13. Pointed

      Люк хихикал. Лея чувствовала это где-то в глубине души, когда Дуку смотрел на неё с почти… обеспокоенным выражением лица. Она практически видела, как он отбрасывал в сторону ответы вроде «нет», «не знал, что есть такое требование» и, возможно, даже «не низковаты ли вы для того, чтобы таскать полуобморочного джедая?».       Но он ничего из этого не сказал. Просто вздохнул после долгой паузы и покачал головой.       — Ваша бравада достойна восхищения, и вы зашли довольно далеко. Но даже на этом этапе вы могли бы хотя бы сохранить достоинство. В конце концов, вы — сотрудник сенатора Амидалы. Наверняка она ожидает от вас большего.       — Очевидно, вы никогда не слышали, как она ссорилась с канцлером, — непринуждённым тоном парировала Лея, наблюдая за каждым движением его пальцев, за тем, как сужаются его глаза, чувствуя, как Сила вокруг него на мгновение сжимается, словно в этом пространстве он сгорбился под этой сдержанностью, как обиженный Энакин. — И я не считаю, что пренебрежительное отношение к людям вашего уровня когда-либо задевало моё достоинство.       Вокруг графа царило смущение, смешанное с гневом. Возможно, это должно было её напугать.       — Лея! — прошипел Оби-Ван ей в ухо, сжимая её плечи всё крепче, пока его пальцы не побелели. Возможно, это должно было ещё больше её напугать.       Она не напугалась.       Дуку был сильным, подготовленным, опасным.       Но (как она и подозревала) он не был Дартом Вейдером. И это имело огромное (галактически огромное) значение.       — Моего уровня? — переспросил Дуку, и в его голосе звучал смех, такой же фальшивый, как его спокойное выражение лица.       Лея кивнула, игнорируя дрожащего Оби-Вана, который пытался ухватиться за окружающую Силу, словно желая притянуть её обратно.       — Я никогда не придавала большого значения людям, которые разгуливают на поводке, даже на самом лучшем. — Судя по его виду, она с тем же успехом могла дать ему пощёчину, и поэтому она добавила: — Любой конфликт с ними, как правило… быстро заканчивается.       В отношении Вейдера это была ложь. Но после потери Альдераана ей не пришлось долго терпеть Таркина. Или Джаббу.       — Ты, — прорычал Оби-Ван себе под нос, — самая…       — Лея! — И вдруг появился Энакин, не просто в помещении, а прямо перед ней, со световым мечом в одной руке, выбросив вторую вперёд, чтобы защитить её. От Оби-Вана исходило ощущение неизбежности и усталости, и Лея ничуть его не жалела. — Ты в порядке?       У неё кровоточило на лице, на руках и на предплечьях, возможно, она сбила колени под штанами, она несла на спине полуобморочного джедая, используя Силу так, как ещё час назад ни разу в жизни не пробовала. Не говоря уже о том, что:       — Ты должен быть внутри нашего спасательного корабля.       Она даже не пыталась скрывать своего раздражения, несмотря на то, как забавно выглядел Дуку, когда это услышал. Энакин указал свободной рукой и сказал:       — Мой взорвался. Мы берём вот этот.       Конечно же. Ей совсем не стоило удивляться. И новый корабль выглядел многообещающе. Слишком блестяще, но многообещающе.       — Если уж вы собираетесь угнать мой корабль, — сказал Дуку, его меч подлетел к его руке, — боюсь, вам придётся приложить больше усилий.       Энакин вздрогнул, увидев красный клинок, но Лея уже отступала к кораблю. Она видела, как Арту направляется туда же, и была уверена, что он сможет открыть его к тому времени, как она до него доберётся. Через мгновение Энакин тоже двинулся вперёд, встав между ней и врагами.       На мгновение. В ангар начали прибывать всё новые джеонозианцы, как снаружи, так и из коридоров. Энакин взмахнул мечом, но, похоже, это было скорее попыткой убрать мешающий рукав плаща, чем попыткой запугать.       — Если уж вы собирались заточить джедая, разве вам не стоило приложить больше усилий? — Лея не гордилась этим, но это растянуло внимание Дуку между ней и мечом Энакина. — Он бежал дважды. Один раз — без ног.       — Ты нас убьёшь, — прошептал Оби-Ван ей на ухо, но Лею это почти не смутило. Большее беспокойство вызывало волнение Энакина, когда он понял, почему, возможно, Лея несёт Оби-Вана. Но она держала голову высоко, расслабила плечи, и на её губах играла лёгкая улыбка. Она знала, как играть в эту игру.       — Это была неожиданная возможность, — ответил Дуку, как будто это каким-то образом оправдывало его небрежность. Он крепко держал в руках свой световой меч, медленно и обдуманно делал шаги в сторону, заставляя Энакина подойти поближе, чтобы прикрыть их. — Я не ожидал такой продолжительной встречи с учеником моего ученика. Раньше мы не имели такого опыта.       К ней тянулся посадочный трап. Она не успевала добраться до него раньше, чем джеонозианцы доберутся до неё самой, но, если ей удастся оттеснить их, то…       — Вы, должно быть, так благодарны. Квай-Гон Джинн, должно быть, так сильно вам мешал, раз вы так преданы его убийце.       Что-то лопнуло, как небо во время горной бури. Появилась белая пелена боли, и Лея отлетела назад, с грохотом приземлившись, а Оби-Ван под ней закричал. Люк кричал в её голове, у неё дёргалось всё тело, чувствовался запах озона и дыма.       Они были внутри корабля. Он отбросил их на трап, идиот.       Энакин тоже кричал. Он бросился на Дуку в бешеной атаке, и Лее тоже хотелось закричать — если бы это что-нибудь изменило. У неё практически звенело в голове, Арту почти взлетел по трапу к ней, он щебетал и мигал огнями в панике.       — На взлёт! — выдохнула она, отталкивая Оби-Вана, чтобы Арту мог его объехать. — Готовь корабль!       Пока дроид пробирался в кабину, в её адрес слышался целый ворох ругательств и упрёков. Лея не обращала на это внимания, она была слишком занята, проверяя, не собирается ли Оби-Ван отключиться или умереть. Убедившись, что он снова может дышать, Лея вскочила, высунулась из проёма и начала стрелять.       Она дважды попала по плащу, а потом Дуку развернулся и начал отбивать её выстрелы. Энакин замахнулся слишком широко и попал под второй разряд молнии (конечно же, это были молнии, неудивительно, что Люку было так плохо), его отбросило назад, и этой заминки хватило, чтобы Лея ещё раз попала по плащу ситха.       Проклятье, он был быстр.       Быстро придя в себя, Энакин снова вскочил, готовый броситься в атаку.       — Нет! — Лея почувствовала, как он вздрогнул, когда её голос ворвался в его сознание. Лея продолжала стрелять, ожидая, что Дуку вот-вот вырвет бластер из её рук (почему он до сих пор этого не сделал?). — Оби-Ван! Побег! Единственный шанс!       Бросив последний долгий взгляд на Дуку, Энакин промчался мимо неё, с силой ударив по панели закрытия дверей. Лея стреляла, пока поднимался трап, а Дуку совершил несколько неудачных попыток рвануться в их сторону. Несколько джеонозианцев тоже стреляли, но, поскольку Дуку был слишком близко к их цели, многие не решились так рисковать.       Двери захлопнулись, двигатели запели, Лея почти рухнула у стены, когда корабль ощутимо дёрнуло, потянув назад. Энакин выругался и обернулся — его присутствие в Силе резко сфокусировалось, он на мгновение замер в нерешительности.       Лея упёрлась рукой в дверь и закрыла глаза. Она нащупала тот кокон высокомерия, теперь смешанного с яростью, который удерживал их.       Вспомнила. Оттолкнула.       Корабль резко вылетел из ангара, и Лее пришлось быстро развернуться, чтобы снова не упасть на Оби-Вана. Она слишком резко повернулась и с силой ударилась спиной об стену и на несколько секунд была оглушена.       Когда она смогла подняться на ноги, они уже летели прямо в небо со всей возможной скоростью. Лея скользнула к Оби-Вану, перекинула руку через его грудь и пыталась удержать его в устойчивом положении, пока они поднимались всё выше, выше и выше. Давление нарастало, и Арту начал сползать назад. Лея подняла руку, чтобы поймать его, втайне надеясь, что не промахнётся и не швырнёт его прямо в лобовое стекло.       Дроид замер, зависнув в дюйме от пола, неподвижно и устойчиво.       Лея посмотрела на Оби-Вана, улыбнулась ему. Он удерживал дроида от дальнейшего скольжения, с серым лицом, вспотевший. Заметив её улыбку, он прохрипел:       — Обычно я разрешаю Энакину взлететь, только убедившись, что все — и всё — пристёгнуты.       — Мудро. — Лея всё ещё улыбалась, ощущение опасности отступило, пока они мчались в космос. Давление выровнялось, восстановилась нормальная гравитация, стала видна чернота космоса с миллиардами звёзд. Перед ними были две космические станции, но Энакин выглядел расслабленным — он устроился в кресле, перебирая рычаги, пока не почувствовал себя с ними комфортно.       — Возможно, будут ещё стрелять, — сказал он. — Но я постараюсь обойти их по дуге, чтобы им было невыгодно посылать за нами корабли.       Поскольку это были не крейсера, в их планы не должно было входить преследование крошечного судна.       — Где панель навигации? — спросила Лея, пошатываясь, пока поднималась на ноги. — Я проложу курс.       — Арту уже работает над этим. Посмотришь, что у нас по запасам? Наверное, нам стоит поесть до того, как мы доберёмся до Корусанта?       — До Корусанта? Мы летим на Набу.       Арту согласно запищал, и Энакин рискнул посмотреть на них, когда они начали пролетать мимо станции, из которой уже начали вылетать крошечные точки.       Прекрасно, они всё равно отправляли корабли.       — Хорошо, — сказал Энакин, слегка изменив угол, чтобы увеличить расстояние между ними и станциями. — Обратно на Набу. — И. — Мы уверены, что это безопасно?       — Оби-Вану нужна медицинская помощь, Набу ближе, и там находится мастер Биллаба. Она может помочь нам и напрямую связаться с Советом, если кому-то удастся нас преследовать.       Энакин кивнул, не отрывая взгляда от сканеров и наблюдая за приближающимися маленькими кораблями.       — Хорошо. Насколько мы близки?       Последний писк Арту — и, пока первые выстрелы неслись мимо, Энакин вдавил педаль, отправляя их в гиперпространство. Лея позволила себе вздохнуть с облегчением, а потом начала осматривать стены в поисках отсеков.       Энакин был прав в одном. Им и правда нужно было найти еду. И воду.       ***       Дуку махнул рукой парящим джеонозианцам, отряхнул одежду и попытался как можно быстрее прийти в себя. Всё должно было пройти совсем не так.       — Вы не говорили, что она джедай.       Гнев Фетта был очевиден, и последнее слово стекло с его губ как яд.       Встряхнув плащ так, чтобы он спадал ровно, Дуку ответил:       — Потому что это не так. Однако, — неожиданно, — она чувствительна к Силе. И совершенно неподготовлена.       — Не хотите объяснить, как вы это пропустили?       Это был вполне закономерный вопрос. Вопрос, который Дуку собирался задать своему мастеру. Вопрос, который, как он надеялся, склонит чашу весов в его пользу, когда мастер спросит, почему он упустил Кеноби.       ***       Угнанный ими корабль был примерно такого же размера, как и предыдущий, и новее, но не так хорошо оборудован. Казалось, предполагалось, что в кабине пилота будут практически постоянно находиться два человека в очень удобном сидячем или полулежачем положении.       Он не был рассчитан на астромеха и трёх человек, одному из которых приходилось лежать на полу из-за плохо зафиксированных сломанных ног.       В итоге ей удалось решить эту проблему, сев на пол и положив себе на колени голову дремлющего Оби-Вана. Он часто просыпался и иногда не понимал, где находится. Она думала, что у него жар, и не была уверена, было ли это что-то ожидаемое или же что-то серьёзное.       Энакину это не понравилось. Но, поскольку цвет лица Оби-Вана улучшился после того, как они дали ему воды, и, поскольку пульс и дыхание стали ровными, они согласились, что это, вероятно, не слишком опасно.       На данный момент.       В третий раз Оби-Ван проснулся, пробормотав:       — Что… Где?       Лея даже не моргнула. Просто взяла его за руку под плащом Энакина, поправила волосы и прошептала:       — Всё в порядке. Ты с нами. Ты в безопасности.       — Лея, — сказал он в минутном прояснении. — Ударилась об стену.       Он из всего запомнил именно это. Лея надеялась, Энакин не слышал.       — Теперь ты в безопасности. Почти дома.       — Дуку. Ситх.       — Я знаю.       — Должен сообщить Совету.       — Да. Они получили твоё сообщение. Они знают.       — Хорошо, — выдохнул Оби-Ван, снова засыпая. — Хорошо.       Когда Оби-Ван затих, Энакин подошёл спереди, присел рядом с Леей и как-то по-своему начал осматривать Оби-Вана через Силу. Он всё ещё был неспокоен — это не покидало его с того момента, как ему впервые удалось оценить состояние учителя. Но теперь в нём чувствовалась мрачная решимость, а не просто бесцельная тревога. Энакин коснулся губами костяшек своих пальцев, а потом приложил их ко лбу Оби-Вана, закрыв глаза и беззвучно шевеля губами.       Закончив, он посмотрел на Лею, ми та почувствовала на себе всю тяжесть его пристального взгляда.       — Ты ранена.       — Немного. Всё в порядке.       Он не выглядел убеждённым.       — Здесь есть аптечка. Подожди.       Ему пришлось идти осторожно, переступая через Оби-Вана, который занимал почти весь проход, но вскоре он вернулся, сел рядом с Леей, скрестив ноги, и протянул к ней руку. Ей потребовалось время, чтобы понять, что он хочет сначала заняться её руками, а не лицом. Она списала свою заторможенность на усталость от всей этой чепухи с Силой (и от столкновений со стенами) и протянула ему правую руку, стараясь не напрягать её, пока он закатывал рукава и осматривал повреждения.       — Стена, значит? — Он улыбался, глядя на неё, но эта улыбка была робкой. Неуверенной.       Если уж он слышал.       — Это был пол, — сказала она. — Моё лицо — это была стена.       — Жаль, — посочувствовал он. — Мне довелось тренироваться в мягкой комнате. Довольно весело. — Он взглянул на неё искоса, оторвавшись от работы. — Однажды я споткнулся и упал в пруд, когда бежал слишком быстро.       Она хихикнула. Почувствовала, как расслабляется.       — Вода бывает жёсткой.       — Да, — согласился он. — И я ещё не умел плавать. По крайней мере, не очень хорошо.       На мгновение Лея позволила себе это представить. И быстро остановилась. Вода уже и так была достаточно страшна, если не ожидать её. Он всё ещё учился плавать?       — Оби-Ван тебя вытащил?       — На самом деле, это был мастер Фисто. Он наутоланин, — добавил Энакин. — Он уже был в воде, что-то искал. Я толком не помню, что именно. Только что мы что-то искали, и мне показалось, что я что-то увидел, и…       — Плюх, — ответила Лея, заметив, как нежно он двигался вниз по её руке к ладоням.       — Да. Большой плюх. — Он посмотрел на Оби-Вана. — Ему не обязательно было прыгать за мной, но он позаботился о том, чтобы я не замёрз насмерть. Он знал, как сильно я ненавижу холод.       Лея с кристальной ясностью помнила палящий, обжигающий жар этих двух солнц.       — После Татуина всё холодно.       Разжав её пальцы, Энакин поворачивал её ладонь, пытаясь лучше осмотреть повреждения.       — Да, в общем. Даже здесь.       — На Джеонозисе? — уточнила Лея, потому что, конечно же, в космосе холодно.       — Ага.       Её пальцы подёргивались, пока он обрабатывал порезы на её ладони. Некоторые были просто царапинами. Парочка осталась от того, как она схватила Фетта — тонкие линии, которые оказались неожиданно глубокими, когда Энакин надавил пальцами, пытаясь убрать кровь и грязь.       — Как вы с ней познакомились? — спросил Энакин.       — С твоей матерью? — спросила Лея. Он кивнул. — Она тебе не рассказала?       — Она сказала, что ты пришла к ней, — ответил он, начиная укрывать её раны. — Во время песчаной бури. И ты осталась, потому что что-то искала.       — Это довольно точно, — уклончиво ответила Лея, заметив, что он нахмурился, хоть и не посмотрел в её сторону. — Я… пыталась куда-то добраться. Или, может, понять, куда я пытаюсь добраться. Я пошла на рискованный шаг, попала в бурю, и Шми приютила меня. — Глубокий вдох. — Я… потеряла всё. Я не была уверена, что я хочу делать теперь, когда не могу ничего вернуть. Поэтому я осталась, попыталась помочь.       Он переместился с её ладони обратно вверх, к её запястью и предплечью.       — У неё там была семья?       