Ностромо.

      Двигатель заглох моментально, стоило только очутиться по эту сторону ворот, на весьма оживленной, заполненной чуть ли не до отказа существами, небольшой площади. Над головой вспыхнул предупредительный зеленый знак, управление аэроцикла в миг вышло из-под контроля, и на нейтралке средство передвижения повернуло в сторону стоянки, влекомое неведанной силой. Раздраженно вздохнув, Винчестер отпрянул от руля, сел более прямо.       — Твою мать… — ситуация не в новинку, но бесит каждый раз.       — Вас приветствует локация Пандемониум, — на панели, абсолютно отстранившись от единого целого разума транспорта, вспыхнул небольшой монитор, из динамика полился мягкий, неживой женский голос.       — И Вам не хворать, — сквозь зубы огрызнулся парень, правда, информатору было глубочайше плевать на саркастичные выпады очередного кожаного.       — Пандемониум является зеленой зоной, с ограничением использования механических средств передвижения, — продолжал вещать голос, попутно буксируя Дина вместе с железным конем на стоянку. — Ваше средство передвижения определено, как механическое. Убедительно просим оставить его на платформе телепорта и воспользоваться прокатным, экологически чистым транспортом локации, либо проследовать далее пешком. С уважением, служба локации Пандемониум. Мы заботимся о благополучии наших жителей, — монитор умер так же резко, как и заработал, женщина умолкла, аэроцикл с характерным щелчком стабилизировался в парковочной ячейке, протяжно выдохнул и опустился на землю, наглядно демонстрируя хозяину, что путь дальше ему заказан.       Парень недовольно фыркнул и, выдохнув, сгорбился, все еще не желая покидать своего верного друга. Да, несомненно, заботитесь, но уже давно пора поумерить как-то заботу. В главном городе, переполненном всевозможными существами, нескончаемыми улицами, громкими торговыми лавками, зданиями, находящими одно на другое, вечной суетой и шумом, в принципе, как и любая другая столица Вселенной, Винчестер старался бывать как можно реже. Исключительно по вопросам, требующим обязательного его присутствия. К хаосу миллионной локации его абсолютно не тянуло. Но, к сожалению, сегодня как раз выпал такой момент, что никаким образом не отмажешься, надо ехать. И вот именно, что ехать… Пешком до Госдепа — ноги сотрешь по самые уши. Нет, может, под хорошее настроение, да и, если бы время не поджимало, он бы и смог прогуляться, но ни того, ни другого, на данный момент в наличие не имелось. К тому же, и прокатным местным транспортом он никогда не пользовался. Но сейчас все неминуемо сводилось к тому, что пора начинать.       — Черт, — прошипев с досадой, он покрутил головой по сторонам в поисках прокатного инвентаря.       — Доброе утро, — в долю секунды, словно из-под земли, рядом возникло хрупкое существо, почти полностью скрывающее облик под черной, длинной мантией с глубоким капюшоном. Все, что мог наблюдать Дин — молитвенно сложенные хрупкие кисти, точеный носик и часть подбородка. В приветствии, существо немного склонилось.       — Доброе утро, — увлеченный собственными размышлениями, парень вздрогнул от неожиданности, чуть не закричал, но, к радости, умудрился быстро взять себя в руки, и, наконец, расставшись с железным спутником, еле заметно поклонился в ответ. Нет, он не нуждался в помощи хранителя ворот, вполне мог справиться и сам, но существо, видимо, заметив замешательство нового прибывшего, решило иначе.       — Желаете совершить пешую прогулку или воспользоваться экологически чистым видом транспорта? — голос принадлежал женской особи, да и внешний вид хранителя, несмотря на скрытность, несомненно, выдавал девушку. Речь ее была четкой, негромкой, безумно ласкающей слух и умиротворяющей.       — Пожалуй, все же транспорт, — Винчестер слегка улыбнулся, хотя, дама даже не подняла головы, не одарив собеседника взором и не показав себя.       Молча кивнув, собеседница направилась в сторону выстроенных в ряд терминалов, Дин последовал за ней. Он понятия не имел насколько часто приезжие пользуются прокатным инвентарем, но, судя по количеству терминалов — услуга более, чем актуальна. Правда, лишь у двух постаментов в данный момент имелись клиенты. Один уже отчаливал и, как успел заметить Винчестер, на весьма презентабельной, полупрозрачной лошади. Второй же, в скромном ожидании стоял около платформы погрузчика. Невзирая на утекающее время и потрясающую возможность опоздать на встречу, парень притормозил, стало безумно любопытно — все прокатные существа лошади или ассортимент широк?       Как показалось самому Дину, время он потратил не зря. Буквально через пару мгновений, площадку перед ожидающим занял не хилых размеров волк. Белый, пушистый, статный, величавый, огромный настолько, что средних размеров мужик, устроившись на его спине, без проблем оставил место для еще пары попутчиков. От изумления, бровь Винчестера, сопровождая удаляющееся животное, подскочила на лоб, а на губах отобразилась слегка дебильноватая усмешка. Да, конечно, на бескрайних улицах Пандемониума, он и ранее имел возможность наблюдать подобных существ, но никогда и подумать не мог, что столь ухоженные животные — прокат. Ну, что же… Ладно.       — Прошу Вас, — кротко указав на один из терминалов рукой, девушка вновь слегка склонилась.       — Благодарю, — приблизившись к широкому экрану, Дин одарил существо улыбкой.       — Если возникнут проблемы, не стесняйтесь, обращайтесь, — убедившись, что гость столицы внял ее словам, дама удалилась.       Да, собственно, какие могут быть проблемы? Пара кнопок и пара строчек для заполнения… рост, вес, маршрут. Достигнув финального оповещения на мониторе, парень покинул площадку погрузочного шлюза, с блеском в глазах от предвкушения потрясающей поездки на лошади или волке, а, может быть, и на чем-нибудь еще более впечатляющем. Секунды обработки данных и вот, перед ним материализовался… А хрен его знает, кто это был.       — Что за на хер?! — с маской небывалого ошеломления и конкретного облома на лице, Винчестер воззрился на представшее чудо.       — Ко-ко! — тряхнув громадным алым хохолком на увесистой крупной башке, транспорт уставился взглядом выпученных косых глаз на временного хозяина. От его пронзительного взора, у Дина в тике, дернулся край губы, а через секунду, правый глаз перенял эстафету.       — Воистину ко-ко, — все, что и смог выдать шокированный парень. Склонив голову немного набок, Винчестер взглянул на монитор. Да уж… Наглядная картинка и текст большими буквами для идиотов, подтверждали — ошибки нет. По какой-то неведомой причине, система решила, что он достоен лишь этого. — Сверхскоростной Ко-ко. Дружелюбен, характер мягкий, покладистый; социален, контактен, обучаем. Развивает скорость до ста километров в час, — себе под нос прошептал текст, вновь обратив все внимание на транспорт. — Твою мать, да они сами даже не знают к какому виду тварей тебя отнести… Ко-ко…       — Ко-ко! — тут же отозвалось животное, подпрыгнув на мощных страусиных лапах, тряхнув кожаным седлом и двумя грузовыми сумками. — Ко-ко! — в нетерпении оно принялось методично и очень быстро переступать с лапы на лапу, иногда взмахивая до безобразия короткими крыльями.       — Господи… — Дин не смог удержаться от жеста рука-лицо, пожалуй, оно выражало все и без слов. И, пожалуй, Ко-ко — самое подходящее название для столь нелепого творения, обладающего массивным телом страуса, но по размерам превосходящее изначальную особь раза в три; при этом же, на длинной, крепкой шее красовалась голова абсолютно умалишенной курицы. — Ладно, десять минут позора и я буду в другом конце города, — и так уже опаздывал, деваться было некуда. Тяжело вздохнув, он перехватил кудахтающее нечто за вожжи и, засунув ногу в стремя, весьма умело запрыгнул в седло. И это стало последним, что он успел сделать по собственной воле.       Так и не позволив устроиться до конца у себя на спине, Ко-ко, издав боевой клич, и по громкости, и по звуку больше всего напоминающий гудок паровоза, подпрыгнул на месте, в следующий миг рванув вперед, за секунды разогнавшись километров до 50 в час. Винчестера ощутимо подкинуло, перетряхнуло, и только внезапно врубившаяся скорость реакции и давно уснувший инстинкт самосохранения, помогли ему не вылететь из седла. Свободная кисть намертво сжала в пальцах вожжи, корпус моментально подался вперед, поближе к шее и туловищу питомца, с надеждой, что в таком положении падать значительно ниже, на лице отобразились хаос, растерянность и леденящий душу ужас.       Сорвавшись с платформы, орудуя толстыми лапами, не хуже Феррари на финальном заезде Ф1, курица, с заносом градусов под шестьдесят, выскочила на главную улицу, в доли секунды расчистив себе путь от пешеходов пронзительным криком и коротким, но мощным взмахом куцых крыльев. Надо заметить, что на прохожих особого впечатления это не произвело и не вызвало страха или опасения за собственные жизни, но они расступились, пропуская местный безумный транспорт. К радости и Винчестера, и окружающих, курица, все же, спустя мгновение, перестроилось с тротуара на скромных размеров проезжую часть, правда, положение от этого особо не изменилось.       Скоростная тварь, выпучив глаза, уверенно набирала скорость. Встречный ветер неприятно хлестнул парня по глазам, выбил слезы. Единственное, что Дин мог отметить, как плюс — дорога была не забита, а то этот индивидуум, кажется, вполне был способен и по головам в пробке проскакать, вообще без стеснения. Имелось ли ограничение по скорости в городе — об этом парень никогда не задумывался, датчиков на Ко-ко, естественно, он не нашел, но когда разгон по ощущениями перевалил уже за 70 километров в час, Винчестер в целях собственной безопасности, резко отпустил поводья, сомкнув стальную хватку на плюшевой шее. Нет, не с целью придушить, скорее, с целью не вылететь, хотя, и первый вариант в его голове звучал заманчиво.       — Ко-ко, тише! — в тот момент, когда животное, немного склонившись к земле, как профессиональный лыжник, попыталось снизить сопротивление, до наездника максимально быстро дошел смысл движения. Курица вознамерилась перейти на вторую сверхзвуковую. — Медленнее! Ко-ко! Тормози! — в этот миг Дин даже успел представить заголовки завтрашних новостей. «Вчера на главной дороге Пандемониума произошло страшное ДТП. Вина произошедшего лежит на водителе сумасшедшего пернатого». В целом, смешно, но ему почему-то очень захотелось плакать. Даже аэроцикл сейчас ему показался не настолько опасным, как это пернатое чудовище.       На все увещевания транспорт отзывался полнейшим игнором. Курятина шла напролом к заданной цели, с завидной периодичностью подпрыгивая, размахивая крыльями и громко выкрикивая «ко-ко!», имитируя сигнал автомобиля. Яркий хохолок, ведомый встречными воздушными потоками, прижался к голове, плюшевое тело сотрясалось, подкидывая уже наглухо отбитую пятую точку парня, блестящее оперение развевалось не хуже, чем в рекламе шампуней волосы, прочные когти клацали по асфальту, выбивая искры и поднимая хрен знает откуда взявшуюся пыль. Мимо, словно обрывки кадров его жизни, проносились торговые лавки, кафе, вывески, люди, звери, дома… вот какая-то лисица ловко увернулась, вовремя соскочив на тротуар; вот бабка, по возрасту граничащая со Вселенной, в доли секунды избавилась от болей в коленях, слепоты и глухоты разом, судя по тому, какую скорость обрела при приближении Ко-ко. Дину показалось, что курице-то, априори плевать глубоко на окружающих, вполне возможно, что тех, до кого не дошел предупредительный клекот, она просто вомнет в проезжую часть и даже не заметит… а, может еще и сверху плюнет… в лучшем случае. Правда, надо все-таки отдать должное Ко-ко, иногда он все же обходил тяговой или груженный встречный транспорт, если тот не успевал сам сойти с дистанции. В общем и целом, Винчестер не видел иного выхода — стоило начинать креститься, молиться, и, крепко зажмурив глаза, ожидать прибытия к месту назначения. Но от молитвы отвлекло внезапно замаячившее на горизонте препятствие.       Слева по борту всплыла очередная мелкая кафешка, и все бы ничего, заведение вполне могло пронестись мимолетной картинкой перед глазами, если бы не… Резко распахнувшаяся дверь выплюнула в жар улицы субтильное подростковое существо. Лениво потянувшись, оно перехватило подмышку борд, приставив ладонь «козырьком» к глазам, радостно улыбнулось сияющему блину в небе, и теперь, с видом отрешенного дебила, изучало невообразимо интересный противоположный тротуар. Идущего на взлет Ко-ко, мечтательное существо не видело, не слышало, а, может, просто не обратило внимания. И даже в этой ситуации положение еще можно было спасти, но опять же, если бы не… Именно в эту секунду, чертов подросток решил-таки пересечь проезжую часть, сделав пару шагов вперед, все также таращась на здание напротив. Ко-ко цель распознал в миг, подпрыгнув, взмахнув оперением, издал победоносный клич и пошел на таран.       Винчестер же, изо всех сил постаравшись сгрести остатки самообладания и смелости в кучу, пересилив себя, с наворачивающимися от рассекающего ветра слезами на глаза, отлип от курицы, но в ту же секунду вцепился в поводья, с силой потянув на себя в попытке затормозить или хотя бы сменить курс.       — Ко-ко, стой! — перекрикивая ветер и шум мнимых турбин животного, охрипшим голосом, приказал он. Ха! Не тут-то было. На пути транспорта и пункта назначения преград не имелось. — Ко-ко! Стой! — и еще одна нулевая попытка. Метры критически шли на спад, Ко-ко предвкушал эпическое столкновение, подросток все витал в облаках, Винчестер с перепугу, одной рукой перехватил перья на шее питомца, второй принялся активно жестикулировать, силясь прогнать пешехода. — Свали! — во все горло заорал он, как оказалось, пацану. — Свали на хрен!       — Ко-ко! — совершив очередную неудачную попытку к взлету, заклокотала курица, когда до цели оставалось буквально несколько шагов.       Повезло, что у пацана с реакцией проблем не наблюдалось, а секундное движение питомца подарило ему преимущество в несколько сердечных ударов. Резко обернувшись на звук, подросток с истеричным визгом, в один прыжок очутился вновь у двери кафе, вжавшись в нее до предела. Курица разочарованно протопала мимо, Винчестер же выдохнул с облегчением, обошлось без жертв. По крайней мере пока.       — Кретин! — разгневанно донеслось в спину, побледневший мальчишка, бережно прижимая к груди борд, опустился прямо на тротуар. Сердце отбивало дробь в ушах, дыхание застряло в легких, руки мелко задрожали.       — Извини! — шлейфом донеслось в ответ. Вцепившись в шею Ко-ко пальцами, парень усиленно пытался притормозить любым способом. Но животное лишь слегка подкинуло управляющего, так, чисто в назидание, и пошло на обгон движущегося рядом буйвола.       Внезапно же, все внимание крошечного мозга (если таковой, конечно, имелся), захватил вальяжно шествующий по центру дороги конь. И ни хрена эту тупую курицу не смутил ни размер, превышающий ее собственный раза в два, ни однозначная способность скакуна одной отмашкой копыта отправить ее в космос. Максимально дерзко перестроившись из ряда в ряд, Ко-ко поравнялся с объектом интереса, к безграничной радости Винчестера, сбросив скорость. Весьма активно переступая с лапы на лапу, питомец принялся наворачивать круги около коня. Тот, в свою очередь, изо всех сил старался не замечать одолевающее отребье. Надменно вскинув голову, он недовольно раздувал ноздри, испуская густой оранжевый дым.       — Доброе утро, шериф, — в безумном экстазе от выделенной передышки, Дин с осторожностью сел ровно, распрямил плечи, натянул поводья и постарался привести себя в торговый вид.       — Привет, Дин, — пассажир величественного питомца был немногим старше парня, но выглядел несколько мужественнее. Выделяющиеся рельефные мышцы, обтягивала стандартная униформа служителя закона, слегка грубые черты лица, волевой подбородок, насыщенный глубокий голос. Для полного комплекта не хватало только шляпы. Но ее недостаток можно списать на жару. Одним словом, холеный питомец огненного цвета и его наездник были созданы друг для друга, пребывали в гармонии, взаимопонимании и выглядели на все сто. — В Госдеп спешишь? — расслабленно, с наслаждением дрейфуя в седле при каждом шаге коня, мужчина скептичным взором окинул суетящуюся курицу.       — Угадал, — усмехнулся Винчестер и покрепче вцепился в поводья, Ко-ко вновь задумал нечто странное. — Ты туда же? — к полнейшему изумлению, курица, пристроившись сбоку от скакуна, продолжила мирный променад, слегка разбавляемый прыжками. При этом голова ее повернулась к объекту, пристально изучая. И от этого завороженного пучеглазого взора, Дин напрягся.       — Сам знаешь, что да, — шериф улыбнулся, а парень все никак не мог переключить внимание с Ко-ко. Ну, точно же, сейчас вытворит что-нибудь. Неадекватное создание.       — Опоздать не боишься?       — Так Госдеп никуда не денется, — мужчина ухмыльнулся так, словно вся власть в мире принадлежит исключительно ему, и уже вновь собрался открыть рот для продолжения диалога, но его перебил обогнавший их молодой человек на роликах.       — Зачетная страусятина, чувак! — развернувшись к шествующим лицом, проехал несколько метров задом наперед, проделав это более, чем впечатляюще. Улыбнувшись от всей души, пацан продемонстрировал оба больших пальца, указывающих в небо и, вернувшись в правильный поток движения, укатил вперед.       — Ага, спасибо, я в курсе, — приняв сарказм незнакомца, Винчестер скривился в раздражении.       — Реально, что за дичь?! — откровенно уже не в силах сдерживать себя, шериф рассмеялся в голос.       — Ну… — парень на миг призадумался. — Реально дичь.       — Ко-ко! — в момент отозвался транспорт, подпрыгнул и клюнул в бок коня. Пока слегка, как-бы невзначай.       — Ко-ко, — со вздохом разочарования подтвердил Дин. — В прокате взял, — а к этому моменту, ездовая дичь, уже, наверное, раз в третий проверила соседа на прочность шерсти. Конь в ответ зафыркал чаще, агрессивнее, цвет его быстро принялся насыщаться яркостью, разгораться. И нечто подсказало Винчестеру, что курица сейчас подведет их обоих под катастрофу.       — А, ну, ничего. Вроде, эти птицы очень умные, — протянув руку, мужчина погладил Ко-ко по шее. Тот не увернулся, но и внимания особо не обратил.       — Эй! — а вот недавняя жертва несостоявшегося тарана. Рассекая воздух бордом, проезжая мимо, парень на секунду завис рядом с Винчестером. — Тебя кто водить учил, идиот? — на прозвучавшую гневную тираду и последовавший международный разъяснительный жест среднего пальца, Дин снова скривился, а Ко-ко ненадолго оставив свое занятие, заголосил дурниной и затопал, в гневе сотрясая асфальт. По этой причине, подросток предпочел побыстрее удалиться.       — Ну, тише, тише… — временный хозяин заботливо похлопал питомца по шее в жесте успокоения, и тот, выдохнув, вновь принялся терроризировать коня.       — Я смотрю, ты многим успел в душу плюнуть по пути, — улыбка не перегорала на губах собеседника. — Видимо, служба города подбирала тебе транспорт по характеру.       — Да, блин… — в который раз Дин вздохнул. Успев за время бездействия курицы немного расслабиться, он, видимо, слишком увлекся диалогом, внимание его ослабло и, упустив один момент, парень, спустя миг поплатился за это.       Ко-ко осознав отсутствие контроля, наконец, достал коня настойчивыми ударами тяжелого клюва. Придя в ярость, питомец шерифа громко фыркнул, предупредительно поднявшись на задние копыта, сердито ударил передними по асфальту и всей поверхностью тела выдал огненную вспышку. Пернатый виновник происшествия на мгновение оторопел, еще сильнее выкатил глаза и, кажется, даже застыл на доли секунды в молчаливом шоке. Ни единое его перо не пострадало, зато левую щеку наездника обдало адским жаром. На этом моменте спокойствие и передышка были завершены.       — Ко-ко! — издав, как решил Винчестер, победоносный громкий клич, питомец рванул с низкого старта вперед, в миг набрав скорость, ничуть не заботясь о сохранности груза в седле.       — Увидимся! — донеслось до слуха уносящегося вдаль парня. Улыбаясь, шериф укоризненно покачал головой. — Сумасшедшие.

