Том 3 | Часть 10

Талия стояла чуть в стороне, прислонившись плечом к холодной стене, и старалась дышать ровно, хотя внутри всё было натянуто до предела. Она чувствовала напряжение Эбби буквально кожей, чувствовала, как женщина рядом с ней не знает, куда деть руки, как постоянно сжимает пальцы, будто пытаясь удержать саму себя от истерики. Талия прикрыла глаза всего на секунду, медленно втягивая воздух. Она никогда не видела Эбби такой. Не сильную женщину, не врача, не советницу, а просто человека, который боится потерять любимого. Шаги за дверью заставили обеих поднять головы. Замок щелкнул. Дверь открылась, и внутрь вошел Маркус. Талия почувствовала, как внутри всё болезненно сжалось. Даже несмотря на то, что она уже видела его после ареста, каждый раз сердце всё равно уходило куда-то вниз. На его запястьях блестели наручники, форма была помята, под глазами пролегли тени, а во взгляде появилась та усталость, которой раньше никогда не было. — Скажи спасибо канцлеру Пайку! — сухо произнес охранник, смотря на Талию, подталкивая Маркуса внутрь — У вас пять минут. Дверь снова закрылась. Несколько секунд никто не двигался. Эбби сглотнула, глядя на Маркуса так, словно боялась, что если моргнет — его уведут. А потом она повернула голову к Талии, будто спрашивая разрешения. Талия поджала губы и медленно кивнула. После этого Эбби всё-таки сделала шаг вперед. Маркус тоже двинулся к ней, медленно, спокойно, словно хотел запомнить каждый этот момент. — Всё нормально? — тихо спросил он, переводя взгляд между Эбби и Талией. Талия заставила себя улыбнуться ему, хотя внутри всё переворачивалось. Она скрестила руки на груди, будто так было легче удержать себя в руках. Эбби быстро кивнула, но в следующую секунду подошла вплотную к Маркусу. — Я не допущу твоей казни! — произнесла она дрожащим голосом, глядя ему прямо в глаза. Талия тут же прокашлялась и отвернулась, будто внезапно очень заинтересовалась серыми стенами помещения. Она ощущала себя лишней в этой сцене, слишком личной, слишком болезненной. — Эбби, послушай... — начал Маркус мягко. Но женщина тут же покачала головой. — Нет. — Любого, кто поможет нам, приговорят к смертной казни! — продолжил он, сглатывая — Ты понимаешь это. Талия тяжело вздохнула и провела рукой по лицу. Её раздражало то, насколько спокойно отец говорил о собственной смерти, будто уже смирился. — Они меня не поймают — грустно усмехнулась Эбби, хотя по её щекам уже текли слезы. Маркус невольно усмехнулся в ответ, но эта улыбка вышла уставшей и болезненной. — Я умоляю тебя… — почти шепотом произнес он — Не делай этого. Кто-то из нас должен остаться здесь... чтобы присмотреть за ними. С этими словами он посмотрел на спину Талии. Она замерла. Медленно обернувшись, Талия встретилась с его взглядом, и её глаза тут же стали влажными. Несмотря на всё, что происходило, несмотря на страх и отчаяние, она всё ещё не позволяла себе поверить, что отец действительно может погибнуть. Нет. Она этого не допустит. Любым способом. — У меня не получится... — прошептала Эбби. Она подняла руки и осторожно обхватила лицо Маркуса ладонями, словно боялась причинить ему боль даже прикосновением. Слезы катились по её щекам одна за другой, а потом они медленно соприкоснулись лбами. Маркус не плакал. Но Талия видела, как сильно он держится. И от этого становилось только хуже. Сердце болезненно сжалось у неё в груди. Она снова опустила взгляд в пол и прикусила губу так сильно, что почувствовала металлический привкус крови во рту. Она не хотела смотреть на них сейчас, потому что слишком хорошо понимала, что это может быть последнее прощание. Через несколько секунд Маркус всё-таки медленно отстранился. Он глубоко вдохнул, будто собирая остатки сил. — Охрана! — громко позвал он. Дверь почти сразу открылась. В