Шми уже всё объяснила, или просто ненароком упомянула? Лея могла поклясться, что её бабушка упоминала об этом на Корусанте.       — Ларсы. Клигг, его сын Оуэн, девушка Оуэна, Беру. Невеста?       — Она просто ушла от них? Чтобы пойти с тобой?       Сложно. Шми никогда не просила Лею хранить это в секрете, но, если она ещё не рассказала об этом Энакину, кто знает, хотела ли она, чтобы он знал. Шми могла отвечать только на те вопросы, которые Энакин хотел или осмеливался задать.       — Я сказала ей, что направляюсь на Корусант, и спросила, хочет ли она пойти со мной, чтобы посмотреть, сможем ли мы найти тебя. Клигг сказал, что ей следует отправиться со мной, она очень по тебе скучала, и это был хороший шанс.       — И ты нашла Падме, — добавил он, указывая на её другую руку. Лея дала её, поправив перевязанными пальцами волосы Оби-Вана, когда тот пошевелился.       — Да. Она помогла нам оформить документы и всё такое, поскольку на тот момент мы фактически были беженками. Корусант всегда был конечной целью, но мы знали, что можем на некоторое время застрять на какой-нибудь планете, если у нас возникнут проблемы с транспортом. Набу была хорошим местом, чтобы на ней застрять, и открыла много возможностей.       — Мама любит свою работу.       — И её работа её обожает, — улыбнулась Лея. Она сделала паузу и рискнула. — Я её обожаю.       Она снова полностью сосредоточила на нём своё внимание, но не могла смотреть на него. Он молча закончил с её второй рукой, сделал паузу перед тем, как её отпустить, и сказал:       — Она тоже тебя любит.       Он коснулся её лица, чтобы она наклонила голову, откинул её волосы от порезов и синяков, всё ещё с мучительной нежностью. Теперь она не могла отвести от него взгляда.       — Я знаю.       ***       — Боги, ручьи и звёзды, благословите Шми Скайуокер, — пробормотала Падме, моргая и глядя на датапад у себя в руке. — Благословите руки, которые её создали, благословите тех, кто её вырастил, благословите тех, кто привёл её сюда.       — Если только они не были работорговцами, — заметила Сабе, взяв датапад и протянув Падме что-то, в чём она не сразу узнала еду. — Тогда благословите духов, обративших творение их рук в доброту, и пусть их пальцы сгниют или будут съедены собаками.       — Если только они не были работорговцами, — согласилась Падме, пытаясь заставить себя поднести еду ко рту. Но нужно было жевать, а стоило ли это усилий? — Есть ли какие-нибудь новости от Бейла?       Сабе оглянулась за спину Падме, чтобы уточнить у Версе, и покачала головой.       — Джедаи отправились на Камино только сегодня. Потребуется некоторое время, чтобы получить подробную информацию о количестве войск и о том, потребуется ли им транспорт. Если у них уже есть корабли, то всё должно быть в порядке. Я переслала правила и схемы передвижения, которые мы используем в ДПБ, нашим друзьям в Сенате и канцлеру. Если их усовершенствуют и утвердят, у нас не должно возникнуть пробок или аварий.       — А если им понадобятся наши корабли? — спросила Падме, наконец откусывая кусочек.       Дорме сказала:       — Мы всё ещё работаем над этим. Большинство наших связей по беженцам не позволяют подобного. Либо не хватит места, либо вообще нет такой возможности. Но некоторые сенаторы предложили свою помощь в организации перевозок, и ДПБ сейчас изучает варианты сотрудничества с подрядчиками, чтобы понять, что именно нам доступно.       — Как мы будем их кормить? — простонала Падме. — Перевозить? Торговая Федерация в основном использует боевых дроидов, но у них есть боевые корабли, и я уверена, что они найдут другие виды оружия. А у нас есть истребители? У нас будут пилоты?       — Ты законодатель. — Дорме постучала Падме по голове ещё одним датападом. — Не генерал. Для этого есть отдельные люди. Это проблема джедаев.       — До тех пор, пока у них всех этих вещей не окажется, они им не понадобятся и не придётся брать деньги из бюджета Республики, — проворчала Падме. — Мы до сих пор не выяснили, откуда поступили первоначальные платежи?       — Поступают противоречивые сведения, — сказала мастер Алли с другого конца комнаты, и её мягкий голос стал первым за несколько часов напоминанием о её присутствии. Большую часть сегодняшнего дня с Шми провела мастер Биллаба. — Похоже, часть средств могла поступить с резервных фондов, которые есть у джедаев на случай непредвиденных проектов или чрезвычайных ситуаций. Часть могла быть ложно занесена в исследовательские или медицинские бюджеты. Это крупные суммы, они используются для проектов галактических масштабов и для работы с людьми вне Ордена, и заметить это будет сложнее. — Она сделала паузу. — Возможно, для этого нужен был внешний покровитель. Пока мы не узнаем, сколько там войск и сколько они стоят, мы можем только гадать.       Падме сердито смотрела на еду в своих руках, пытаясь заставить себя съесть её против воли.       — Есть ли какие-нибудь сообщения о том, что средства могли напрямую поступить со счетов Республики?       — Комитет финансов и бюджета изучает этот вопрос, — сказала Эйртае, нахмурившись. — Но прежде, чем они свяжутся с нами, может пройти несколько недель. И, возможно, они попытаются засекретить это, независимо от того, что они обнаружат.       — Потому что они скрывают махинации в интересах Торговой Федерации, — проворчала Падме.       — И Банковского Клана, — легко добавила мастер Алли. — По крайней мере, мы это подозреваем.       «Мы» были джедаями, и если джедаи подозревали это, почему никто не сообщил об этом Сенату? Или…       — Если у вас есть опасения по поводу подобного сокрытия информации, кому вы имеете право об этом сообщить?       — Канцлеру, — ответила мастер Алли. — И комитету финансов и бюджета. Но мы не можем внедрять в их состав советников, и мы не можем производить аресты или предлагать их без документов в качестве доказательств. А канцлер получает отчёты по самым разным вопросам. Я бы не удивилась, если бы он пропустил это.       — Кому-нибудь ещё? — Падме с трудом откусила ещё кусочек, жуя безвкусную массу и борясь с рвотным рефлексом, мешающим глотать. — Кому-нибудь?       — Конкретные детали могут передаваться в более мелкие комитеты. Подозрения о пиратстве в комитет по инфраструктуре, они следят за гипертрассами, сведения о дефиците продукции — в комитет по торговле и внутриотраслевому регулированию. А также в различные подкомитеты по здравоохранению и медицине, контролю качества продуктов питания, если это необходимо. Я уже не помню их все, прошло много времени с тех пор, как я сама посещала Сенат. И это никогда не было моей областью.       — Нам нужна Лея, — простонала Эйртае, потирая лицо. — Она умела подбирать вещи, которые заставляли сенаторов действовать. Она преподносила всё так, чтобы показать, что их грабят и эксплуатируют.       — Ну, Лея решила, что ей нужно отправиться в небольшое приключение, поэтому сейчас её здесь нет, — фыркнула Падме. Сабе усмехнулась, а Дорме закатила глаза.       — К слову, — сказала Сабе, садясь рядом с Падме и массируя ей шею, чтобы снять напряжение, — лично я считаю, что у Леи большие проблемы, и она должна встретиться с серьёзными последствиями.       — О, у меня есть планы, — пообещала Падме.       Сабе продолжала ухмыляться.       — Я в курсе. Просто, думаю, когда ты будешь приветствовать её и наказывать, тебе следует помнить, что на самом деле ты злишься на то, что она не позвала тебя с собой. А если бы позвала, ты бы пошла, не раздумывая.       Это был вполне разумный аргумент, но Падме сейчас совсем не хотелось быть разумной. Она тонула в работе.       — У меня всё ещё есть планы.       — Я в деле, — добавила Эйртае, — до тех пор, пока они связаны с тем, что Лея будет работать с нами и облегчать нам жизнь.       — У вас есть копии её данных или отчётов? — с интересом спросила мастер Алли. — Я могла бы попробовать глянуть.       Четыре пары рук одновременно принялись искать датапады. Эйртае достала один из них первой.       — Вот. Это была бы захватывающая, волнующая драма, если бы она не происходила с реальными людьми.       — Все хотят войти в историю, — покачала головой мастер Алли, грустно улыбаясь. — И им не всегда важно, как именно они это сделают.