Глава 14

Утро началось с двух неожиданностей: во-первых, Руми разбудил телефон, и когда глава охотниц насилу разлепила глаза, увидела новый групповой чат, созданный для них с девочками, а также приписку от Бобби: «У меня нет номера Найджела, но сделал вам общий чат, чтобы собирали всякое разное. И вот вам кое-что от меня». Дальше шла ссылка на сайт любителей паранормального, судя по домену, прямо-таки исторический. Руми фыркнула, однако же, подобрав ноги к груди и чувствуя прильнувшего к ней сбоку Дерпи, внимательно изучила страницу. Нечто в горах, мутный снимок, но самое интересное, что оно двухцветное: прямоходящая туша с голубым мехом, а на ней – маленькая, красная, по размеру всё равно что кошка, но по силуэту вовсе не кошка. В комментариях, разумеется, сразу же понеслось, что на снимке отец в лыжном костюме с ребёнком на плечах, но Руми, уже почуявшая, что это не просто так, всё же вытащила ноги из одеяла, направляясь к остальным. И именно здесь самое время было сказать «во-вторых»: Мира уже была там, изучая вдвое сложенный листочек бумаги. Найджел возился с кофе и вспенивателем молока, и лишь кивнул, мол, завтрак в процессе. – Доброе утро, – Руми даже стало неловко оттого, что она так поздно проснулась, – А где Зои? – А вот, – Мира протянула ей записку. Та оказалась короткой: «У меня наметились срочные дела, надеюсь, расскажу, как вернусь. Обнимаю, З». Буква была стилизованная под таковую у Зорро, Руми даже улыбнулась, поскольку это означало, что с макнэ группы не произошло ничего из ряда вон, однако же таинственность настораживала. Куда ей понадобилось в такую рань? – Я его спрашивала, он в сговоре, – буркнула в нужную сторону Мира, на что Найджел оторвался от накладывания завтрака, и стопка оладий, вокруг которых вилась Марбл, пока остались без шоколадного соуса. – Ого как, – Руми почувствовала нечто вроде грусти. Они и в прошлый раз были порознь, и теперь, выходит, тоже. Да, конечно же, их троица была нужна именно для борьбы с демонами, чтобы петь всем вместе и порождать ту самую волну, строящую барьер, а теперь... Да что она, в самом деле? Нормальная ситуация, если буду всем скопом ходить, то за всеми квемулями и не угонишься. Кстати о них: раз уж Зои играет в партизаны, надо было уточнить кое-что у Бобби. – Наш заботливый менеджер создал нам чат по квемулям, сказал, Найджела тоже туда запустить, можешь показать ему фото, пока я спрошу насчёт урон какси? – переадресовав миссию танцовщице, Руми едва успела написать менеджеру «Доброе утро», как увидела прогрузившееся фото: холодильник с магнитиками из разных стран, большинство из них из турне, в которых Бобби побывал с охотницами, и на специально отведенном месте, прямо в центре – блокнот на магните с прикреплённой ручкой, полукровка даже хихикнула, поскольку, похоже, выбирать было не из чего, и на кончике ручки располагалась стилизованная голова пушистого кролика, но кто знает, возможно, урон какси заинтересуется именно таким объектом, ведь выглядел тот совершенно безопасно. «Тут пока ничего, но как буду уходить, напишу ей, мол, пусть, если хочет, записывает, что нужно, сюда» – пришло ещё одно сообщение, а затем Бобби набрал и следующее, – «Ссылку посмотрели?». Руми обернулась на Найджела как раз вовремя: он сгрузил тарелки, перехватил возмущающуюся лисью тушку, которая тут же обернулась в человека и сделала вид, что её домогались, убрал руки, поставив перед кумихо тарелку побольше, чтоб не возмущалась, и ещё раз открыл ссылку уже на своём телефоне. Нахмурился: – Прямо как по написанному. Небожитель с синим мехом на горе Кымгансан. Это существо зовётся чхонмосон. Если хотите, корейская версия снежного человека. – Да наша мифология полна сюрпризов, – Мира тоже