помещение вошли двое охранников. — Пап! — резко позвала Талия. Маркус тут же обернулся. Она быстро подошла к нему и обняла так крепко, что у неё свело мышцы в руках. Ей было всё равно, что рядом стоят охранники, что времени почти нет, что кто-то может увидеть её слабость. Маркус дернулся, явно желая обнять её в ответ, но сцепленные наручниками руки не позволяли этого сделать. И тогда Талия медленно приподнялась к его уху. — Беллами на нашей стороне! — едва слышно прошептала она — Он поможет вытащить тебя, как только вернется со встречи с Октавией. На секунду Маркус замер. Талия почувствовала это всем телом. Она медленно отстранилась и посмотрела ему в лицо. И увидела, как изменился его взгляд. В нём впервые за долгое время появилась настороженность. Совсем маленькая. Но настоящая. Талия слабо улыбнулась ему, словно говоря: «Я обещала». Маркус медленно кивнул. А потом охранники снова повели его к двери. Талия стояла неподвижно и смотрела ему вслед до тех пор, пока дверь не закрылась окончательно, оставляя её и Эбби одних посреди этой удушающей тишины. *** Коридоры Аркадии этой ночью казались чужими. Не теми, по которым Талия ходила десятки раз раньше, не теми, где когда-то звучали разговоры, смех, обычная жизнь. Сейчас всё вокруг было пропитано тревогой настолько сильно, что её можно было почувствовать кожей. Металлические стены отражали тусклый свет ламп, воздух был тяжелым и спертым, а тишина — слишком натянутой, слишком опасной, будто весь лагерь замер в ожидании катастрофы. Талия шла рядом с Харпер быстрым шагом, стараясь держать лицо спокойным, хотя внутри её буквально разрывало от напряжения. Сердце колотилось с такой силой, что отдавалось в висках болезненными ударами. Она уже не чувствовала кончиков пальцев от волнения, а мысли в голове сменяли друг друга хаотично и быстро. Они опаздывали. Или, наоборот, пришли слишком рано. Сейчас любая ошибка могла уничтожить всё. Харпер крепко сжимала рацию в руке, постоянно оглядываясь по сторонам. Даже она, всегда уверенная и собранная, выглядела напряженной. И вдруг из-за поворота послышались тяжелые шаги. Талия замерла раньше, чем увидела их. Просто почувствовала. Через секунду из коридора показалась охрана. Несколько вооружённых людей двигались плотным строем, а впереди шел Пайк. Его лицо было каменным, жестким, лишенным любых сомнений. Он выглядел как человек, который уже всё решил и теперь просто выполняет приговор. А за ним вели троих. Маркуса. Линкольна. Синклера. У Талии внутри всё оборвалось. На мгновение ей показалось, что воздух просто исчез. Отец шел с прямой спиной, несмотря на сцепленные за спиной руки и охранников по обе стороны. Линкольн выглядел мрачным и напряженным, а Синклер был бледен, но всё ещё держался достойно. Это выглядело не как конвой. Это выглядело как дорога на смерть. Пайк заметил девушек сразу. Его взгляд скользнул по Харпер, а потом остановился на Талии, и в этих глазах было столько холодного раздражения, что её буквально пробрало. — Дайте нам пройти! — жестко произнес он, даже не скрывая приказного тона. Харпер мгновенно отступила к стене. Талия сделала то же самое, хотя внутри всё кричало броситься вперед, схватить отца, остановить это любой ценой. Но нельзя. Сейчас нельзя было ошибиться. — Да, господин Канцлер! — одновременно произнесли Харпер и Талия. Талия заставила себя опустить взгляд, изображая покорность, но всё равно украдкой посмотрела на Маркуса. Он нахмурился, явно не понимая, почему он сказала это. И тогда Талия едва заметно подмигнула ему. Совсем слабо. Почти незаметно. Но Маркус увидел. На долю секунды его взгляд изменился. В нем мелькнуло понимание. Надежда. Колонна двинулась дальше. Шаги охраны эхом разносились по коридору, постепенно стихая вдали. И только когда они скрылись за