Часть 5

Перси закрывает глаза и искренне желает, чтобы его день сложился иначе. «Сколько времени обычно занимает действие успокоительного?» — неуверенно спрашивает второй. «Не беспокойся об этом», — первый отмахивается от его вопроса. «Он просто сильнее остальных, поэтому это займет больше времени». «Тебе стоит…» — выдавливает Перси сквозь онемевший рот, чувствуя себя глупо. Он смотрит на размытые фигуры двоих, удивляясь, как легко его застали врасплох. Они оба наклоняются ближе. «Что?» — спрашивает первый. «Тебе… стоит беспокоиться», — говорит Перси, тяжело дыша и неуверенно поднимаясь на ноги. Они оба быстро отступают назад, спотыкаясь, и резко останавливаются. Он изо всех сил борется с успокоительным, почти теряя сознание, когда наклоняется, чтобы поднять Риптайда, но, удержавшись на ногах, смотрит в лицо двум монстрам. Ему удается вращать клинок в руке. «Этого не может быть!» — вопит второй монстр. Остальные три монстра из магазина врываются в переулок как раз в тот момент, когда Перси бросается вперёд, обрушивая на них Риптайд широкой дугой, которая сбивает с ног обоих монстров перед ним. Он неуклюже разворачивается на ногах, прислоняясь к стене рядом с собой, а мир раскачивается из стороны в сторону. Раздается один выстрел, затем два, но пули пролетают насквозь и попадают в гравий. Позади него раздается хруст, звук удара ботинок о землю. «Что за чертовщина?» — Джейсон, хотя и снова в шлеме, шагает вперед, кладя руку на неповрежденное плечо Перси, чтобы поддержать его. «Только мой меч… сработает», — бормочет Перси и отталкивается от стены. Инерция направляет его атаку, и он с силой взмахивает Риптайдом, рассекая одного монстра пополам. Он уворачивается от удара и теряет равновесие, поэтому, словно копьем, вонзает Риптайд перед собой и падает на второго монстра. Риптайд вонзается тому в живот, и он превращается в золотое конфетти. Перси падает на землю и перекатывается, едва избежав сильного удара ногой, после чего тело монстра содрогается. Туман вокруг его человекоподобного тела рассеивается, оно немного вырастает в высоту, а конечности удлиняются. Его красные глаза мерцают, когда он ухмыляется, глядя на Перси, глубоко вписанные в серую кожу, туго натянутую на выпуклый череп. «Ух ты, какой же ты урод», — говорит Перси чудовищу, а затем, собрав все силы, перерубает ему шею, с минимальными усилиями оставляя глубокую рану. Золотая пыль медленно высыпается из раны, пока наконец не оседает на землю. Только тогда у Перси подгибаются колени, и он раздраженно стонет. «Перси? Эй!» Шлем Джейсона мелькает перед его глазами, и он поддерживает плечи Перси, стараясь не задеть следы когтей. «Что случилось?» «Успокоительное», — бормочет Перси. — «Борюсь с этим. Поспать, а потом атаковать». Джейсон помогает ему подняться на ноги и подает меч. Перси надевает колпачок на Риптайд и крепко сжимает его, а Джейсон обхватывает его плечо рукой, которая находится с его здоровой стороны, чтобы поддержать его вес. Вместе они, хромая, направляются к квартире Перси. Перси потребовалась целая вечность и целая секунда, чтобы добраться туда. В один момент его окружали неясные, похожие на людей, пятна на фоне ничем не примечательной улицы, а воздух был полон шума; в следующий — он лежал на синем одеяле, и слышался журчащий фонтан. Он вздохнул, обрадовавшись, что его ботинки свисают с кровати. Джейсон появляется в дверях, без шлема. В руках он держит аптечку. Перси машет ему рукой и с трудом поднимается. «Я сам с этим разберусь». Он не хочет объяснять всю эту историю про то, что «вода меня лечит, как и этот странный волшебный кусочек еды в моей аптечке. Нет, ты не можешь это есть, это тебя убьет». Он слишком устал. Он берет аптечку у Джейсона и идет в ванную. После того, как он полчаса просидел под струями