изучала изображение, повернув экран к Марбл, которая, недолго поинтересовавшись картинкой на экране, принялась за оладьи, периодически ойкая от того, что обжигалась, ведь еда всё ещё была горячей, – Так и чего, он опасен? – Как гласят рассказы древних, чхонмосон – это люди, превратившиеся в квемулей. Если повезёт, он даже может говорить, так что для нас он не опасен. Однако меня настораживают две вещи, – положив лопаточку в посудомойку, юноша наконец сел за стол сам, – Здесь написано, что его видели близ кемпинга, и у туристов якобы пропало несколько сухпайков. Это странно, поскольку чхонмосоны питаются орехами и ягодами, а вовсе не такой человеческой пищей. Вторую вещь называть? – Что за кошак вместе с ним? – догадалась Мира, показывая нам на другой силуэт, – Хвост очень длинный, да и сгорбленный… И цвет… Пурпурные коты мне ещё не встречались. – Я могу ошибаться, изображение сделано издалека и нечёткое, но вот здесь меха явно нет, – Найджел крайне осторожно провёл ногтем вдоль тела существа на снимке. – Это вроде бы крылья, – проговорила с набитым ртом Марбл, и Руми даже вздрогнула от неожиданности, взглянув на неё: – Что? – Крылья, – лисица насилу сглотнула, а затем, нырнув лицом в стакан, как это обыкновенно делают дети, отпила молока и облизнулась, – Ну как у летучих мышей, если назад сложить. – Мифология что-нибудь говорит о питомцах у этих твоих корейских йети? – снова поинтересовалась танцовщица, на что специалист по кремулям лишь плечами пожал: – Нет, ничего такого, но раз люди могут кого-то заводить, по идее, у чхонмосонов тоже возможны свои привязанности. Если так, вполне возможно, он искал еду именно для своего подопечного. – Выходит, если бы не крайняя нужда, он бы к людям и не вышел, – рассудила Руми, – Так это что же, мы мирно поговорим и, глядишь, всё уладится? Найджел пожал плечами снова, однако же не с полной беспомощностью, что внушало надежду. – Ты точно пообещал молчать, но меня это совершенно не устраивает, – Мира взяла парня за плечо, разворачивая к себе, как только он уже собирался отнести тарелки к нынешнему обиталищу грязной лопаточки. Тот вздохнул, но тут раздался голос Руми: – Бобби спрашивает, вернёт ли Зои прожектор, который у него одолжила. Теперь уже, признаться, и я заинтригована. – Если в двух словах, – Найджел помялся всего-ничего, а затем кривовато усмехнулся, – Драконья миссия. Всего каких-то четыре часа назад, Зои, как владелица щенка, во всю мощь ощутила, что такое действительно быть владелицей щенка. Макнэ группы разбудило поскуливание: Тори стоял у её кровати и даже мелконько дрожал от возбуждения. – Что такое, мальчик? Квемуль? – сонно пробормотала она, но поняв, что жесты были самыми обычными собачьими, а вовсе не магическими, лишь вздохнула, – Прямо сейчас? Щенку нужно было в туалет. Начитавшись форумов заядлых собачников, где настоятельно рекомендовали не ограничивать жизнь даже маленькой собаки квартирой и пелёнкой, сложенной в стратегическом месте, Зои твёрдо вознамерилась и приучить Тори к поводку, и выводить его на улицу как можно чаще, дабы он в силу своих возможностей общался с другими псами, а потому, пусть с некоторой неохотой, но втиснув себя в то самое худи, которое была не предназначено для приёма гостей, а также наощупь отыскав более-менее подходящие джинсы, макнэ группы вывела щенка в парк, где тот, до этого прямо-таки трясшийся от необходимости облегчить мочевой пузырь, не присел под первым же кустом, а провёл тщательную инспекцию сначала одного, потом другого, немного покопал, а потом с недоумением взглянул на хозяйку, мол, неужели же здесь туалет? – Давай, малыш, твоей мамочке нужно высыпаться, – практически жалобно попросила Зои, и щенок, неловко было задравшей