And So It Begins

      «Счастье, купленное за шиллинг!»       Коробка жгла у самого живота. Точно иглы впивались ей в кожу, заставляли сжиматься, выводя особый, неведомый злой узор.       Как все прочее, соблазнительно утонченное, разлегшееся на сиденьях. Окружившее этого милого господина, что спустил чудовищино много на перья и шелк.       Столь довольного жизнью.       Уверенного во всем.       — Так эта птица — подарок… — Санса смотрела, как он неспешно закуривает, закинув ногу на ногу. Ее пальцы твердели на клети, пока сойка маятником покачивалась в золотистом кольце.       — О! Я, видите ли, женюсь. В том доме любят пернатых, а эта мелкая птичка есть далеко не у каждого.       Серный дух спичек пропитал полутемень салона.       Пуская дым, он взглянул сквозь прутья на красивое запертое существо, вынужденное теперь радовать всех своим видом.       Взглянул ей в глаза, которые, Санса ощутила, расширились до предела.       Словно со стороны она услышала голос, крайне тихий и слабый, сочившийся сквозь кожу:       — Поздравляю вас, мистер Бейлиш. Надеюсь, ваша семейная жизнь сложится…       «…Не как у той женщины на помосте» — буркнула она про себя.       — Вы так любезны. К слову, мы с вами ведь породнимся. Хоть о том газеты и не писали, я помолвлен с вашей тетей, леди Лизой Аррен. — Непостижимые новости не передают с этим взглядом, Санса думала. Цепким, пригвождающим к месту, исполненным черного удовольствия. — Сейчас прямо к ней и направимся. В конце концов, это ближайшая теперь вам родня.       В сумерках не так уж заметно, какой пейзаж тянется за окном.       Может, то были волны, лихо бьющиеся о карету. Некий дикий разлом, где время делает петли, размножая пространство на мелкие не стыкующиеся фрагменты.       Теперь, когда Санса вгляделась — увидела, что дорога была не та. И давно.       — Но послушайте… Скоро ночь, впереди один лес. — Она взволнованно разбирала сплетенные ветви, густые и голые, змеями выползающие из мглы.       Что еще могла она возразить.       — Лес? Вам же нравился лес. — Склоня голову, улыбаясь, он изобразил удивление. — Не беспокойтесь, здесь совершенно нечего опасаться.       Звери, воющие вдали, были не так уж страшны. Он понял ее неверно.       Мистер Бейлиш прибавил света в рожке и ободряюще поправил на ней накидку, чуть съехавшую на плечо. Убрал лишний локон ей за ухо, коснувшись черной перчаткой. Обдавая этим своим запахом.       — Никто вас не тронет. Да и ехать всего около суток, а потом сможете встретиться с вашей семьей.       С людьми, неизвестно какими.       — Вам стоило мне сказать. — Санса поджала губы, ссохшиеся от холода.       — Мне это казалось бестактным. — Он обвел ее взглядом еще раз, сочувственно и бесстыдно. — Учитывая вашу потерю, глубокий траур, вы знаете…       Что знала она? Только то, что человек этот никого не жалел в целом свете. Ни ее, ни даже себя, так открыто теперь лицемеря.       — Я совсем леди Лизу не помню. Не знала даже, что она овдовела. — Не меньше двух лет уж, прикинула Санса тут же. — Расскажите о ней хоть сейчас.       «Как графиня, не бедная, могла пойти за…»       Пустые, лишние мысли, застывшие в голове.       — Леди Лиза… — В ответ он как-то мечтательно покривился, словно не вполне теперь был уверен. — Она женщина самая необыкновенная. Такой вы еще не встречали.

