Глава 2: Да здравствует король этого прогнившего мира!

Фаенон возвращался домой после школы. День выдался обычный. Стелла всю перемену рассказывала про какой-то новый сериал, Келус закатывал глаза и говорил, что её вкус — это полное говно. Мидей подкалывал всех подряд, Кастория молчала, но иногда улыбалась. Обычный день, спокойный, ничем не примечательный день. Да, ему было хорошо в кругу этих людей, но что-то продолжало тревожить душу мальчика... В голове всё ещё сидел вчерашний вечер. Тот силуэт в подъезде, отражение в стекле, и опять эта страшная улыбка. Фаенон тряхнул головой, отгоняя мысли. Хватит. Просто показалось. Он свернул в свой двор и сразу понял, что что-то тут не так. Ещё издалека было видно синие и красные мигалки. Они отражались от стен домов, пульсировали в вечерних сумерках. Фаенон замедлил шаг, всматриваясь. Возле одного из зданий, мимо которого он ходил каждый день, стояло плотное оцепление. Здание было старым, явно заброшенным уже много лет. Пять этажей из тёмно-серого кирпича, местами облупившегося, с узкими окнами, половина из которых заколочена фанерой или грубо забита досками. Когда-то здесь было то ли склад, то ли небольшое производство, может быть вообще офис какой-то компании, но Фаенон не знал точно. Сейчас оно пустовало уже давно, судя по виду. Стены в тёмных подтёках от дождей, пожарная лестница сбоку проржавела так, что на неё страшно было смотреть. Вокруг здания пустырь, уже весь заросший. Когда-то здесь был газон, но за ним давно никто не следил, и теперь трава поднималась выше колена, и кое-где торчали корявые кусты. Земля была вся набита мусором. Ветер гонял по всему пустырю пыль. Чуть дальше, уже начинались обычные многоэтажки, в одной из которых жил Фаенон. Между ними и зданием тянулась узкая асфальтовая дорога, сейчас полностью перекрытая. Полицейские машины перегородили выезд со двора. Два чёрных, затонированных полностью фургона без опознавательных знаков припарковались прямо у тротуара. Рядом стояли люди в форме. Только было видно, что это не обычные полицейские. На них была чёрная экипировка, без нашивок, с номерами на бронежилетах. Они cтояли молча и ждали чего-то, или может кого-то? Фаенон остановился у края оцепления. Сюда, в этот двор, почти никто не заходил, место было глухим. Только пара зевак проходили мимо, ускоряя шаг и стараясь обойти стороной, не пытаясь как либо взаимодействовать с людьми в форме. Фаенон постоял пару секунд, вглядываясь. Вокруг здания была натянута жёлтая лента. За ней никого. Дверь одного из чёрных фургонов приоткрылась. Оттуда вышел человек в обычной одежде. Одет он был в тёмную куртка и чёрные джинсы. Он перебросился парой фраз с ближайшим силовиком, коротко кивнул и тот скрылся внутри. Фаенон смотрел на всё это и чувствовал, как внутри поднимается странное чувство... любопытства. Интересно, что там происходит? И почему они ничего не пытаются делать? Он перевёл взгляд на боковую часть здания. Там, где начинался переулок между зданием и соседним забором, было темно, фонари туда не доставали, только тусклый свет с главной дороги чуть подсвечивал начало. И в этот момент ему показалось, что в там кто-то мелькнул. Фаенон замер, прищурился, но ничего не заметил. Он был готов поклясться, что видел движение, и по любому это был человек. Внутри Фаенона что-то щёлкнуло. Я могу подойти ближе. Просто посмотреть. Надо обойти оцепление с другой стороны. Вроде не смотрят туда. Главное что-бы не заметили... Он сглотнул, и начал медленно шагать в сторону, где начиналась темнота и пустырь переходил в заросли у стены здания.

***

За несколько минут до того, как Фаенон заметил движение у бокового входа, в здании, где базировалось Бюро по способностям, шла подготовка к операции. Офис находился на верхнем этаже неприметного административного здания в центре города. Была только строгая дверь с табличкой: «Частная компания. Посторонним вход воспрещён». Внутри было тихо и светло. Ровный свет ламп дневного освещения заливал просторное помещение. Вдоль стен тянулись стеллажи с папками, на столах гудели мониторы, в углу стоял кулер с водой. За центральным столом сидел Хаято. Это был парень, выглядевший на около двадцатипятилетний возраст, хотя на самом деле он старше. Он был худощавый, с тёмными волосами, чуть зачесанными назад. Лицо обычное, не примечательное ничем, м такое легко забыть, если не всматриваться в детали лучше. Одет мужчина в серую толстовку с высоким воротом, потёртые джинсы, на ногах довольно старые кроссовки. Такая простая одежда не выдавала в нём человека, относящемуся к специальному бюро, да и на довольно внушительной должности. Перед ним светились пять мониторов. На них мелькали карты местности в двух вариаций, изображения с тепловизоров, схемы здания. В наушнике потрескивала связь. — Объект подтверждён, — сказал он в микрофон. Голос звучал ровно, без лишних эмоций. — Внутри находится человек из мафии — Акито. По нашим данным, он сопровождает одарённого. Состояние его неизвестно. На главном экране транслировался летательный аппарат, оснащённый камерой. Было видно светящиеся точки людей, которые движутся по протоптаной дорожке к оцеплённому зданию. — Есть ли точная информация о количестве людей, находящемся в заброшенном здании? — спросил голос по связи. — Точной информации нет. Но по моим предположениям не больше пятнадцати человек, считая Акито и одарённого заложника. Может быть больше, может быть и меньше, точное количество сказать я не в силах. Хаято поправил наушник и перевёл взгляд на другой экран, где была открыта связь с отрядом. Трое его подчинённых уже находились у здания, ожидая приказов по рации. — Глава отряда Макото, приём, — сказал он. — На связи. Голос Макото был ровным и безэмоциональным. — Входите по моей команде. Не торопитесь. Акито может использовать своих прислужников как приманку. — Понял. — Нагато? — Здесь. Голос Нагато звучал спокойно, но в нём чувствовалась небольшая обеспокоенность. — Держи дистанцию. Если ввяжешься в ближний бой — не давай им себя окружить. — Хорошо. Хаято помолчал секунду. — Акира? — Здесь. Коротко и резко отреагировал Акира. Хаято тяжело вздохнул. — Акира. Ты меня слышишь? — Слышу. — Задача: взять Акито, можно и мёртвым, но лучше бы живым. Одарённого в приоритете эвакуировать. Ты понял, что от тебя требуется? — Я знаю. Хаято вывел на монитор показатели связи и координаты каждого из троих. Акира был чуть в стороне от остальных. — Только когда в здание войдёшь, не психуй пожалуйста, — добавил Хаято. — Это мешает выполнению задания. — Надоел, я в норме, Хаято, — огрызнулся Акира. Нагато посмотрел в его сторону: — Если сорвёшься, мы тебя не вытащим. — А я и не просил меня вытаскивать. Я и сам могу справиться с этим. Макото молчал. Только ветер шумел в его динамике. Он был сосредоточен на выполнение задания, а на перепалку своих коллег ему было плевать. Хаято откинулся на спинку кресла, медленно потерая шею. — Штурм через три минуты, — сказал он. — Всем проверить связь. Он помолчал секунду и добавил: — И не забывайте, что на задании вы используете поддельные имена. Хикару, Рэн и Сора. Если кто спросит — вы обычные оперативники. Ко мне тоже обращаетесь иначе. Кайто — если кто забыл. Если подключится ещё и Рин, к ней тоже самое. Вдруг у кого память может быть плохая, напоминаю, что её фальшивое имя — Юки. Я, пожалуй, тоже буду к вам обращаться по другим именам. — Да знаем мы это всё, — сказал Макото с усталостью в голосе. Он уже хотел поскорее закончить это дело и отдохнуть. — Для проверки вашей памяти я сделаю перекличку. Хикару. — Здесь. — резко ответил Акира. — Рэн. — На месте. — чётко ответил Макото. — И Сора. — Тут. — спокойно ответил Нагато. Он отключил микрофон и посмотрел на экран с тепловизором, где красные фигуры замерли в разных концах здания. Он снова включил микрофон. — Минута, ребята. Будьте осторожны.