лапку, затормозил снова, оглядываясь. Оглянулась и девушка. В такое время в парке не должно было быть совершенно никого, однако же у дерева был заметен силуэт в чём-то, более напоминавшим балахон. Если это извращенец, макнэ группы пообещала втридорога продать душу, если папарацци – то, скорее всего, она бы восхитилась упорством, однако же это было ни то и ни другое, Зои уловила блеск глаз, не человеческий, и этот оттенок она где-то видела... Ох, действительно. Лицо Зои сложилось в мрачную конфигурацию, и она, сделав вид, что никого не заметила, снова обернулась к щенку: – Делай свои дела, мальчик. Таинственная фигура наконец отлепилась от своего поста, а затем осторожно пошла навстречу охотнице. Зои не намеревалась идти на контакт, раз уж припёрся, пускай сам это и делает, и наконец раздалось очень даже деликатное покашливание: – Смертная, есть разговор. – И вам доброй ночи, Чхоннён-ним, – как можно более официально произнесла Зои, а затем, заметив, что со стороны щенка наконец-то раздался звук маленького лесного водопада, похвалила, – Ай, да умница, ну что за чудо пёс, правильно, не стесняйся, мы за этим и пришли. Со стороны дракона Востока неслось молчание, явственно полное осуждения, что-то заставляло его молчать, и Зои испытывала от этого некоторое мрачное удовлетворение. Нет, он правда думает, что сейчас она, словно дурочка, бросится его расспрашивать, мол, так и так, что вас привело, и какая честь? Не дождётся! Да, можно было считать её наивной, да, мечтательной, да, влюбчивой, в конце концов, эти качества Зои тоже не всегда нравились, хотя она полагала их источником собственного творчества, но однако же каждый, кто решал воспользоваться её наивностью, однажды получал бесценный урок: один раз получив щелчок по носу, Зои становилась непробиваемой, ведь, как говорил её отец, только сильные могут позволить себе выказывать слабость. Тори, нисколько не смущённый присутствием какого-то правителя драконов, звучно покопал газон, и, оставшись весьма доволен собой, завилял хвостиком, потянув хозяйку в сторону дома. – Если вы намерены молчать, я отправляюсь спать, всего хорошего, – Зои непринуждённо развернулась, и тут раздалось заветное: «Постой». Она обернулась, скептически вздёрнув бровь: – Неужели великому покровителю морей понадобилось что-то от жалких смертных, что Вы аж явились лично? Он молчал, и Зои, чувствуя себя отвратительно от того, что вообще могла очароваться этим снобом, развернулась снова, и тот наконец не выдержал: – Пострадал мой племянник. Макнэ группы могла дуться сколько угодно, но, однако же, как и все охотницы, не была лишена милосердия. – Ваш племянник? Что случилось? – Я хочу, чтобы это осталось строго между нами, – быстро заговорил дракон в человечьем обличье, подходя к ней поближе и перехватывая под локоть. Зои увернулась, однако он не воспротивился, а вместо этого заговорил тише, – Случилось нечто из ряда вон, я никогда такого не видел, хотя понятно, мой племянник – дракон юный, иногда они, как и человеческие дети, влипают в неприятности, но чтобы так... – Вы говорите загадками, – поскольку Тори заинтересовался фантиком, вылетевшим из мусорного бака, Зои от греха подальше загребла щенка и на руки, – Но если мы зароем топор войны, и я позову девочек... – Нет, – глаза под капюшоном замерцали, – Ты ведь опытный воин, разве нет? Хватит и одной тебя. Мы отправимся далеко, никаких промедлений. И возьми с собой собаку. – Чхоннён-ним, – Зои сложила руки на груди, и её тон снова зазвенел металлом, – Больше. Информации. Допустим, я не дёрну других девочек, пусть спят, и так уж и быть, управлюсь сама, но если я не знаю, с чем имею дело, то грош цена от моей помощи, может стать только хуже. Я могу хотя бы переговорить