поворотом, Талия шумно выдохнула, будто всё это время не дышала вовсе. Харпер сразу поднесла рацию к губам. — Груз уже в пути — тихо сказала она. Рация зашипела. — Повторяю, груз уже в пути! Талия тем временем напряженно смотрела в пустой коридор, будто ожидала, что Пайк внезапно вернется обратно. — ОНЛ, твоя команда готова? Услышав её, Талия невольно улыбнулась. Совсем немного, но эта улыбка появилась впервые за последние часы. — Мы на позиции и готовы к перехвату! — ответила Октавия. Её голос звучал уверенно. Спокойно. Будто она вообще не сомневалась, что всё получится. И Талии отчаянно хотелось поверить в это тоже. Харпер посмотрела на неё. — И что дальше? Талия сглотнула, заставляя себя собраться. — Они не поведут их дальше под наблюдением Брайена — тихо сказала она — Если что-то пойдет не так, он подаст нам сигнал. Она на секунду замолчала, а потом уверенно добавила: — Действуем по плану. Харпер кивнула. После этого они разошлись в разные стороны. И как только Талия осталась одна, страх ударил по ней с новой силой. *** Она быстро шла по пустому коридору, слыша только звук собственных шагов и бешеный стук сердца. Казалось, ещё немного — и её паника станет настолько очевидной, что любой встречный сразу всё поймет. Она снова и снова прокручивала в голове каждую деталь. Если они ошибутся — Маркус умрет. Если кто-то заподозрит неладное — умрут все. Спустя несколько минут впереди появилась нужная дверь. Возле неё стояли двое охранников. Один из них — Брайен. Как только он заметил Талию, его взгляд на мгновение потеплел, но уже через секунду он резко шагнул вперед, моментально входя в роль. — Тебе сюда нельзя! — громко сказал он. Второй охранник сразу напрягся и тоже двинулся вперед, крепче перехватывая автомат. Но Талия продолжала идти прямо к ним. Медленно. Спокойно. Хотя внутри её буквально трясло. — Послушайте... вы не видели Эбби? — тихо спросила она, изображая растерянность. — Ты глухая? Тебе сказали уходить! — раздраженно рявкнул второй охранник, уже поднимая оружие. Талия остановилась всего на секунду. А потом резко побледнела и прижала руку ко лбу. — Мне нужен врач... Её голос прозвучал слабо и дрожаще. И в следующую секунду ноги будто действительно перестали её держать. Она рухнула на колени прямо перед ними. Второй охранник нахмурился и мгновенно шагнул к ней. — Эй... Брайен остался стоять чуть позади, делая вид, что тоже ничего не понимает. Охранник уже потянулся к рации. — Медблок, у нас... Но договорить он не успел. Движение Талии было молниеносным. Её рука резко скользнула в карман куртки, пальцы сжали шприц, и прежде чем мужчина успел что-либо понять, игла уже вонзилась ему в шею. Его глаза расширились от шока. — Какого черта? Талия нажала на поршень до упора и наклонилась чуть ближе. — Спокойной ночи — прошептала она почти ласково. Мужчина попытался отшатнуться, но препарат уже начал действовать. Его пальцы ослабли, автомат с глухим стуком ударился о пол, колени подогнулись. Он смотрел на неё мутным, потерянным взглядом, будто всё ещё пытался понять, что произошло. А потом просто рухнул. Тяжело. Безвольным телом. Коридор снова погрузился в тишину. Талия тяжело дышала, глядя на лежащего охранника. Адреналин грохотал в крови так сильно, что у неё дрожали руки. Брайен посмотрел на неё и тихо усмехнулся. — Ловко ты его. Талия подняла голову и слабо улыбнулась ему в ответ, всё ещё тяжело дыша после всплеска адреналина. — Не радуйся. Теперь твоя очередь. Брайен театрально закатил глаза. — Вот всегда ты находишь мне самую унизительную роль. — Не жалуйся! — фыркнула Талия — Тебя хотя бы не усыпили. Он тихо рассмеялся и тут же опустился на пол рядом с охранником, изображая бессознательное тело. Брайен лежал, театрально раскинув руку, будто действительно потерял сознание, и, увидев