***

Фаенон шёл вдоль стены, стараясь держаться в тени. Сердце сильно колотилось, ноги сами несли его вперёд, и потом где-то глубоко внутри противный голос нашёптывал: — Вали отсюда, пока цел! Ни к чему хорошему твоё любопытство не приведёт! И это чувство любопытства пересиливало голос разума. Проулок между зданием и соседним забором оказался узким, шага два в ширину. С одной стороны тянулась стена из тёмно-серого кирпича, с другой: высокий металлический забор, местами порванный, с торчащей арматурой. Под ногами хрустело битое стекло, шуршали целлофановые пакеты, воняло пылью и сыростью. Фаенон двигался медленно, прижимаясь к стене. Каждый шорох заставлял его замирать и прислушиваться к окружению. Где-то внутри здания что-то гудело. Он дошёл до места, где проулок расширялся, и замер. Прямо перед ним, в стене здания, был пролом. Когда-то здесь, видимо, было окно, но теперь от него осталась только рваная дыра. Края пролома обросли чёрной плесенью и изнутри тянуло холодом. Фаенон оглянулся — позади никого не было. Оцепление осталось далеко, голоса полицейских почти не слышны, а был слышен только ветер, который шуршит мусором. Он шагнул ближе к пролому, заглянул внутрь. По началу Фаенон ничего не мог видеть, только лишь неистовую пустоту. Но его глаза привыкли, и парень начал различать очертания. Большое пустое помещение, с высокими потолками, на стенах которых остатки старой проводки. Пол завален сплошь мусором, на который уже всем давно было плевать. А ещё он увидел довольно много людей в одном месте. Фаенон замер, стараясь не выдавать своего присутствия. В центре толпы стоял человек. Он был высокий, в дорогом пальто, несмотря на тёплую погоду. По виду старше Фаенона на лет пять. Тёмные волосы зализаны назад, лицо спокойное, даже скучающее. Он стоял, заложив руки за спину, и смотрел на кого-то, только Фаенон не увидел, на кого он смотрит. Рядом с ним двое... людей? Отдаленно они похожие на рыцарей-теней, с пустыми глазами и у каждого в ножнах были мечи. — ...долго ещё? — донёсся голос человека в пальто, говорил он спокойным тоном. — Десять минут, — ответила тень. — Они уже рядом. Человек в пальто усмехнулся. — Пусть подходят. Интересно посмотреть, на что способна эта кучка отбросов, строящие из себя героев. Старый дед Хироцу говорил быть с ними осторожным, но что они сделают королю этого прогнившего мира!? Надеюсь повеселюсь от души! Рядом стоящие тени вдруг один за другим начали лучше проявляться и повторять фразы: — Они не посмеют вас и пальцем тронуть ваше величество! Во славу господина Акито! Короля этого прогнившего мира! — хором сказали все десять рыцарей. Акито громко рассмеялся. Фаенон перевёл взгляд дальше, в глубь помещения. У стены, на полу, сидел человек. Молодой парень, чуть старше Фаенона. Весь бледный, в разорванной рубашке, на лице виднелась кровь. Он сидел, прислонившись спиной к стене, и смотрел в одну точку перед собой, не двигаясь, но иногда вздрагивал. Одарённый. Фаенон сглотнул. Это он. Тот, из-за кого всё это. Тоже одарённый, прям как и я... Фаенон почувствовал, как внутри всё похолодело. Уйти? Позвать кого-то? Хотя какие-то спец.службы приехали... Просто стоять и смотреть? А может быть.. Он стоял в трёх метрах от толпы и не знал, что делать. Рука сама потянулась к карману. Пальцы дрожали, когда он доставал телефон, разблокировал экран, включил камеру. Если я сниму это, у меня будут доказательства. Я смогу показать кому-то. В полицию? Или в то самое бюро, о котором друзья мне рассказывали. Он поднёс телефон к пролому, навёл на людей внутри. Щелчок сделан, и ещё один последовал за первым. Экран высветил фигуру человека в пальто, двух охранников, парня у стены. Фаенон задержал дыхание, стараясь не шуметь. И в этот момент телефон в его руке зазвонил. Чуть ли не на весь зал был слышен рингтон звонка. Фаенон похолодел — он забыл отключить звук на телефоне. Пальцы судорожно нажали на кнопку, но было поздно. Акито медленно повернул голову в сторону пролома. Его лицо не изменилось, но в глазах мелькнуло что-то садисткое. — Кажется, к нам пожаловал зритель, — сказал Акито с лёгкой усмешкой. — Мои поданные, приведите мне его сюда. Король желает уничтожить глупца, который осмелился подумать, что его место в первом ряду! — Как пожелаете ваше величество! — одновременно прозвучало от десяти рыцарей-теней. Двое теней рванули к выходу. Фаенон отшатнулся от пролома, хотел бежать, но ноги становились ватными. Тени уже были рядом с парнем. — Стоять! Его схватили за шкирку, швырнули назад с такой силой, что он едва не потерял равновесие. Фаенон вскрикнул, выронил телефон, и тот разбился об асфальт. Его развернули лицом к одной из теней, чуть большему из всех находящихся, с холодными глазами. — Попался, глупец. Удар в живот согнул его пополам. Фаенон захрипел, пытаясь вдохнуть, но воздух не шёл в лёгкие. Его потащили за ноги внутрь здания, бросили на пол перед Акито. Акито посмотрел на него сверху вниз. Взгляд был призерающим, ведь Фаенон был для него лишь мешком с мусором. Он сделал шаг ближе, носок дорогих туфель остановились в сантиметре от лица Фаенона. — И кто же ты такой, маленький герой? — спросил он вкрадчиво. — Журналист? Или просто любопытный мальчик, который не знал, куда не стоит совать свой нос? — Я... я просто мимо шёл... — выдавил Фаенон, глотая воздух. — Мимо шёл. — Акито задумчиво повторил эти слова. — Мимо шёл, с телефоном наперевес, и снимал. А знаешь, что бывает с теми, кто снимает то, что не предназначено для чужих глаз? Показать тебе на практике? Он наклонился чуть ниже, заглядывая Фаенону в глаза. — Скажу сразу — ничего хорошего. Поверь моему опыту. Акито выпрямился, поправил край пальто и коротко сказал теням. — Уберите его. Чтоб мои глаза его здесь больше никогда не видели. Из темноты шагнула тень без лица, вместо этого была чёрная пустота. Фаенон увидел, как в его очертаниях вытягивается длинный меч. Узкое лезвие смотрит прямо в лицо. Он хотел закричать, но тело не слушалось. Резкий свист воздуха. Удар. Фаенон почувствовал, как что-то острое и ледяное пронзило его грудь, пройдя насквозь. Его толкнуло назад, опрокинуло на пол. Меч вышел из тела с влажным звуком. Он упал на спину и смотрел в потолок. Там, высоко, виднелись старые балки и ржавые трубы. В груди жгло холодом. Дышать стало трудно. Каждый вдох отдавался болью. Тёплая кровь быстро пропитывала одежду, растекалась под спиной. Тень склонилась над ним. Перед глазами поплыло. Темнота накатывала волнами, сначала края зрения почернели, потом темнота поползла к центру. Фаенон слышал своё сердце. А потом темнота сожрала всё видимое пространство.

***

А потом Фаенон открыл глаза. Он стоял в проулке. Телефон был в руке. И тишина. Никто не бежал к нему навстречу. Из здания всё ещё доносились глухо голоса. Фаенон хрипло выдохнул. Он прислонился к стене и сполз по ней вниз, прямо в грязь и битое стекло. Всё его тело мелко трясло. Руки дрожали так, что телефон выскальзывал из пальцев. Он сжимал его, как единственную опору, и смотрел перед собой пустыми глазами. В груди всё ещё горело памятью о той боли в груди. Фаенон поднёс руку к груди — дыры и хлещащей крови не было. Только рваное дыхание и бешено колотящееся сердце, которое тогда остановилось, осталось. — Я же умер в тот момент..., — прошептал он одними губами. Голос Фаенона сухо прозвучал. Он умер. Его убили, проткнув мечом в грудь, и он лежал на холодном полу, смотрел в потолок и ждал, пока темнота сожрёт всё пространство в поле его зрения. А теперь стоит здесь живой и невредимый. Фаенон зажмурился, потом резко открыл глаза. Отключил звук на телефоне дрожащими пальцами. Проверил несколько раз — точно отключил. Слёзы сами потекли по лицу, но он даже не замечал этого. — Я умер, — повторил он громче. — Меня убили. Я... Он не договорил. Горло перехватило спазмом. Он сидел в проулке, прижимая телефон к груди, и пытался дышать. Так он просидел долго, а потом очнулся от того, что зубы начали дрожать, хотя на улице было тепло. Надо уходить! — подумал он. — Прямо сейчас, немедля! Но вместо этого он поднялся на ватные ноги и снова посмотрел на пролом в стене. Внутри здания всё было по-прежнему. Акито стоял в центре зала, его охранники замерли по бокам, пленный одарённый сидел у стены. Никто не знал, что здесь живой Фаенон. Фаенон смотрел на них и чувствовал, как в груди поднимается злость. Вы меня убили! — подумал он, стиснув зубы. — Вы убили меня, а я вернулся, сволочи. Он вытер лицо рукавом, глубоко вдохнул и достал телефон. Звук отключён, камера включена. Фаенон прижался к стене, стараясь не высовываться. Парень поднёс телефон к пролому, навёл объектив на происходящее внутри. Палец задрожал над кнопкой записи, но он заставил себя нажать на неё. Фаенон снимал минуту, две, три. Никто не заметил этого. Когда он убрал телефон, руки тряслись уже не от страха, а от адреналина. В груди колотилось сердце. Он посмотрел на экран. Всё, что нужно, было у него в телефоне. Фаенон выдохнул, отодвинулся от стены и медленно, шаг за шагом, начал отходить назад. Он сделал это. Он остался незамеченным.

***

Фаенон отходил от здания медленно, стараясь не шуметь. Ноги всё ещё дрожали, и сердце колотилось, но он заставлял себя двигаться осторожно. Шаг, потом ещё шаг, прижаться к стене, замереть, прислушаться. Из проулка он выбрался уже почти в полной темноте, обогнул груду мусора, перешагнул через ржавую трубу и оказался за соседним гаражом. Отсюда было видно основное оцепление: жёлтую ленту, полицейские машины, чёрные фургоны, людей в чёрной экипировке, которые двигались в сторону входа. Фаенон замер, вглядываясь. Один — высокий, широкоплечий, с тёмно-красными волосами, и с холодной уверенностью в каждом шаге. Второй — чуть ниже главного, собранный, с персиковым цветом волос. Третий — чуть нервный, белобрысый, сжимающий и разжимающий кулаки на ходу, будто уже рвался в бой. Фаенон узнал их — это были те самые, из чёрного фургона. Неужели эти люди из бюро по способностям? — подумал Фаенон. Они подошли к зданию с разных сторон. Красноволосый — к главному входу, где была натянута лента, низкий оперативник к боковой стене, а беловолосый прямо по входу в здание. Фаенон вжался в стену гаража, стараясь быть невидимым для них. В наушнике широкоплечего что-то затрещало. Он остановился на секунду, прислушиваясь, потом кивнул и скрылся внутри здания. Фаенон выдохнул. Он хотел уйти, правда хотел. Ноги уже хотели развернуться в сторону дома. Но любопытство, которая уже убила его однажды, снова потянуло остаться здесь, и посмотреть, что будет дальше. Он присел за углом гаража и замер, глядя на старое здание. Внутри началось движение. Сначала он услышал крики, которые стены пытались заглушить. Потом были звуки похожие на удары. И вдруг яркая вспышка света из окон второго этажа, на мгновение осветившая пустырь. Фаенон вздрогнул. Началось. Из здания донёсся звук выстрелов. Фаенон вцепился пальцами в край гаража, вглядываясь в тёмные окна. Он не видел, что там происходит, а были только тени, мелькающие за мутными стёклами. На секунду-две тишина повисла над пустырём. Фаенон сидел за гаражом, прижимая телефон к груди, и не мог отвести взгляд. Внутри здания продолжался ад.

***

— Входим, — голос Кайто в наушнике прозвучал чётко, без лишних эмоций. Рэн кивнул себе и двинулся первым. Он шёл быстрым шагом, держа оружие наготове. За ним, чуть отставая, Сора. Хикару уже рванул вперёд, игнорируя строй. — Хикару, сбавь темп, — сказал Кайто, наблюдая с боди-камеры Хикару на третьем мониторе. — Не лезь один. — Я знаю, что делаю, — огрызнулся тот, но шаг чуть замедлил. Они подошли к зданию с трёх сторон. Рэн пошёл к главному входу. Старая металлическая дверь была приоткрыта, изнутри тянуло холодом и сыростью. Он прижался к стене, выглянул за угол. Пусто. — Главный вход чисто, — сказал он в наушник. — Захожу. — Принято. Сора скользнул к боковому проходу. Тот самый проулок, где совсем недавно стоял Фаенон. Сора двигался бесшумно. Глаза привыкли к темноте, он видел пролом в стене, видел мусор под ногами. — Боковой вход, — тихо сказал он. — Вижу пролом. Захожу. — Осторожно там. Хикару не стал кого-либо ждать. Он рванул к окну на первом этаже, подтянулся на руках и перемахнул внутрь. Приземлился мягко, в полуприседе, и сразу ушёл в сторону, прижимаясь к стене. — Я внутри, — выдохнул он. — Иду к центру. — Хикару, мать твою... — начал Кайто, но тот уже не слушал. Рэн вошёл в главный коридор. Темнота, в которой пахло плесенью и ржавчиной. Где-то вдалеке капала вода. Он двигался вдоль стены, держа оружие на уровне груди. С каждым шагом приближались звуки. — Слышу их, — шепнул он. — Человек семь, не меньше. В основном зале. — Сора, ты где? — спросил Кайто. — Подхожу с тыла. Вижу их через пролом. Объект подтверждён — Акито в центре, с ним двое, остальные рассредоточены. — Сора помолчал секунду. — У него много прислужников. Выглядят... странно. — В смысле? — Выглядят как-то, не по живому. Все они тёмно-фиолетовые, в рыцарских доспехах. Двигаются слишком резко, смотря в одну точку. — Способность Акито, — коротко сказал Кайто. — Он создаёт теней-рыцарей. Количество призываемых примерно десять единиц. Если убьёте одного — владелец призовет нового. Не зацикливайтесь на них, идите к цели. — Понял. — Хикару, ты где? Молчание. — Хикару, ответь. — Здесь я, — раздался запыхавшийся голос. — На втором этаже. Тут тоже есть. Человек пять. Я их... задержу. — Не лезь в драку, пока мы не... Но Хикару опять перестал слушать голоса в рации. Рэн выдохнул сквозь зубы. — Он нас угробит когда-нибудь. — Не раньше, чем мы сделаем дело, — ответил Сора. — Я захожу. Он шагнул в пролом. Внутри было темно, но Сора видел очертания тех самых теней и их владельца. Акито стоял в центре зала, держа руки за спиной. Рядом с ним стояли двое рыцарей. А у стены, на полу, сидел тот одарённый, ради кого, отчасти, всё это началось. — Вижу цель, — тихо сказал Сора. — Акито в центре, прислужники рядом. Одарённый у стены, вроде-бы в сознании. — Ждите команды, — ответил Кайто. — Рэн, ты где? — В коридоре, за углом от зала. Вижу их. Если войду — сразу в бой. — Входите по моей команде. Три... два... один... — Работаем. Рэн шагнул в зал первым. Тени среагировали мгновенно, параллельно произнося одну и туже фразу: — За Короля! Трое отделились от стен и рванули к нему.