с Найджелом? Он всё-таки специалист по квемулям, а я, сколько помню себя на этой стезе, сражалась с демонами. Ён глубоко вздохнул, а затем крайне неодобрительно покосился на высотку, где обретались все охотницы: – Хорошо, только быстро. Я жду здесь. И собаку с собой возьми. – Да, поняла. Возможно, ещё что-то понадобится. – Тогда заскочим за этим, – только теперь в этом рассерженном тоне послышалась недюжинная тревога. Он... Боялся? А с другой стороны, почему бы ему не бояться? Раз уж, как оказалось, драконы ценят родственные узы – про эту часть их жизни лично Зои ничего не было известно, то, конечно же, он волнуется. Не кто-то посторонний, а племянник. Но, с другой стороны: к чему все эти повороты? – Тогда расскажите мне, я спрошу Найджела. И как только он скажет, что нужно и что делать, сразу же вернусь. – И больше никому. – Скажите, с какой целью такая секретность? – не выдержала девушка, он, от чего Чхоннён шикнул на неё, хмурясь: – Потому что повелитель драконов должен сам решать такие... мелочи, а не идти к людям на поклон. – То есть, – Зои набрала полную грудь воздуха, но так и не превратила её в закономерный вопль, – Жизнь и здоровье того, кто Вам близок, не перевешивает эту Вашу пресловутую гордость? – Ты можешь понимать это, как хочешь, – взгляд синих глаз стал непроницаемым, – Однако же довольно и того, что я в столь поздний час унижаюсь перед тобой, будто какой-нибудь имуги. – Я польщена, – выслушав краткий рассказ, Зои поднялась в их апартаменты, не без зазрения совести распихала Найджела и, получив от того информацию, вернулась обратно. Чхоннён, который, надо сказать, так и стоял у подъезда, а не ходил, словно животное в клетке, из стороны в сторону, – Он сказал, что подобное существо боится яркого света, – Кажется, у меня есть идея. – А она точно справится с этим… Как ты сказал? Ёккэ? – лишний раз поинтересовалась Руми, когда они, ведомые магией телепортации, уже направлялись на ту самую гору, где видели местного снежного человека в сопровождении неведомой твари. – Я более чем уверен, – кивнул Найджел – И скорее поражён, что ёккэ напал на дракона, но раз уж Чхоннён-ним сказал, что его племянник совершенно неопытен, такое... наверное, могло быть. Все мы помним, что стало с несчастной чандусой, и это притом, что дракону препятствий она не чинила. – Надо сказать, от этого даже мне противно, – Мира поморщилась а затем вдруг улыбнулась, – Однако же Зои точно обрушит на него всю мощь нашего презрения после эдакой выходки. Я бы на её месте ещё бы поддразнила, мол, почему такой сильный правитель не может справиться с какой-то мелкой фигнёй... Ёккэ же не намного больше крысы, правильно? – Драконы сильные, – рассудил Найджел, потирая подбородок, который он так и не успел побрить в виду новой миссии, – Однако же есть ряд существ, которые попросту быстрее их. Ёккэ из их числа, и хотя мне не встречались истории, чтобы те нападали на драконов, наверняка положение Чхоннёна... Весьма затруднительно. – Я до сих пор так и не поняла, – снова вмешалась Руми, когда они вышли кемпингу, и до них донёсся запах варева, приготовляемого в котелке, то ли кофе, то ли какао, не разберёшь, – Чем такой малыш мог навредить дракону? – Как вообще могло дойти до такого? – Зои, в это время перемещённая в пещеру, которую, как она полагала, не нанесли ещё ни на одну карту мира, только и могла что беспомощно смотреть на белоснежной силуэт... Лошади. Буквально минуту назад дракон Востока, наконец-то опустивший капюшон, представил это существо как Хаёна, своего племянника, однако же Зои полагала увидеть именно, чёрт возьми, дракона. – Эту смертную зовут Зои, она тебе поможет, – снова заговорил Чхоннён, и глаза животного, практически такие же