душа, чувствуя, как его печень работает вдвойне, чтобы вывести успокоительное, раны на его плече превратились в красные, воспаленные царапины, словно Перси атаковал огромный домашний кот. По крайней мере, ему не понадобится амброзия. Он вспоминает, что не взял одежду, лишь с трудом вытерев кожу полотенцем и небрежно вытерев волосы. При мысли о том, что ему придётся что-то объяснять Джейсону, он морщится. Однако, когда он пробирается в свою комнату с полотенцем, обмотанным вокруг пояса, Джейсона там нет. Перси слышит хлопок на кухне и закатывает глаза. Кто бы мог подумать, что криминальные авторитеты такие домохозяева? Перси надевает свободную, удобную одежду: тонкую белую майку, мешковатые джинсы, в которых он часто катается на скейте, и одну из толстовок Клариссы, темно-красную, с надписью CREED на передней части. Чудесным образом, несмотря на видимые следы износа, напечатанное изображение остается целым. Когда он заходит на кухню, кажется, что Джейсон в спешке вымыл всю посуду и теперь что-то взбивает в миске, о существовании которой Перси даже не подозревал. «Что ты готовишь?» — с любопытством спрашивает он, наклоняясь над кухонным столом, чтобы понаблюдать. «Печенье», — проворчал Джейсон. Его голос звучал сердито и раздраженно. Перси чувствовал себя так же, но успокоительное тянуло его вниз, словно он держал небо, поэтому он сел на диван и закрыл глаза. «На духовке синий пищевой краситель, — говорит ему Перси. — Разбуди меня на закате, иначе...» Джейсон говорит что-то ещё, но Перси слишком занят сном, чтобы его услышать.

***

По просьбе Перси Джейсон будит его как раз в тот момент, когда последние лучи солнца пробиваются сквозь горизонт между зданиями. Перси хватает со стола голубое печенье с шоколадной крошкой — на удивление вкусное, хотя и не такое, как у мамы, — и выходит за дверь, его мысли мечутся. Он игнорирует все, что говорит Джейсон, когда дверь захлопывается между ними. Он знает, что монстры вели его к углу улицы Пайн, как он и подозревал. Чего он не понимает, так это успокоительное. Зачем его ловить, а не убивать? Они также были слабыми, тугодумами и явно монстрами низкого уровня. Перси хорош, но обычно не так-то просто вырваться из схватки 6 против 1. Его беспокоит то, что он понимает вероятность появления более грозного врага, посылающего за ним рядовых бойцов, чтобы вернуть его живым. От этого его сердце начинает биться чуть чаще. Это напоминает ему о том, как силы Геи всегда выбирали двоих из семи — мальчика и девочку — чтобы оставить их в живых. Он не хочет снова вызвать конец света, поэтому его очень интересуют превентивные меры, такие как истребление оставшихся монстров и требование встречи с боссом. Перси отказывается снова быть пешкой против своей воли. «Перси, эй», — говорит Джейсон, всё ещё идя позади него. Перси не обращает на Джейсона внимания, даже когда тот его догоняет. «Куда ты идёшь?» «Заканчиваю сейчас», — безэмоционально говорит Перси. «Больше нет настроения играть в героя». С тех пор, как ему стерли память, подбросили как шпиона и бросили в Тартар, словно сломанную игрушку. Риптайд крутится на костяшках пальцев, ожидая, когда загорится сигнал пешеходного перехода с маленьким идущим человечком. Джейсон стоит рядом с ним, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. «У тебя есть план?» — спрашивает он. Перси не видит его лица, но ясно представляет, как нахмурились брови Джейсона. «Да, — говорит Перси. — Найти босса. Убить его». Шлем Джейсона резко поворачивается к нему в явно недоверчивом жесте. Вероятно, он заикается. Наконец загорается светофор, и Перси переходит улицу, идя целеустремленно. Еще два квартала, — рассеянно замечает он. — Затем — драка. Если бы он мыслил яснее или находился в менее затуманенном, кровожадном, загнанном в угол