***

      На Ее Светлости Лизе Аррен, вдовствующей графине Норфолк и леди Айри Мэнор — имения, любовно прозванного Гнездом — были самые авантажные серьги, которые только можно купить за деньги, выброшенные на ветер.       Заметив это одно, Санса привычно опустила глаза. На роскошный персидский ковер стекала капля за каплей с ее подола, как и со сбитых ветром волос.       Та минута, что она провела под ледяным ливнем между экипажем и приемной гостиной, весьма экзотической, свела на нет все отчаянные усилия.       «Не глупите, вы выглядите чудесно» — сказал ей Бейлиш на лестнице, скидывая пальто слуге в руки.       Санса знала: он лжет.       Ей нужно было понравиться, а не испачкать весь пол.       — Петир, mon chéri… — Туалеты леди Лизы качнулись, сверкнув вышивкой на внушительных рукавах. Ее волосы, кажется, венчало павлинье перо.       — Моя леди. — Графиня требовательно подала руку, которую тот тут же поднес к губам.       Оставшись в стороне, у дверей, Санса рада была невниманию. Впрочем, ничто не смогло бы отвлечь хозяйку от главного гостя.       Из-под опущенных ресниц она подсматривала, как вытянутое лицо тети, ярко подсвеченное румянами, оживилось победоносной улыбкой. Глаза под уставшими веками искрились как камни в тех серьгах. Яркое платье нефритового оттенка отделано было тонной трепещущей бахромы, чем-то блестящим, ажурным, и широк был подол, как индийский шатер, а еще…       Еще Санса не видела, чтобы женщины так целовали мужчин. Даже в театре…       Звучно, безрассудно и пошло, блуждая пальцами вдоль волос и спины. Наседая всей грудью, словно пытаясь сломать.       По всему эта благородная дама не давала ему и вздохнуть.       Да и ей, кажется, тоже.       Санса сморгнула, потянув воздух с каким-то диковинным запахом. Удушливым и восточным, который проходил сквозь нее как сквозь призрака в этой зале.       Минула всего лишь минута, а она уже не желала иметь с тетушкой дел. Обычной та была или нет — а все-таки неприятной.       Бесцеремонной, жеманной. Некрасивой совсем, пусть и женственно пышной — всё равно не там, где так нужно по моде. И это безвкусное платье, даже этот ковер с цветастым путанным лабиринтом…       — Приехал дядя Петир! — С торца скрипнули двери. Мальчик лет десяти — в коротких еще брюках, с забранными в хвост волосами — вбежал, заставляя леди Лизу ретироваться.       Он с разбегу влетел в гостя и тот слегка приподнял его за талию.       «Как меня, когда карета встала в глубокие лужи сегодня, но надо было сойти»       Санса все клетку держала, а он — держал ее в ту секунду. Жаль, она испачкала весь подол, когда ступила на землю.       — С прошлого визита лорд Роберт подрос. — Бейлиш потрепал мальчика по плечу, опуская.       — Еще на два дюйма. — Тот гордо поднял слабенький подбородок.       Он имел вид бледной куклы, собранной как придется: тощие руки и ноги, неказистая крупная голова и тельце с раздутой грудинкой. Глаза, блестящие нездоровьем, очерчены темными лунами бессонницы и капризов.       Но пряжки на его детских туфлях, испещренные изумрудами, удивили Сансу особо.       «Те же камни, что в серьгах. Его страшно балуют!»       — Обещайте, что станете выше вашей матушки и меня. — Мистер Бейлиш лукаво ему подмигнул и то было жестоко, даже для такого как он.       Лорд Аррен смертью помазан, Санса видела это ясно.       — Даю слово джентльмена. — Его лицо посерьезнело, он даже выпрямился. По крайне мере пытался.       Леди Лиза рассмеялась, но тут же заметила привередливо:       — Как-то вы припозднились, мы ждали вас на пару дней раньше. Я успела лицензией озаботиться, благо, архиепископ был добр. Он незамедлительно все обеспечил, так что мы можем венчаться хоть в следующую минуту.       Ее поразило и это. Дама… с особой лицензией. Взявшаяся сама! И не желавшая даже свадьбы.       Жених легко дернул бровью, заметно было в профиль.       — Хотелось вас удивить. — Графиня широко улыбнулась и улыбка эта ее не красила. Что-то было не то: в ее выражениях и движениях, то плавных, то резких, в ее нервно изогнутых пальцах...       И во всем этом доме, странно обставленном. Кичливо, но пусто.       — Что ж, у вас получилось, моя драгоценная. — Мистер Бейлиш потер лишь с улыбкой печатку. — Позвольте сделать вам то же. Смотрите, что я привез.       Он сделал шаг в сторону, открыв ее жалкий вид, мокрый, а теперь и сопревший.       Графиня смотрела секунду, а затем медленно развела ладони, верно в вынужденном восторге.       — Какая прелестная птица. Роберт, пойди же скорей, посмотри. Посади к остальным. Скажи дяде merci, поцелуй его в щеку. — Но тут ее губы скривились. — И все ж не припомню, чтоб вы раньше возили прислугу с собой.