***

Рэн поставил метку. — Способность: Мир для меня одного. Пространство вокруг него дрогнуло. Одна из теней оказалась прямо перед ним. Рэн шагнул в разрыв, появился у него за спиной и полоснул энергетическими когтями. Фигура рассыпалась, но в тот же миг новая возникла рядом с Акито и снова бросилась в бой. — Они возвращаются, — крикнул Рэн. — Сора, давай! Сора вышел из тени. Сзади него проявился образ высокой девушки-призрака, в платье кровавого цвета с бледным лицом, длинными волосами, и с косой в руках. Она парила в воздухе, готовая ударить. Это была первая форма его способности. Сора взмахнул рукой и в толпе теней открылись порезы. Воздух разрезало невидимыми лезвиями. Трое рыцарей упали, но через мгновение новые тени вновь были призваны Акито. — Их слишком много, — выдохнул Сора. — Акито контролирует всех сразу. Акито стоял в центре зала и улыбался. — Глупцы! — злорадно бросил Акито. — Псы без собственной воли, не способные увидеть истину! Я — Король. И я принесу этому миру порядок и процветание. А всё, что встанет у меня на пути к цели... будет уничтожено. Он щёлкнул пальцами, и новые тени материализовались из воздуха, заслоняя его стеной тел. — Во славу нашего короля! Мы устраним всех неугодных ему! — хором сказали все тени. — Пробивайтесь! — крикнул Кайто в наушнике. — У вас мало времени! Рэн рванул вперёд, снося одного прислужника за другим. Сора прикрывал его, создавая порезы, не давая врагам окружить. Но Акито уже двигался к выходу. — Он уходит! — крикнул Сора. — Хикару, он уходит! Тишина в наушнике. А потом с верхнего этажа донёсся грохот, и чья-то фигура пробила потолок, рухнув прямо перед Акито. Это был Хикару. Он был весь в пыли, на лице — кровь, и глаза горели бешенством. — Не уйдёшь, сволочь, — выдохнул Хикару.

***

Акито даже не дрогнул. Он посмотрел на Хикару сверху вниз и усмехнулся. — А ты не ценишь свою жизнь, — сказал он спокойно. — Идиотские решения без четкого плана не заслуживают моей похвалы! Хикару рванул вперёд. Он бросился на врага, сжимая в руке нож. Вся злость, что была внутри него выплеснулась в этом движении. Он почти его достал. Но одна из теней, та, что стояла ближе всех, среагировала быстрее. Его рука метнулась вперёд, и Хикару даже не успел понять, что произошло. Резкий удар. Хикару замер, посмотрел вниз. Из груди, чуть ниже ключицы, торчал чёрный меч. Рыцарь держал его, будто это было продолжением его руки, и смотрел пустыми глазами на оперативника. Хикару хотел вдохнуть, но не смог. Воздух застрял где-то в горле, не желая идти в лёгкие. Вместо этого изо рта хлынула кровь. Он закашлял, захрипел, пытаясь вдохнуть, но каждый новый спазм выплёскивал только новую порцию крови. Ноги подкосились. Хикару рухнул на колени, потом завалился на бок. Холодный пол прижался к щеке. Он смотрел перед собой и видел только ноги прислужников, равнодушно стоящих рядом. — Хикару! — крикнул Сора откуда-то издалека. — Чёрт! — Рэн рванул к нему, сметая прислужников на пути. Хикару слышал это краем уха, где-то далеко. Он смотрел в потолок. Там, высоко, был грязный потолок и ржавые трубы. Пыль медленно кружилась в воздухе, освещённая тусклым светом из окон. В груди горело. Каждое движение, даже попытка вздохнуть отдавалась новой вспышкой агонии. Меч находился глубоко, задевая жизненно важные органы. Хикару чувствовал, как с каждым ударом сердца кровь вытекает из него, как слабеет его тело, как темнеет в глазах. Он слышал как кто-то кричал, кто-то дрался. Хикару уже не различал звуков. Он смотрел в потолок и думал об одном. Второй шанс: якорь. Он успел поставить его неподалеку от места где его убила тень. Последняя его мысль: Я ещё вернусь. Второй шанс создан для исправление ошибок. И я исправлю эту ошибку, которой является — твое существование. Акито. Хикару, напоследок ухмыльнувшись, резко потянул руку к кобуре.

***

С потолка вспыхнул ослепительный разряд света и почти одновременно прогремели выстрелы. Хикару появился в воздухе. Он не терял ни секунды: первый выстрел снёс ближайшую тень-рыцаря, антиматерия рассыпалась в чёрную пыль. Второй выстрел был направлен прямо в грудь Акито. Пуля почти достигла цели. Но в последний миг перед Акито появились тени. Они почувствовали его волю. Желание стереть всех, кто осмелился встать против него. Тень закрыла Акито собой — выстрел ушёл в неё. Акито медленно опустил взгляд на рассыпавшуюся тень и усмехнулся. — Все твои попытки тщетны, — с презрением произнёс он. — Мои верные подданные не позволят мне просто так сгинуть. Тени выстроились плотнее вокруг него. В этот момент Рэн резко разорвал пространство когтями. Ткань реальности треснула, открывая проход к заложнику, которого держали в стороне. — Сейчас! — бросил он, шагнув в разлом. Он уже почти коснулся одарённого, чтобы вытащить его... Как вдруг вспышка. И в следующую секунду голова заложника покатилась по полу и остановилась у ног Рэна. Тело безжизненно рухнуло следом. Один из теней-рыцарей медленно опустил клинок. Акито даже не изменился в лице. — Довольны? — спокойно произнёс он. — Из-за ваших действий пострадал невинный человек. А ведь вы могли просто оставить меня в покое... и он бы остался жив. Он сделал шаг вперёд. Тени двинулись вместе с ним. — Вы недооценили меня, — его голос стал холоднее. — Моя способность работает не только по голосовой команде. Он коснулся виска пальцами. — Я отдаю приказы мыслью, они исполняются быстрее, чем вы успеваете среагировать. Тени чуть сдвинулись, ожидая следующего приказа. — Ублюдок... — прошипел Сора. За его спиной медленно проявился силуэт девушки с косой. Лезвие коснулось пола и воздух вокруг будто стал плотнее. Акито смотрел спокойно. — Вы сами пришли. Теперь не жалуйтесь на проблемы, которые вы же и создали. Десять теней-рыцарей материализовались вокруг него. — Убить всех. Они сорвались с места одновременно. — Королева резни: Разрез. Воздух разрезало десятками невидимых линий. Порезы возникали прямо в пространстве: на броне теней, на полу, на стенах. Две тени распались пополам. Через секунду они снова появились за спиной Акито. — Пока я жив — они бесконечны, — спокойно произнёс он. Тени атаковали Сора в ближнем бою. Девушка с косой взмахнула оружием, диагональный разрез уничтожил ещё двоих. Но рыцарей всё равно оставалось десять. — Хватит! — рявкнул Хикару, с трудом поднимаясь на ноги. — Надоело уже умирать. Он поставил новый якорь ещё ближе. Теперь всего в пяти метрах от Акито. Рэн снова ушёл в своё измерение. Через метку он видел всё: где стоит Акито, как двигаются тени, когда он отдаёт приказы. Из-под своего измерения он ударил своими когтами Акито. Он дышал тяжелее. Неглубокая рана на груди кровоточила, пальто намокло, на полу оставались тёмные капли. — Я смог его подбить! Он истекает, — выдохнул Рэн, появляясь сбоку от группы теней. —Ещё немного и он сдохнет! Он разорвал пространство под ногами двух рыцарей, те потеряли равновесие, рухнули на пол, рассыпаясь чёрной пылью. Из пустоты тут же появились новые, но Рэн уже исчез, уходя в разрыв. Сора коснулся обломка колонны. Камень под пальцами загудел, стал острым, как бритва. Он метнул его. Обломок прошил одну тень насквозь, пригвоздив к стене. Та дёрнулась, зашипела и вмиг исчезла. — Есть! — выдохнул он, но тут же прижал руку к боку. Рана пульсировала болью, кровь сочилась сквозь пальцы. Хикару уже ставил новый якорь. Теперь в трёх метрах от Акито. Акито пытался оценить ситуацию. Он посмотрел на Хикару, на Рэна, на Сору. Он посчитал, что ещё два-три таких цикла атак и они попадут ему в сердце. Он поднял руку. — Достаточно. Десять теней одновременно ринулись вперёд. Рэн не успевал уходить в разрыв — его схватили в тот момент, когда он только начал открывать проход. Четыре тени навалились разом, прижимая к полу. Когти полоснули по воздуху, но было поздно, его держали. — Твари! — зарычал он, пытаясь вырваться. Сора не мог контролировать кровь всех сразу. Рана в боку пульсировала болью, он с трудом стоял на ногах. Первая тень прорвала радиус, он успел взорвать её, заставив кровь вскипеть, но вторая уже заходила сбоку. Лезвие полоснуло по рёбрам. Сора закричал, но устоял. Кровь хлынула сильнее, заливая пол. Он сжал зубы и ударил наугад, и в этот момент ещё одна тень разлетелась чёрной пылью. Хикару прыгнул вперёд. Три тени встретили его одновременно. Лезвия вошли в грудь. Он упал. Но в эту долю секунды, пока его тело ещё не исчезло, пока сознание не провалилось в темноту... Он успел. Рука сама нажала на спуск. Выстрел. Пуля вошла точно в грудь Акито. Чуть левее центра. Снова не сердце, но близко. Акито пошатнулся. Кровь хлынула сильнее, заливая дорогое пальто, капая на пол тяжёлыми каплями. Он прижал руку к ране, и посмотрел на Хикару. — Вы стали проблемой, — тихо произнёс он. — В следующий раз я не дам вам времени. Хикару вернулся — якорь всё ещё стоял. Рэн тяжело дышал, держась за раненое плечо. Сора стоял, удерживая кровь внутри тела силой воли. Они пока не победили, но и король не смог их сломать. Акито шагнул к разрушенной стене. Его тени рассыпались, оставляя пустоту вокруг него. Он медленно обвел взглядом зал, оценивая каждого, кто остался. — Ах, какие жалкие муравьи, — сказал он с холодной усмешкой. — Бегаете, прыгаете, пытаетесь догадаться, что я сделаю... А я уже сделал это за вас. Он сделал паузу, наслаждаясь их взглядом. — Сколько бы вы ни старались, сколько бы жизней ни отдали — вы всего лишь пешки. Пешки, играющие по правилам, которые придумал я. — Акито слегка поклонился, словно король, рассматривающий своих вассалов. — И каждый из вас, кто думал меня поймать... выглядит ещё глупее. Тени-рыцари вокруг него слегка дрогнули, будто ощущая его волю. Акито поднял подбородок: — Вы думаете, что способны меня остановить? Ха! Вы едва справляетесь со своими маленькими проблемами. А я... я уже шагал по этому полю за пределами ваших возможностей. Он сделал медленный шаг назад, наслаждаясь замешательством в глазах оставшихся. — Ах да, вы ещё и думаете, что можете догнать меня? Забавно... Слишком забавно. — Акито самодовольно улыбнулся. И только после этого он растворился в тени разрушенной стены. Зал был окутан тишиной. Дым и обломки создавали ощущение полного разрушения. Хикару тяжело дышал, но был жив. Рана ещё болела, но не могла остановить его. Он хотел броситься вперёд и догнать Акито. Сора сжал кулак, удерживая кровь внутри себя. Рана в боку ещё давала о себе знать, но он стоял твёрдо. Рэн стиснул зубы, глядя на Хикару. Его рука была ещё кровоточащей, плечо болело, но разум был холоден и решителен. — Хикару! — громко приказал он. — Остаться здесь! Хикару замер, глаза вспыхнули яростью. — Я... я могу догнать его! Он не уйдёт! — выдохнул он, шагнув вперёд. — Нет! — перекрикнул его Рэн. — Приказ: оставаться тут! Ты ещё не полностью готов. Если выбежишь, ты умрёшь, и всё, что мы сделали, будет зря! Сора кивнул, поддерживая приказ. — Слушай его команду, — голос Соры был холоден — Мы здесь, чтобы контролировать ситуацию. Акито убежал. Но наша миссия сейчас — восстановить силы. Хикару не слушал. Он рванул к разрушенной стене, через которую ушёл Акито, даже не обернувшись на голос Рэна. Шаги отдавались по залу, обломки хрустели под ботинками. — Хикару, стой! — крикнул тот. — Не лезь один! Но Хикару уже вылетел в коридор. Там было темно. Тусклый свет пробивался только через разбитые окна где-то в конце. Хикару бежал, не разбирая дороги. Перед глазами всё ещё стояло самодовольное лицо Акито. Ты сломаешься. Они все ломаются. — Заткнись, — выдохнул Хикару, влетая в очередной зал. Но там никого не было. Он рванул дальше. Рэн и Сора догоняли, но Хикару их не ждал, ведь каждая секунда давала Акито преимущество. — Хикару, мать твою! — голос Рэна в наушнике. — Сбавь темп! Мы не успеваем! — Догоняйте, — бросил он и свернул в очередной проход. И вылетел прямо на улицу, через чёрный ход. Ночной воздух ударил в лицо. Хикару выскочил наружу, замер, вглядываясь в темноту. Пустырь, гаражи, дорога. И ещё вдалеке — чёрный седан, выезжающий со двора. Красные габаритные огни мелькнули и исчезли за поворотом. — Нет! — Хикару рванул вперёд, забыв обо всём. Он бежал так быстро, как мог. Ноги вязли в грязи, он спотыкался о мусор, но не останавливался. Машина уходила. Он бежал за ней, понимая, что не догонит, но не в силах остановиться. — Хикару, блять! — Рэн вылетел из здания, за ним Сора. — Куда ты?! — Там, в машине! — Хикару махнул рукой в сторону дороги. — Он уходит! Рэн выругался. — Пешком мы его не догоним. У них машина, у нас — жопа. — Я не отпущу его! — Хикару рванул дальше, к дороге. Машина уже скрылась за поворотом. Только шум мотора ещё доносился издалека. И вдруг, прозвучал визг тормозов. Хикару замер. Там, за поворотом, что-то произошло. Он побежал ещё быстрее. Вылетев на дорогу, он увидел: чёрный седан стоял поперёк проезжей части, упёршись в столб. Водительская дверь была открыта. Акито выбирался наружу, потирая ушибленную голову. — Что за… — выдохнул Хикару. И тут он увидел ещё одного человека. Фигура стояла на дороге, перегородив путь. Высокий мужчина в странной одежде, похожей на лёгкий бронированный костюм. Тёмные волосы развевались на ветру. Он стоял неподвижно и расслабленно. Акито посмотрел на него и... улыбнулся. — А, это ты, Рёма, — сказал он, отряхивая пальто. — Вовремя. Человек в костюме кивнул. — Задержи их, — бросил Акито и рванул в сторону гаражей. Хикару бросился за ним. Но Рёма оказался быстрее. Он просто исчез с места и появился прямо перед Хикару, и ударил его. Хикару даже не увидел движения, и он почувствовал удар в грудь, от которого его отбросило назад на несколько метров. Он пролетел по воздуху, врезался в дерево и сполз вниз, хватая ртом воздух. — Хикару! — крикнул Сора. Человек в костюме повернулся к ним. — Рёма, — выдохнул Рэн, узнавая. — Твою мать. Ты тот самый, который живёт быстрее всех? Рёма посмотрел на него без эмоций. — Не лезьте, — сказал он тихо. — Это не ваша драка. Рёма шагнул вперёд. Время будто сломалось.