состоянии, он бы хотел знать «почему» , «кто еще» и все вопросы, которые, несомненно, задала бы Аннабет. В настоящий момент Перси не нуждается в ответах. «Это не очень исчерпывающая информация», — говорит Джейсон, и голосовой модулятор в его шлеме корректирует тон голоса. «Что у тебя в голове?» «Кто-то хочет заполучить меня живым. Это не обычная тактика, меня больше не похитят». Он качает головой, странно вспоминая подушку-панду, которую носил с собой повсюду. «Я нахожу бандитов, бандиты указывают мне на босса, и я прорезаю ему живот». «Хорошо. Ты собираешься действовать скрытно? Ты знаешь, где находится их база? Ты просто войдёшь через главный вход? Перси, какой у тебя план?» Перси резко останавливается и поворачивается лицом к Шлему, который стоит совсем рядом. Он моргает. В руке у Люка бронзовый нож, и Перси понимает, что под шлемом его рот искривлен в злобной усмешке. Перси затаивает дыхание, глядя на него. «Перси», — говорит Люк. Он протягивает руку, чтобы положить её на плечо Перси, но тот резко отступает на шаг назад. «Что происходит?» Перси на мгновение зажмуривает глаза и качает головой. Он поворачивается и продолжает идти. Люк издает раздраженный звук. «Ты же умнее этого», — говорит Люк ему немного умоляюще. «Подумай об этом секунду и…» «Поступи правильно?» — тихо догадывается Перси, в его голосе слышится горечь и гнев. — «Ты сделал неправильный выбор с того момента, как Кронос явился тебе, и тебе потребовалось в последнюю секунду поступить правильно. Ты чуть не убил меня — чуть не убил её — столько раз». Даже если в итоге именно ошибка Перси привела к её смерти. И Перси даже не удосуживается упомянуть другие смерти, за которые ответственен Люк. «Ты лицемер, Люк». Люк издает странный звук позади себя, хватает его за плечо, останавливает на полшага и выводит с дороги, после чего разворачивает. Он пытается снять шлем, и Перси едва может смотреть. Он не может вынести взгляда Люка и не может вспомнить, как ему плохо. Шлем снят. «Перси, — пугающе мягко произносит Джейсон. — Я не Люк». Перси делает глубокий вдох, поднося руку ко лбу. Он чувствует, как гнев уходит, сменяясь каким-то далёким ужасом, который будет преследовать его утром. «Да», — говорит он, выдыхая. «Понятно. Извини, я… мне приснился плохой сон прошлой ночью». «Всё в порядке», — Джейсон по-прежнему говорит мягким тоном. — «Ты уверен, что хочешь сделать это сегодня вечером?» «Я просто… Готэм должен был быть…» «Безопасный» — не совсем подходящее слово. Но… «Я должен убедиться, что здесь безопасно», — наконец говорит Перси. «Я здесь не один. Они меня не поймают, так кто следующий в их списке?» Возможно, Марго. Если они знают, что Нико в городе, то, вероятно, это он. Другие уязвимые полубоги, вероятно, бродят по переулку. «Тебе не обязательно делать это в одиночку», — говорит Джейсон. Перси почти готов его задушить. «Ты стрелял в них или нет, и пули упали на землю?» У Перси сжался желудок, он огляделся, неприятное чувство, оставшееся после посещения секонд-хенда, пробежало по его коже. За ними наблюдают. «Тогда скажи мне, как их вытащить». Джейсон скрестил руки, но заметил, что внимание Перси переключилось. «Что?» «Какое-то чувство», — тихо говорит Перси. Ему хочется рвать на себе волосы, топтать ногами и устроить грандиозную истерику, из-за которой канализация затопит улицы. Ему хочется дать волю своему разочарованию и усталости, чтобы они выплеснули всю свою злость на трубы вокруг, позволив давлению преодолеть любые сдерживающие силы. Ему нужно избавиться от Джейсона. У смертного нет средств для борьбы с врагом, и он, вероятно, даже не может его видеть . «Посмотри, не найдешь ли ты чего-нибудь подозрительного на Пайн, там, где ты оставил Марго. Возможно, ты сначала этого не заметишь, может, даже голова разболеется от одного