***

      Последующие минут пятнадцать, Винчестер, наверное, хотел бы навсегда стереть из памяти и никогда больше о таком не вспоминать, это запечатлелось в разуме великим позором, собственно так же, как и парковка бесноватого питомца. Но из любых, даже настолько критических ситуаций, вполне можно извлечь и положительные моменты. То, что добрался он до здания Госдепа во много раз быстрее, нежели пешком; подышал свежим воздухом; за всю поездку его ни разу не укачало — это являлось фактическим плюсом. А главный, конечно же плюс — он выжил. В остальном — никто и никогда не причинял ему столько боли, страха и позора, как это плюшево-мохнато-кукарекающее исчадие ада. Скорее всего, именно оттуда оно и пожаловало. Великий и ужасный Ко-ко. Милый снаружи и истинный Люцифер внутри.       Преодолев людные просторы гудящего Пандемониума, мощенные серым камнем улочки, безупречную площадь с идеальными, яркими, ароматными клумбами, с раскидистыми, фантастическими деревьями, взметнув килограммы пыли в нескольких подворотнях, чуть не подмяв под свои лапы динозавра еще пару-тройку прохожих, Ко-ко достиг точки доставки уже слегка заикающегося пассажира и, возвестив об этом своей коронной, громкой фразой, резко дал по тормозам, зависнув восковым изваянием перед заборчиком очередного оазиса.       Винчестер от радости приближающегося окончания экзекуции, немного расслабился, выдохнул и предпринял одно из самых опрометчивых решений в собственной судьбе. Он выпрямился, отпустил куриную шею, откровенно, мысленно уже вытаскивая отбитую пятую точку из неудобного седла. В голове не возникло и подозрения на эпическое торможение и очередной, финальный позор. Ну… получилось, как получилось. По факту же, задницу из седла он все же вытащил. Хотелось бы все исправить, но вариантов нет. Зато какой опыт приобрел!       В момент торможения пернатого, не ожидавший такого Дин, естественно, не удержался, правда, успел одной рукой перехватить вожжи. Итог — перелетевшее через склонившегося питомца, тело парня раскинулось на спине в клумбе, лишив жизни несколько божественных соцветий и небольшую колонию муравьев, запястье его напрочь запуталось в поводьях, имея желание, но не имея возможности отпустить транспорт. Единственной здравой мыслью было — хорошо, что не спиной на забор. С силой сомкнув веки, до золотых пятен в темноте, досчитав до десяти, судорожно, в несколько этапов, он вздохнул. Боль теплом оргазма заполняла тело, а куда-то в область правой почки, снизу, постучал так неосмотрительно расположившийся в клумбе, декоративный булыжник.       — Твою за ногу… — с досадой, хрипло простонал парень. — Идеальная поездка, пять звезд, клиент не то, что доволен, он просто в ахере… — распахнувшийся взор изумрудных глаз уставился в небо. Светлое, серо-голубое, с редкими вкраплениями ватных облаков и багровых всполохов; рядом превалирующее своим величием, здание Госдепа; блаженный аромат цветов и свежескошенной травы, и… склонившаяся тупая, пучеглазая морда Ко-ко. Повертев головой из стороны в сторону, силясь определить ущерб, нанесенный наезднику, животное клюнуло того в лоб. Винчестер недовольно скривился, какой там уже раз за последние двадцать минут? Отмахнулся рукой. — Пошел вон, скотина… — более, чем обреченно, выдал он, но Ко-ко расценил слова по-своему.       — Ко-ко! — огласив улицу противным кудахтаньем, питомец подпрыгнул на месте, а сработавшие в сознании парня флэшбэки, привели в панику.       Испугавшись, что пернатый сейчас опять рванет в неведомы дали, Дин истерично принялся высвобождать руку, но поводья затянулись на славу. Побарахтавшись подбитым морским котиком в царстве колумбария, но так и не стряхнув с себя путы, вскочил на ноги. Взгляд Ко-ко в этот момент выразил полнейшее недопонимание, жалость, понятное дело, что, как к умалишенному индивиду, и сочувствие. К удивлению. Бежать он никуда не собирался, тем более, что на месте парковки уже откинулись автоматические миски с кормом и водой. Фыркнув, меланхолично склонившись, питомец не позволил еде заскучать. А Дин осторожно, на дрожащих ногах покинул клумбу, безумно уповая на то, что сей инцидент никто не заметил. Все-таки, растения Госдепа, он помял не кисло. Ага, ну, да, конечно… И в этом его тоже ждало разочарование. В паре метров, с ехидной улыбкой, все еще верхом на коне, обнаружился шериф.       — Экстренное катапультирование? — покидая седло, рассмеялся мужчина. — Привет, рад снова тебя видеть, — приблизившись к парню, заключил того в дружеские объятия, как-бы невзначай, стряхнув с одежды остатки почивших цветов и сухую землю.       — Привет поближе, я тоже рад снова видеть тебя, — несмотря ни на что, Дин заулыбался. — Да, кошмар вообще, — продолжил он, имея ввиду поездку на курице-страусе. — Всем людям достаются нормальные, адекватные животные, — распутав, наконец, руку, привязав питомца к забору, парень принялся приводить себя в достойный вид — заявиться в таком состоянии в Госдеп не хотелось бы. Шериф тем временем, недоверчиво косясь на пока флегматично поглощающего корм Ко-ко, все еще храня в памяти его выпады в сторону своего питомца, припарковал того на другой стороне. Так, чтобы не возникло лишних конфликтов. — А мне, как самому выдающемуся, что ли, досталась эта бесноватая тварь, — более-менее очистив одежду, да и лицо вместе с ней, Дин взбежал по ступенькам крыльца, шериф не спеша последовал за ним.       — Ко-ко! — донеслось с парковки.       — Ага, именно, Ко-ко! — быстро сам себя поправил парень, а мужчина зашелся в уже куда более откровенном смехе.       — Ко-ко! — парировала курица, но что конкретно она хотела сказать, Винчестер не понял и махнул на нее рукой.       — Бессмысленный диалог.       — Не переживай, ты такой не первый и не последний, — шериф попытался внести свою успокоительную лепту, уже переступая порог Госдепа. — Вообще, они, действительно, отличаются высоким интеллектом.       — Да, да… — собеседник саркастически кивнул. — Умные и сообразительные.

***

      — Доброе утро, коменданты, — войдя в зал совещаний, шериф замер напротив невысокого постамента для приветствия, слегка склонился. Не отстающий Винчестер, последовал его примеру, за одним исключением — звукового сопровождения не было.       Восседающие за длинным, массивным столом люди, молчаливо поклонились в ответ, тем самым, позволяя прибывшим занять места, коих, собственно, было не так уж и много. Всего шесть скромных кресел выстроилось напротив помоста. Надо же, Дин думал, претендентов появится гораздо больше. Хотя, ладно, так — значит, так. Мысленно пожав плечами, а, может быть, и не мысленно вовсе, он опустился в одно из предоставленных свободных мест. По левую его руку припарковался шериф, заняв крайнее кресло, по правую же восседала лисица. Да, да, именно животное. Компактная, огненно-рыжая, с искрящейся в лучах, падающих из окна, шерстью, холеная, весьма упитанная. Не обращая никакого внимания на копошение ожидающих, она самозабвенно намывала лапой морду, смешно морща нос и шевеля усами. И даже на приветственный кивок головы Винчестера, животное лишь недовольно махнуло мохнатым хвостом, ни на секунду не прервав занятие. Через пару свободных кресел от лисицы расположилась более, чем импозантная особа, привлекающая к себе гораздо больше интереса, нежели рыжая бестия. Девушка, лет двадцати пяти, с длинными волосами настолько ядерно-красного оттенка, что при взгляде на них, у Дина чуть глаза не вытекли. Но не только лишь этим выделялась дама. Глаза ее были точно в тон волос, да и кожаный костюм, плотно обтягивающий аппетитный формы, тоже имел такой же цвет. В общем и целом, тот еще суккуб. На автомате присвистнув, но сию минуту ощутив острый толчок в бок, парень, пошло ухмыляясь, откинулся на спинку кресла. Правда, в следующий момент, чуть не подпрыгнул от неожиданности. Место лисицы занимала женская особь, идентичная человеку. Рыжие волосы, пронзительные малахитовые глаза, скромное темно-оранжевое платье с пышной юбкой, скрывающий шею воротник-ожерелье, черные высокие сапоги и не менее черные ажурные перчатки.       — Твою мать! — прошипел Винчестер, проведя ладонью по лицу, растирая мимику растерянности. Девушка-лиса расплылась в улыбке, милой и приятной. Веснушки, украшающие щеки, полыхнули глубоким коричневым. — Фим, привет, не узнал сразу… — восстановив эмоциональность, парень кинулся в оправдания. — Вас рыжих хрен различишь, все на одну морду. Дама в ответ незамедлительно демонстративно сморщила переносицу и, хмыкнув, сложила руки на груди.       — Хам! — гневно выдала она, горделиво приподняв подбородок.       — А то ты не знала, — парируя, фыркнул Дин.       — Все на баб пялишься… — естественно, она не могла не услышать свист и не заметить полыхнувший в его глазах блеск при виде незнакомки в красном.       Дин недовольно скривился, но промолчал, как минимум, потому что, девушка оказалась права. Отвернулся к шерифу, решив оставить диалог с лисой на сладенькое.       — Полагаю, мы ждем еще двоих? — шепотом, косясь на комендантов, поинтересовался он. Коменданты — скрытые под мантиями и глубокими капюшонами существа, собственно, так же, как и недавно встреченный хранитель ворот, чей возраст выдавали лишь скромно показывающиеся в прорезях широких рукавов пальцы, суетились, перебирали какие-то бумажки, папки, склонившись друг к другу, перешептывались, совершенно игнорируя присутствующих.       — Ага, — шериф согласно качнул головой и, закинув ногу на ногу, воткнув локоть в подлокотник, возложил на кулак подбородок. — И Господин задерживается, — да, главенствующее, центральное место между креслами комендантов пустовало.       — Почему претендентов такое ничтожное количество? Я думал, как минимум, десятка три наберется. А ту всего шесть…       — Нет претендентов, все шесть утверждены, — отмахнулся мужчина.       — Аааа… Оооо… — весьма высокоинтеллектуально замычал Винчестер, было желание задать еще пару вопросов, но внимание его отвлекло появившееся на пороге чудо. И нить вопросов моментально растворилась.       Несостоявшаяся жертва ДТП с наездом, подросток с бордом, собственной персоной. Да знал бы Винчестер, что придется с ним работать, даже и не попытался бы остановить злые порывы Ко-ко. На вид весьма милое создание, но характер, похоже, как у стервозной акулы. Озарившись ухмылкой льва в предчувствии обеда, Дин с интересом — узнал ли? — наблюдал за пацаном. Тот же, зажав борд подмышкой, преподнеся себя исключительно с лучшей стороны, принялся раздавать знаки уважения направо и налево. Поприветствовав старых пердунов в мантиях, отвесив им низкий поклон холопа, мальчишка обернулся к приглашенным, склонился и перед ними, выдав почет к возрасту мужчин и дамам.       — Да куды ни на хер, — в сарказме зашипел Винчестер. — Какие вежливые… А двадцать минут назад как только меня не обзывал, и ничего не смутило, — слова усиленно скрывались за поднесенной к губам тыльной стороной кисти, но шериф все равно расслышал, и весьма глупо, так же, в кулак, захихикал. Подросток в этот момент, минуя обоих мужчин, еле заметно кивнул уже знакомому. Был ли этот знак отдельным приветствием или угрозой — говорить пока рано, и Дин махнул. — И тебе привет, козел слепой.       Мальчишка опустился справа от лисы, не то, чтобы очень близко к парню, но и не особо далеко, аура подросткового негодования по поводу недавнего инцидента, своими легкими ароматами все же дотягивалась до Дина. Рыжая встрепенулась, заелозила на кресле, придвинулась ближе к Винчестеру. Появление незнакомца и вторжение в ее метровый радиус личного пространства, доставил дискомфорт, слишком уж близко располагались кресла, никогда люди не думают о других. А Дина, она, хотя бы знала, подобного рода стеснения он не вызывал.       Коменданты засуетились активнее, документы в их руках замелькали страницами быстрее, капюшоны периодически отрывали взгляды от стола, окидывая бездной, скрытой под мантиями, присутствующих. Шепот вырос в децибелах, но слова, к сожалению, все равно оставались непостижимы для слуха окружающих.       Время тянулось, ожидающие медленно, но уверенно напрягались, начинали нервничать. Спустя еще минут пять, появился хозяин последнего свободного кресла. И к очередному огромному изумлению Винчестера, им оказался парень на роликах, правда, уже без роликов, они висели в сумке за спиной, одаривший Ко-ко комплиментом.       — Как тесен мир… — усмехнулся Дин, а шериф, в согласии, в который раз кивнул головой. Судя по его сосредоточенному виду, несколько затянувшиеся сборы действовали и на его нервы. — Ждем Господина?       — Ага, без него не начнут, — согласился мужчина, беспокойно перекинув ногу на ногу. — Какого черта он так долго?! — теперь пришло и его время проявить раздражение шипением потревоженной змеи.       Последнее вакантное кресло было занято, все приглашенные на собеседование, судя по всему, собрались, хотелось бы перейти теперь к более продуктивным действиям, но коменданты так и не позволили такой дерзости, как начать собрание без главы Госдепа. Винчестер до безумия возжелал хоть немного затянуться крепким табачным дымом, хотя, и остальные сидели, словно на ежах. Видимо, тяга к сигаретам возникла не у него единственного. Но, как он мог предположить, курить в искрящих белизной стенах зала, строго воспрещалось, а покинуть помещение, с целью насладиться вожделенным никотином на улице, счел дурным тоном. Печально вздохнув по этому поводу, парень слегка подался вперед, воткнул локти в колени, сомкнул замок из пальцев, с надеждой уставившись на дверь. Несостоявшаяся жертва Ко-ко, принялась хмуро почесывать свою завидную шевелюру; шериф раздраженно крутил сигарету в пальцах; последний прибывший перебирал бесконечные лоскуты ткани на широких штанах. Девушки, естественно, вели себя более выдержанно, застыв, будто фарфоровые куклы, устремили стеклянные взгляды в неподвижную точку.       Нет, почет и уважение, конечно, Господину, но в понятиях Винчестера, существо, на котором держится все, чье первое и последнее слово решает великие и не особо государственные проблемы, должно было войти в зал первым, явно не последним. Моветон.       Время для ожидающих тянулось просто безумно долго, все молодые, полны сил и активности, не способные столь длительно находиться на одном месте без дела. По факту же, Господин возник на пороге через три минуты после появления крайнего претендента, но для присутствующих, эти минуты переросли в несколько изнуряющих часов. И как только шаг мужчины пересек черту зала, все выдохнули с откровенным облегчением.       — Доброе утро, господа, — расплывшись в фирменной, милой, наивной улыбке, он сопроводил приветствие легким поклоном.       Все, как один, включая пердунов в мантиях, оторвали почти приросшие к насиженным, теплым местам пятые точки, чтобы в ответном жесте выразить почет к вошедшему. И все накопившееся раздражение, обуревающее их головы, все негодование от безответственности главы, как ветром сдуло. Злиться на подобного человека просто было невозможно. Весь его образ, его лучезарность, его настрой, внушали исключительно умиротворение, свет и блаженство. По сути, ничем сверхъестественным мужчина не отличался, но он, словно сиял изнутри, повсюду распространяя мерцание тепла и счастья. Собственно, да, на подобных правителях и держатся миры.       — Присаживайтесь, пожалуйста, — не теряя улыбки, мужчина в доли секунды оказался на пьедестале, около заждавшегося его кресла, ровным счетом, не обратив на комендантов никакого внимания. — Прошу простить меня за опоздание. К сожалению, затянулось предыдущее собрание, — одним движением взлохматив и без того растрепанное гнездо темно-каштановых волос, он занял главенствующее место. Остальные последовали его примеру. Ну, а что поделать? Задержался — так задержался. Просто все уже очень сильно горели желанием покончить со встречей.       В миг перед Господином возникли увесистые папки с информацией о каждой персоне напротив. Мужчина так же молниеносно зарылся в их содержимое с головой, изучая, забубнил нечто нечленораздельное себе под нос.       — Если есть желающие закурить, прошу, не стесняйтесь, — и по помещению в который раз, разлетелся выдох облегчения и безграничной благодарности. Словно из ниоткуда, материализовалась девушка, аккуратно разместив на подлокотнике каждого кресла пепельницу. Мысленно возблагодарив Господина за столь щедрый поступок, ожидающие зашуршали пачками, защелкали зажигалками, послышались судорожные, глубокие вздохи, будто это было собрание астматиков со стажем, а не зал Госдепа. — Таааак… — углубившись в собственные размышления, продолжил мужчина, ловко перелистывая страницы в папках. Папки очень быстро сменялись одна другой, и при каждой новой, тот вскидывал взгляд в зал, видимо, сопоставляя вариант досье и фактическое наличие. — Шериф, подойди ко мне, пожалуйста.       — Да, конечно, — с сожалением распрощавшись с недокуренной сигаретой, мужчина приблизился к импровизированной сцене. Бумаги в тонких, чувственных пальцах Господина замелькали в несколько раз интенсивнее. Сунувшись в одну папку, он резко притянул к себе другую, и теперь, с интересом заглядывал в них попеременно.       — Привет, Шейн, — не отрывая внимательного взора голубых глаз от документов, глава решил поздороваться поближе.       — Доброе утро, Кастиил, — кивнул шериф.       — Лично знаком со всеми? — перелистнув страницу в правой папке, поинтересовался Господин.       — Несомненно, — заведя руки за спину, собеседник развернулся полубоком к залу, чтобы иметь возможность наблюдать и претендентов, и Каса одновременно.       — Уверен, что сработаются?       — Несомненно, — словарный запас Шейна, как всегда поражал. — Что-то не так? — послышалось небольшое напряжение.       — Нет, нет, — быстро заверил собеседник, продолжая перелистывать страницы. — Я смотрю, некоторые знакомы друг с другом, ну… судя по досье.       — Да, Господин. Некоторые заочно, некоторые напрямую. Я счел это плюсом для совместной работы.       — Да… да… неплохо, неплохо, — вдумчиво всматриваясь в очередной, заполненный текстом лист, протянул мужчина. Лицо его в моменте выразило изумление. — О, а эти даже уже работали вместе… два года… — резко захлопнув оба досье, так, что от внезапного звука Шейн вздрогнул, а со стороны ожидающих донеслось еле различимое всхрюкивание, глава двумя пальцами придвинул их к краю стола. Собеседник, повинуясь, взглянул на титулы.       — Да, сэр, — кивнул он. — Но по факту, они не знакомы.       — Ничего, не страшно, все когда-нибудь бывает в первый раз… — Кастиил отвернулся в сторону, несколько секунд мечтательно изучая улицу за окном. — Ты, вроде бы, несколько лет уже работаешь с мисс Блэк? — через несколько мгновений, вновь опустившись мыслями в бренный мир, взор голубых глаз переключился на собеседника.       — Да, сэр, так и есть, — взгляд ореховых глаз ненароком скользнул по девушке в красном комбинезоне, на губах заиграла еле заметная улыбка. Заметив это, Господин усмехнулся.       — Тоже неплохо… Так, — в своем духе, сумбурно спохватившись, мужчина снова принялся перебирать папки в поисках чего-то, пока шерифу неведомого. — Так, так, так… а где права на пансионат подразделения? — откидывая обложку каждой, он силился найти искомое, но успеха не возымел.       — В красной папке, сэр, — поспешил прийти на помощь Шейн.       — Ага, хорошо, понял, — хаотично разметав документы по столешницы, перепутав все, что смог, наконец, нашел нужный цвет. Распахнув содержимое, быстро пробежался глазами по тексту. — Почему так далеко? Ближе ничего не подобрал?       — Ты просил место тихое, спокойное, минимум людей, максимум пространства. Этот участок подошел идеально, плюс ко всему — там озеро, красиво и воздух свежий, — напомнил шериф так, словно отрапортовал выполненный приказ. Хотя, по факту, так оно и было.       — Да, да… Хорошо, ладно, вижу. В целом, действительно, неплохое место… вода, горы… солнышко, пляжик. Права на транспорт где?       — Синяя папка, — мужчина усмехнулся рассеянности Господина, но, конечно же, исключительно мысленно.       — Угу, — кивнул Кас, обнаружив папку прямо под предыдущей. — Транспорт, транспорт, — зашуршали страницы под изящными пальцами. — Кстати, транспорт… — не поднимая головы, не отвлекаясь ни на миг от бумажек, он обратился к собравшимся. — Чей Ко-ко внизу, к забору привязанный? — и все же, ненадолго оставив документы, широко и весело улыбаясь, он воззрился в зал. Но Винчестер отозвался не сразу, потребовалась минута на определение стоит оно того или нет, только жест рука-лицо, сработал самопроизвольно, выдав с головой. — Дин, — улыбка Господина стала еще шире.       — Да, сэр, — экстренно затушив сигарету, парень поднялся из кресла. Вести диалог с главой государства сидя, тем более, на людях, было исключительным непотребством. Собственно, так же, как и обращаться к нему следовало уважительно. На «ты» и по имени — лишь в неформальной обстановке, дома, в кругу близких друзей, а здесь Кастиил — высокопоставленное лицо (куда ни на хер), выше некуда, Дин же — пустое место.       — Прокатный или личный? — ни тени сарказма, одно лишь сочувствие.       — Прокатный, сэр, — слегка покраснев, признался парень, безумно опасаясь, что сиюминутно последует глобальный разнос за предполагаемое непристойное поведение бешеной курицы у стен государственного учреждения.       — Очень, очень хорошие питомцы. Умные, преданные, веселые, — пока Кас не торопился с укором и, не понимая в какую сторону клонит начальство, Дин напрягся еще сильнее. — Тебе повезло, их в Пандемониуме ограниченное количество.       — Не то слово, как повезло, — усмехнулся собеседник. Как же без иронии?       — Убежал он, — речь Господин свернул стремительно и с весьма неожиданным концом. Губы его резко прекратили источать лучезарность, а взор вернулся к бумагам.       — В смысле?! — Винчестер знатно опешил, и фраза, и интонация покинули его рот без контроля.       — В смысле с сектором забора, к которому был привязан…       — Твою мать… — а это шипение вырвалось еще более неконтролируемо.       — Не волнуйся, — переживая за нового подопечного, Господин поспешил успокоить, одарив эмоцией поддержки. — Вернется. Все прокатные возвращаются сами. Наверное, у него какие-нибудь неотложные дела резко образовались. Ничего с ним не случится.       — А я за него и не переживаю, я за остальных беспокоюсь, — хмыкнул Винчестер, опускаясь в кресло. Присутствующие, те, которые за сегодняшнее утро уже имели честь познакомиться с неадекватным питомцем парня, поддержали его слова бурными усмешками.       — Они справятся, — заверил Кас и аккуратно упорядочив папки с досье в одну стопку, иные документы — в другую, сложил руки на столешнице, сцепив пальцы в замок. — Коменданты, вы ознакомились с документами? — пройдясь взглядом сначала по двум существам справа, затем слева, громко поинтересовался он, словно те были совершенно глухие. Существа в мантиях закивали вразнобой. — Возражения, пожелания, дополнения, замечания?       — Нет, Господин, совет все устраивает, — за всех ответил один, тот, что сидел справа от Каса. Голос его, на самом деле, оказался немолодым, но четким и уверенным. — Совет дает свое разрешение.       — Вот и чудненько, — на лице главы, уже привычно, всплыла счастливая эмоция. — В таком случае, слово за мной. Введу всех в курс дела. В последнее время, к сожалению, участились случаи побегов из нашего замечательного Чистилища, наших, не менее прекрасных жителей в мир людей. Сколько ни старались, но с рандомными порталами сделать что-либо, мы не в силах, — на миг разомкнув плотно сцепленные пальцы, мужчина прожестикулировал разочарование. — Также участились случаи недосчета прибывших, стали все чаще и чаще появляться почившие души, совершенно нежелающие занимать отведенную лично для них ячейку в нашем обществе. Подобные всеми правдами и неправдами стремятся задержаться у слепней… — внезапное секундное замешательство и, дипломатично откашлявшись в кулак, мужчина усмехнулся. — Простите, у людей, — так фраза выглядела более этично. Но на лицах всех, без исключения, проскочила улыбка. — Своим присутствием они отравляют человеческое измерение и общество, нарушают баланс и правильное течение Вселенной. Ко всему прочему, все чаще и чаще происходят весьма тяжелые и сложные нарушения правопорядка в рамках Чистилища. Раньше с подобными задачами справлялись различные отделы Госдепартамента, но вследствие большой нагрузки, тянуть им все стало сложнее. По этому поводу, советом Пандемониума и мной лично было принято решение ввести специализированную частичку Госдепа и вверить в ее обязанности данные, вопиющие случаи нарушений. Подразделение засекречено, подчиняется исключительно моим распоряжениям, и носит название «Ностромо», — Кастиил вновь слегка закашлялся, но в этот раз совсем не от сарказма, запершило горло от длительной речи. До безумия захотелось кофе, но он решил потерпеть, не разводить сейчас еще и суету с подачей напитков. — Для службы в нем были отобраны лучшие из лучших. Вы — лучшие из всех, — улыбка его одарила каждого сидящего напротив. — Каждый из вас считается асом в своем ремесле, каждый из вас обладает до предела развитыми сверхспособностями. Интеллект каждого зашкаливает, физическое развитие не отстает, — в миг пламенной, восхваляющей и мотивирующей речи Кастиила, Винчестер так некстати вспомнил, что по другую руку от лисицы сидит более, чем чахлый подросток, а за ним следом — еще один такой же, да и с самой лисой не до конца все было понятно, а про девушку в красном вообще без вопросов. Где самые сильные-то?! Самые лучшие?! Он да шериф? Неосознанно усмехнувшись, парень максимально быстро прикрыл рот ладонью. По хрен. Лучшие — так лучшие. — Теперь перегруженные отделы смогут вздохнуть с облегчением, все вышеперечисленное ложится на ваши крепкие плечи, — мужчина снова заулыбался, но в этом моменте, его, почему-то, никто не поддержал. — Главный офис Ностромо будет располагаться в Прерии Йорд. Руководящим подразделения назначен всеми нами любимый шериф, именно ему вверено заниматься внутренними вопросами и получать от меня текущую работу. Для проживания вам предоставляется пансионат, в замечательном, живописном месте. Средства передвижения тоже обеспечит Госдеп…       — Господи, надеюсь, это не будет армия Ко-ко… — с надеждой прошептал Винчестер, а сидящая рядом рыжая, прыснула со смеху, услышав.       — Нет, Винчестер, не Ко-ко, — надо же, а слух у Кастиила выбил сто из десяти. Но выданное его очень позабавило.       — Жаль, а то я уже начал привыкать, — съязвил парень, но по-доброму.       — Если имеется желание, специально для тебя запросим бронированного Ко-ко, — мягко рассмеялся глава, но Дин поспешил отмахнуться от столь заманчивого предложения. — Нет? Ну, как знаешь. По вопросу транспорта — он будет одинаковым у всех членов подразделения. Аэроциклы. Новые, красивые, большие, мощные, с режимом ДНК-печати. В принципе, все ваши расходы, Госдеп будет стараться покрывать. Мы всегда заботимся о комфорте наших работников, — да, прозвучало как дерьмовый лозунг, но на все сто правдивый. — Но и вы не забывайте, что на время исполнения контракта, каждый из присутствующих здесь приобретает статус собственности Государственного Департамента Пандемониума, — в размышлениях переведя взор на гладкую поверхность столешницы, мужчина отбил по ней дробь пальцами. — Вопросы? — секунда и взгляд коснулся слушателей. Те хранили полную тишину.       — Нет вопросов, Господин, — за всех, теперь подчиненных, отрапортовал шериф.       — Вот и чудненько. Тогда, все подходим ко мне, подписываем контракты.       — Кровью? — в очередной раз не смог удержаться Винчестер. Все-таки, язык его когда-нибудь до добра не доведет. Но промолчать не смог.       — Нет, — рассмеялся Кас. Надо отдать ему должное, обладал Господин отменным чувством юмора и полным отсутствием такого понятия, как гнев. — Контракты кровью подписывают этажом ниже. Наше государство цивилизованное, ручки имеются. Но опять же — это личная воля каждого, — подавшись немного вперед, мужчина протянул папку и обычную шариковую ручку первому подошедшему. — Ознакомьтесь, подпишите, а затем мистер Уолш доставит вас в пансионат.