***

Хикару поднялся, пошатываясь. В груди всё ещё горело от удара. Рёма бил слишком быстро и довольно больно. Хикару чувствовал, как под курткой расползается кровь. Дыхание сбилось, но он заставил себя выпрямиться. — Держись от него подальше, — выдохнул Рэн, вставая рядом. — Он живёт на две секунды быстрее нас. Для него мы как в замедленной съёмке. — Знаю, — Хикару сплюнул кровь на асфальт. — И плевать я хотел на это. Рэн выглядел не лучше — куртка порвана в нескольких местах, на лице грязь и пот. Сора держался чуть поодаль, призрак с косой всё ещё парил за его спиной, готовый к атаке. Они стояли втроём напротив Рёмы, и каждый понимал, что в открытом бою у них нет шансов. Рёма даже не напрягся, лениво переминался с ноги на ногу. Его боевой костюм тускло поблёскивал в свете далёких фонарей, лицо оставалось спокойным, почти скучающим. — Вы серьёзно? — спросил он устало. — Я сказал же, не лезьте. Я не хочу вас убивать. — А кто тебя спрашивать будет? — огрызнулся Сора. Рёма вздохнул и исчез. Хикару почувствовал как воздух сзади дрогнул, и резкая боль взорвалась в пояснице. Его отбросило в сторону, он пролетел пару метров, врезался в груду мусора и замер, пытаясь вдохнуть. Лёгкие будто скрутило спазмом. Рёма стоял на том месте, где только что был Хикару, и поправлял перчатку. — Я же сказал, — повторил он. Рэн рванул вперёд, ставя метку. Пространство дрогнуло, он появился рядом с Рёмой, полоснул когтями, но Рёма уже был поодаль него. — Медленно, — прокомментировал он. Сора активировал способность. Призрак с косой поднялся в воздух, и пространство вокруг наполнилось запахом крови. Порезы появились на асфальте, и он стал крошиться. Рёма уворачивался так легко, будто танцевал и знал, где будет следующий удар, ещё до того, как Сора замахивался. — Бесполезно, — сказал он, останавливаясь в паре сантиметрах. — Вы такие медленные для меня, смысл продолжать бороться? Хикару поднялся, держась за бок. Он уже открыл рот, чтобы крикнуть своим товарищам, но замер. И не только он, все замерли, потому что со стороны пустыря донёсся крик. — Отпустите! Я ничего не сделал! Хикару резко обернулся. Там, в свете одинокого фонаря, двое прислужников тащили парня. Фаенон пинал, кусался, пытался вырваться, но их хватка была мёртвой. Они даже не чувствовали его ударов. Акито стоял рядом, довольно улыбаясь. В руке он крутил телефон, тот самый, с записью. Фаенон, видимо, не успел уйти от места происшествия. Или ему было мало одной смерти. — А вот и зритель!, — сказал Акито громко, чтобы все слышали. Его голос разносился по пустырю, отражаясь от стен гаражей. — Смотрите-ка, наш маленький шпион всё это время наблюдал за нами. А может даже что-нибудь да заснял. Акито начал пролистывать записи. — О, да тут целое кино, где вы умирали, возрождались, — он хмыкнул. — Ну надо же. Зрительские симпатии явно не на вашей стороне. — Отпусти его, — крикнул Рэн, делая шаг вперёд. — Он гражданский и не имеет отношения к этому! — Не имеет? — Акито поднял бровь. — А кто тогда торчал в проломе и снимал всё на телефон? Кто бегал вокруг здания и чуть ли не дышал в затылок моим теням? Этот мальчик очень даже имеет отношение. Просто сам ещё не знает какое. Он схватил Фаенона за шкирку и подтащил к себе, разворачивая лицом к отряду. — Смотрите, герои, — сказал Акито, обращаясь к ним. — Видите этого мальчика? Он — доказательство того, что вы никчёмны. Пока вы там бились с моими игрушками, пока умирали и воскресали, он спокойно снимал всё на камеру. А вы даже не заметили этого. — Отпусти его, — повторил Хикару, голос звучал глухо. — Или что? — усмехнулся Акито. — Ты снова умрёшь и вернёшься. Это твоё проклятие, а не дар. А вот мальчик умрёт один раз и навсегда. Он достал пистолет и приставил к виску Фаенона. Тот побелел так, что даже в темноте было видно. Глаза расширились от ужаса, губы задрожали, и он смотрел на Хикару, смотрел так, будто тот мог что-то сделать. — Нет! — крикнул Сора, делая шаг вперёд. Призрак за его спиной дёрнулся, готовый атаковать, но Сора понимал: если он ударит, спасти мальчика он не успеет, Фаенон умрёт сразу. — А что «нет»? — Акито наклонил голову, разглядывая их. — Вы хотите его спасти? Тогда делайте, что я скажу. Бросайте оружие. Отходите. Дайте нам уйти. И тогда, может быть, я оставлю его в живых. — Не слушайте его, — выдохнул Фаенон. Голос дрожал, но он пытался держаться. — Он всё равно меня убьёт. Я видел, как он убил того парня. Ему плевать на жизни других. — Какой сообразительный мальчик, — Акито погладил его по голове. — Жаль, таких умных приходится убивать. Он взвёл курок. Щелчок прозвучал как выстрел сам по себе. — Прощайтесь, герои.