взгляд Талии, тихо усмехнулся уголком губ. — Если нас поймают, я скажу, что ты меня избила — пробормотал он почти беззвучно. Талия нервно выдохнула, качнув головой. — Тогда я тебя изобью — прошептала она в ответ, но в её голосе дрожало напряжение. Она резко повернулась к двери. Талия сглотнула и потянулась к панели замка. Пальцы дрожали, когда она вставляла украденную карточку доступа. На секунду ей показалось, что ничего не сработает, что сейчас поднимется тревога, прибежит охрана, а Пайк лично выйдет из-за угла с этим своим ледяным взглядом. Но замок тихо пискнул. Дверь щелкнула. Талия быстро потянула её на себя и проскользнула внутрь. Помещение оказалось небольшим и холодным. Тусклая лампа под потолком едва освещала бетонные стены. Воздух был тяжелым, пахнул сыростью, металлом и чем-то болезненно знакомым — страхом людей, которые слишком долго сидят взаперти. Маркус сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Рядом находился Синклер, а чуть дальше стоял Линкольн, скованный цепями, но всё равно выглядящий опаснее любого вооружённого человека в Аркадии. Как только дверь открылась, все трое резко подняли головы. Талия быстро зашла внутрь и закрыла за собой дверь. Несколько секунд никто ничего не говорил. А потом Маркус медленно поднялся на ноги. — Талия... — выдохнул он так тихо, будто не верил, что она действительно здесь. Она тут же подошла к нему. — У нас мало времени! — быстро произнесла она, стараясь говорить спокойно, хотя дыхание всё ещё срывалось — Харпер уже на позиции, Октавия готова, а Беллами... Она замолчала. Имя Беллами почему-то застряло в груди. Линкольн внимательно посмотрел на неё. — Он помогает? — спокойно спросил он. Талия кивнула. — Да. Но он сейчас где то в лесу, Октавия сказала, что Индра смотрит за ним! Маркус нахмурился, подходя ближе. — Ты не должна быть здесь! — произнес он устало, но в его голосе уже не было прежней строгости. Только страх за неё — Если Пайк узнает... — Плевать мне на Пайка! — резко выдохнула Талия и подняла на отца мокрые от напряжения глаза — Я не собираюсь стоять и смотреть, как тебя ведут на казнь! Маркус прикрыл глаза. На секунду его лицо болезненно исказилось, будто именно этих слов он боялся больше всего. — Талия... — Нет! — перебила она, качнув головой — Даже не начинай! Не сейчас. Не говори мне снова, что я должна держаться в стороне, хотя я физически не могу этого сделать. Её голос дрогнул. Она подошла ещё ближе и схватила отца за руки, сцепленные наручниками. Металл был ледяным. — Я уже потеряла слишком многое! — прошептала она — И я не позволю себе потерять и тебя тоже. Маркус смотрел на неё долго. Так долго, что Талии стало тяжело выдерживать этот взгляд. В его глазах была боль. Гордость. И то ужасное чувство вины, которое, кажется, никогда больше не покидало его. Синклер тихо отвел взгляд в сторону, будто давая им эти несколько секунд. А Линкольн неожиданно шагнул ближе. — Тогда не теряй время — произнес он спокойно — Нас скоро поведут дальше. Талия резко выдохнула и кивнула, заставляя себя собраться. И вместо ответа осторожно отодвинула отца в сторону. — Сейчас покажу! Она быстро опустилась на корточки возле одной из металлических плит в полу. Пальцы тут же скользнули в узкую щель между плитой и бетоном. Тяжелая. Чертовски тяжелая. Талия напряглась всем телом, стиснув зубы, и начала медленно поднимать плиту вверх. Металл глухо заскрипел, эхом отдаваясь в маленьком помещении. Маркус хотел наклонился помочь, но Талия лишь мотнула головой. — Всё нормально... Плита наконец приподнялась достаточно, чтобы под ней открылось темное пространство. И уже через секунду из темноты показалась знакомая голова. Октавия подняла взгляд наверх и тут же ухмыльнулась. — Долго вы! Талия облегченно выдохнула и кивнула. — Октавия? — пораженно