взгляда. Размытое изображение или что-то неуместное, не соответствующее действительности». Перси снова оглядывается. Он знает, что они прямо над ними. Джейсон бросает на него, как Перси может заметить, еще один суровый взгляд сквозь шлем. «Ты ведь не сделаешь ничего глупого, правда?» — спрашивает он, когда Перси начинает убегать от него по темной улице. «Я? Никогда», — кричит Перси через плечо, оглядываясь, чтобы убедиться, что Джейсон действительно ушел, прежде чем резко свернуть налево в переулок. Он оглядывается, заглядывает в мусорный контейнер и под разбросанные мусорные мешки, но переулок — тупик, и здесь ничего нет. Перси понимает, что на этом его чувства закончились, так почему же… Он поворачивается к боковой двери как раз в тот момент, когда она распахивается, слегка ругая себя и открывая крышку «Риптайда». Верно — здания не только образуют переулки, но и имеют внутреннее пространство. «Мозг из водорослей» , — раздраженно упрекает он себя, уворачиваясь от случайного удара меча. Эти монстры перемешаны с вооруженными людьми — вооруженными людьми, обладающими подходящим оружием, — и всего их пятеро. Наверняка внутри здания их больше. Он переходит в боевой режим. Перси составляет список своих врагов, отступая назад, чтобы рассмотреть их пошире. Трое из них — смертные: двое с мечами, один с пистолетом. У него очень плохое предчувствие насчет существования пистолета. Двое других — те странные серые инопланетные монстры, которых он видел раньше. В буквальном смысле . Это те самые парни, которых он разрубил пополам. Должно быть, он был совсем не в себе, если не заметил, что их тела не исчезли. Сначала он вспоминает, как Танатос был закован в цепи, и монстры постоянно восстанавливались, но у этих парней все еще остались раны, нанесенные им Перси — они как зомби. Они безоружны, за исключением этих ужасных когтей. «Что не так со смертными?» — небрежно спрашивает Перси, уворачиваясь от удара когтей. «Леди А сказала, что вам будет трудно с ними сражаться», — шипит один из зомби. Леди А? Перси пронзает его горло ножом, вытаскивает Риптайд и наносит удар достаточно сильно, чтобы обезглавить, на всякий случай. Он раздумывает, не стоит ли растоптать труп, но видит, что края тела уже начинают отслаиваться. Перси вовремя отступает, чтобы следующий удар мечом пролетел мимо него, и быстро расправляется с другим монстром и одним из мечников. Леди А — кто бы это ни был (он почти уверен, что заметил бы, если бы Артемида стала злой) — была права. Переключаться между расчленением монстров и нелетальным усмирением смертных оружием, которое он не мог использовать против них, кроме как отражать их мечи, если бы попытался, — это сложно. С другой стороны, он довольно хорош в своем деле. «Вы знаете некую „Леди А“?» — спрашивает Перси, тут же подтверждая свою правоту и вырубая последнего мечника, оставляя в чознании только смертного с пистолетом, который медленно отступает к двери, через которую они все пришли. «О-отступите!» — мужчина дрожащими руками поднимает пистолет. Перси перекладывает Риптайд в левую руку и вытаскивает стальной нож из-под пояса, бросая его и выбивая пистолет из рук в момент выстрела. К счастью, выстрел промахнулся, и Перси рванулся вперёд и ударил плоской стороной клинка по макушке черепа смертного. «Спокойной ночи», — бормочет он, доставая нож. К сожалению, его появление в небольшом здании не отличается изяществом, и сразу же происходят три события. Во-первых, время замедляется. Перси наблюдает, как несколько, увидев его, вскакивают в его сторону, бросаясь к нему. Затем, на следующем шаге Перси, штанина его джинсов зацепилась за чертову растяжку . Он даже не успел сильно обидеться ни на простоту этой дурацкой ловушки, ни на то, что сам её активировал, потому что неподалеку раздался