***

И в этот момент атмосфера изменилась. Сначала никто не понял, что произошло. Но Акито и Рёме вдруг стало тяжело дышать. Давление будто упало, а потом взлетело до небес. Вокруг начала сгущаться тьма. Она выползала из ниоткуда и обволакивала пространство. Оба замерли. Рука Акито дрогнула, потом опустилась. Пальцы разжались сами собой, и оружие упало прямо в грязь. — Что за... — начал он. Из темноты вышла она. Юки. Она шла медленно и спокойно. Невысокая, на вид хрупкая девушка, с чёрными волосами, в простой тёмной одежде. Только повязка на левом глазу да кинжал в руке, который она лениво крутила в пальцах. Но атмосфера вокруг неё дрожала. Каждый её шаг отдавался в груди тяжёлым гулом. Тени тянулись к ней, облизывали ноги, обтекали фигуру. Она была центром этой темноты, которую же и создала. Акито смотрел на неё и не мог пошевелиться. — Вечер в хату, — сказала Юки, останавливаясь в паре метров. Её голос звучал ровно. — А у вас тут весело я смотрю. — Ри... — начал Рэн, делая шаг к ней. Юки даже не повернула головы. Только чуть повела рукой, останавливая его. — Рэн, — сказала она тихо. — Ты что, забыл? Акито попытался взять себя в руки, но давалось это очень тяжело, из-за давления, которое шло от этой девушки. — Кто ты такая? Юки посмотрела на него. Правый глаз, с серой радужкой, который был не в повязке, спокойный. — А ты не догадался? — спросила она. — Обычно все сразу догадываются. — Отвечай! — крикнул Акито, пока пространство Юки не ослабило его ещё сильнее. — Не кричи. — Юки сделала шаг вперёд, отчего её пространство ещё больше надавило на Акито. — У меня от криков голова болит. А потом становится больно тебе. Акито дёрнулся, пытаясь поднять руку, но не смог. Тело совсем не слушалось. — Что... что ты сделала? — Я? — Юки удивилась. — Ничего особенного. Просто пришла. Отпусти мальчика, он тебе не нужен. — Или что? — Или я обижусь, — она пожала плечами и подкинула кинжал в воздухе. Тот сделал оборот, сверкнув лезвием, и снова оказался в её ладони. — А когда я обижаюсь, вокруг начинают происходить странные вещи. Тебе, может даже, понравится. — Ты просто хрупкая девчушка, одна ты нам ничего не сделаешь. А нас... — А вас — двое, — перебила Юки, даже не глядя на Рёму. — И несколько теней-кукол, которые даже думать сами не умеют. Просто бездушные болванчики. Слушай, давай без лишней драмы. Ты уже проиграл. Заложника у тебя заберут сейчас, а твой друг в костюме уже посматривает в сторону выхода. Я чувствую, как он напрягся. Просто отпусти мальчика, и разойдёмся на чистой ноте. Честное слово. Рёма сзади действительно напрягся из-за густого пространства. Он смотрел на Юки, оценивал дистанцию, скорость, шансы на побег. — Акито, — сказал он тихо. — Она не шутит. Акито стиснул зубы. — Ты пожалеешь об этом, сволочь! — Обязательно, — кивнула Юки. — Вечером, дома, с чашкой чая буду рыдать в подушку. А сейчас отпусти беленького и беги отсюда. Она сделала шаг вперёд. Пространство вокруг дрогнуло. Тьма сгустилась ещё сильнее, и Акито почувствовал, как силы уходят. Его душила настигшая тьма. Она подошла к Фаенону, взяла его за плечо и выдернула из хватки Акито. Тот даже не сопротивлялся ей. — Беги к моим ребятам, — сказала Юки Фаенону. — Быстро. Фаенон рванул к отряду. Он спотыкался, падал, поднимался и снова бежал. Юки проводила его взглядом, потом перевела взгляд на Акито. — Три минуты вам даю, — сказала она. — Убирайтесь. Акито стоял, не в силах пошевелиться, и смотрел на неё со всей ненавистью в глазах. — Это не конец. — Конечно, нет, — Юки развернулась и пошла к своим. — Такие, как вы, всегда возвращаются. Но сегодня вы проиграли. Рёма подошёл к Акито, взял его за плечо. — Уходим, — сказал он коротко. Они исчезли в темноте. Юки подошла к Фаенону. Тот стоял, тяжело дыша, и смотрел на неё во с расширенными глазами. — Ты... точнее вы... — Благодарить ещё рано, — перебила Юки. — Рэн, Хикару, свяжите его. — Что вы сказали?.. — испуганно пробормотал Фаенон. Рэн и Хикару подошли к нему. Хикару был злой, с разбитой губой, но всё ещё на ногах, а Рэн спокойный, как всегда. — Руки, — коротко сказал Рэн. Фаенон не успел ничего сказать. Его развернули, заломили руки за спину. Наручники защёлкнулись с противным лязгом. — Больно! — дёрнулся он. — Терпи, — бросил Хикару. — Живой же остался. — Обыщите его, — добавила Юки. — Телефон заберите. И всё, что в карманах. Рэн быстро проверил карманы. Ключи, какая-то мелочь — всё перекочевало в пакет. Хикару побежал за телефоном. Он лежал на земле, после того как Акито с Рёмой убежали вдаль. — Чист. — сказал Рэн, переместив всё содержимое карманов Фаенона в зип-пакет. — И вот это ещё не забудь. — Хикару передал Рэну телефон мальчика. — Как тебя зовут, пацан? — спросила Юки у белобрысого. — Ф-Фаенон... — тихо промямлил Фаенон. — Понятно. Сора, ты повезёшь его в бюро. — спокойно приказала Юки. — Слушаюсь! — принял Сора. Хикару схватил Фаенона за плечо и поволок к чёрному фургону, стоящему чуть поодаль. Тот спотыкался, пытался оглянуться на Юки, но его тащили дальше. Хикару открыл дверь фургона. Внутри, за сиденьем уже сидел Сора, весь усталый. — Принимай груз, — Хикару впихнул Фаенона внутрь. — Не дёргайся, — сказал Сора, даже не глядя на него. Дверь захлопнулась. Юки подошла к фургону, постучала по металлу. — Эй, мальчик. Тишина. Потом глухой голос изнутри: — Что? — Не дёргайся, скоро приедем. — она помолчала. — И не вздумай геройствовать. Сора не любит, когда пассажиры шалят по пути. — Я и не собирался... — Вот и молодец. Она хлопнула по фургону ладонью. — Трогай. Рин проводила фургон взглядом, потом развернулась и направилась к чёрной машине, припаркованной чуть поодаль. Кинжал всё ещё крутился в её пальцах. Она машинально перебирала рукоять, уже не замечая этого движения. Оба парня сели в машину. Макото был за рулём, смотрел прямо перед собой. Акира на пассажирском, откинув голову на подголовник, тяжело дышал. У обоих вся форма была грязная, порванная. Хикару открыл бардачок, достал оттуда две влажные салфеточки и вытер своё лицо, а затем отдал вторую штучку Рэну. Тот тоже вытерся, чтобы выглядел хоть по человечески. Рин открыла заднюю дверь и села. — Погнали в бюро, — сказала она коротко.

***

Машина выехала с пустыря на неровную дорогу. Колёса подпрыгивали на выбоинах, в салоне что-то тихо дребезжало. Позади осталось тёмное здание, жёлтая лента оцепления, редкие силуэты полицейских, которые уже убирали всё. Фонари здесь горели через один, так как район старый, не первый год ждущий ремонта. Вдоль дороги тянулись ржавые гаражи с покосившимися воротами, кое-где из-за заборов торчали чёрные и голые верхушки деревьев в свете редких фонарей. В салоне было тихо. Акира открыл глаза, посмотрел в окно. За стеклом мелькали дома с тёмными окнами — люди уже спали. Мусорные баки у обочин, пара бродячих псов, копошащихся в пакетах. Одна из них подняла голову, провожала машину взглядом, потом снова уткнула свой взор обратно в мусор. — Красиво живём, — сказал Акира без особого выражения. — Это не мы живём, это город такой, — отозвалась Рин. Машина свернула на основную дорогу. Здесь стало светлее, горели фонари, изредка проезжали другие машины. Макото влился в поток, держа руль одной рукой, второй поправил зеркало заднего вида. За окнами потянулись ларьки, закрытые на ночь, пара круглосуточных магазинов с яркими вывесками, редкие прохожие, спешащие по своим делам. — Акито ушёл, — сказал Акира глухо. Он смотрел прямо перед собой, на дорогу, но мысли были явно не там. — Видела, — кивнула Рин. — С ним был тот тип, с противной способностью. — Рёма, — подсказал Макото. — Да. Рёма. Я плохо запоминаю имена таких парней, как они. Акира отвернулся от окна и посмотрел вперёд. Свет фар выхватывал из темноты разметку на асфальте, промелькали редкие лужи после недавнего дождя. — Думаешь, они не просто так взяли того одарённого в заложники? — Может хотели его в свои ряды мафии забрать. — скучающе ответила Рин, смотря в окно. Машина проехала мимо круглосуточного магазина. У входа курили двое парней, провожая их взглядами. Один что-то сказал другому, тот усмехнулся и сплюнул на асфальт. Макото бросил взгляд в зеркало заднего вида. — Одарённого они убили. — Да, — Рин помолчала. — Это плохо. Акито не любит оставлять свидетелей , или груз, который нельзя унести. Акира сжал челюсть. — Я был рядом, но не успел поймать эту тварь. — Мы не можем менять прошлое, Акира. Что сделано — то сделано, — спокойно сказала Рин. Акира промолчал, только сильнее вцепился в сиденье, от чего пальцы побелели. Машина выехала на более оживлённую трассу. Здесь горели яркие фонари, через каждые несколько секунд проезжали встречные машины. Макото перестроился в правый ряд. — Он вообще не собирался его забирать, — продолжила Рин, глядя в окно. За стеклом мелькали огни ночного города. — Если бы хотел, то вывез бы раньше. А он тянул время. — Зачем? — спросил Макото. — Может быть чтобы проверить вашу силу. Он вроде впервые с вами дрался. — Рин усмехнулась, но в голосе не было веселья. — Доволен остался, судя по лицу. — И что теперь? — Акира повернулся к ней. — Теперь будем ждать. Они набрали информацию. Следующий шаг за ними. Но и мы тоже узнали не мало. Пока что работаем пассивно. Возможно мафия готовит что-то очень масштабное. Машина свернула в туннель. Свет фар заметался по бетонным стенам, за окном замелькали серые плиты и лампы под потолком. Звук мотора стал громче, отражаясь от стен, наполняя салон гулом. В туннеле было прохладнее, чем снаружи, по стёклам потянулась мелкая рябь конденсата. — Рёма... — задумчиво сказал Макото. — С ним трудно драться. Слишком быстрый малый. Я не успеваю своими когтями его пронзить. — Знаю, — кивнула Рин. — В следующий раз пойдём иначе. — А как ты хочешь? — Подумаю над этим. На ткани одежды Акиры остались тёмные разводы. Он посмотрел на них, потом снова в окно. — Я его достану. — Достанешь.., — Рин похлопала его по плечу. — но не сегодня. Отдохни сначала. Машина вырулила из туннеля. Впереди показались огни города. За окнами потянулись неоновые вывески кафе и баров. Жизнь здесь не замирала даже ночью. — В отдел CID мальчика отправили? — спросил Макото. — Ага. К Ахерон. — Что с ним делать будем? — Разберёмся, — Рин зевнула, прикрывая рот ладонью. — Сначала допрос. Потом решим. — Глаза у него странные, — тихо сказал Акира. — Заметил? — Рин усмехнулась. — Я тоже. Ладно, завтра всё узнаете. Машина свернула к неприметному зданию с подземным паркингом. Обычная жилая высотка в ряду таких же, без опознавательных вывесок. Макото сбавил скорость, въезжая в тёмный проём. Колёса зашуршали по бетону, свет фар упёрся в ворота, которые медленно поползли вверх. Паркинг был пуст. Только пара машин на входе да тусклые лампы под потолком. Макото пытался найти место для парковки. — Рин, — вдруг сказал он, не поворачивая головы. — Давно хотел спросить. — М? — Твой глаз. — Он посмотрел в зеркало заднего вида. — Что с ним? Рин посмотрела на него. В темноте паркинга её лицо было почти не видно, только блики от ламп на стекле. — А тебе зачем? — Любопытно просто. С тех пор как ты встала на пост директора бюро, носишь эту повязку. Раньше не было такого. — Наблюдательный ты, — усмехнулась она. Акира обернулся. Даже сквозь усталость в его глазах мелькнул интерес. — Мы все заметили, просто молчали. Думали, может, травма какая или ещё что. — Травма? — Рин фыркнула, её голос стал тяжелее. — Можно и так сказать. — Так расскажешь или нет? — Акира подался назад, разворачиваясь всем телом. — А то реально интересно. Хотя, если для тебя это больная тема, то лучше ненадо. Рин помолчала, глядя в окно. Машина медленно катила по паркингу, фары выхватывали из темноты бетонные колонны и разметку на полу. — Хотите посмотреть? Акира замер. — В смысле? — В прямом. — Рин положила руку на повязку. — Только не на ходу. Останови где-нибудь. Макото кивнул и через минуту свернул на пустую парковку у круглосуточного магазина. Рядом никого из гражданских не было, только тусклый свет фонарей над входом. Многие в это время спят, так что на парковке машин не было. Макото заглушил двигатель. — Ну, — Рин посмотрела на них обоих. — Только не дёргайтесь. Она чуть приподняла край повязки на самую малость. И в тот же момент машину будто накрыло бетонной плитой. Акира хотел моргнуть, но не смог, хотел повернуть голову — тело не слушалось. Дышать стало тяжело, Акира и Макото начали задыхаться. Они видели, слышали, могли думать, но пошевелиться никто из них не мог. Глаза белобрысого остались открытыми, смотрящими на зеркало заднего вида. Макото замер за рулём. Руки, только что спокойно лежавшие на руле, безвольно упали на колени и застыли там. Он смотрел на зеркало заднего вида, расширенными глазами, в которых застыл шок и непонимание. Из-под приподнятого края повязки виднелся глаз. Он был белым, без зрачка и без радужки. И он светился холодным светом, заливая салон маленьким призрачным сиянием. Лица Акиры и Макото стали бледными, почти неживыми, так как что-то неизвестное их душило. В салоне стало тихо, слышно было только сердцебиение парней. И ощущение было, что время остановилось. Она опустила повязку обратно. Давление исчезало постепенно: сначала отпустило грудь, потом мышцы, потом в уши будто прорвался звук, что где-то далеко проехала машина. Акира громко выдохнул. Воздух со свистом ворвался в лёгкие, руки задрожали мелкой дрожью, он схватился за сиденье, впиваясь пальцами в обивку. — Ебанный в рот, Рин. — Голос сел, пришлось откашляться. — Предупреждать же надо. — Я предупредила. — Рин поправила повязку, убедилась, что сидит ровно. — Сказала же, что ненадо дёргаться. Макото пошевелил пальцами сначала одной руки, потом другой. Сжал руль, разжал, снова сжал, проверял, что тело под его контролем. По лбу пошли капельки пота, хоть и в машине не было жарко. — Вот это силища, и это ты скрывала? А может и поэтому и стала носить повязку год назад? — спросил он, всё ещё глядя прямо перед собой. — Да. — Рин кивнула. — Это слишком чудовищная сила, которая может даже и вас убить. Я не контролирую глаз, поэтому и под влияние его может попасть абсолютно любой человек, кроме меня. Но я и сама плачу за это цену, так что, для этого нужна повязка. Даже если я глазу хочу почесать, это надо поднимать её, и люди рядом попадут под его свечение. — А чешешь? — спросил Акира, всё ещё тяжело дыша. — Нет, слишком опасно это. Он хмыкнул, потёр шею, а потом плечи, массируя затекшие мышцы. — Знаешь, а он красивый. — Что? — Глаз. — Акира наконец повернулся к ней. Лицо уже не такое бледное, но в глазах всё ещё читался страх, — Жутко, но красиво. Знаешь как... северное сияние, во! Рин посмотрела на него с удивлением. — Это редкость, когда мне такое говорили. — А что обычно говорят? — Матерятся или молчат из-за давления. — Мне правда понравился это сияние, но его последствия мне не сильно вцепились в душу... — сказал Макото, отведя взгляд в окно и чуть улыбнувшись. — Вы такими милыми стали после такого. Не часто я слышу, как именно вы меня хвалите в чём-то, — ехидно улыбнулась Рин, затем она стала смотреть в окно. Макото хмыкнул, завёл двигатель. Машина мягко тронулась с места, выехала с парковки и снова влилась в ночной поток. За окнами поплыли огни заправок, круглосуточных магазинах, и редкие машины. Время было уже полночь, но люди всё ещё куда-то спешат. В салоне повисла тишина, но не зловещая. Они только что поделились чем-то важным, что теперь будет их связывать, возможно и до конца их жизней. Рин откинулась на сиденье, поправила повязку ещё раз привычным движением и закрыла глаза. — Разбудите, когда приедем в бюро, — сказала она тихо. — Я чуть вздремну. — Хорошо, — кивнул Макото. — Если захраплю — не обращайте внимания. — Как скажешь, директор. — сказал Акира, бросив короткий взгляд на Рин, улыбнувшись, затем обратно стал смотреть на дорогу, уставившись на мелькающие огни. Макото тоже бросил взгляд в зеркало заднего вида. Рин уже дышала ровно, так как уже успела отрубится. — Быстро она устаёт, — тихо сказал Акира. — Ага. Оно видно. Ей бы почаще отдыхать. Тем более, зачем она пришла на место нашей миссии? — тихо сказал Макото, — У неё что, других дел нету? — Скорее всего Хаято рассказал, а она распереживалась и полетела к нам. Мы же все лучшие друзья, это нормально переживать друг за друга. — Верно говоришь, но всё же может не стоило... она и так трудится много в последнее время. — Ты забыл, как она ещё до директора... а нет, даже до того как стала заместителем директора, она очень любила битвы с плохими мальчиками, как она называет подобных Акито или Рёме. Может ещё и это двигало ею. Надо не забыть поблагодарить за помощь. — А она настолько крепко спит, что не слышит вообще, что мы говорим? — спросил Макото у Акиры, голос его стал ещё тише. — Ну такой она человек, что даже какой-нибудь взрыв в пяти метрах не прервут её сон. — Ну да, как я мог забыть то такое... — виновато проговорил Макото. После этого Акира и Макото замолчали, ведь им нечего было больше сказать, и они не хотели прерывать сон директора. Машина ехала в ночь, унося их к бюро, где их ждало заполнения отчётов о происходящем, что Макото не очень то и любил.

