Медленное осознание.

Нёвиллет сидел за столом, рассматривая домашние работы его учеников. Красная ручка методично скакала от ошибки к ошибке.  Он зажмурился, потирая переносицу, чтобы потом откинуться на спинку кресла.  Прошло уже около двух недель, а он так устал от работы классным руководителем и учителем одновременно. Горы листов и тетрадок, обсуждения с родителями в чатах, размусоливание, кажется, совершенно простых вещей, но совсем не понятных для его учеников. Он жаждал тишины в голове и отдыха от своей работы.  Но было и то что его беспокоило даже больше, чем усталость.  Например, эти красивые серые глаза.. Или крепкое рукопожатие тёплой ладони.. Нёвиллет поджал губы, ощущая насколько быстро к щекам подступил румянец. Он прикрыл глаза руками с громким вздохом.  С их последней встречи прошло две недели. Всё это началось ещё с первого дня, но конкретно думать о Ризли он начал на вторую неделю. Ему постоянно вспоминался этот короткий, но милый разговор. Как бы он не старался, мозг не хотел отпускать ни единую частичку диалога.  От тона голоса до того, как изогнулась бровь собеседника – всё это сознание Нёвиллета старательно сохраняло, без его согласия на это.  Ему срочно нужно было отвлечься. И чем-то помимо проверкой тетрадок.  Вдруг лежащий на столе телефон зазвонил. На экране высветилась фотография женщины с пастельно голубыми волосами, сидящей в каком-то ресторане. Нёвиллет глянул на контакт и с тихим вздохом приложил телефон к уху, принимая звонок.  — Привет, мой дорогой педагог! Снова страдаешь над чужими тетрадками, или я прервала твой дражайший отдых? — веселый голос прозвучал из динамика. Фурина – его старая подруга и по совместительству начальство. Многие говорили учителю, что строить дружеские взаимоотношения с начальником не лучшая идея, но кажется и сам Нёвиллет не заметил, как девушка открылась ему.  Наверно, тогда, на дне рождении старого друга Нёви, Фурине не нужно было многого, чтобы рассказать пол своей жизни какому-то незнакомцу. Под немногим подразумевается пара бокалов вина, молчаливый собеседник в виде Нёвиллета и недавнее расставание.  Мужчина в силу своего характера не мог оставить горюющую девушку одну, и ему пришлось выслушать всё, что у неё было на душе. На следующий день, когда будущий учитель уже забыл об этом, Фурина позвонила ему и извинилась за момент слабости. С тех пор они начали хорошо общаться, а девушка через время предложила хорошую работу в школе, которую он долго искал. — Я работаю.. — сказал он, вздыхая, хотя сам не особо хотел возвращаться к монотонной проверке.  — Да ладно тебе! Оторвись хотя бы на пару минут, ради меня! — Нёвиллет почти мог увидеть, как она перекидывает ногу на ногу, и взмахивает рукой, — Хотела узнать, как у тебя дела.  — Приемлемо.. только сильно устаю, — он поставил телефон на громкую связь, кладя его на стол.  — Ты опять перерабатываешь? — девушка видимо, тоже принялась заниматься своими делами, судя по сторонним звукам из динамиков. — Нет, скорее не успеваю за темпом работы. Я не ожидал, что у некоторых моих учеников будут такие плохие познания в предмете, — он закрыл очередную тетрадь, откладывая её подальше. — Может выйдешь куда-нибудь? Знаешь, мы можем сходить в то новое кафе на выходных. — из трубки послышался смешок, — авось найдёшь кого-нибудь симпатичного.. — кокетливым тоном сказала она, но Нёвиллет лишь закатил глаза.  — Ты слишком стараешься найти мне пару, — он взял телефон, вставая с рабочего места, и направляясь на кухню. Учитель открыл шкаф с посудой, доставая оттуда кружку.  — Эй, я просто беспокоюсь за тебя, как за моего друга! Тебе уже далеко не 20, а ты ни с кем не встречаешься!  — И я не вижу в этом ничего плохого, — перебил её Невиллет, включая кофеварку. Он принимал некоторые взгляды на жизнь у Фурины, но учителя раздражало, когда она стремилась влезть в его личную жизнь.  В его жизни был период, когда он считал, что его годы проходят зря. Что пора найти свою любовь и строить новую частичку общества. Но попытки построить личную жизнь обернулись тем, что все девушки, с которыми он ходил на свиданья, стали лишь его знакомыми. Сам Невиллет испытывал к ним только дружеское уважение, и его никогда не «поражала стрела купидона», как один раз странно выразилась Фурина.  