выдохнул Линкольн, делая шаг вперед. В его голосе одновременно звучали удивление, облегчение и тревога за неё. Но Талия сразу подняла руку, останавливая их. — Любезности потом — быстро произнесла она — Сейчас нам всем придется очень сильно потесниться там внизу. Она указала рукой в темный проход под полом. Издалека внезапно послышались крики. Голоса охраны. Тяжелый топот ботинок. Все в комнате моментально напряглись. Линкольн резко поднял голову к двери, Маркус сжал челюсть, а Синклер тихо выругался себе под нос. — Быстрее! — резко сказала Октавия, уже вытягивая руки вверх, чтобы помочь Талии спуститься. Талия быстро скользнула вниз первой. Подземное пространство встретило её сыростью, духотой и почти полной темнотой. Здесь было настолько тесно, что невозможно было выпрямиться в полный рост. Стены из старого металла давили со всех сторон, воздух казался тяжелым и горячим, будто его здесь почти не осталось. Следом начали спускаться остальные. Маркусу и Синклеру со связанными руками это давалось особенно тяжело. Линкольн буквально проталкивал их вперед, стараясь делать это как можно тише. Октавия сразу потянула плиту обратно. С тяжелым скрежетом проход закрылся. Темнота стала почти абсолютной. Только слабый свет пробивался через маленькие щели сверху. Маркус тут же поднес палец к губам, призывая всех молчать. И словно в ответ на это через секунду дверь комнаты наверху с грохотом распахнулась. Талия замерла. Она слышала, как собственное сердце отбивает удары где-то в горле. Наверху раздался тяжелый топот. Много людей. Очень много. — Сука! — яростно крикнул Пайк. Что-то с оглушительным грохотом ударилось о стену и рухнуло на пол. Талия невольно вздрогнула. Она никогда ещё не слышала в его голосе столько бешенства. — Они живы, сэр! — раздался голос одного из охранников — Похоже, им что-то вкололи. Талия сглотнула. В тесном пространстве становилось всё жарче. Пот медленно стекал по вискам и шее, одежда неприятно липла к телу, а дышать становилось тяжелее с каждой секундой. Рядом Октавия сидела неподвижно, напряженная как натянутая струна. Линкольн осторожно коснулся её плеча, и она на секунду прикрыла глаза от этого прикосновения. Наверху снова заговорил Пайк. На этот раз тихо. Но от этого его голос звучал ещё страшнее. — Мы попались на их удочку. После этих слов в комнате наверху повисла короткая тишина. А затем снова послышались шаги. Охрана начала уходить. Один за другим звуки становились всё тише, пока наконец дверь наверху снова не захлопнулась. Но никто не двигался. Никто даже не дышал нормально ещё несколько секунд. Слишком опасно. Слишком рано. И только когда всё окончательно стихло, Октавия медленно выдохнула. — Кажется, ушли. Талия кивнула и вместе с ней снова уперлась руками в плиту. На этот раз поднимать её было ещё тяжелее. Воздуха почти не хватало, мышцы дрожали от напряжения, но спустя несколько секунд они всё же смогли сдвинуть металл. Свежий воздух ворвался внутрь. Талия первой выбралась наружу, жадно вдохнув полной грудью. Следом поднялась Октавия, а потом Линкольн, Синклер и Маркус. Последним выбраться отцу помогала уже сама Талия, потому что наручники мешали ему нормально двигаться. — Держи! — быстро сказала Октавия, бросая Талии связку ключей. Талия поймала их на лету. Они с Октавией сразу начали освобождать мужчин от наручников. — Там немного тесновато — хрипло отшутился Маркус, растирая затекшие запястья. Сбоку тут же послышался тихий смешок Октавии. — А я жила так шестнадцать лет. В её голосе звучал горький сарказм, но глаза оставались серьезными. Маркус удивленно посмотрел на Талию. А она только усмехнулась и пожала плечами. — Да, семейные истории у нас всё интереснее. Когда руки Маркуса наконец оказались свободны, он сразу притянул дочь к себе. Крепко. Сильно. Так, будто