***

      Расхваливаемый пансионат, на самом деле, находился у черта на куличках, и исключительно данное определение, как никакое другое, четко указывало его месторасположение. Правда, все с лихвой компенсировали божественный пейзаж, тишина, чистейший воздух, чего в Чистилище хрен отыщешь, и два метра до великолепного, прозрачного озера. Такое небольшое спальное отклонение соседней деревушки. Южная ветвь чертополоха. Милые кукольные, одноэтажные домики, в количестве штук ста, окруженные низкими белоснежными заборчиками, не особо скрывающими ярко зеленеющие газоны — где с палисадником, где с шезлонгами, зонтами и столиками. Около каждой калитки — резная табличка с номером и фамилией владельца, и обязательно высокий, лупоглазый фонарь, с интересом склонившийся над участком. Крошечный оазис рая. Разница с главными городами: многолюдными, индустриальными, вечно суетящимися, громкими, яркими — разительная, но до безумия приятная. В этом месте и душа, и тело впадают в расслабленную негу. Погружаются в окружение природы и ароматы неведомых цветов.       Пансионат Ностромо расположился немного на отшибе, подальше от домиков, поближе к обрыву с озером. Собственно, времени на дорогу сюда, группа не потратила много. Спустя примерно полчаса, все шестеро стояли перед белоснежным частоколом деревяшек, определяющим территорию. Одно трехэтажное здание, среди окружающих его одноэтажек, выглядевшее, словно исполин, украденный из иного мира. Рядом — шесть аккуратных «пряничных» строений, по три с каждой стороны от главенствующего. Ни единого указателя, ни единого даже намека на то, что участок принадлежит Госдепу, исключительно таблички около каждого домика, пока хранящие девственную чистоту.       — Добро пожаловать в вашу новую обитель, — толкнув калитку, шериф пропустил вперед заинтригованную группу. — Каждый может выбрать себе по душе: общий дом или отдельный, — окинув взглядом ошалевших от подобной роскоши ребят, мужчина улыбнулся и закурил в ожидании.       — Что в большом доме? — абсолютно не стесняясь, поинтересовался молодой человек с черными волосами, явно подражающими шипам дикобраза, и широкими горнолыжными очками на лбу. В принципе, своим вопросом он выразил любопытство каждого.       — Шесть спален, один большой зал, тренажерный зал, бассейн, ванная комната в каждой спальне, кухня… вроде, все, — Шейн глубоко затянулся, выпустив в пропитанный сладкими оттенками цветов воздух, насыщенный, терпкий запах горького шоколада.       — Не кисло, — присвистнул Винчестер.       — Госдеп заботится о своих подчиненных, — хмыкнул мужчина, криво, саркастично усмехнувшись.       — Ну, да… — мальчишка в миг ответил подобной же усмешкой, только, куда более дерзкой. — Плюс ноль личного пространства, — павший на руководителя отделения взор чистой бирюзы, преисполнился иронией.       — Собственно, для интровертов и аутистов имеются дополнительные строения, — не остался в долгу тот. — Студия, ванная комната, — еще одна глубокая затяжка. На секунду коснувшись ладонью волос, зачесав их назад, шериф воткнул руку в ремень брюк. — Все на ваш вкус.       — Тогда мой — этот! — с радостным ажиотажем и заливистым смехом, существо сверхскоростным галопом бросилось к маленькому центральному домишке слева. В доли секунды преодолев крыльцо, распахнуло дверь и замерло на пороге со странной, но довольной до безумия улыбкой. — Ого! — надо сказать, что на остальных подобный возглас подействовал как призыв к действию, причем, сиюминутному.       Перекинувшись многозначительными взглядами откровенного соперничества, рыжая и несостоявшаяся жертва Ко-ко, с оглушительным криком, словно под выстрел стартового пистолета, пробуксовав на месте, рванули… в разные стороны. Девчонка заняла дом слева, примыкающий к большому, длинноволосый — центральный справа. И стоило только всем троим переступить порог новой обители, как на табличках перед скромными помещениями, всплыли черные буквы с именами владельцев. Заметив это, Винчестер хмыкнул.       — У тебя остался большой выбор, — протянул шериф, продолжая умиротворенно окутывать и себя, и окружающих удушливым шоколадным дымом. — Я и Блэк поселимся в основном доме, так что, твоя очередь определяться.       — Оооо… — изобразив на лице ехидство, Дин повернулся к мужчине. — Ты и бестия в красном? — удивлению, собственно, не было предела. Как-то уж совсем не вязались в его голове Шейн и девушка подобного вида, как единое целое. — Вы вместе, да? То есть, пара? — на всякий случай, решил уточнить он, ну, чтобы ненароком не попасть в неэстетичную ситуацию. Они же разные бывают. Шейн — весьма грубый в поведении, коренастый набор перекачанных мышц, с наполовину выбритой головой, более, чем мужественными чертами лица, не блещущий интеллектом, однозначно в понимании многих, в том числе и Дина, являлся полуторогодовалым самцом гориллы. И дама — высокая, изящная, как кошка, плавная и мягкая, точеные, аккуратные черты лица, однозначно сведущая в правилах этикета… Каких размеров должен был быть снаряд, запихавший шерифа в ее сердце?! Мужчина ведь явно не являл собой эталон красоты, воспитания и утонченности. Хотя, может, просто Дин не знает чего-то о старом друге, ну, или о его даме сердца? Может, у Шейна имеется небывалый скрытый потенциал, и именно на этот потенциал и повелась леди? Либо леди не такая уж и леди, и полчища тараканов в ее голове значительно превышают массу разумности. Но при мысли о потенциале шерифа, Винчестер не удержался, и все его пошло-придурковатые предположения отобразились на губах идиотской усмешкой.       — Да, пара, примерно как год уже, — согласно кивнул мужчина. — А что, не можешь представить ее со мной? — рот его растянулся в широкой, восторженной улыбке, продемонстрировав идеально ровные, белоснежные зубы.       — Если честно, — парень задумчиво перевел взор на большой дом. — То да, — и еще одна усмешка.       — Винчестер… ты не меняешься. Ты уже, как сто процентов, успел представить ее рядом с собой, причем, ни единожды, — басовито рассмеялся собеседник и, затушив докуренную сигарету двумя пальцами, за неимением рядом мусорного бака, кинул ее в карман. Дин, ухмыляясь, отрицательно покачал головой, но как-то неуверенно. — Ну, да… Ты все такой же, — тяжелая ладонь мужчины опустилась на плечо друга. — Это хорошо, это радует, — привычным движением, зачесав назад смольную «взлетную полосу» волос, окинул взглядом домик, в недрах которого скрылись обе девушки, и сейчас из-за открытой двери раздавался задорный смех и тихие голоса. Судя по всему, и по долетающим до слуха обрывкам фраз, обсуждался там не только декор студии. — А как у тебя дела с Фим?       — Никак, мы расстались, почти полгода назад, — парень безразлично пожал плечами. Чувств не осталось, эмоций тоже.       — Ну, ничего, — шериф же расценил состояние друга иначе, моментально решив подбодрить.       — Конечно ничего, пусть теперь кто-нибудь другой чувствует себя зоофилом и выслушивает лисьи истерики, — фыркнул в ответ Дин.       — А, вот как. Тогда, вообще не проблема, — воткнув большие пальцы за ремень брюк, Шейн переступил с ноги на ногу. — Так, что с выбором?       — Пожалуй, не буду вам мешать, для симметрии займу этот домик, — указательный палец, выстрелив не хуже пистолета, прочертил мысленный путь к строению справа, примыкающему к общему.       — Как тебе удобней, — Шейн кивнул. — Добро пожаловать!       И стоило лишь Винчестеру до конца осознать, что этот маленький «пряничный» домик теперь его отдельная, неприступная крепость, как всегда беззаботная и дурашливая маска на лице растворилась, уступив место какому-то небывалому изумлению и сосредоточенности, а во взгляде одновременно засквозили печаль и тоска. Но Шейну парень постарался не демонстрировать все явившиеся эмоции. Как ни в чем не бывало, засунув руки в карманы джинсов, он уверенным шагом преодолел ярко-зеленый ковер, точь-в-точь, как цвет его глаз. И куда медленнее перешагнув пару ступенек, ступил на приятно скрипнувшее дерево крыльца, а вот с дверью немного помедлил. Пальцы взметнулись к резной ручке, но замерли в нерешительности. Небывалое количество лет у него не имелось собственного места уединения, к тому же, такого уютно и милого. И место, действительно, потрясающее, и новые, окружающие его существа, вроде, неплохие. А, может, стоит попробовать все заново? Попытаться жить с чистого листа? Начать с начала? Вдруг, это шанс? Но расслабиться и с головой погрузиться в несбыточные грезы, не позволило сознание, моментально напомнив, что здесь он с конкретной, поставленной задачей, однозначно идущей в противовес с местами и желаниями. И разочарованно хмыкнув, парень распахнул дверь. Шейн неправ, он изменился, и не в лучшую сторону. Похоже, что все же, фантазии о спокойной жизни так и останутся витать в облаках, пока не рухнет небо. Переступив порог, он прикрыл дверь. А табличка перед домом засветилась надписью «ДИН».

***

      День, пролетевший в хлопотах и переезде, показался практически незаметным. Упитанное, довольное солнце постепенно утомилось наблюдать бессмысленную суету существ вокруг, она ему наскучила, надоело дарить природе свое тепло, радость лучей и внимание, хотелось уже на покой, расслабиться, насладиться тишиной и умиротворением. Да и окружающий мир понемногу начал жаждать прохлады, спокойствия, замедления темпа. Ленивый блин не спеша, но уверенно принялся двигаться к горизонту, забирая с собой хаос муравейника. Время его рабочего дня клонилось к закату и, все еще попыхивая жаром, блин уступал место вечерней смене. Природа слегка начала сбавлять ритм. Трава, напитавшись красками, сникла к земле; кроны деревьев, наоборот, устремились в небо, провожая блин колышущимися листьями; легкий ветерок принес еле ощутимую прохладу, пропитанную невесомыми ароматами цветения и почти незаметной блестящей взвесью с озера. Южная ветвь чертополоха размеренно погружалась в уютный, стрекочущий вечер. А ее новые жители, намотавшись с переселением, неторопливо сползались к большому деревянному столу во дворике, отметить новоселье, новое место работы, поближе познакомиться, да и просто, чтобы приятно провести время.       Не без помощи шерифа и Блэк, резная столешница заполнилась всякого рода и нрава вкусностями. Рыжая суетилась, пыталась быть полезной, предлагала помощь; молодой человек в горнолыжных очках неотступно крутился около нее, всеми силами стремясь оказать знаки внимания. Второй мальчишка появился лишь в тот момент, когда все уже расселись на лавках вокруг стола. Лениво зевая, он занял место по левую руку от лисы, закурил, силясь вернуться в этот мир из непродолжительного сна. Правда, размеренное течение вечера ни черта не способствовало этому. Винчестер, собственно, как всегда, куда-то запропастился, но общим голосованием было принято не начинать без него.       К радости, в этот раз парень решил все же не избегать массового квартирника, появившись буквально минут через десять. На бешенной скорости промчавшись по району на верном железном коне, он резко затормозил около калитки, заставив еще не проснувшихся моментально вернуться в реальность, а бодрствующих невольно обратить внимание на себя. Ну, что же… В этом весь Винчестер. Спрыгнув с аэроцикла, не забыв прихватить увесистую сумку, парень ступил на огражденную территорию, несомненно, вызвав фурор у отдыхающих.       — Прошу меня простить, — извиняясь улыбнувшись притихшим друзьям, кивком головы он указал на сумку. — Последнюю забирал. Секунду, — направившись к своему пряничному жилищу, Дин ненадолго оставил присутствующих и прерванные до этого обсуждения, в миг возобновились.       Общались кто с кем, а иногда и наперебой. Общих тем выявилась чертова туча, да и на удивление, общий язык был найден в кратчайший срок. Никто никого не напрягал, не раздражал, наоборот, люди, как на подбор, оказались открытыми, приветливо настроенными и веселыми. Те, кто мог бы увидеть их посиделки со стороны, никогда не поверил бы, что познакомились они буквально несколько часов назад. Замечательная компания давно знающих друг друга друзей.       — Еще раз прошу меня извинить, — Винчестер опустился на лавку рядом с шерифом.       — Да забей, — усмехнулся тот, попутно наполняя бокалы разнокалиберным алкоголем. — Мы сильно не страдали из-за твоего отсутствия, — улыбка переросла в широкую усмешку акулы. — За знакомство! — в момент покончив с бутылками и бокалами, мужчина торжественно приподнял свой, более, чем официальным тоном призвав всех на секунду отвлечься от беседы. — Надеюсь, сработаемся, — немногочисленная толпа поддержала тост одобрением и дружным, радостным гомоном, не теряя времени, бодро опрокинув алкоголь в себя.       — Уверен на все сто, что так оно и будет, — вернув опустошенный бокал на стол, Дин блаженно закурил.       — Ну… я очень старался подбирать неконфликтных, — смехом отозвался Шейн, весьма тактично не упомянув взрывной характер друга.       — Охотно верю, именно по этой причине ты и взял меня и Фим, — с шипением втянув в себя дым, Винчестер усмехнулся.       — Да ладно тебе, я же не в курсе был. Надеюсь, драк из-за ревности не предвидится?       — Исключительно по спецзаказу, — не отвлекаясь от диалога, парень мимолетным ознакомительным взглядом скользил по обществу, накидывая в собственном сознании зарисовки каждой личности.       — В любом случае, я рад снова видеть тебя, и тем более, безумно рад возможности вновь работать с тобой, — выпустив насыщенный аромат шоколада, шериф с неменьшим интересом окидывал взором друга. Тот молча, но с налетом легкой грусти, кивнул в ответ. — Огорчает только то, что встретились мы в столь удручающем месте. Никогда не думал, что увижу тебя здесь, к тому же, настолько рано.       — Поверь, есть места гораздо хуже, это еще вполне приемлемо и гостеприимно, — горько хмыкнул Дин. И да, шерифу не показалось — именно горько. Он не стал залезать в дебри темы, интересоваться каким образом друг очутился в Чистилище. Судя по реакции того, воспоминания не из приятных, особенно, зная тот факт, что Винчестер был человеком. Да, собственно, а у кого из обитающих в этом проклятом месте будут положительные воспоминания о пути сюда?! Только у извращенцев, наверное.       — Да, тут не поспоришь. Это место очень даже ничего, могу утверждать это со сто процентной уверенностью, проведя здесь уже лет двести, — очередная затяжка и последующая за ней усмешка. Немного печальная, но быстро сменившаяся позитивом. — Но мне казалось, тебе место явно не в Чистилище.       — Меня сюда определили по знакомству, — попытался отшутиться Винчестер, моментально взял себя в руки, накинув на лицо эмоцию непринужденности. Шериф, несомненно, заметил это, но, улыбнувшись, склонил голову в согласии.       — Где ты пропадал все это время, Дин? Я уже думал, больше не увидимся.       — Два года работал в штурмовиках Пандемониума, — взгляд изумрудов прокатился по сидящей напротив Фим и ее новому знакомому. Но в сердце так ничего и не екнуло: ни сожаление, ни влечение.       — Это я в курсе, а до этого? Ты лет на двадцать пропал.       — На восемнадцать, — отстраненно поправил парень. Развивать данную тему желания точно не имелось. — Долгая история, как-нибудь потом обязательно расскажу. Но я тоже безумно рад, что ты не забыл меня за это время, — улыбка вскользь прошлась по губам и, в попытке уклониться от нежелательного диалога, как бы бестактно это не показалось, все свое внимание он перенес на рыжую. — Серафима, не представишь своего друга? — долгая, глубокая затяжка и сигарета почти дотлела до фильтра, а внутреннее «Я» в миг перестроилось с амплуа старого, доброго приятеля в бывшего возлюбленного, неосознанно, на автомате. И это быстро нашло отражение не только в мимике, но и в интонации, и поведении.       — Конечно, — девушка одарила Дина яркой улыбкой и веснушки на ее щеках насыщенно засияли. — Это Татсуро, он ёкай.       — Оу, — задумчиво выдал Винчестер. Слово, вроде, знакомое, но конкретное значение, почему-то, в данную секунду никак не желало всплыть в памяти. Не образовалась в разуме ни страна, ни, вообще, что за зверь такой. — Ёкай? Ты не похож на китайца… — да, как ни странно, исключительно эта ассоциация пришла в голову.       — Наверное потому, что я — японец? — рассмеялся пацан. А собеседник присмотрелся к нему более внимательно. Сказать, что собеседник имеет нечто общее с японцем, да, собственно, и с китайцем — Винчестер не мог. Тот вообще слабо тянул на азиата. Ну, присутствовали смольно-черные волосы, развороченным гнездом торчащие в разные стороны; да, разрез глаз слегка близился к миндалю; хотя, кожа не отличалась желтым оттенком, небольшой рост, на этом все. Вполне можно принять за европейца. Правда, в целом, пацан выглядел весьма эпатажно, особенно глаза и татуировки, чем, собственно, несказанно обращал на себя внимание. Хотя, и сам Винчестер уже давненько имел вид не обычного смертного, но все же, у собеседника это выглядело впечатляюще.       — Ты и на японца не похож, — криво ухмыльнулся парень, отправив сигарету в пепельницу. — Ёкаи — это, насколько я помню, духи леса?       — Угу, — пацан кивнул, на миг сомкнув и разомкнув веки. Один его глаз отличался цветом переливающейся в лучах солнца морской волны, второй же имел более, чем своеобразный вид — алый знак прицела на черном фоне. — И леса тоже, но я дух дорог.       — Ааааа… — многозначительно протянул Дин. Теперь хоть стал понятен смысл вытатуированной пунктирной линии на теле собеседника. Похоже, это не что иное, как дорога. — Значит, ты нашла подобного себе? — с улыбкой, обратился он к рыжей.       — Ну, почти, — согласилась лиса, задорно дернув плечами.       — Теперь выбираешь молодых? — рассмеялся Винчестер.       — А ты не завидуй и не ревнуй, — рассмеялась та, продемонстрировав бывшему возлюбленному кончик языка.       — Да, ладно, шучу, — немного приподнявшись, парень протянул руку новому знакомому. — Я — Дин.       — Приятно познакомиться, Дин, — рукопожатие, несмотря на субтильность существа, чуть не стоило Винчестеру пары пальцев. — Чистилище слухами полнится, знаю кто ты.       — Полагаю, родоначальницей этих слухов стала Серафима? — с сарказмом поинтересовался он, а Татсу в ответ растянул губы в широкой улыбке, и мимика его, оказавшаяся до ужаса пластичной, потянула за собой кучу сережек, татуировок и несколько мелких морщинок. А пацан, похоже, не настолько уж и молод.       — Не льсти себе, малыш, — незамедлительно фыркнула лиса. — Я и не напрягалась.       — Эй! — внезапно ощутив внушительный толчок в бок и громкий оклик в ухе, Дин дернулся, перекинувшись вниманием на Шейна, успевшего вновь наполнить бокалы и поднять свой. — Хватит трэндеть, пора выпить! — да, алкоголь на шерифа действовал примерно, как мята на котов, превращая в более, чем гиперактивное, кричащее и жизнерадостное существо.       — Непременно, — легко поддержал Винчестер, оторвав от стола собственный бокал. Остальные незамедлительно последовали примеру парней.

***

      Грузное, уставшее светило уже давно скрылось за горизонтом, полностью уступив место огромной луне. Сумерки накатили мягко и незаметно, окутав селение легкой летней мглой. Повсюду засияли фонари, в том числе и около продолжающегося шумного застолья, услужливо склонив яркие головы к ребятам. В ветвях уснувших деревьев засуетились светящиеся существа, периодически издавая забавные звуки. С озера доносились всплески воды: то ускользающие, почти неразличимые, то более насыщенные, сопровождающиеся звонким женским смехом. Дневные сущности сменились ночными обитателями, узкие тропинки между домами заполнились прогуливающимся народом, тонкими ручейками потянувшимся к центральное площади с необычайно живописным фонтаном, благоухающими клумбами и кучей магазинчиков. Неведомо откуда полилась негромкая, чарующая мелодия, тончайшими нотами фортепиано и виолончели вспарив в воздух. Удушливый дневной жар укатился вслед за солнцем, в игру вступили насыщенные, дерзкие ароматы пробудившихся растений. То тут, то там захлопали створки венериных мухоловок, не спеша расправили свои липкие щупальца яркие росянки, зашуршали трубчатые ловушки гелиамфор, застучали, потревоженные легким ветерком, оранжевые коробочки физалиса, ощетинился и зашептал вездесущий чертополох. Ночь наполнилась стрекотом пузатых цикад.       Общение за столом не прерывалось ни на минуту, и со стороны, безумно напоминало пиршество темных духов. Хотя, таковым оно и являлось по факту. И как и полагается, много чего имелось между собравшимися существами общего, единого, связывающего, и много чего из этого связывающего им еще предстояло узнать гораздо позже. По истечении нескольких часов застолья, тем для обсуждения оставалось безграничное множество, и, чем быстрее опустошались бутылки с алкоголем, тем более открытыми и откровенными становились диалоги, тем более интересные и актуальные затрагивались вопросы. Расходиться пока никто даже и не думал.       Единственное существо, с которым за весь вечер ни словом не обмолвился Винчестер — длинноволосый парень. Сидел тот слишком далеко, по диагонали, за противоположным концом деревянного испалина. На первый взгляд, мальчишка казался скромным, в обсуждениях участвовал неохотно, все больше слушал, видимо, стесняясь. Внешностью он не обладал столь вычурной как ёкай, но тоже выглядел весьма ярко. По крайней мере, в толпе точно был бы заметен. И дело даже не в бесконечных татуировках, пирсинге и диковатом сочетании гардероба — этого у любой нечисти не счесть, нет. Ко всему вышеперечисленному просто прилагался иной природный дар — более, чем привлекательная и располагающая внешность. Дина нисколько не опечалил факт несвершившегося близкого знакомства, времени впереди будет предостаточно. Так, чисто перебросились парой взглядов и улыбок.       — Я отойду, покурю в тишине, — склонившись к уху уже изрядно охмелевшего шерифа, прошептал Винчестер. Если быть честным, устал он немного от такого количества существ, голосов, шума и хаоса. Захотелось минут пять побыть наедине с собой и природой. Всего лишь просто перезагрузиться.       Шейн в ответ кивнул, хорошо зная друга, он моментально понял его. И Дин, прихватив со стола пачку сигарет, зажигалку и уполовиненную бутылку виски, скрылся за калиткой, через миг растворившись в благосклонной, млеющей темноте.       