синие, как у него самого, раскрылись, и лошадь, которая вовсе не являлась лошадью, подняла голову, но вместо ржания лишь глубоко вздохнула, пытаясь по возможности свернуться калачиком. – Я с трудом его понял, когда он ещё мог говорить, вернулся во дворец и упал в руки слуг, у меня не было выхода, кроме как превратить его в ёнма, то есть в дракона в лошадином обличье, так его энергия никуда не утекает, но при этом общаться мы больше не можем, если только не без использования слов, м подтянув длинный рукав, Чхоннён вдруг погладил племянника по гриве, и Зои, которая, вообще-то, собиралась не давать дракону Востока спуску, в который раз решила, что, пожалуй, перегибает палку. Тори, попросившийся на пол, вскоре засеменил между грудами всякого добра, от мотков ткани до плашек дерева, металла, да неведомых камней, образующих переливчатые щётки кристаллов: того, что составляло счастье самого настоящего молодого дракона. – Очень жаль, что мы не можем оставить его во дворце, и теперь только надеемся на жадность этой самой твари, – желваки на скулах Чхоннёна заиграли под кожей, и Зои вздохнула: – К сожалению. Если я правильно поняла Найджела, ёккэ описываются как существа размером с хорька, а то и меньше. Если уж ему здесь спрятаться – раз плюнуть, то в Вашем дворце он потеряется на веки вечные, если не найдёт ещё какую-нибудь жертву, а мы этого точно не хотим. – Я очень надеюсь, что твой пёс его учует, – Чхоннён приподнял ногу, чтобы пропустить деловитую трёхногую тушку, которая совала нос то туда, то сюда с весьма сосредоточенным видом. Тори остановился ненадолго, обнюхал раковину гребешка, заливисто чихнул, а затем методично продолжил обход. Зои лишь руками развела: – В мифологии говорится, что такие, как Тори, борются с кумихо, а вот про ёккэ ничего не сказано. – Не всё есть в ваших книгах, к сожалению, и в наших тоже, хотя мы живём на порядок больше, – тон Ёна стал задумчивым, Зои ещё не видела его в такой ипостаси, а потому заинтересовалась: – Мы могли бы помочь друг другу, и глядишь, справились бы с этим наводнением квемулей быстрее. Разве же людям и драконам нужно воевать? Племянник Чхоннёна вдруг зашевелился, поднял голову и заливисто фыркнул, на что его дядя лишь кивнул: – Я готов поспорить, он сказал именно то, о чём я думаю: с вашим племенем договариваться себе дороже, уже не осталось таких уголков, в которых мы можем спокойно взмыть в небо без маскировки, наслаждаясь свежим воздухом на чешуе, дабы не нарваться на ваши вездесущие спутники, осматривающие каждый метр земной поверхности. – Звучит так, будто я должна за что-то извиниться. – Предлагаю не вступать в препирательства, с чем раньше мы закончим, тем быстрее распрощаемся, – взгляд Чхоннёна снова стал отстранённым, и Зои, не собираясь винить его за это, подошла к прожектору: – Здесь есть пульт. Нужно отыскать свободное пространство, чтобы получилась ловушка, и этой твари некуда было деваться. Тут слишком много вещей. – Ну, значит, сейчас подвинем, – Чхоннёна окружило сияющее гало, и вскоре Зои, непроизвольно ойкнув, пододвинулась, поскольку прямо перед ней развернулось великолепное тело немыслимых оттенков синего, больше ультрамарина, но встречалась и бирюза, и кобальт. Он был огромен, казалось, кольца распространяются и за пределы пещеры, там, где шумело неумолчное море, ему не понадобилось много времени, чтобы, причудливо двинув всем телом, несколько по-змеиному, как показалось Зои, расчистить нужный пятачок пещеры. Кое-какие сокровища молодого дракона жалобно зазвякали, послышался звон разбитого стекла, однако же ни Ён, ни его племянник не обратили на это никакого внимания, возможно, второй потому, что был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Пол под всем