст им удовольствия услышать свои мучения.       — Как всегда вовремя, — поблагодарил Редд.       Эш кивнул, и он с Нэделин вошли в тронный зал.       — Почему она ещё здесь? — резко спросила Нэделин.       — Новый приказ Уильяма: не трогать Лорда-протектора, пока он не явится в столицу. Но не переживай, я дал ей отвар из красных листьев зазеркалья, она не опасна.       — Этого не было в плане, — нахмурилась Нэделин, не сводя глаз с Лакруа, пытаясь понять её состояние.       — Планы тебя не касаются, ты всего лишь исполнитель, так исполняй приказы! — огрызнулся Редд.       — Что с ним делать? — Эш указал на вампира, истекающего кровью на мраморной плитке.       — Убить за нападение на корону. И подготовьте банкет, отец вот-вот появится.       Редд вернулся на трон и гордо его занял, как король. Эш достал стрелу и натянул тетиву. Один выстрел — и с Рэйвеном будет покончено.       — И это всё? Просто убьёте меня, а Лакруа отравите? Так поступают доблестные охотники? Столько пафоса и разговоров о чести, а на деле — просто стайка крыс. Вы жалкие, мне вас даже жаль. Охотники на вампиров не смогли справиться даже с парочкой из наших. Давай, Эш, стреляй, я могу даже не двигаться, чтобы ты точно попал.       — Мне жаль… — Эш выпустил серебряную стрелу. Она полетела прямиком в лоб Рэйвена, но тут же её траектория изменилась, и она отлетела в сторону при помощи выкинутого кинжала. Стрела и кинжал со звоном прокатились по полу.       — Нэд, что ты?.. — Эш не успел среагировать, но безошибочно определил нож охотницы.       Нэделин помчалась мимо него к трону, она воспользовалась своим ножом, что рубит даже сталь, и освободила Лакруа.       — Какого хрена ты делаешь? — в бешенстве кинулся на неё Редд.       — Он прав, это должно было случиться не так. Мы охотники. Хочешь власти — заслужи её своим потом и кровью. — Нэделин толкнула Лакруа в объятия Рэйвена, который, воспользовавшись моментом, освободился самостоятельно. Кровь стекала по его рукавам: он явно разорвал свою плоть насквозь, чтобы выбраться из ловушки Эша.       — Лорд-протектор Лакруа, я, Нэделин Валенси, вызываю тебя на поединок завтра в полночь. Победивший получает Макабрию и полный контроль над стороной проигравшего. До ночи действие яда в твоей крови пройдёт. Ты можешь использовать любое оружие или магию. Я буду ждать на арене. А, и да: если не придёшь, мы расценим это как техническое поражение, — яростно и гордо объявила Нэделин.       — Ты не имеешь права выдвигать здесь условия, ты никто! — Редд замахнулся, чтобы ударить наглую девку, но Нэделин перехватила его руку и сжала мёртвой хваткой.       — Неужели? Что ж, Редд, я не против провести ещё один бой за право представлять охотников, м? Осмелишься бросить мне вызов и доказать, что ты способен на что-то без помощи папочки?       Редд молчал. Он знал, что Нэделин превосходит его в силе и мастерстве, и не хотел опозориться на глазах у всей Макабрии.       — Я так и думала, — Нэделин перевела взгляд на вампира. Тот осторожно, с помощью своей магии, закинул дампиршу себе на плечо. Шевелить руками он пока не мог: регенерация ещё не восстановила его сухожилия. — Рэйвен, передай ей мои слова, как она придёт в себя. Я буду ждать вашего решения, каким бы тяжёлым оно ни было.       Рэйвен кивнул и, убедившись, что Лакруа надёжно прикована к нему магией, бросился прочь из замка. Вампир пролетел сквозь ночной туман Макабрии, пока не достиг окраины, где в старом, покосившемся доме на последнем этаже скрывалась его тайная «холостяцкая» берлога. Это была крошечная квартирка, пропахшая старой бумагой, горьким табаком и пылью веков. Здесь не было кристальных тронов и шелковых простыней — только колченогий стол, заваленный картами, и узкая кушетка у окна. Рэйвен осторожно, словно она была сделана из тончайшего льда, опустил Лакруа на кровать. В тусклом свете луны она казалась пугающе хрупкой. Цепи из черного серебра оставили на её запястьях уродливые ожоги, а кожа приобрела сероватый оттенок.       — Потерпи, радость моя, — прошептал Рэйвен, и его голос, обычно полный иронии, сейчас надломился. — Я не позволю тебе уйти. Не сейчас.       