***

Машина мягко качнулась и остановилась. Рин открыла глаза. Она сама не заметила, как задремала под ровный гул мотора. Веки были тяжёлыми, тело всё ещё чувствовало усталость после боя, но хотя бы голова больше не кружилась. За окном был подземный паркинг: бетонные стены, тусклые лампы под потолком, и ещё чёрные машины в ряд: своя, чужие, а ещё пара служебных автомобилей. Рин машинально коснулась повязки на левом глазу, всё на месте. Это был её привычное действие после сна, которое уже делала на автомате. — Приехали, — сказал Макото, глуша двигатель автомобиля. — Вылезай, мелочь. — А ты столб фонарный. Хочешь, чтобы я тебе работки ещё подкинула? — с обидой в голосе сказала Рин, не всерьёз обижалась, затем она открыла дверь автомобиля. — Ууу... как страшно, — усмехнулся Макото, затем тоже выбравшись из машины. Где-то в глубине паркинга капала вода, с интервалом в пару секунд. Акира уже открывал дверь. Двигался он всё ещё тяжело, но хотя бы не шатался, успех. Куртка висела клочьями, под глазом виднелся небольшой синяк. Выглядел он так, будто час назад вылез из мясорубки, что, в общем-то, было отчасти правдой. — В медпункт зайдёшь? — спросила Рин, выбираясь наружу. — Потом, — Акира захлопнул дверь. — Сначала душ. — Смотри, чтоб в душе не отключился. — Не отключусь, даю слово. Рин хмыкнула, но спорить не стала. Она знала этот тон, ведь когда Акира так отвечал, переубеждать было бесполезно. Они втроём направились к лифту. Шаги разносились по пустому паркингу, отдаваясь эхом от бетонных стен. Макото спокойно шёл чуть впереди, будто не было сегодня они не провалили миссию. Рин с Акирой следом за ним. Они прошли мимо рядов с техникой: несколько чёрных внедорожников, пара фургонов, и один из них был тот, в котором Нагато вёз Фаенона. В углу стоял старый мотоцикл, накрытый брезентом. Это был чей-то личный транспорт, до которого всё никак не доходили руки владельца. Рядом с ним был стеллаж с покрышками и канистрами. На стенах виднелись следы краски: номера парковочных мест, указатели выхода, предупреждения о видеонаблюдении. Камеры под потолком равнодушно моргали красными огоньками, провожая их взглядами. Паркинг постепенно сменялся служебными помещениями. У лифта Макото нажал кнопку вызова. Металлические двери открылись с тихим шипением, выпуская затхлый воздух. Они зашли внутрь. Кабина лифта была стандартной, зеркальные панели на стенах, поручни из нержавейки, и панель с кнопками. На полу резиновое покрытие в мелкую клетку, уже немного потёртое по краям. На потолке длинная лампа света, заливая своим светом кабину. Рин нажала кнопку верхнего этажа. Лифт дёрнулся и поехал вверх. — Устала? — спросил Макото, глядя на неё в зеркальное отражение. — Есть немного, — Рин усмехнулась. — Кстати я жду от вас отчёты о миссии. — Ты как всегда. — Кстати, Макото. — она повернула свой взгляд на красноволосого. — Завтра собрание бюро в 15:00. Отделам HRB, CTD, CID я уже сказала. Передай своим ребятам из SSD, всем там обязательно быть. — Как скажешь. Все мои ребята будут как штыки на собрании! Лифт мерно гудел, этажи сменяли друг друга за матовыми стёклами. Цифры мелькали одна за другой: 2, 3, 4, технический этаж, архив, хозяйственный. На каждом этаже за стеклом была своя картина. — Ты как, ещё живой? — Рин повернулась к Акире. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел в одну точку. В зеркальном отражении он казался почти призраком. — Нормально, — ответил он. — Бывало хуже. — Верю. Но в медпункт всё равно сходи. Акира хмыкнул, но кивнул. Лифт остановился. Двери открылись в длинный коридор. Здесь было совсем тихо. Лампы горели вполсилы, свет был мягким, желтоватым, пытался создать почти уютную атмосферу. Пол был выложен светлой плиткой, стены выкрашены в спокойный серый цвет. Вдоль стен тянулись двери с табличками: «Оперативный отдел SSD», «Архив», «Комната отдыха», «Отдел расследований CID — далее». Где-то вдалеке тихо гудели мониторы, этот звук здесь не замолкал никогда, даже ночью, когда людей тут не было. В углу у стены стоял пластиковый стул, на котором кто-то забыл кружку с давно остывшим чаем. Рин вышла первой, за ней Макото и Акира. Шаги тонули в ковровом покрытии, которое начиналось сразу за лифтом, длинная бордовая дорожка тянулась через весь коридор. — Ну и ночка, — протянул Акира, оглядываясь по сторонам. — Хоть живыми остались. — Рано радуешься, — усмехнулась Рин. — Завтра разбор полётов. — Ну это завтра, а сейчас я хочу в душ. — В медпункт сначала, — напомнил Макото. — И ты туда же, — Акира закатил глаза, но без злобы. — Я же, не посредственно, глава отдела в котором ты состоишь, а ты мой заместитель. Я волнуюсь за здоровье своих подчинённых. — ответил Макото, при этом похлопав его по плечу, широко улыбаясь. Они прошли немного вперёд, и в конце коридора, за столиком заметили знакомую фигуру. Ризли стоял, прислонившись плечом к стене, и лениво пил чай в пластиковом стаканчике. Высокий, широкоплечий, в простой чёрной футболке и спортивных штанах. Его тёмные волосы были растрёпаны. Услышав шаги, он поднял голову. — О, явились не запылились, — сказал он без особого удивления. Голос звучал чуть хрипловато, — А мы уж всем отделом думали, что вы там ночевать остались. — Рада тебя видеть, Ризли, — Рин усмехнулась, подходя ближе. — Ты чего не спишь? И где остальные? — Все уже давно спят, а я захотел чай попить. — он поднёс стаканчик к губам, сделал глоток. — Слышал, у вас там весело было. — Нам не сильно весело было, — кивнул Макото. — Акито ушёл, а одарённый заложник убит. Ризли присвистнул сквозь зубы. — Ужасно. А с вами всё в порядке? На Акире живого места нет. — В норме, — Акира поправил порванную куртку, поморщившись от движения. — И не такое я видал. — Возможно, — Ризли окинул его взглядом. — В медпункт иди, а то завтра не встанешь. — Надоели. Иду уже. Дай только кофе попью. — сказал Акира, чуть зевая, потом он взял стаканчик и уже хотел налить кофе, но Рин его остановила. — Без кофе ты будешь, — Рин забрала у него стаканчик и поставила на столик. — Сначала в медпункт, а потом спать. Акира хмыкнул, но спорить не стал. Ризли перевёл взгляд на Рин. — Кстати, тебя Ахерон искала, — сказал он. — Когда? — Та вот, недавно. Сказала, как приедешь — зайди. Что-то про пацанчика, которого привёз Нагато. Рин вздохнула, усталость навалилась с новой силой, но она только покачала головой. — Конечно. Ночью поработать — это святое дело. — Могу составить компанию, — усмехнулся Ризли. — И так не сплю сегодня. — Иди лучше поспи, — Рин похлопала его по плечу. — Завтра тяжёлый день. — Они все тяжёлые, — бросил он вслед. — Кстати, — спросил Макото у Ризли. — Нагато уже у себя? — Да, — кивнул Ризли. — Приехал, сдал мальчугана и упал. Сказал, будить только если пожар будет, и то, вряд-ли он проснётся. — Понял, — ответил Макото. Акира потянулся, поморщился от боли в плече. — Ладно, я в медпункт, потом в душ, а потом на боковую. Если хотите от меня что-то, то я уже умер. — На собрание придёшь живым, — усмехнулся Макото. — Поспорим? — Иди уже. Акира слегка улыбнулся, развернулся и, слегка прихрамывая, пошёл по коридору в сторону медпункта. Макото задержался на секунду. — Завтра в десять на уже наше собрание? — спросил Макото у Рин. — В десять. Не проспи. — Мой маленький, уважаемый директор, я клянусь всем чем у меня есть, что не просплю! — с усмешкой сказал Макото, чуть наклоняясь в сторону Рин. — Да отстань уже. Чем тебе не нравится мой рост? — Ну я же не сказал, что не нравится. — Ой всё, я лучше пойду к Ахерон, она хотя бы меня не будет за рост принижать. Макото кивнул Рин, потом он направился в сторону живого блока. Рин осталась стоять рядом с Ризли. — Долго ещё будешь тут стоять? — спросила она. — Пока чай не кончится, — он поднял стаканчик. — А я только начал. — Ну-ну. Рин поправила повязку на глазу, развернулась и пошла по коридору в сторону лестницы, ведущей в отдел CID. Ковровая дорожка сменилась плиткой, свет стал чуть ярче, ведь тут на энергии экономили меньше. — Рин, — окликнул Ризли. Она обернулась. — Зайди потом, расскажешь, что там Ахерон хотела. — Я подумаю, — кивнула она. — Договорились. Рин усмехнулась и скрылась за поворотом.