боялся, что если отпустит — она снова исчезнет. Талия уткнулась лбом ему в плечо и только сейчас позволила себе по-настоящему выдохнуть. — Ты умница! — произнес Маркус ей в волосы. Талия усмехнулась. — Есть в кого. Похоже, у меня всё-таки очень безбашенные гены. Маркус тихо рассмеялся впервые за долгое время. Но момент прервали Миллер и Эбби, которые вошли внутрь слишком резко. Все мгновенно напряглись. Линкольн уже встал в стойку, готовый к обороне, но увидев их, расслабился. — Я же просил не делать этого! — тяжело произнес Маркус, выпрямляясь и глядя на Эбби. Она посмотрела прямо ему в глаза. В её взгляде было столько страха, любви и упрямства одновременно, что Талии стало неловко быть свидетелем этого. — С чего бы я стала тебя слушать? — тихо ответила Эбби с дрожащей улыбкой. Маркус только устало выдохнул. Следом в помещение зашел Брайен. Он быстро подкинул Миллеру второй автомат. — Нужно уходить! — сразу сказала Эбби, оглядывая всех. Талия кивнула. — Не хотелось бы с ней соглашаться, но она права — с сарказмом произнесла она. Эбби тут же посмотрела на неё. На секунду между ними снова повисло это странное напряжение — недосказанность, старая боль, обида, которую они обе пытались игнорировать. Но сейчас было не время. Совсем не время. Все переглянулись. А потом быстро вышли из комнаты, двигаясь по коридорам почти бегом, стараясь даже не оглядываться назад. *** Талия стояла у входа в помещение, тяжело дыша после бега по бесконечным коридорам Аркадии, и напряженно всматривалась в полумрак пустого прохода, пока остальные один за другим скрывались внутри. Сердце колотилось где-то в горле, так сильно, что ей казалось — его стук услышит вся охрана лагеря, если сейчас кто-нибудь свернет за угол. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом металла, сырости и тревоги, а свет ламп под потолком дрожал, будто сама станция чувствовала, что внутри ее стен происходит что-то опасное, что-то, способное перевернуть все. Маркус вошел последним из мужчин, постоянно оборачиваясь назад, словно ожидал, что в любую секунду за ними выскочат вооруженные люди Пайка. Эбби держалась рядом с ним почти вплотную, будто боялась снова потерять его из виду хотя бы на секунду. Линкольн и Октавия шли рядом, и даже сейчас, посреди этого хаоса, их пальцы касались друг друга, словно только это помогало им обоим удерживаться на ногах. Талия быстро шагнула внутрь следом за всеми, стараясь сделать это как можно тише, хотя руки дрожали так сильно, что металлическая ручка все равно предательски лязгнула. От этого звука она резко обернулась, сжав челюсть, но коридор за дверью оставался пустым. Пока она пыталась восстановить дыхание, Харпер уже стояла возле дальней стены помещения, рядом с тем самым узким проломом, который когда-то Маркус показал Октавии и Талии. Теперь же этот туннель был их единственным шансом остаться в живых. Тусклый свет падал на лицо Харпер, делая ее взгляд еще более сосредоточенным и жестким. — Миллер, давай первый! — тихо сказала она, оглянувшись через плечо. Миллер кивнул без лишних слов и сразу же полез внутрь, цепляясь руками за старые металлические выступы. Его фигура быстро скрылась в темноте прохода. — Скорее, Синклер! — произнес Маркус, мягко, но настойчиво подталкивая мужчину вперед. Синклер тяжело выдохнул и полез следом, явно не в восторге от размеров туннеля. Пространства там было настолько мало, что даже смотреть внутрь было не по себе. Талия стояла рядом, напряженно прислушиваясь к каждому звуку за стенами помещения, и только сейчас до нее окончательно дошло, насколько хрупким был их план. Один случайный охранник. Один неверный шаг. Один лишний шум — и все закончится. — Давай, красотка, твоя очередь! — вдруг произнес Брайен с привычной