Вампир понимал, что обычные лекарства здесь бессильны. Яд, подмешанный Реддом, блокировал её собственные силы дампира, и единственный способ «перезапустить» её сердце — это прямое переливание чистой, древней вампирской крови. Рэйвен нашёл аптечку, достал капельницу и отсоединил трубку. Как умел, он поставил катетер для Лакруа и присоединил другой его конец к своей груди. Багрово-алая кровь хлынула по трубке, стремясь перетечь от Рэйвена к девушке. Рэйвен сидел на табуретке рядом с кушеткой, стараясь не двигаться лишний раз, и наблюдал, как медленно, но уверенно его кровь наполняла организм Лакруа.       — Вот так, моя маленькая лакричка, скоро ты поправишься, и всё будет хорошо. Никто и никогда тебя не заберёт у меня. Обещаю. Рэйвен наклонился, чтобы поцеловать любимую в лоб, а затем снова устроился на стуле, молча наблюдая за ней, пока её тело боролось с ядом из красных листьев.       Лакруа очнулась лишь к вечеру. Её голова всё ещё болела, но парализующее действие яда прошло. Девушка открыла глаза и, прежде чем встать, изучила незнакомую обстановку: пыльно, холодно, пусто. Она чуть наклонила голову и увидела Рэйвена. Его глаза были прикрыты, он дремал, облокотившись на стену. Вид у вампира был ужасный: избитый, одежда вся в крови и трубка на груди, ведущая к ней. Сердце Лакруа сжалось от мысли, что Рэйвен пожертвовал собой ради неё.       — Рэйвен? — тихо позвала Лакруа.       Мужчина моментально открыл глаза и повернулся на её голос, на его губах заблестела улыбка.       — Любимая, ты очнулась! Какое счастье. С возвращением в мир живых. — Не описать словами, какое облегчение и радость испытал Рэйвен, вновь увидев её.       — Что произошло с тобой, с замком и охотниками? Я плохо помню, что случилось. Редд мне что-то подмешал в вино… О дьявол, я подписала соглашение. — Дампирша села на кровати, потирая виски. Она освободилась от трубки с кровью и посмотрела на Рэйвена, нуждаясь сейчас в утешении.       — Не страшно, у нас ещё есть шанс. Нэделин… она вызвала тебя на бой на арену в полночь. Если ты победишь, они уйдут.       — Нэделин? Она хоть понимает, с кем ей предстоит сражаться?! — нервно усмехнулась Лакруа.       — Прошу, не недооценивай её. Скорее всего, это очередная ловушка, но она сказала, что действие яда пройдёт и ты снова сможешь использовать силы Дракулы.       Лакруа встала, попыталась колдовать, и её руки покрылись красной аурой.       — Да, я чувствую это. Сила Дракулы пульсирует в моих венах и ждёт реванша. Если Нэделин хочет поединок, она его получит.       Нэделин сидела в центре арены, разглаживая песок. Она была почти уверена, что Лакруа не придёт, но тут её радар издал сигнал. Улыбка украсила лицо охотницы.       — Она здесь. — Нэделин встала и отряхнулась.       Тучи сгустились. Небо помрачнело, и с раскатом грома на арене появилась Лорд-протектор.       — Полагаю, я вовремя? — уверенно спросила Лакруа.       — Лучше и представить нельзя. Итак, обговорим правила. Можешь использовать всё, что хочешь: оружие, свои силы, магию или силы графа Дракулы. Сражаться будем до тех пор, пока одна из нас не сдастся или будет физически не способна продолжать бой. Победившая сторона получает престол Макабрии и полный контроль над проигравшей стороной. Идёт?       — Считай, что ты покойница. Идёт.       Девушки пожали друг другу руки и отошли по разным сторонам арены. Раздался бой гонга, и сражение началось.       — Прошу Вас, Ваше Величество, нападайте. — Нэделин достала меч. Ей было стратегически важно навязать Лакруа ближний бой, где у охотницы будет преимущество, но и у Лакруа были другие планы. Глаза дампирши налились кровью, зрачки сузились. Произнеся древнее заклятие, она создала огненный шар и направила его в сторону охотницы. Нэделин легко увернулась от массивной атаки.       — Мне нравится твой настрой. Значит, дерёмся в полную силу.       Глаза Нэделин засветились белым — она вошла в режим охотника. Теперь её физические показатели ничем не отличались от вампирских, а значит, сейчас они на равных.       Нэделин бросилась в атаку, за доли секунды сократив расстояние между ними. Она собиралась завершить всё одним движением меча, но Лакруа увернулась. Они двигались быстро, догоняя друг друга, парируя и отражая атаки. Но Лакруа быстро надоели эти игры в салочки, и она растворилась, пропала с арены. Нэделин лишь слегка улыбнулась. Лакруа напала на неё сзади, Нэделин увернулась, и дампирша снова исчезла. Она то появлялась из ниоткуда, то снова растворялась, нанося много ударов неожиданно, из слепых зон, но Нэделин за секунды успевала отойти от места следующей атаки. Может, физического тела Лакруа и не было сейчас на поле битвы, но внутренний радар Нэделин считывал ауру пятого ранга и помогал девушке уходить от атак. Когда Лакруа окончательно выдохлась, она призвала стаю летучих мышей и натравила их на Нэделин. Мыши старались разорвать охотницу на мелкие кусочки, пытались кусаться и выцарапать глаза Нэделин. Но девушка быстро достала флакон с жидкостью, облила свой меч и мощным ударом о каменную кладку создала искру. Лезвие воспылало, и Нэделин подожгла всех летучих мышей. Они умирали с животным визгом, пока охотница уничтожала их десятками сразу.       