выстрел. Как только пуля пролетела высоко в левом бедре Перси, он понял, что это небесная бронза. Он почувствовал, как металлический след медленно размывает его мышцы, и выругался. Ловушка срабатывает. Сверху на голову Перси падает сеть, сверкающая тем же цветом, что и Риптайд. Перси перекатывается и пинает монстра под неё прямо в тот момент, когда сеть ударяется о землю. Когда тяжелая сеть приземляется на него, она врезается ему в кожу, как вафельница, и он превращается в пыль под ней. Двое других монстров бросаются на него, но он делает подсечку одному из них, заставляя его упасть на Риптайд, и уворачивается от скрежещущих клыков другого, используя его как живой щит от пуль, которые все еще летят в его сторону. Хорошая новость в том, что он очень эффективный щит, примерно на полсекунды. Плохая новость в том, что в него попадает одна пуля, и она оказывается мгновенно смертельной, оставляя Перси совершенно беззащитным перед их огнестрельным оружием. Позади Перси раздается звук взвода курка, он падает, но никто не стреляет ему в спину. Вместо этого падают двое смертных в другом конце комнаты, и в здании воцаряется полная тишина. Перси наслаждается этим моментом, лежа там и испытывая раздражение из-за нового оружия, а также из-за того, как складывается его жизнь в целом. — Так что, насчет того, чтобы ты не сделал ничего глупого, — говорит Джейсон из-за его спины. Перси стонет, поднимаясь на ноги, стараясь не переносить явно вес с левой ноги. Сражение еще не окончено — рядом с лежащими смертными находится открытая лестница. Ему это не удается, судя по тому, как линия глаз шлема опускается к его ногам. К счастью, на Перси темные джинсы, а здание ужасно освещено, поэтому определить характер травмы сложно. «Обычно мне не приходится уворачиваться от пуль», — жалуется Перси, сожалея, что не взял с собой амброзию. Он позволяет Джейсону помочь ему сделать первые несколько шагов к лестнице, прежде чем, смирившись с болью, пойти самостоятельно. Он почти уверен, что всё будет не так просто, как предполагалось изначально, и что ему придётся сражаться ещё больше сегодня вечером и, вероятно, позже. Он лишь надеется быстро убраться в доме и найти воды для ноги, которая с каждой секундой всё больше и больше болит. Он также знает, что теряет немало крови. «А что тебе обычно приходится делать?» — Шлем оглядывается на комнату, пока они спускаются по подземному туннелю, а затем роется в одном из карманов своего модного пояса. Перси пробирает дрожь. Он знает, что это никак не связано с Лабиринтом, но это не мешает ему держать Риптайд открытым. Свечение меча помогает ему сохранять спокойствие. « Обычно мне приходится иметь дело только с атаками ближнего боя или рукопашными схватками. Любые снаряды слишком медленны, чтобы попасть в меня», — говорит Перси, глядя в туннель и осторожно двигаясь, постоянно держась одной рукой о стену справа. Джейсон достает фонарик, и его пульс немного замедляется от идеально работающего электричества. «Не позволяй никому безоружному нанести тебе удар. Их оружие пройдет насквозь, но эти когти, вероятно, мгновенно убьют смертного». «Смертного?» — вторит Джейсон. «И да, я заметил, как пули этих парней попали в ту девчонку перед тобой, в отличие от моих. Что подводит меня к следующему вопросу». Он постукивает Перси по бицепсу внешней стороной ладони, давая понять, что они замедляются. «Почему здесь лежит только половина тел, а не все? Что делает этих…» Он вынимает удлиненный магазин из пистолета, который, должно быть, украл у смертных, потому что пули блестят бронзой на свету, — «эффективными, когда это не деформирующиеся патроны калибра .22, а мои 9-миллиметровые ничего не сделали?» Он снова прикрепляет его к оружию и отпускает. «И еще, думаю, пора поговорить о монстрах » . «Ты их