Далеко отдаляться и не собирался, отошел ровно настолько, чтобы отголоски веселья оставались исключительно задним фоном. Приземлившись на первую попавшуюся корягу напротив обрыва, неторопливо потягивал виски, заглушая терпкий привкус не менее пробирающим табаком. Откинувшись на широкий ствол раскидистого дерева, всем сознанием он обратился к чистой глади озера и тишине. Монолитная кровавая луна, прочертившая призрачную дорожку на воде, неподвижно замерев, приготовилась молча, но усидчиво внимать его мыслям, а иногда, может быть, и проскакивающим от переизбытка чувств словам. Но настроя разговаривать у парня не было, хотелось лишь порелаксировать в умиротворении, насладиться чистейшим воздухом и шуршанием цикад. Редкие всплески периодически тревожили ровное голубое полотно разбегающимися скромными кругами. Моментами над поверхностью глади появлялись небольшие рыбки. Выпрыгивая из воды, секунду-две они балансировали на своих плавниках-крыльях, совершая полет в несколько сантиметров и вновь скрывались в недрах озера. Издалека, откуда-то с пляжа внизу, под обрывом, донесся женский смех, и последовавший, более уверенный всплеск воды. Сделав глоток обжигающего алкоголя, Дин усмехнулся и, блаженно прикрыв веки, полной грудью вдохнул приторный аромат растений.       — Привет, позывной Хэлл, — до ужаса неожиданно, в умиротворяющую тишину природы вклинился вкрадчивый голос с внушительной хрипотцой.       Еле заметно дернувшись, но, по факту, внутри еле справившись с провалившимся в пятки сердцем, Винчестер глубоко затянулся. Понятия он не имел кто, знающий данный момент, имел честь потревожить его. Но, вроде, подкравшееся практически бесшумно существо, опасности не представляло. Даже с закрытыми глазами, парень смог четко распознать улыбку на лице вторгшегося. И несла эта эмоция исключительно безграничную, чистую радость.       — Не помешаю? — тем временем существо приблизилось, и Дин поднял веки, заинтересованным изумрудным взором уставившись на него.       — Нет, — на миг опустив уголки губ, парень пожал плечами. Перед ним, скрестив на груди длинные руки-лианы, зажимая в одной кисти сигарету, стоял длинноволосый парень. — Присаживайся, — кивок головы определил место рядом. Мальчишка аккуратно умостился на рассыпающееся дерево, вытянул ноги, устремив взгляд насыщенно-синих глаз на озеро.       — А я весь вечер думал, откуда мне знаком твой голос, манера общения… — губы его изобразили потрясающую улыбку. — Все пытался вспомнить… где мог слышать этот жизнерадостный смех, но в голове как-то не всплывала ассоциация голоса и внешности…       — И? — многозначительно усмехнулся Винчестер, в который раз пригубив бутылку.       — И… за все это время мы так и не познакомились, а я так надеялся, что шанс рано или поздно будет… — мальчишка протянул хрупкую, женственную ладонь для рукопожатия. — Меня зовут Энди, координатор номер пять, я два года слышал твой голос в наушниках рации центра, я был твоими глазами на службе Пандемониума, — и он снова улыбнулся, а Дин моментально утонул в этой эмоции.       — О, привет! — не сказать, что встреча сильно удивила его, но момент изумления все же присутствовал. — Не думал, что увидимся когда-нибудь, — в ответ парень улыбнулся и осторожно, чтобы не дай Бог, не сломать, пожал ладонь. — Афигеть, — он все сжимал и сжимал тонкую кисть и никак не мог отвести взгляда от необычных глаз собеседника. — Ты даже не представляешь, какое огромное количество раз ты спасал мою задницу из всяких передряг.       — Представляю, — усмехнулся пацан.       — Я очень рад, что мы снова будем работать вместе, но уже, так сказать, лицом к лицу, — объятия, наконец, разжались, позволив собеседнику устроиться удобнее.       — Да, я тоже очень рад и не менее удивлен, — откинувшись затылком на могучий ствол дерева, пацан глубоко вдохнул и выдохнул. — Я посижу тут немного, не возражаешь?       — Да, конечно, без проблем, — подтянув к себе согнутые колени, Дин облокотился на них локтями, обратив внимание на очередную вспорхнувшую рыбку.       — Устал от шума? Не любишь большие компании? — устремив взор куда-то вверх, в крону дерева, лениво поднояся к губам сигарету, прошептал Энди, не желая слишком громким голосом нарушить безмятежность окружающего мира.       — Компании люблю, но быстро устаю от шума, иногда нужна хотя бы минутная перезарядка, — он слегка ткнул дном бутылки колено собеседника, тем самым предлагая выпить. И тот, размеренно перехватив горлышко, сделал несколько внушительных глотков.       — Хорошо здесь, тихо, спокойно, — как-то слишком мечтательно протянул пацан, и Винчестер согласно склонил голову.       После быстро отзвеневших слов, снова повисла тишина, но не тяготящая, приятная и обволакивающая, погрузиться в которую, было безумно приятно обоим существам, присутствие друг друга не напрягло ни на секунду. Два года они только и делали, что разговаривали по восемь, а то и все десять часов, теперь оказалось, что и помолчать, находясь рядом, созерцая собеседника, тоже очень приятно. У обоих возникло уверенное чувство, что просто два давних друга встретились вновь, вечером… в один из тысячи вечеров. Поговорить было о чем, миллион общих тем, которые никогда не удавалось обсудить. Но тратить слова не хотелось, таинство молчания оказалось сейчас более весомым, но долго оно не продлилось.       Затушив докуренную до фильтра сигарету, Энди закопошился, сел, обняв собственные колени, с абсолютным блаженством разглядывая летающих рыбок.       — Как это, быть человеком? — шепотом, словно у самого себя, поинтересовался он.       — Что? — познающий глубины неги и изучающий собственные ощущения, Дин даже не сразу понял заданный вопрос.       — Ну, ты же был человеком… Как это? — повернувшись к собеседнику, уложив голову на колени, повторил Энди. На несколько мгновений растерявшись, парень сел ровнее, задумался ненадолго.       — Хмммм… — один большой глоток виски, чтобы мысли зашевелились активнее. — Это как болезнь, протяженностью в несколько десятков лет, которая рано или поздно все равно закончится. Моментами она доставляет тебе приятную боль, а иногда такие страдания, что задумываешься как бы побыстрее завершить этот путь.       — Как тебя угораздило попасть сюда? В Чистилище? — не без интереса изучая бывшего человека, голос которого слушал два года, вновь задал вопрос пацан. И по какой-то неведомой причине, Винчестер не увидел смысла скрывать что-то, диалог ничем не напрягал его. Даже, несмотря на безграничную нелюбовь к общению с малознакомыми.       — Все мы не без греха, — усмехнувшись, он вновь закурил.       — Грешники попадают в Ад, — молниеносно парировал мальчишка.       — Не все, только со смертными грехами, — не остался в долгу Дин.       — Я два года с тобой работал, уверен, что при жизни, не один смертный грех висел на тебе. Я прав? — в ответ на это, собеседник Энди ухмыльнулся, и проскочило внезапно в этой эмоции нечто пугающее, темное, четко позволив понять — да, прав. — Так, что? Ты самоубийца? Ты молодой, вроде, еще жить и жить, а не прохлаждаться здесь. Сколько тебе было при смерти? — а интерес мальчишки тем временем, все сильнее и сильнее перерастал в более углубленный, интимный, бередящий душу, и даже ту ее часть, которая давно ничего не могла вспомнить, да и не особо имела желание.       — Нет, — Винчестер отрицательно покачал головой. — Я не самоубийца, просто перешел дорогу не тому существу, — затянувшись от всей души терпким табачным дымом, он грустно усмехнулся. — У тебя накопилось слишком много вопросов. Не гони, времени теперь у нас навалом, все успеешь выяснить… со временем, — на это, Энди лишь расплылся в улыбке и, не задумываясь ни на секунду, продолжил.       — Остался кто-нибудь там? — взор его синих океанов многозначительно указал наверх, в небытие. Но и без уточнений было понятно о чем речь.       — Да, брат, — голос парня моментально сник, наполнился откровенной печалью. — А ты родился здесь? — пригубив бутылку, он резко свернул с темы, переключившись вопросами на пацана.       — Угу, — собеседник, качнув копной черных волос, снова закурил. — Мать — вампир, отец — демон, вроде…       — Вроде? — хмыкнув, переспросил Винчестер. Горлышко бутылки в который раз коснулось рта, и очередная градусная доза отправилась в путешествие по организму, добавив тумана сознанию.       — Вроде… — пацан рассмеялся, но не особо весело. — Я воспитывался в приемной семье, настоящие родители отказались от меня.       — Извини, никогда не подумал бы, что нечисть способна отказаться от своего чада, — протянув бутылку Энди, Дин предложил дозаправиться, и тот не отказался. — Что в тебе от демона? — не сказать, что это сильно интересовало, но положение надо было как-то спасать.       — Понятия не имею, — очередной виток не совсем трезвого смеха, слетел с губ мальчика. Задорный, но слишком уж громкий для ночного спокойствия. — Ой, — быстро признав оплошность, ладонь прикрыла рот. — Прошу прощения, — выдал он уже шепотом в кажущуюся пустоту, при этом слегка склонившись вперед. Нельзя вот так вот беспардонно вторгаться в спокойствие и размеренность дремлющей мглы своим лошадиным смехом. — Я больше вампир, о демонических способностях ничего сказать не могу. Может, они и есть, но, вероятнее всего, где-то очень глубоко внутри.       — Аааа… — многозначительно протянул парень. — Значит, ты кусаешься и тебя нужно держать в наморднике и на цепи? — бутылка перекочевала в руки Дина.       — Это уже на усмотрение хозяина, — весьма пошло усмехнулся пацан. Хотя, с другой стороны, а какого ответа ожидал Винчестер на свой вопрос с не менее пошлым подтекстом? — Я, вообще-то, не кусаюсь.       — Ооо, даже так? — остатки виски переправились в тело Дина. — Б52? — он на миг сморщил переносицу от послевкусия.       — Да, именно он, — Энди сделал долгую, удовлетворенную затяжку, до краев заполонив легкие. — Вкуса настоящей крови я никогда не пробовал, забиваю препаратами, как и большинство.       — А попробовать не хочется? — взгляд парня переключился на внезапно возникшее на самой нижней ветке дерева, грибоподобное, излучающее неоновый свет существо. Похоже, громкий смех собеседника, все же, потревожил его, а, может, заинтересовал разговор. Замерев посередине ветки, ночной житель умостился, как курица на жерди, подогнув тонкие лапки-ножки, накрыв их телом, подобным шапке гриба.       — Наверное хочется, — после недолгих раздумий, ответил Энди. — Но боюсь, что заменитель потом не будет эффективен, — сделав затяжку, он с силой растер правой рукой левое предплечье и плечо, слегка поежился, покрывшись мурашками. — Это же, как наркотик для вампиров, — губы его вновь изогнулись в усмешке. — И проблемы достать ее такие же катастрофические… Поэтому, питаемся тем, что продает Госдеп.       — Да, тут особо не повыделываешься. Замерз? — кивком головы, Винчестер указал на нервные движения пацана руками. Тот лишь молча улыбнулся. — Ладно, — скинув с себя теплую рубашку, парень, не раздумывая, отдал Энди. — Накинь и пойдем обратно, к столу. С озера, на самом деле, потянуло прохладой.