***

Коридор CID встретил её тишиной и тусклым светом ламп. Здесь было совсем иначе, чем в общей части бюро. Стены насыщенного тёмно-синего цвета, лампы горели вполсилы. Пол был покрыт крупной синей плиткой. Шаги Рин отдавались негромким цоканьем, разносившимся по пустому коридору. Где-то впереди мерно, без остановки, гудела вентиляция, к которой здесь давно привыкли и перестали замечать. Она поднялась на пол-этажа по короткой лестнице, всего три ступеньки, но они отделяли общую зону от территории CID. На стене висела табличка: «Посторонним вход воспрещён. Только для сотрудников отдела CID и руководства бюро». Коридор тянулся дальше. Справа и слева много металлических дверей, на которых были таблички с текстом. «Архив CID» — массивная дверь с кодовым замком. «Комната допросов 1» — такая же серая, с маленьким окошком на уровне глаз, где сейчас закрытое жалюзи, и «Комната допросов 2» напротив, полностью индентичная. Между ними стена с парой картин, которые относительно походили на искусство. Никто не помнил, кто их повесил и зачем. Какие-то абстрактные пятна, вообще призванные успокаивать, но в два часа ночи они выглядели просто тёмными разводами на синем фоне. Под потолком тянулись кабель-каналы, крашенные в цвет стен. Кое-где из них торчали провода. Красные огоньки камер наблюдения равнодушно моргали через каждые метров десять. Рин прошла мимо наблюдательной, где была ещё одна дверь. За ней была комната с тонированным стеклом во всю стену, откуда можно было видеть всё, что происходит в допросных. Сейчас там темно и пусто. В конце коридора ещё одна дверь, которая была тяжелее остальных, с матовым стеклом, и за ней горел свет. На табличке было написано: «Ахерон (Мэй) — глава CID». Рин, без стука, вошла в кабинет главы отдела CID. Кабинет Ахерон был небольшим, но очень плотно заставленным. Вдоль стен стояли высокие стеллажи с папками. Часть бумаг лежала стопками прямо на полу, видимо то, что не влезло или ждало своей очереди. В углу массивный сейф, содержимое которого скрыто даже для директора бюро. Рабочий стол Ахерон стоял у окна, но жалюзи были как всегда опущены, так что единственным источником света оставались настольная лампа и работающие два монитора. Сама Ахерон сидела в кресле, откинувшись на спинку, и перебирала какие-то бумаги. Длинные серебристо-фиолетовые волосы рассыпались по плечам, под глазами тёмные круги, но взгляд оставался острым. Арлекино стояла у стеллажа, прислонившись плечом к полке. Это была заместитель главы отдела CID. Высокая, стройная, с бледной кожей. Серебристо-белые волосы, короткие пряди слева у лица и длинный прямой хвост сзади, до самих бёдер, с чёрными прядями по бокам. Когда она повернула голову, в свете лампы блеснули чёрные глаза с необычными красными крестовидными зрачками. Взгляд этой дамы был тяжёлым. Клоринда сидела на подоконнике, скрестив руки на груди. Обычный сотрудник отдела, но была чуть больше приближена к руководству CID, ей много чего доверяли. Тоже высокая, спортивная, подтянутая. Тёмно-синие, почти пурпурные волосы собраны в низкий хвост, и светлая голубая прядь падала на лицо, частично закрывая правый глаз. Глаза ярко-фиолетовые, с острым взглядом. На скуле красовался тонкий шрам. Дань Хэн, заместитель директора бюро, и по совместительству куратор CID, стоял в углу у двери неподвижно, сложив руки на груди. Тёмные длинные волосы собраны в низкий хвост, взгляд направлен куда-то в сторону. При появлении Рин все трое повернули головы в её сторону. — Явилась, — сказала Ахерон, сделав тон голоса более официальнее. — Звала? — Рин закрыла за собой дверь, после чего она переметнула свой взгляд на стул. Похоже ей очень хотелось присесть и отдохнуть, после тех проказников в лице мафиозников. — Присаживайся. — Ахерон показала пальцем на свободный стул рядом с её столом. Рин села на стул, скрестив ноги, она откинулась на спинку. — Что-то там с мальчиком? — С ним пока ничего, — Ахерон отложила бумаги в сторону. — В допросной ждёт. Пока посидит, подумает о жизни. — И? — И я хочу, чтобы ты понаблюдала. Рин подняла бровь. — В смысле? — В прямом. — Ахерон сложила руки на столе. Глаза её чуть сщурились. — Нагато рассказал о необычных глазах этого юноши. Ты сама их видела, линзами они точно быть не могут. — Я и не говорила, что линзы. — Мне нужно, чтобы ты посмотрела на него в деле. — В деле? — В наблюдательной. Посидишь, посмотришь, как он реагирует на вопросы. Одарённые часто себя выдают, например жестами, взглядами, даже дыханием. — И что же ты хочешь от меня? — Мы просим тебя, чтобы ты стала нашими глазами. — Ахерон чуть наклонила голову. — Ты видела таких раньше. Ты знаешь, на что смотреть. Рин помолчала. — А ты сама? — В допросе я участвовать не буду, мне сейчас своих дел хватает. Арлекино будет говорить с ним, Клоринда как помощь ей. Твой заместитель, и по совместительству куратор нашего отдела Дань Хэн, тоже захотел послушать парнишку. — А из обычных сотрудников ещё кто-то будет? — Кто захочет — придёт. Кроме нас троих никто не уведомлен об этом. Рин вздохнула. — Ладно. Давно я лично не смотрела за вашей работой напрямую. Только по отчётам Дань Хэна читала. Я надеюсь, скучно не будет? — Я уверена, не будет. — Ахерон чуть расслабилась. — Через двадцать минут начнём. Рин, а если он действительно одарённый? — Тогда я решу, что с ним делать. Хотя я не уверена, выживет ли он после допроса, который будет проводить Арлекино. — Не преувеличивай. — Ахерон взяла ручку, покрутила в пальцах. — Арлекино умеет быть мягкой. Да, Арле? — Когда захочет, — фыркнула Арлекино от стеллажа. Её крестовидные зрачки блеснули в полумраке. — Когда надо, — поправила Ахерон. Клоринда хмыкнула, поправила светлую прядь, упавшую на глаз. Рин поднялась. — Хорошо. Через двадцать минут в наблюдательной. — Тебя проводить? — спросил Дань Хэн, стоя неподалёку от Рин. — Не надо, дракоша. Я дорогу знаю. Рин направилась к двери. Дань Хэн посторонился, пропуская. — Рин, — окликнула Ахерон. Та обернулась. — Спасибо. — Работаем, — усмехнулась Рин и вышла в коридор.