этим добром оказался хорошо утрамбован, и, кроме мелких камушков, не было совершенно никаких изъянов. Зои подумала, что в этом плане люди и драконы, пожалуй, очень даже схожи, хотя и понимают порядок по-своему. Ну правда: любой барахольщик обзавидовался бы, увидев всё это добро, неудивительно, что люди веками искали драконьи пещеры, возможно, далеко не всегда для того, чтобы просто поживиться, а хотя бы собственными глазами узреть все эти чудеса, натасканные с разных уголков Земли. – Мне не улыбается, оказаться в полной темноте, но, – Зои подняла глаза на потолок пещеры, освещаемый точно такими же жемчужинами, что в его дворце Чхоннёна, – У нас есть шанс, что для ёккэ это выглядит... Безопасным? – Такие жемчужины горят в наших убежищах и день, и ночь, так что, вероятно, этой твари с ними комфортно, – Ён снова поморщился, и Зои поняла, что им владеет бессильная ярость, – Я просто не понимаю, как у такого ничтожества хватило… наглости явиться по душу дракона, пусть и совсем молодого имуги. – Я никогда не спрашивала, что означает это самое «имуги». Чхоннён посмотрел на неё с негодованием, однако же, поняв, что вопрос совершенно искренний, кашлянул: – Так зовётся дракон без рогов. Иногда это змея, которая, возжелав стать драконом, тренируется многие столетия до тех пор, пока не отрастут рога. Но свою молодь мы называем также. Этот дурачок, – Ён мотнул головой в сторону дракона-лошади, который, решив не оглядываться на собственное передвинутое добро, снова находился в полудрёме, – Тоже пока без рогов. И теперь неизвестно, когда они в итоге у него отрастут и отрастут ли вообще. Хаён копил энергию пару сотен лет, а эта тварь сожрала всё за какие-то пару месяцев. И ведь не смогла ни во что трансформировать, так и осталась мелким вредителем, который даже на честный бой выйти боится, – он повысил голос, однако на ёккэ это не возымело ровно никакого воздействия, если он чего и слышал, то сидел в своём убежище, даже не шелохнувшись от посыпавшегося то тут, то там добра. Тори ещё раз обошёл всё, до чего мог дотянуться его нос, а затем, обиженно чихнув, вернулся к Зои, виляя хвостиком с таким видом, будто спрашивал, будет ли она его любить, даже если он провалит эту самую миссию Шерлока Холмса. – Ты всё равно у меня самый сладкий, – Зои легонько подхватила его на руки, целуя в широкий лобик, – Мы её отыщем, а ты хорошенько припугнёшь, чтобы ей было неповадно из света выскакивать. Порывшись в своих просторных одеяниях, Чхоннён извлёк шкатулку, очень похожую на ту, что когда-то давала охотницам Самсин для поимки Марбл, однако же эта была отделана мелким жемчугом и затейливой резьбой: – Поймаю, если не сдохнет под светом. Честно говоря, хочу, чтобы оно издохло. Я могу что-то сделать, чтобы эта тварь вышла поскорее? Зои задумалась, приподняла руку, призывая к молчанию, затем снова оглядела пещеру, в которой не раздавалось ни звука, не считая их собственного дыхания, да шума волн снаружи. – Мне кажется, если это тварь настолько труслива, бурные поиски ни к чему не приведут, она лишь лучше спрячется. – У меня было желание срыть эту пещеру под ноль, но, учитывая, что ёккэ протискивается в дыры размером с монетку, скорее всего, я лишь лишнего шороха наведу. – А почему её нельзя выследить по энергии, как чандусу? – Потому что теперь её энергия смешана с энергией моего племянника, это как если бы я попробовал засечь отдельно обрезок его когтя, моя магия, – Чхоннён пошевелил пальцами, – Сбоит. Поэтому мне и понадобилась... твоя помощь. – Ещё раз, – Зои, понимая, что стоять бессмысленно, подгребла к себе заросший морскими желудями ящик, успевший поплавать в море, но всё ещё довольно крепкий, села на него, предлагая Чхоннёну сделать то же самое. Тот