Лакруа пришлось вступить в ближний бой и достать меч. Дампирша умела пользоваться оружием, но не любила: в ней и так течёт кровь Дракулы, она и есть чёртово оружие Макабрии. Лорд-протектор пыталась читать заклинания и магией крови останавливать Нэделин, но охотница всё время сбивала её концентрацию. Помимо меча, у Нэделин были ножи, которые она не стеснялась метать в дампиршу, были крюки и гарроты, сетки и ловушки. Каждое заклинание Лакруа прерывалось, и магия рассеивалась, пока Нэделин тянула время. Она знала: чем больше и чаще Лакруа тянется к силе Дракулы, тем скорее начнётся выгорание и собственное тело Лорда-протектора её предаст.              Лакруа разорвала контакт с Нэделин и отступила назад, увеличив расстояние. Она чувствовала, что уже на пределе, а охотница даже не запыхалась. Лакруа кинула быстрый взгляд на башню замка.       — Прощай, Нэделин.       Свинцовые тучи на небе расступились, и показалась красная луна. Её свет залил арену и девушек. Лакруа поднялась в воздух, магия Дракулы окутала её, и в этот момент крыша замка сломалась. На свободу вырвались триллионы летучих мышей — огромной тёмной стеной они направились к Нэделин.       Из глаз Лакруа пошла кровь, вены вздулись и почернели. Даже сам Дракула никогда ещё не призывал весь запас летучих мышей, что хранился в Макабрии. Обессиленная Лакруа упала на пол. Она всё ещё была в сознании и могла видеть, как Нэделин отчаянно борется с её магией.       — Бесполезно, это твой финал! — Победно произнесла Лорд-протектор.       Нэделин ринулась бежать — не чтобы укрыться от летучих мышей, а чтобы успеть надеть респиратор. Когда её лицо было защищено, девушка ринулась обратно в центр арены и подбросила в воздух колбу. Та взорвалась и распылила зелёный ядовитый газ. Большая часть мышей умерла за секунды, а выживших Нэделин поджигала и разрезала своим мечом. Через 2 минуты газ распространился настолько сильно, что не осталось ни одной летучей мыши или живой травинки на земле. Нэделин подошла к Лакруа и кончиком лезвия приподняла её подбородок. Нэделин молчала, но по её положению и так было ясно: она просит Лакруа сдаться. Дампирша посмотрела в безжизненные светящиеся глаза охотницы и увидела в них только монстра. Лакруа сжалась, как пружина, и прыгнула на охотницу, повалив её на землю. Сапогом Лакруа выбивает меч из руки Нэделин, а сама выпускает клыки и вонзается в горло Нэделин. Она обескровит её, нужно просто несколько секунд, и охотница умрёт. Лакруа уже чувствует, как её пульс замедляется, как жизнь покидает тело охотницы, ещё мгновение и…              Лакруа падает. Нэделин, сжимая в руке камень, со всей силы ударяет им по виску дампирши. Та теряет сознание и отключается рядом с Нэделин. Охотница несколько секунд лежит и смотрит на Лакруа, ожидая, что та поднимется, но Лакруа остаётся безжизненным телом. Тогда Нэделин, зажимая горло, встаёт сама. Ей не надо ничего говорить или доказывать. Смотрители, стоявшие на балконе замка, всё видели. Нэделин пытается выбраться с арены самостоятельно, но к ней уже бежит Эш, и Нэделин улыбается, зная, что сейчас будет разговор о её безрассудности. Редд тоже идёт за ними спокойным шагом: клан охотников победил, однако на его лице совсем нет триумфа. Да и Нэделин плевать, что он думает: она только что победила, чёрт возьми, преемницу Дракулы.       — Лакруа!       Рэйвен материализуется на поле и трясётся над телом Лорда-протектора.       — Она жива, камешек не смог бы её убить, — произносит Нэделин.       — Ненадолго. — К ним присоединяется Уильям. Наконец-то спустившись с горы, он одним мощным движением вгоняет в грудь Лакруа кинжал, высеченный из кровавого янтаря.       — Нет, нет, нет! Что ты наделал?! — заревел Рэйвен, почувствовав, как его связь с Лакруа оборвалась в одночасье.       — Я освободил силу Дракулы от бесполезного сосуда, — гордо произнёс лидер охотников, вытирая кинжал от крови Лакруа.