видишь?» — спрашивает Перси, игнорируя все его вопросы. «Э-э, упомянутые когти довольно сложно игнорировать, дружище», — говорит Джейсон, раздраженный тем, что Перси уклоняется от его вопросов. Перси сдерживает грубое замечание по поводу того, что Джейсон произнес вслух слово «упомянутые», и объясняет свою бурную вспыльчивость кровопотерей. «Хорошо». Перси переоценивает потенциальную полезность Джейсона в общей схеме борьбы с монстрами. Если у него по какой-либо причине есть дареный конь, Перси не станет отказываться от него. «Монстры растворяются в золотой пыли с этим металлом, — он поднимает Риптайд, — поэтому эти пули и работают. Большинство смертных не видят их истинных форм из-за Тумана, магической силы, которая защищает смертных от мифического мира, бла-бла-бла. Убивать на месте без разбора. Нет никаких моральных проблем в уничтожении монстров». «Хорошо», — медленно произносит Джейсон. Перси продолжает идти по туннелю, а Джейсон следует за ним на шаг. «Ещё раз уточни, что значит „смертный“ в том смысле, в котором ты это используешь». «Видишь ли, я бы с удовольствием», — говорит Перси, едва сдерживая улыбку, — «Но тебе нужно знать только то, что необходимо. А знать всё тебе не обязательно». Они подходят к промышленной двери в конце поднимающейся лестницы. Прохладный, влажный и застоявшийся воздух туннеля сменяется резким холодом кондиционера, а ступени лестницы меняются с потрескавшегося асфальта на неповрежденный цемент прямо перед дверью. Джейсон вынужден молча кипеть, пока Перси прижимает к ней ухо. Слышалось невнятное бормотание, изредка раздавалось пугающе громкое и до боли знакомое рычание, и у него возникло предчувствие, что сейчас их ждут неприятности. Он повернулся, чтобы посмотреть на Джейсона. «Я сейчас вбегу и отвлеку крупного. А ты сосредоточься на мелких». «Крупного?» Перси врывается в дверь, стремительно проносясь прямо в центр, казалось бы, большого, полупустого склада. Сбоку стоят сдвинутые вместе складные столы, заваленные бумагами и окруженные стопками коробок. И (многие) смертные, и (немногие) монстры вскочили со своих мест, услышав его появление. В другой части комнаты, в клетке, которая, как Перси мучительно осознает, долго не продержится, Химера расхаживает взад и вперед, рыча при виде его. Джейсон входит следом и расстреливает двух врагов рядом с Перси, и звук его выстрела, кажется, приводит в ярость всех в комнате. Бандиты нападают на Джейсона первыми, их огонь следует за ним, когда он прячется за неустойчиво сложенной башней. Тем временем Химера прорывается сквозь прутья своего убежища, словно они сделаны из бумаги, и несётся сломя голову к Перси, который, честно говоря, не подумал об этом заранее. Она стала больше, чем было в прошлый раз, когда он её видел; вероятно, размером со школьный автобус. Её зубы длиннее его предплечий, а когда она рычит, глазные яблоки Перси трясутся у него в черепе. «Время реванша, детка!» — кричит он, а затем уворачивается от её свирепой пасти, когда та набрасывается. Он знает, что нужно сделать два броска кубика, учитывая их прошлый бой, чтобы змеиный хвост не ужалил его и не отравил снова. Он отпрыгивает назад, чтобы увернуться от удара лапой, а затем рассекает морду Химеры, оставляя длинную, рваную линию, с которой капает кровь. «Это тебе за то, что ты выставила меня террористом», — рявкнул он и побледнел. «О, чёрт». Химера извергла огонь прямо там, где он стоял меньше секунды назад, и он был почти уверен, что волосы на его руке сгорели вместе с рукавом толстовки. Тем временем Джейсон быстро расправился с вооруженными людьми и всеми монстрами, и теперь он использует длинный нож, обычно прикрепленный к бедру, для фехтования. Он неплохо справляется, замечает Перси, прежде чем увернуться от очередного удара хвоста Химеры. К