отыскал несколько потрёпанный пуф, расшитый золотыми и серебряными нитями, и, судя по тому, как он уселся, можно было понять, что не все человеческие позы удобны для дракона. В иных обстоятельствах Зои спросила бы, а куда, собственно говоря, девается хвост, если рога на месте, но решила, что сейчас есть вопрос поважнее, – Вы великий дракон Востока, неужели никто из ваших подданных... – Я уже сказал тебе, думай как знаешь, – он отвернулся, похоже, предлагая макнэ группы самой догадаться, и она, как ни странно, сложила два и два: – Вы не можете показать им свою слабость, да? Вы же повелитель, великий дракон, люди итак много всего у вас отняли, и теперь прибегать к помощи кого-то вроде меня зазорно? Тем более учитывая, что речь идёт о Вашем племяннике, а Вы должны были его беречь и всякое такое, хотя я не считаю, что Вы виноваты. Он хмыкнул, но не то чтобы от обиды, скорее в стиле «ты попала в точку». Ответ не требовался, так что Зои решила сосредоточиться на выманивании ёккэ. Сверилась с краткой сводкой Найджела, рассказывавшей о подобных существах. Пьют жизненную силу, этакие энергетические вампиры, маленькие, прячутся в тенях и в малейших расщелинах, боятся света, поскольку солнце для них смертельно опасно. Какова вероятность, что это тварь захочет доесть Хаёна, сколько бы в нём энергии ни оставалось? Это всё равно что, – Зои пыталась отмахнуться от этой ассоциации, но ничего лучше в голову попросту не пришло, – пытаться до боли в щеках высосать сок с одного картонного пакетика, когда уже согнулась и трубочка, и кончилось терпение. После такого пира нужно предложить нечто исключительное и при этом не то чтобы отпугивающее, Чхоннён для ёккэ та ещё добыча, но смертельно опасная, нужен совсем незначительный всплеск, а не это его «срыть пещеру под ноль» и прочее. Но какой?.. Макнэ группы думала очень долго, но, когда решилась, перехватила пульт получше и, убедившись, что они как раз находятся на линии между сокровищами и осветительным прибором, решительным шагом подошла к Чхоннёну, а затем, чуть подвинув его бедром, села рядом, да так, что дракон Востока даже не пискнул, лишь брови приподнял, молча спрашивая, что это она такое делает. – Господин дракон, обещайте не убивать меня за то, что я сейчас сделаю, – быстро проговорила Зои, а затем, повернувшись, взяла его голову в ладони, ласково проводя по скулам. Вообще-то ему полагалось возмутиться, но вместо этого синие глаза широко распахнулись, не моргая, тогда как девушка, чуть прикрыв глаза, медленно придвинула губы к его уху, касаясь щеки, чуть приобнимая, и между тем успевая смотреть на освещённые жемчужинами сокровища Хаёна. – Ты что... – голос его был сиплым, но разбираться было некогда. – Подыграйте мне самую малость, – певица без актёрских способностей – не певица, но в этот момент даже самой Зои было неловко, когда она, опустив пальцы, прошлась по драконьей шее, к своему удивлению, нащупав череду чешуек под вполне человеческой кожей, и в этот самый момент в нагромождении драконьих богатств мелькнуло что-то юркое, а затем, протёкши по полу, словно капли ртути, всё же решилось броситься вперёд, и в этот самый момент Зои нажала кнопку. Прожектор вспыхнул, и создание размером не больше ладони издало такой вопль, что был бы годным для агонии твари в сотни раз крупнее её. Ёккэ, а это был именно он, не оставалось никаких сомнений, длинное тело, красноватые глазки и при этом крупная выдвижная челюсть, метнулся было в сторону от обжигавшего софита, но Тори был тут как тут, пригнулся, зарычал, и паразит в панике заметался то туда, то сюда, кувыркаясь в воздухе. Щенок пусть и был мал ростом, но пространства для манёвров ему хватало, он не пугался даже резких движений квемуля, от