усмешкой, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. Талия закатила глаза, хотя уголки ее губ все же дрогнули. — Потише с высказываниями — прошептала она, бросив на него быстрый взгляд. Но внутри, несмотря на сарказм, ей стало чуть легче. Эта дурацкая привычка Брайена шутить даже в самые ужасные моменты почему-то помогала не сорваться окончательно. Он напоминал ей Мёрфи. Она подошла к пролому и замерла на секунду, глядя в темноту впереди. Из туннеля тянуло сыростью, холодной землей и пылью. Там почти не было воздуха. Талия сглотнула и все же полезла внутрь. Сразу стало тесно. Каменные стены с обеих сторон почти касались плеч, а голова почти доставала до потолка, пока она двигалась вперед, стараясь не останавливаться. Впереди слышались приглушенные шаги остальных и тяжелое дыхание. Позади в туннель уже спускался Брайен. — Остальные скоро догонят нас! — тихо бросил он из темноты. Талия лишь кивнула, хотя он этого не видел. Она двигалась вперед быстро, почти не думая о том, как сильно болят ноги. Сейчас существовала только одна мысль — успеть. Успеть вывести всех до того, как Пайк поймет, как именно они сбежали. Туннель казался бесконечным. Воздуха становилось все меньше, а сердце продолжало биться так быстро, что в висках начинало шуметь. Но спустя несколько минут впереди наконец появился слабый свет. Харпер первой выбралась наружу, а затем помогла выбраться Талии. Свежий ночной воздух ударил в легкие так резко, что Талия едва не закашлялась. Она быстро выпрямилась и огляделась. Они были за пределами лагеря. За высокой стеной Аркадии. В той самой слепой зоне, за которой почти никто, никогда не смотрел. Лес вокруг был темным и густым, деревья покачивались от ветра, а где-то вдали слышались приглушенные звуки лагеря, сирены и крики охраны, которые доносились уже совсем иначе — словно из другого мира. Талия судорожно вдохнула холодный воздух и провела рукой по влажному лбу. Они действительно выбрались. На мгновение ей даже захотелось просто закрыть глаза и упасть на землю от облегчения. Но времени не было. Она резко обернулась к туннелю. — Нужно подождать остальных! — быстро сказала она, всматриваясь в темный проход. Но Брайен сразу шагнул к ней ближе и мягко подтолкнул вперед. — Они нас догонят, нельзя останавливаться! — произнес он серьезно, и от его обычной легкости не осталось почти ничего. — Он прав, Талия! — поддержал Миллер, поправляя автомат на плече и внимательно осматривая лес через прицел — Они знают, куда идти. Поэтому быстрее! Талия сжала губы. Каждая клетка внутри нее протестовала против того, чтобы уходить без отца и остальных, но разум понимал — если они останутся здесь, то рискуют погубить вообще всех. Харпер осторожно коснулась ее плеча. — Они выберутся — тихо сказала она. Талия посмотрела ей в глаза и медленно кивнула. После этого они сорвались с места. Все четверо быстро побежали в сторону леса, стараясь держаться как можно тише, хотя сухие ветки все равно трещали под ногами. Талия бежала рядом с Харпер, чувствуя, как горят легкие после бесконечного напряжения последних часов. Сердце все еще не успокаивалось, а мысли метались между страхом, надеждой и паникой. Позади Брайен и Миллер постоянно оглядывались по сторонам, держа оружие наготове и внимательно осматривая темноту между деревьями, готовые выстрелить при малейшей опасности. Синклер остался возле выхода из туннеля ждать остальных. И от этой мысли Талии становилось еще тревожнее. Когда они наконец углубились в лес достаточно далеко, чтобы стены Аркадии почти исчезли из виду, парни немного расслабились и опустили оружие, хотя напряжение никуда не исчезло окончательно. Талия продолжала бежать вперед, чувствуя, как холодный ночной ветер путается в волосах, а внутри нее медленно разрастается пугающее осознание. Обратной дороги уже не было.