сожалению, Перси перекладывается на левую ногу, забывая о пулевом ранении, пока оно не заставляет его споткнуться. Химера не замечает его ошибки, и следующий удар когтем попадает ему в ребра и отбрасывает на полздания. Он дважды перекатывается и стонет, пытаясь подняться на колени. Пол под ним медленно покрывается красной цветом. «Перси!» — кричит Джейсон, когда у него остаются только два врага. Перси вскакивает на ноги и отпрыгивает в сторону, когда Химера набрасывается на него. «Всё хорошо!» — отвечает Перси. Конечно, он лжёт; не всё хорошо. Его рёбра с правой стороны разорваны, и каждое движение руки с мечом причиняет ему ужасную боль в груди. Кожа покрыта горячей и липкой кровью, а толстовка сейчас больше похожа на нагрудник с одним рукавом. Всё приобретает красноватый оттенок, словно он снова в яме. Инстинкт берет верх. Перси перестает следить за ударами. Звуки боя позади него стихают, и Перси понимает, что должен быстро закончить, поэтому он делает обманный маневр вправо. Когда Химера попадается на его уловку, он уворачивается от ее живота — прием, который никогда его раньше не подводил, — и рассекает ее от шеи до задней части тела. Она издает последний ужасный рев и распадвется пылью прямо на Перси. Перси позволяет Риптайду лечь на землю рядом с собой, лежа на спине и глядя в потолок. Он тяжело дышит, и у него сильно болит всё тело, но он не может долго оставаться в таком положении. Кто знает, насколько далеко отстал Полибот и есть ли еще араи поблизости. Он с трудом, медленно садится. Джейсон появляется перед ним без шлема. Его рот искажен от ужаса. «Чувак, ты выглядишь ужасно», — говорит он. Перси смеется. Облегчение нахлынуло на него, как река, когда он вспомнил, где находится и с кем. «Месть сладка», — вздыхает Перси, пока Джейсон оказывает ему первую помощь. «Боже, а я-то думал, что это не личное». Потому что у кого-то случайно оказалась Химера и это случайно произошло, когда Перси пытались забрать живым, и это слишком большое совпадение, чтобы его игнорировать. Он бы очень хотел взглянуть на все документы на другом конце комнаты, но не уверен, что хочет тратить драгоценную энергию на их поиски. Джейсон с болью затягивает одну из повязок на левой руке, что напоминает Перси о его существовании, а также заставляет его осознать рану на левой руке. «Можешь принести документы?» — спрашивает Перси. Его голос звучит тише, чем он хотел, немного невнятно. Возможно, он ударился головой; вторую половину драки он не помнит. «Я ничего не пропустил?» — спрашивает Джейсон, демонстрируя свою способность отплатить Перси той же монетой. Перси закатывает глаза и начинает перечислять свои травмы. «Подожди, твой…» «Левое бедро», — вздыхает Перси, раздраженный тем, что ему приходится рассказывать об этом, чтобы не истечь кровью. «Сквозные огнестрельные раны». Линзы маски Джейсона в виде домино, сфокусированные на его бедре, медленно ползут вверх к его лицу. Он молча смотрит на Перси. «Ты идиот», — говорит ему Джейсон. Он туго обматывает джинсы Перси резинкой. «Эй», — говорит Перси. Этот разговор кажется знакомым. «Нет, серьёзно. Мы могли бы разобраться с этим ещё до того, как ты сразился с этой чёртовой Химерой», — упрекает Джейсон, пересекая комнату и перебирая бумаги. «Эй, посмотри на себя, знаешь своих монстров», — одобрительно говорит Перси, поднимаясь на ноги и задерживая дыхание из-за головокружения. Когда он снова открывает глаза, Джейсон держит стопку бумаг под одной рукой, а другая рука обвивает спину Перси с левой стороны, легко принимая на себя часть его веса. Перси перекидывает руку через плечо Джейсона. «…я едва тебя понимаю с этим чертовым акцентом», — бормочет Джейсон. Перси моргает и делает шаг, затем все лампы над головой резко усиливаются и гаснут, и Перси погружается во тьму.