шкуры которого сыпались искры, словно от бенгальского огня, крик перешёл в звук мучительной агонии, и тут Ён, не выдержав, шагнул ближе, протягивая шкатулку. Ёккэ сдался безо всяких доблестных поз, едва вползши внутрь, и только когда артефакт был захлопнут и перевязан бечёвкой для надёжности, Зои наконец-то решилась встать и погасила прожектор, рвано выдыхая: – Ну... Вот и всё. Домой подбросите? Простите, что... пришлось Вас полапать. – Полапать, – он сморщился, но было заметно, что сам дракон Востока смущён, – Ещё ни одна смертная не решалась... на подобное. Тебе очень повезло, что это было не всерьёз, а не то бы я... – Да-да, возможно, в лучшем случае я бы сидела в этой шкатулке, в худшем – мне бы выдали ведро и тряпку и сказали: отдраись весь ваш дворец до последней ступеньки, – если честно, Зои чувствовала себя весьма разбитой, и всё, чего она хотела – агрессивно выспать хотя бы двадцать минут перед тем, как начнётся новый день, – Хаён, выздоравливай побыстрее, я очень надеюсь, что ты всё-таки станешь самым настоящим драконом. В глазах заколдованного коня читалась искренняя признательность, Зои любила животных, если было бы можно, даже подошла бы его погладить, но хватило и того, что она гладила самого дракона Востока, не оставшегося в восторге от таких манипуляций. – Я... – несмотря на то, что ему в очередной раз пришлось проглатывать собственную гордость, на этот раз Ён справился гораздо быстрее, – Искренне благодарю тебя за помощь. Я бы сказал, что помощь с чандусой стала тем самым честным обменом, но это будет ложью. Ты спасла жизнь моего племянника. Я этого не забуду. Если я однажды тебе понадоблюсь, то вот, – похоже, драконы любили шкатулки, эта была вырезана из целого куска дерева и украшена халиотисом, восьмиугольная, словно диковинная пагодка, – Возьми в руки, подумай обо мне – и я приду на помощь. – О, – рассчитывавшая на то, что её поскорее спровадят и постараются о ней забыть, Зои даже растерялась, бестолково вертя вещицу в руках, а затем подхватила Тори, крайне неловко сунула артефакт в карман худи и кашлянула, – Наверное, я не должна этого говорить, но... Вы не тот, кем хотите казаться, и я... Понимаю. Не всё, но кое-что понимаю. И ещё раз извините за... нарушение личного пространства. – Я только начал забывать, – цокнул языком Чхоннён, а затем одним движением руки открыл ей портал, – Хватит на сегодня, поди, твои тебя уже заждались. – И то верно, – она заправила растрёпанные волосы за ухо, а затем легонько приподняла ладонь, – Что ж… До свидания. – Рассчитываю больше не свидеться, но так уж и быть, до свидания, – он отвёл взгляд куда-то в сторону, и Зои, вздохнув, уже через пару секунд была в своей собственной комнате. Взглянула на часы. Поняв, что уже можно и не ложиться, вышла наружу, и рядом со своей запиской увидела ещё одну: «Идём разбираться в горы с местным корейским йети. Не скучай. Найджел оставил тебе оладьи. Целуем, Руми, Мира» – Кто знает, влипли бы мы в такое приключение, если бы кое-кому не понадобилось пописать посреди ночи, – не то чтобы с осуждением, но проговорила Зои, посмотрев на щенка, на что тот тявкнул, тронув носом миску. Уже допивая кофе, макнэ группа поняла, что не то чтобы чувствует себя плохо от недосыпа, напротив, её пальцы... Она до сих пор помнила это прикосновение, такое странное, не то чтобы будоражащее, скорее, необычное, и то, что он засмущался... Ну уж нет! Никаких ассоциаций, тем более с драконами, она что, героиня какой-нибудь проходной дорамы? И между тем… Дойдя до комнаты и взяв одну из тетрадей, в которых обыкновенно писала стихи, Зои открыла чистую страницу, ещё толком не зная, станет ли это полноценной песней, но ей очень хотелось, чтобы именно так всё и вышло.