***

Фургон мягко качнулся и остановился. Нагато убрал руку с руля и потёр шею, уж сильно она у него болела. Глаза слипались после долгой дороги, но привычка просыпаться сразу сработала. Он обернулся назад. Фаенон сидел, привалившись к стене фургона, и смотрел в одну точку. Бледный, перепуганный, но пока ведёт себя тихо. Фургон мягко качнулся и остановился. — Приехали, — сказал Нагато, глуша двигатель. Фаенон дёрнулся, попытался встать. Нагато уже открывал дверь. Он обошёл фургон, распахнул заднюю створку, после чего приоткрыл дверцу. Фаенон смотрел на него расширенными глазами. — Не дёргайся, — устало сказал Нагато. — Легче будет. — Послушайте, я… Договорить Фаенон не успел. Нагато шагнул вперёд, и ребро ладони оперативника встретилось с сонной артерией парня. Фаенон обмяк, заваливаясь набок. Нагато подхватил его, не давая упасть головой, перехватил поудобнее, и вытащил из фургона. Голова парня безвольно моталась, ноги волочились по бетонному полу подземного паркинга. — Ну и тяжёлый, — пробормотал Нагато, поправляя захват. Он потащил Фаенона к лифту и нажал на кнопку вызова. Он открылся сразу. Нагато затащил бессознательное тело внутрь, прислонил к стене, нажал кнопку нужного этажа. Двери закрылись, кабина поползла вверх. После лифт остановился, двери открылись в длинный коридор. Здесь было тихо. Нагато вытащил Фаенона из лифта и потащил дальше. Голова парня всё так же безвольно моталась, руки в наручниках волочились по полу. В конце коридора, у одной из дверей, стоял человек. Высокий, спортивный, с короткими светло-серыми волосами, почти как у парнишки без сознания. Форма — тёмно-синяя, с нашивками отдела. В руках планшет. Услышав шаги, он поднял голову. — Нагато, — узнал он. — А мы уж заждались. — Принимай груз, Воскресенье, — Нагато перехватил Фаенона поудобнее. — Клиент для CID. Воскресенье подошёл ближе, заглянул в лицо Фаенона. — В отключке? — Пришлось. Чтоб не дёргался. — Понял. Директор в курсе? — В курсе, это была её инициатива. Наш куратор Хаято должен был передать вам, что мальчика допросить надо, по просьбе директора. Воскресенье кивнул. — Жди здесь. Пойду уточню пару деталей. Он развернулся и быстро пошёл по коридору. Шаги затихли за поворотом. Нагато прислонил Фаенона к стене, удерживая его в вертикальном положении. Через пару минут Воскресенье вернулся. — Всё в порядке, — сказал он. — Ахерон уже идёт. Во вторую допросную его посади. — Вторую? — уточнил Нагато. — Да. Мне передали туда вести. Нагато кивнул, подхватил Фаенона и потащил дальше по коридору. Воскресенье пошёл следом. Они миновали несколько дверей, затем остановились у двери допросной с номером два. Нагато толкнул дверь, втащил Фаенона внутрь и посадил на стул, пристегнув наручники к кольцу на столе. Голова парня безвольно свесилась на грудь. Комната была небольшой. Посередине стол и два стула. Стены серые, без окон. В левом углу комнаты висела камера, её красный огонёк равнодушно моргал. Свет над столом горел ярко, он заливал всё помещение белым светом. — Очухается минут через десять, — сказал он, выпрямляясь. Воскресенье кивнул. Они вышли, закрыв за собой дверь. Щелчок замка звонко прозвучал в пустом коридоре. — Я в наш архив, — сказал Воскресенье. — Если что — зови. — Иди, — кивнул Нагато. — Я тут ещё постою, дождусь Ахерон. Воскресенье ушёл. Нагато остался один в коридоре. Он прислонился спиной к стене, скрестил руки на груди и закрыл глаза. Вспомнив, что ему ещё надо писать отчёт, Нагато поморщил лицо. И всё же, он давно уже не встречался с Рёмой, особенно в роли его противника. Но минут через пять его размышления прервал звук приближающих шагов. Нагато открыл глаза. Виновником стала Ахерон. Длинные серебристо-фиолетовые волосы рассыпались по плечам, взгляд оставался острым. Форма сидела как всегда идеально, ни одной лишней складки. В руке планшет. — Нагато, — кивнула она, останавливаясь рядом. — Парень во второй? — Во второй, — Нагато мотнул головой в сторону двери. — В отключке пока. Уже вот-вот может проснуться. Ахерон посмотрела на дверь допросной. — Как вёл себя? — Нормально. Дёргался сначала, пришлось вырубить. Но в целом — обычный пацан. — Нагато взял небольшую паузу — Вот только глаза его напрягают. Там знак солнца какой-то, может быть, что он одарённый? Я ещё заметил, возможно на шее татуировка, и тоже очертания напоминают солнце. Ахерон кивнула. — Интересная информация… Хорошо. Арлекино и Клоринда уже вкурсе про предстоящий допрос. Дань Хэн тоже. Иди отдыхай. Нагато хмыкнул. — Отдыхать, — повторил он. — Легко сказать. — Иди, — повторила Ахерон, но мягче. — Завтра собрание. Выспись. — Ладно. Нагато оттолкнулся от стены и пошёл к лифту. Шаги затихли за поворотом. Ахерон осталась одна. Постояла пару секунд, глядя на дверь допросной, потом поправила планшет и направилась в свой кабинет.

***

Ахерон толкнула дверь наблюдательной. Внутри было темно, только слабая подсветка на пульте да экраны, транслирующие картинку из допросной. Там, за стеклом, Фаенон всё ещё сидел на стуле: голова опущена, плечи напряжены, руки в наручниках пристёгнуты к столу. У стекла стояла Арлекино. Красные крестовидные зрачки внимательно смотрели на бессознательного парня. В руке она крутила ручку – это был её привычный жест того, что готова взяться за работу. Клоринда сидела на стуле в углу, скрестив руки на груди. Дань Хэн стоял у двери, тоже сложив руки на груди, а взгляд его тоже был прикован к Фаенону. Рин сидела на стуле у пульта, лениво перебирая пальцами по подлокотнику. Увидев Ахерон, она чуть повернула голову. — Ну что? — спросила Ахерон, закрывая за собой дверь. — Спит пока, — ответила Арлекино, не оборачиваясь. — Я думаю очнётся с минуты на минуту. Ахерон подошла к стеклу, встала рядом с Арлекино, и посмотрела на Фаенона — Арлекино, ты видела раньше одарённых со знаками солнца? — Мельком. Один раз, это было года два назад. — И что расскажешь про него? — Ничего. Тот тип сдох раньше, чем мы успели его допросить. А так хотелось. А ты его забыла что-ли? Ахерон помолчала. Память в последнее время реально подводило. Это уже не первый раз подмечают её коллеги. — В этот раз постараемся без смертей. — Постараемся, — с отдалённой грустью ответила Арлекино, переставая мучить ручку, которую уже в какой раз она крутила. Клоринда поднялась со стула, подошла ближе. — Будешь говорить только ты? — спросила она у Арлекино. — Ну да. — Арлекино переместив взгляд на фиолетоволосую. — От тебя мне нужна будет только способность. — Давно не виделись в таких ролях, — фыркнула Клоринда. — Не начинай. Рин откинулась на спинку кресла. — Я просто посмотрю, — сказала она. — Если что — вмешаюсь. — Если не уснешь, конечно. А то будет слишком поздно — подметил Дань Хэн от двери. — Мрачный ты, забыл о моей способности? — спросила Рин, под конец зевнув. — Не забыл. В дверь тихо постучали. Ахерон нахмурилась, ведь она не любила, когда в её работу, или высших лиц отдела встревают обычные сотрудники. — Войдите. Дверь приоткрылась, и в проёме показался Воскресенье. Он переступил порог и замер. Короткие светлые волосы успели взлохматиться. Серые глаза с жёлтой точкой посередине радужек рассматривали всех, кто находится в наблюдательной. — Простите, что прерываю, — сказал он. — Можно поприсутствовать на допросе? Ахерон посмотрела на него. — Интересно что-ли? — Да, считайте как профессиональный интерес. Редко таких, как он, привозят. — Нагато тебе уже рассказал... понятно. Рин, не против, что с тобой мой сотрудник посидит? Ахерон перевела взгляд на Рин. Та пожала плечами, показав, что ей без разницы. — Но только в наблюдательной, — сказала Ахерон. — В допросную не суйся. — Само собой. Воскресенье прошёл внутрь, прикрыл за собой дверь. Огляделся, выбрал место у стены, подальше от всех, но с хорошим обзором на стекло. Прислонился спиной к стене, сложил руки на груди. — Не помешаю?, — спросил белобрысый. — Уже помешал, — фыркнула Арлекино, но без злобы к нему. Ахерон увидела, как Фаенон начал приходить в себя. Он пытался осмотреть место, куда он попал, но давалось это ему тяжко – глаза почти не работают. — Пора, — сказала она. — Заходите, он проснулся. И да… — она обвела взглядом Арлекино, Клоринду и Дань Хэна. — Все помнят свои имена? — Кагура, — отозвалась Арлекино, поправляя длинный хвост серебристых волос. — Коноэ, — коротко бросила Клоринда, убирая с глаза прядь волос. — Тацу, — сказал он тихо, уже подходя к двери, которая ведёт в саму допросную. — Отлично. Работаем. Арлекино развернулась и направилась к двери. Клоринда встала следом. Дань Хэн уже открывал дверь. — Арлекино, — окликнула Ахерон. Арлекино обернулась. — Аккуратнее. — Конечно. Через несколько секунд дверь допросной открылась, и трое людей вошли внутрь.

***

Фаенон не знал, сколько прошло времени. Сначала была пустота, без мыслей, вообще ничего. Потом сквозь неё начали пробиваться звуки. Какой-то низкий гул. Потом ближе. Потом ещё что-то. Шаги? Нет, не шаги. Что-то металлическое. Сознание возвращалось так медленно, будто шло сквозь густой туман. Фаенон чувствовал, что лежит, а хотя нет, сидит на стуле. Что-то он чувствует в области... Рук… руки не двигаются. Он открыл глаза. Свет ударил резко и больно, заставил зажмуриться. Такой белый и яркий. Фаенон заморгал, пытаясь адаптироваться. Голова гудела. В висках стучало, шея сильно болела. Он попытался пошевелиться и понял, что не может. Руки у него были перед собой, а запястья сжимал холодный металл — это были наручники. Он дёрнулся, и металл лязгнул, впиваясь в кожу. Наручники были пристёгнуты к столу, железному кольцу в столешнице. Фаенон замер, оглядываясь. Комната была небольшой. Метров десять, не больше. Стены серые, бетонные, окон тут не было. Под потолком длинная лампа, от которой и шёл этот слепящий белый свет. В углу, горел красный огонёк камеры — значит она снимает происходящее, и объектив смотрел прямо на него. Посередине комнаты стоял железный стол, привинчанный к полу. Может, чтобы Фаенон не сбежал? А ещё перед ним стоял стул, но на нём никто не сидел. Ему было страшно. Фаенон перевёл взгляд на свои руки. Пальцы дрожали. Он сжал их в кулаки, пытаясь унять дрожь, но это не помогло. В голове было пусто и одновременно слишком много мыслей. Где он? Что случилось? Последнее, что он помнил — тот человек в фургоне. Как же его звали... С-Сора?.. — начали всплывать воспоминания до его отключки. Он хотел что-то ему сказать, но он отрубил его. — Чёрт, — прошептал он одними губами. Голос прозвучал очень хрипло прозвучал. В комнате не было даже эха, звук просто утонул в серых стенах. Фаенон попытался встать, но это было бесполезно. Наручники держали крепко. Всё, что ему оставалось делать, это сидеть и чего-то ждать. Он понятия не имел, сколько сейчас времени, и сколько прошло с его отключке. Время здесь будто остановилось, и только красный огонёк камеры равнодушно моргал, отсчитывая секунды. Потом он почувствовал ритм шагов за дверью. Фаенон замер, вцепившись пальцами в край стола. Шаги стихли у двери. Щелчок замка прозвучал оглушительно громко. Дверь открылась. Первой вошла высокая женщина с серебристо-белыми волосами, собранными в длинный хвост. Бледная кожа, чёрные глаза, а в зрачках были красными крестиками. Она смотрела на него с лёгким любопытством, чуть наклонив голову. Вторая — тоже женский, чуть ниже, спортивная, с тёмно-синими волосами и светлой голубой прядью, падающей на правый глаз. Фиолетовые глаза смотрели остро, оценивающе. Третья фигура — мужской, высокий, с длинными тёмными волосами, собранными в низкий хвост. Он просто стоял в углу, сложив руки на груди, и смотрел куда-то в сторону. Первая женщина подошла к столу, села напротив. Откинулась на спинку стула, положила ногу на ногу. Длинные пальцы легли на стол. Вторая осталась у стены, убрав руки в карманы штанов. Третий так и стоял в углу, не двигаясь. — Очнулся? — спросила первая. Голос был спокойный, даже чуть насмешливый. Фаенон сглотнул. Во рту пересохло так, что язык прилипал к нёбу. — Да, — выдавил он. Голос сел, прозвучал хрипло, почти неслышно. Женщина напротив чуть наклонила голову. Красные крестовидные зрачки смотрели прямо на него, прожигали насквозь. — Хорошо. — она улыбнулась холодно, официально, без капли тепла. — Меня зовут Кагура. Это Коноэ. А в углу — Тацу. Выглядит он по страшному, но не переживай, он просто постоит. Фаенон смотрел на неё расширенными глазами. Сердце колотилось где-то в горле, готовое выпрыгнуть. Кагура положила руки на стол, сцепив пальцы в замок. — А теперь, мальчик, расскажи-ка нам, что ты делал в том здании.