Поэтому теперь он просто посвящает себя работе. Дети – будущие мира, разве не лучше взять ответственность за них? А отношения просто не для него. Когда он подумал об этом, в голове снова всплыл тот голос и мужчина чуть не поперхнулся. Почему он вообще вспомнил о нём снова? — Так ты не против? — его вырвал из мыслей голос Фурины. — Что? — он достал из холодильника упаковку молока.  — Сходить в кафе! Как ты уже успел забыть об этом? — громко удивилась девушка.  — Нет, не против. Во сколько ты.. хочешь встретится? — он постарался вернуть себе прежнее самообладание, чтобы не закапываться в эти мысли дальше. — Думаю в 14? Или может пораньше? — задумчиво спросила она. — Нет, 14 часов хорошее время. — сделав пенку и заодно согрев кофе, он сделал глоток.  Стоило им только замолчать, как мужчина возвращался обратно к нежелательному образу. Нет.  Он не мог влюбиться с первого взгляда, он давно не верил в эти сказки. Да и в кого? В мужчину? Нёвиллета это никогда не интересовало.  «Даже думать об этом не хочу..» — сказал про себя учитель. Вдруг, его губы будто сами произнесли:  — Фурина.. я бы хотел поговорить с тобой.. — более подавлено произнёс мужчина. — Мы и так говорим! — повисла тишина и она резко сменила тон, — Ладно, прости, что ты хотел обсудить?  Невиллет крепче сжал кружку, нахмурив брови. Фурина была его подругой, он же мог с ней этим поделиться? — Ничего, забудь.. — выдохнул он, снова делая глоток. Плохая идея, он сам не готов к этому. — Эй! Нельзя так делать! Нёви, что ты хотел?! — воскликнула она, наверняка опять широко открыв глаза. — Я не знаю готов ли говорить с тобой об этом. — спустя несколько секунд он добавил — Не беспокойся, оно никак не связано с тобой.  — Но даже так я хочу знать. Когда ты будешь готов? — кажется учитель нагнал на себя беду в виде любопытства Фурины.  — Давай потом.. ээ.. в том кафе, например.. — сказал он, слегка неуверенно, отводя взгляд куда-то в ноги. Дурак. Нужно думать тщательнее, прежде чем упоминать такое. Почему он вообще поднял эту тему?… — Отлично! — она немного помолчала перед тем, как спросить — ты хотел в прошлый раз мне рассказать про того несносного ученика.. — девушка быстро перевела тему, будто бы услышала внутренние молитвы учителя.  — Точно, спасибо, что напомнила. Так вот..  <…> *** — Дядя…   Ризли поморщился, но не открывал глаза.  — Дядя..  Он перевернулся на другой бок, в сторону спинки дивана.  — Ризли! — крикнула Сиджвин, расталкивая его со всех сил.  — А! — он вздрогнул, наконец открыв глаза. Сквозь пелену он увидел размытое пятно чьих-то волос и устало вздохнул, — Сиджвин? Ты что-то хотела? — он протёр глаза от остатков дрёмы, садясь на диване и приглаживая волосы, которые запутались во сне. На улице уже стемнело, а на часах было семь вечера. — Ты можешь помочь мне? — она протянула ему тетрадку и учебник, её лицо выражало беспомощность.  Ризли взял учебник, посмотрев на его обложку: «Математика». Он вздохнул, заглядывая внутрь. У него никогда не получалось хорошо объяснять, так что любая просьба Сиджвин, связанная с учёбой, превращалась в пытку для Ризли. — Я не понимаю вот эту задачку — она села на диван рядом с мужчиной, тыкая пальцем в текст задачи. — Проценты.. — Ризли прочитал условия и выдохнул: «Ещё хоть что-то помню» — подумал он, прежде чем спросить: — Что тебе именно не понятно?  — Как мне перевести из процентов в обычные цифры? — она перевела взгляд с учебника на помятое лицо дяди.  — Где ты была когда вам это объяснял учитель? — он вопросительно выгнул бровь, удивляясь такому простому вопросу. — Ну… — она замолчала, перебирая пальцы. Ризли прищурил глаза, замечая, что она слишком волнуется. Девочка снова глянула на мужчину и продолжила: — Я заговорилась с Лини. — С кем? — он никогда не слышал этого имени.. хотя оно почему-то кажется ему знакомым.  — Это мальчик из моего класса, он сидит рядом со мной, — Сиджвин отвела взгляд на свои колени, нервничая из-за резкой серьёзности Ризли.  — Вы с ним друзья? — Ризли удивился. В отличии от старой школы, где Сиджвин ни с кем не могла подружится, тут она успела завести друга всего за две недели.  — Ну-у, я ещё не уверена в этом. Он интересный и крутой, и ещё он умеет показывать крутые фокусы. Я пыталась повторить, но у меня ничего не вышло. У него ещё есть сестра – Линетт. Она очень молчаливая и сначала пугала меня, но потом мы тоже пообщались, — девочка пустилась рассказывать даже самые мелкие детали их времяпровождения, а Ризли в какой-то момент поймал себя на улыбке. Он почти никогда не слышал, чтобы Сиджвин так увлечённо рассказывала о тех, с кем провела время.  Обычно всё ограничивалось парой слов о том, как девочки в школе избегают её. Как у неё не получается завести с кем-то разговор, как ей одиноко на обедах. Что она часто слышит, как о ней шепчутся её одноклассники. Эти слова резали Ризли сердце.  Он всегда успокаивал племянницу, обнимал, говорил, что она найдёт себе друзей, и если не в школе, так где нибудь ещё. Убеждал, что у неё всегда есть он, и если её кто нибудь будет обижать, он защитит её. То время было достаточно трудным для них обоих.  Поэтому видя такую резкую перемену, он не мог сдержать улыбки, или например, напомнить девочке о том, что она пришла к нему, что бы решить задачу.  Сиджвин долго ещё рассказывала о том, что вообще увидела в школе, прежде чем вдруг остановилась, посмотрев на учебник по математике на коленях Ризли.  Тот тоже взглянул на страницы и усмехнулся. Он положил руку на макушку Сиджвин, немного вороша её волосы, на что она нахмурилась.  — Я совсем забыла.. — сказала девочка, поворачивая забытую в руках ручку.  — Ничего страшного, мне всё равно было интересно послушать, — сказал Ризли, убирая руки с учебника и снова вчитываясь в текст задачи.  Сиджвин посмотрела на него удивлённым взглядом и снова улыбнулась.  Когда задача была решена, она убежала в свою комнату, быстро поблагодарив опекуна за помощь.  Ризли ещё несколько секунд смотрел ей вслед, а потом перевёл взгляд на часы. Уже скоро было девять вечера. Он потёр лицо руками и поднялся с дивана, направляясь на кухню. Там, занимаясь приготовлением бутерброда из того, что было в холодильнике, его мысли обратились к школе.  Его школьные года были тем ещё адом. Он невольно нахмурился, вспоминая моменты драк с другими учениками. Наверно учителя из той школы не узнали бы Ризли, встретив его сейчас. Хотя они никогда его не встретят. Ризли бежал из своего родного города так быстро и так далеко, как мог, когда появилась такая возможность.  Намазывая масло на хлеб, он тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. Может есть что нибудь получше, о чём он мог подумать?  Связанное со школой… В голове всплыли чужие глаза. При свете солнце они, кажется, отливали фиолетовым. Он что, альбинос? Это объяснило бы такой чистый белый цвет волос. А может он просто имеет достаточно денег на уход за волосами?   Ризли погрузился дальше.  «Его лицо было таким строгим и сосредоточенным. Интересно какой он в жизни. Хотя, я его даже, как учителя не знаю» — хмыкнул про себя мужчина.  «Он такой красивый, у меня ощущение будто я никогда не встречал кого-то красивее его. Он наверно очень популярен среди женщин» — Ризли включил чайник, вытаскивая пакетик с чаем из упаковки.  «Сколько ему? Он кажется моложе меня, это сильно помешает нашему общению с ним?..» — родитель положил кусочек колбасы на хлеб, затем положил зелень и сыр.  «Наверно, он очень элегантный в общении.» - Ризли вспомнил приятный голос учителя. «Я бы мог слушать его бесконечно» - он тепло улыбнулся.  Вдруг его будто что-то сильно ударило в грудь.  О чём он вообще думает? Он едва ли знает этого человека. Да он же виделся с ним полтора часа от силы!  Ризли схватился за волосы, смотря на бутерброд в тарелке. Он положил локти на столешницу, с громким вздохом опуская голову вниз.  — Что за бред.. — пробормотал он.  Даже если бы Ризли знал его больше, разве у него есть шанс?  Мужчина сравнил их обоих и кажется разочаровался в самом себе ещё больше. Где стоит он, а где месье Нёвиллет? Боже, кажется он совсем потерял голову. Ризли выключил чайник, наливая кипяток в кружку. Его отражение в воде потемнело, когда она окрасилась в цвет чая. Его брови нахмурились.  Он даже не акцентировал внимание на том, что Нёвиллет был мужчиной. Ризли уже давно подозревал себя в том, что девушки его не привлекают. Но чтобы так.. просто взять и..  Нет. Он не может. Ему нужно присмотреться. Подумать получше. Может это просто мимолётная симпатия..?  Дожёвывал бутерброд он уже не в такой приятной атмосфере.